Между нами

Проснулась Катя от тихого щелчка затвора фотоаппарата. Сонно открыла глаза и, увидев перед собой Андрея, расплылась в улыбке. Он сделал ещё один снимок и отбросил камеру в сторону. А сам Катю обнял. — Ты так мило спала, — проговорил он, сдвинув одеяло, и прижался к её плечу тёплым поцелуем. — Прости, что разбудил. Она ничего не ответила, вздохнула умиротворённо и почувствовала, как от усиливающихся ласк Андрея внутри разрасталось томление. Воспоминания о ночи вспышками мелькали в сознании. Их синхронные движения под сопровождение раскатов грома казались Кате освобождением от запретов. Чувства оглушали, не оставляя места для страха. А Андрей ловил её взгляд при каждой возможности, будто не веря в происходящее, и изо всех сил старался не спешить. Голова кружилась и от воспоминаний и от осторожных прикосновений Жданова. И Кате так захотелось повторить, снова почувствовать наполненность Андреем. Он это желание почувствовал. Навис над ней, покрывая её кожу расслабленными поцелуями, ладонь скользнула между её ног, и в этот момент раздалась вибрация лежащего на тумбочке мобильного. — Кто это? — выдохнула Катя, приоткрыв глаза. Жданов протянул руку к телефону и, глянув на имя звонящего, сбросил. И переместил поцелуи на шею Кати, позволяя ладоням страстно скользить по её телу. — Кто звонил? — снова поинтересовалась она, игнорируя эти ласки. Тревога даже желание смогла притупить. И не дождавшись ответа от Андрея, сама предположила. — Это Кира? — Не думай об этом, — выдохнул он, скользя языком по её груди. Катя подняла глаза к потолку и, отчаянно вздохнув, прикрыла лицо рукой. А потом не без усилий выбралась из постели. Андрей не удерживал, понимал уже, что так и будет. Перевернулся на спину и, проводив её взглядом, прикрыл глаза. Нужно было как-то собраться с мыслями перед важным разговором. А затем тоже поднялся и стал натягивать джинсы. Внимание на него Катя не обращала. Стояла у окна, укутавшись покрывалом. На улице уже кипела жизнь, сплошными потоками двигались люди и машины, а ей никак не удавалось вырваться из мрачных мыслей. — Я приехала сюда для того, чтобы из вашего треугольника выбраться, а сама, — махнула рукой в сторону кровати и снова сосредоточилась на происходящем за окном. — Каким образом выбраться? — заметно напрягся Андрей, вспомнив, с кем изначально Катя приехала в Питер. Но она отмахнулась: — Хотя бы Германа не приплетай. Нам здесь и так троим тесно. Такой ответ Андрея порадовал. Первая его часть, конечно. А вот продолжение искренне возмутило. — Прекрати подтягивать нашу ситуацию под классический любовный треугольник, где неверный муж никак не может сделать выбор. Я его сделал. Я не притрагиваюсь к Кире с того самого дня после клуба, и весь этот брак держится исключительно на твоём запрете. — Как бы то ни было, Андрей, ты женат. И сейчас мы просто играем в пару. А на самом деле, что у нас есть? — У нас есть любовь, страсть и комфорт рядом друг с другом, — с нажимом перечислил Жданов, — и, к сожалению, твоё упрямство. Эти слова заставили задуматься. Катя присела на подлокотник стоящего рядом кресла и печально отвела взгляд: — Я, правда, считаю, что нужно подождать. И мне неприятно, когда моё мнение ты воспринимаешь как глупое упрямство. — Кать, — он тревожно подался к ней и, присев на корточки, взял за руку. — Я сказал это на эмоциях. А на самом деле просто думаю, что ты слишком сгущаешь краски над последствиями моего развода. — Ты гарантируешь мне, что такого не будет? Катя смотрела на него спокойно, Андрею даже показалось, что в случае его обещания она согласится. Но не смог заставить себя соврать. — Нет, — признался он честно. — Но я обещаю, что сам решу все возникшие проблемы. — Зачем решать то, чего можно избежать? — Чтобы быть вместе. — Мы можем быть вместе через несколько месяцев. Такое предложение, сказанное равнодушным тоном, по-настоящему задело за живое, и Андрей взорвался: — Да не хочу я ждать несколько месяцев! Но на привыкшую к его крикам Катю, это никак не повлияло. Она глянула на него уверенно, даже с неким превосходством. — А я не хотела смотреть, как ты женишься. Слушать об этом бесконечно от партнёров и сотрудников, а ещё хуже от собственных подруг. В малейших доступных им деталях. А потом то и дело встречать на обложках журналов ваши счастливые фото. Но тебя мои желания и не желания не волновали. В глазах Андрея читалось отчаяние. И он обессилено простонал: — Кать, ну прости ты меня, умоляю! — уронил голову на их соединенные ладони, а через секунду снова посмотрел ей в глаза. — Поверь, я лишь наказал себя этим браком. Она верила. Прекрасно понимала, что Андрей по-настоящему мучается, но ведь и ей самой не легче. Это только перед ним она старалась выглядеть мудрой и хладнокровной, а на самом деле сердце Кати разрывалось от осознания, что им придётся снова стать чужими. Хотя бы на какое-то время. — Мы справимся, — пообещала она и себе, и Андрею. Даже шанса не давала на другое решение. Жданов бессильно рассмеялся, едва сдерживая слёзы, а потом глянул на дверь в желании запереть её на все замки и выбросить ключ подальше. Он бы так и сделал, если б только помогло. Опустился с корточек на пол и потянул за собой Катю. От неожиданности она ахнула, прижала сильнее плед к своей груди и рассмеялась, оказавшись на коленях Андрея. Но он был серьёзен. Положил ладонь на её щёку и повернул к себе. — Что мне сделать, чтобы ты меня простила? Я так хочу искупить свою вину. От близости дыхание срывалось. Руки не контролируемо усилили объятия, а сам Андрей не отводил взгляда от глаз Кати. — Пообещай, что до возвращения компании ты ко мне не подойдёшь, — сквозь пелену возбуждения, попросила она. Господи, ну как ему это сделать? Он и после тех двух ночей не находил себе места, а уж теперь. — Ты понимаешь, что это безумие? — жарко прошептал Жданов с последней каплей надежды. Губы прижались к мочке Катиного уха. — Я не смогу. От этого прикосновения она поёжилась и, осмотревшись по сторонам, попыталась встать: — Тогда смогу я, — проговорила она сбивчиво, и Андрей вдруг понял, что дальнейший разговор просто не имел смысла. И если продолжать настаивать на своём, можно в конец рассориться. Перехватил Катю в последний момент и усадил обратно. — Хорошо, — коротко кивнул он. — Обещаю. С завтрашнего дня не подойду, — и, стягивая с неё плед, хрипло проговорил. — Но не сегодня, Кать, — рука легла на её живот и, жарко поднявшись вверх, осторожно сжала грудь. Пусть будет с завтрашнего.