Между нами

— Андрей Павлович Жданов, согласны ли вы, — излишне улыбчиво зачитывала свой вопрос нарядная женщина преклонного возраста, заставляя окружающих создавать благоговейную тишину. Он не знал, зачем это делал. Да и вообще запутался в жизни. В какой-то момент всё скрутилось в такой тугой узел, что ни развязать, ни разрезать. Поэтому, когда Малиновский в очередной раз отсёк «надо», Андрей спорить не стал. И сейчас, держа в своей руке ладонь невесты, покорно кивнул: — Согласен. Он сдался в тот день, когда отменилась его поездка в Прагу. После возвращения из банка его встретила хмурая Катя. Смотрела на него зло и отмахивалась от всех его попыток что-то понять. — Не выспалась, — выдавала она, скрываясь в каморке. Андрей, конечно, не верил. Не полный ведь дурак. Но и догадаться об истинной причине никак не получалось. Пока вечером не позвонил Малиновский. Пазл сложился как дважды два. Андрей бросился в его кабинет лишь для того, чтобы понять масштаб бедствия. Хотя лучше бы он этого не знал. Из-за напряжения читал бегло, но даже так пришёл в ужас от написанного. Похоже, Малиновскому настолько было нечем заняться перед поездкой, что истратил на инструкцию всю свою язвительность на сто лет вперёд. Жданов сжал в кулаке ненавистные листы бумаги и, щедро плеснув в бокал виски, сделал большой глоток. Ему предстоял разговор с Катей. Не факт, что длинный. Вполне вероятно, что она вообще не станет ничего слушать. Но тем не менее, слова подобрать стоило. На всякий случай Андрей подстраховался. Начал с воплощения плана Малиновского. Сказал о том, что сегодня должен быть дома в ожидании звонка Киры, а на завтра пригласил Катю на показ Волочковой. И вот тогда по её разочарованному взгляду окончательно удостоверился. — Нам нужно поговорить, — произнёс он, напряженно сняв очки, сунул их во внутренний карман пиджака и поймал её взгляд. — Вы ведь видели, правда? Во время разговора Катя плакала. Но не в истерике навзрыд, как того требовала ситуация, а тихо, незаметно вытирая слезы. — Катя, вы очень дороги мне, — нёс Андрей не к месту. А она ни в чём его не винила. Оправдывалась старательно за собственную ложь, за то, что заставила Андрея усомниться в её честности. Пообещала, что сделает всё, чтобы как можно скорее вытащить Зималетто из кризиса. А потом вообще добила: — Я всё равно вам благодарна, Андрей Палыч. Он даже не нашел в себе силы, поинтересоваться «за что». А потом пожалел об этой слабости, потому что не заданный вопрос до сих пор висел над ним тяжёлым грузом. Возможно, если б Катя ушла, ему было бы проще. И в глубине души даже легче. Но она не уходила. Не бросала их, ответственно неся бремя спасительницы Зималетто. Правда, сама себя такой не считала. Небольшое облегчение вызвал её переезд в кабинет финансового директора. Катя сама об этом попросила, смущаясь, а Андрей поспешил согласиться, пока не передумала. И Урядову тут же поручил всё подготовить. За переездом следил отстранённо. Не комментировал, делая вид, что очень занят документами. А когда последние Катины вещи были вынесены из каморки, вдруг такую пустоту почувствовал. И потом ещё месяц то и дело выкрикивал «Кать» и почему-то каждый раз расстраивался, когда осознавал, что в каморке её уже нет. Она была важной частью его жизни. Гораздо более важной, чем он сам себе признавался. И уж тем более Андрей не признавался Малиновскому. Что периодически его накрывало. Что не раз испытывал волнение от случайного прикосновения к ней. Что иногда воспоминания уносили его из реальности, заставляя теряться на совещаниях. И что единственной участницей его эротических снов давно стала Катя. Андрей мучился от сложившейся ситуации, сам не зная, как хотел бы её разрулить, появись у него такой шанс. А Катя напротив расцветала. Обзавелась доброй феей-крёстной в лице Виноградовой и хорошела день ото дня. И перемены в ней происходили настолько плавно и гармонично, что Андрей поражался таланту Юлианы. Оказалось, у неё не только вкус есть, но и нехилые навыки психолога. Комплиментов Кате Андрей не озвучивал. Это было бы нелепо в их ситуации. Но с каждым днём ему всё тяжелее было отводить от неё взгляд. Он видел всё это раньше и без помощи Юлианы, но та огранка, которую она добавила внешности Кати, вызывала у него восхищение. Личного общения с ней Андрей избегал. На всех их встречах неизменно присутствовал Малиновский. Удивительно, но Катя даже взглядом не выражала обиды или какого-то презрения к нему. Поэтому разрядителем обстановки в лице Ромы Жданов пользовался регулярно. Зималетто уверенно шло к выходу из кризиса, а Андрей к приближающейся свадьбе. За всеми заботами и самокопанием он даже не заметил, как это произошло. И согласился на этот брак, возможно, лишь для того, чтобы между ним и Катей, в конце концов, всё стало предельно ясно — он женатый человек, она его финансовый директор.