Билет в страну мертвецов

Пауза между вторым и третьим испытанием становилась неприлично долгой, но теперь Джон был этому даже рад; на одно только восстановление после «смертей» у него ушла почти целая неделя. Первые несколько дней он даже ходить толком не мог, передвигался по съемной квартире, придерживаясь за стены и мебель, и в целом старался не подниматься с кровати. Боже, благослови Америку за телевизор с Netflix и мини-холодильник, который предыдущий жилец оставил прямо в спальне. На седьмой день выйти из дома все-таки пришлось, потому что запасы в мини-холодильнике и холодильнике побольше были не бесконечными, а пользоваться доставкой Джон не хотел. Он вообще старался не оставлять после себя цифрового следа; наличка пока его не подводила и ни разу не предавала, в отличие от бездушного пластика карт. В лифте несуществующий ветер приободряюще взъерошил ему волосы. Джон не контактировал с Королем напрямую, но был уверен, что теперь тот не отходил от него ни на шаг, и это «дуновение ветерка» было прекрасным доказательством тому в его глазах. Джон постоянно чувствовал близость Короля. Из-за своих бесполезных живых человеческих глаз он не мог видеть сквозь завесу между миром живых и миром мертвых, но без сомнений ощущал мимолетные призрачные прикосновения к своим запястьям, шее и волосам, которыми Король по каким-то своим причинам одаривал его при любой возможности. «Интересно, — задумался Джон, когда незримые пальцы в очередной раз легко дотронулись до его ладони, пронзив все тело холодной иглой. — Зачем он это делает?» Он не был уверен, что хотел бы задать ему этот вопрос при личной встрече. Даже если Король был в курсе, что Джон получил способность по-настоящему чувствовать мертвые пальцы на своей коже, едва ли он знал, что Джон получал от этих прикосновений что-то, призрачно похожее на удовольствие. Когда измотанное тело вернулось, наконец, в форму, Джон забронировал столик в одном известном ресторане франко-американской кухни и заказал несколько неприлично дорогих блюд. Тальятелле с идеально прожаренными лесными грибами буквально утопали в сливочном соусе с нотками хереса, утиное конфи с поистине патриотичным именем «Свобода» гордо демонстрировало свою задранную в самое небо кость, а в пироге дровосека можно было прочувствовать всю свежесть фруктов, оценить легкую сладость фиников, аромат кокоса и прохладу лучшего украшения — шарика мороженого. Впервые за долгое время Джон наслаждался великолепно приготовленной едой, а не монотонно пережевывал разогретую в микроволновке разваливающуюся лазанью, поэтому он позволил себе растянуть удовольствие и тщательно пережевывал каждый божественно вкусный кусочек. От мысли о том, что Король наблюдал за ним и сейчас, он чувствовал себя пьяным без вина, хотя, разумеется, вина он тоже уже выпил — когда еще ему хватило бы безрассудства на подобные гедонистические траты? После похода в ресторан Джон почувствовал себя окрыленным и отдохнувшим. Он решил не останавливаться на этом мгновении короткой роскоши и выцепил из схрона пару тысяч долларов, чтобы приобрести новый костюм и перстень, отдаленно напоминавший те, которыми Король увешивал свои длинные пальцы. Проводнику и не закончившему серию испытаний некроманту не полагалось общаться напрямую — это было едва ли не единственное правило гильдии — но после финальной примерки костюма ростовое зеркало в спальне вдруг запотело и известно чья рука вывела на нем: «Тебе идет, дитя». — Спасибо, ваше величество, — Джон картинно поклонился и улыбнулся. Похвалы Короля были ему приятны — даже слишком приятны — и, что самое страшное, он сам этого не осознавал. На исходе третьей недели, когда простое ожидание звонка стало превращаться в невыносимую скуку, завеса между миром живых и миром мертвых если не истончилась, но все же вдруг изменилась; теперь Джон мог видеть Короля в отражениях. Они все еще поддерживали нелепое правило гильдии, но теперь Джон и сам мог украдкой поглядывать за Королем. Его забавляло, как мертвый монарх восседал на кровати из Икеи и с неподдельным интересом смотрел футбольный матч, как безуспешно пытался взаимодействовать с предметами вокруг. Но даже такое тайное развлечение Джона не избавило его от проклятья скуки. Поэтому он решил развеяться и отправиться в ближайший гей-бар. Изначально Джон не планировал выдавать свою сексуальную ориентацию, но потом решил, что, если бы Короля этот факт чем-то не устраивал, то он не стал бы его проводником. И потом, ему, должно быть, тоже уже было скучно смотреть сериалы и изредка выбираться на улицу в ближайший магазин. Джон давно хотел показать ему что-нибудь новое, что-то такое, чего он никогда не видел. Например, секс между мужчинами. В гей-баре Джон легко подцепил симпатичного ровесника, милого и не особо разговорчивого Незнакомца с длинными черными волосами и кокетливой серьгой в ухе. Король в отражении ростового зеркала не выглядел удивленным и не смотрел брезгливо, пока Джон и Незнакомец страстно целовались у двери в спальню. Для своего возраста и статуса Король оказался неожиданно прогрессивен и будто бы даже немного заинтересован, во всяком случае, Джону показалось, будто бы он чувствовал, как скользил чужой взгляд по его обнаженной коже. — Трахни меня, — сказал Джон Незнакомцу и потянул его к кровати. Ему нравилось быть и сверху, и снизу, но сегодня хотелось принимать, хотелось почувствовать себя как никогда живым. Джон старался не думать о том, почему именно мысль о члене в заднице ассоциировалась у него с жизнью. Незнакомец был нежен и очень внимателен, наверное, даже слишком нежен и внимателен. Джон предпочел бы грубый секс, а не осторожные поцелуи, долгие прелюдии и неприличное количество смазки. Это было приятно, но не заполняло кровоточащую и требовательную пустоту в его груди. Джон встал на колени так, чтобы можно было видеть зеркало. Член у Незнакомца оказался достаточно крупным, чтобы даже после всей подготовки у Джона возникло ощущение, будто его насаживали на бейсбольную биту, но это ощущение — к великому его сожалению — быстро прошло, осталось только приятное чувство заполненности и мягкого давления на простату при каждом неспешном толчке. Джон опустил голову на подушку, повернувшись так, чтобы можно было краем глаза видеть Короля. Он не знал, зачем ему нужно было видеть, но желал этого примерно так же, как и самого секса. Секс был приятным, но не более того. Никакой эйфории, бабочек в животе и прочих вещей. Джон пытался мастурбировать себе сам, но понял еще до того, как коснулся себя, что хотел прикосновения совсем не теплых пальцев. — Пожалуйста, — прошептал Джон, впервые глядя прямо туда, где Король должен был стоять, если верить отражению. — Прошу. Незнакомец принял эти слова на свой счет и ускорил темп, но этого все равно не хватало, чтобы кончить. Король какое-то время просто смотрел на него, и по его лицу снова было ничего не прочитать, но потом мертвенно-холодные пальцы все-таки обхватили член — Джон охнул и дернулся из-за такого яркого контраста — и стали ласкать, только не так, как это делал Незнакомец, а грубо, почти жестоко, ведя точно по грани между болью и удовольствием, как ему и хотелось. Джона хватило ненадолго. Уже через несколько секунд такой фантомной мастурбации он излился на простыни. От одной только мысли о том, что сперма почти испачкала длинные пальцы, усыпанные роскошными перстнями, у Джона сладко свело низ живота. — Спасибо, — выдохнул он, даже не глядя на Незнакомца. «Всегда пожалуйста, Джон», — застыло где-то на границе между их измерениями. Следующим утром его вызвали в гильдию на третье испытание. Джон только и успел, что помыться и попрощаться со своим Незнакомцем коротким поцелуем, который ничем не напоминал вчерашние страстные объятия. Короля нигде не было видно, включая отражения, и это вызывало у Джона легкое, но все-таки беспокойство. Не перешел ли он за грань?.. А даже если и перешел? В конце концов, вчерашний порыв был просто случайным порывом, который нашел неожиданный отклик, только и всего. «Это не конец света», — решил для себя Джон, пока поднимался на лифте на уже знакомый двадцать восьмой этаж. В комнате с кафелем его встретила гильотина для пальцев. Стоило Джону сесть на стул, как Король тут же вышел из тени своего мира. Похоже, в этой комнате ему больше не требовался настоящий призыв. — Уже выбрал? — спросил он и улыбнулся точно как и в прошлые их встречи. Ничего не изменилось. Да и с чего бы что-то должно меняться? Джон знал, что Король никогда не интересовался мужчинами, а о его легендарном браке до сих пор складывали романтичные легенды. Что-то там о вечной любви и предназначении, то есть о вещах, в которых Джон абсолютно не разбирался. — Средний палец левой руки. — Король одобрительно хмыкнул. — Сказать почему? — О, прошу, не томи... Ведь ты первый среди начинающих некромантов, кто сделал именно этот выбор! — Это что, сарказм? — с этими словами Джон с улыбкой протолкнул средний палец в отверстие и на всякий случай закрепил ладонь специальными манжетами. Едва ли в самый последний момент ему не хватит духа и он передумает, но лучше никогда не верить себе и своему обманчиво разумному мозгу. — Я многому научился, пока наблюдал за живыми. Джон снова почувствовал на себе его взгляд, и ему не понравилось то, с какой готовностью ответило на это его тело. Он досчитал до двадцати и обратно, напомнив себе, что Король в первую очередь его проводник, что только это имело значение. — Окажете честь, ваше величество? Джон приглашающим жестом указал на красную кнопку, которая должна была запустить лезвие и закончить это легкое испытание. — Не откажусь. — Король положил свою ладонь на ладонь Джона. Они наложились друг на друга и на мгновение стали единым целым. —Спасибо за приглашение, Джон. Одно нажатие, и лезвие беззвучно ухнуло вниз. Картинно брызнула кровь, отрубленный палец упал на пол, чтобы бодро покатиться прочь от своего нерадивого хозяина, подпрыгивая на кафеле. Перед глазами вспыхнуло белым и Джон несдержанно застонал от резкой боли. В этот момент ему показалось, что чья-то холодная ладонь осторожно дотронулась до его щеки. Таким жестом успокаивали любовников. Джон убедил себя в том, что ему только показалось, и на самом деле никто к нему не прикасался. — Поздравляем вас. Ваша связь с проводником была усилена, — заговорил знакомый голос из динамика. — Пожалуйста, зайдите к медицинским работникам гильдии перед уходом. Вас проводят. Испытание было простым, даже слишком простым, но Джон почему-то чувствовал как никогда себя пустым, будто он не просто отрубил себе палец маленькой гильотиной, но отрезал что-то еще, что-то такое, что на самом деле было ему жизненно необходимо. Вот только что именно? — Все будет хорошо, Джон. Теперь мы с тобой связаны, и я буду с тобой до самого конца. Король приободряюще улыбнулся ему на прощанье, и от этого на душе Джона стало немного теплее. Он улыбнулся в ответ.