Лунная лилия

      Сегодня будет заказ, точно тебе говорю. – Друг вернулся к столу, аккуратно балансируя большую пенную шапку на кружке с пивом. – И хороший заказ. Денежный.       - И с чего ты это взял? – На отсутствие денег им жаловаться пока точно не приходилось, иначе не было бы этой, уже третьей по счёту пивной кружки, которую устанавливали на стол, как величайшую ценность. Но когда бы это наёмники от денежных заказов отказывались. – Интуиция?       - Хороший слух и верный глаз. – Кружка, наконец, была поставлена, и друг устроился на своём месте. – Видел, как разносчик в твою сторону какой-то девице кивал.       - Так может она совсем не по поводу заказа. – Друг на какое-то время оказался занят пивом, так что мысль удалось даже развить. – Может сама подзаработать хочет.       - Шлюхи так не одеваются. – Ответа пришлось подождать, но оно того стоило. По губам невольно скользнула улыбка.       - Как так? – Подзаработать на них вполне могла попытаться и какая-нибудь бродячая торговка, и мастер артефактов, тем более что ему далеко не все их виды давались, и много кто ещё, но друг в первую очередь подумал именно о легкодоступной девушке. Вот ведь…       - Богато. – В ответ только фыркнули. – Да сам посмотри. Вот она идёт. Одета девушка действительно была богато, хоть и неброско. Чёрная куртка, с меховой оторочкой, такие же тёмные штаны, кожаные сапоги, за которые, если он что-то понимал в одежде, можно было троих таких как он купить. Причём вместе с магическим даром. Руки в серых перчатках, волосы распущены и держится как-то сковано. Явно не привыкла в трактирах бывать. Губы сами собой скривились. Он на что угодно готов был поспорить, что девица из благородных.       - Ты же её не прогонишь? Она много заплатить может. – В их паре главным был, всё же, именно он, так что в голосе друга надежда смешалась с тревогой. Хотелось ему этих денег.       - Смотря что она хочет. – Усилием воли злость удалось подавить. Девчонка - потенциальный наниматель и держится, вроде, не спесиво. Ему же не надо её любить. Только выслушать. И если заказ окажется интересным – выполнить его. Всего-то. – Выслушать можно.       Ответом стали облегчённый вздох и радостный оскал. Не иначе как уже примерился плату за заказ спустить на что-то. На что интересно? Хорошо бы это были оружие или артефакты. Одежда, в крайнем случае. Опять ссориться из-за тяги друга к роскошной жизни, совершенно не соответствующей заработку наёмников, не хотелось. Но спросить не удалось, потому что потенциальная заказчица, наконец, до них добралась.       - Доброго вам вечера. – Уже приветствие подтверждало его предположения о её происхождении. Простонародье так не здоровалось. Тем более в таверне, да ещё и с не совсем трезвыми наёмниками. – Мне рекомендовали вас как хороших наёмников. Мы могли бы… - Она запнулась и посмотрела словно умоляюще. Первый раз кого-то нанимает? Да уж. Наивная аристократочка, впервые посетившая настоящую таверну и впервые пытающаяся нанять наёмников. Повезло ей, что на них указали. Он, в худшем случае, просто цену в два раза против обычной назовёт. Ну или прогонит. Кто-то другой мог бы и иначе попытаться наивностью воспользоваться. Но ему было неинтересно, а драгоценный напарничек был слишком правильным. Вот и сейчас вскочил, услужливо пододвинул утащенный у кого-то стул.       - Обсудить условия найма? Конечно. – Смотреть как она мучительно пытается подобрать слова было где-то даже забавно, но не долго, стоило переходить к делу. – Присаживайтесь, леди…       - Сильвия. – Она облегчённо выдохнула, села и вдруг ойкнула, смешно прикрыв ладошками рот. – С чего вы взяли, что я леди?       - Это видно. По вашему поведению, по одежде, по речи. И разве кто-то, кроме аристократа наденет в таверне перчатки? – Он улыбнулся, кивнул на её руки.       - Стоит снять, да? – Она поспешно схватилась за перчатку, но не сняла, словно разрешения ждала. Забавная.       - Стоит. – Перчатки были тут же стащены, да ещё и с таким выражением, словно она весь вечер только об этом и мечтала.       - Ох, ну наконец-то они так… раздражают. Вы не представляете. – Она быстро помассировала ладони пальцами, и жест оказался на удивление знакомым. Интересно, она маг? Зачем тогда вообще эту гадость натянула? В таверне было достаточно тепло, чтобы руки не мёрзли. Да и ранняя тёплая осень снаружи не способствовала такому издевательству над собой.       - Вы маг? – В ответ на удивлённо вскинутые глаза, повторил её жест с массированием ладоней, получил кивок, улыбнулся. – Представляю. Каждую осень момент, когда терпеть холода без перчаток становилось невозможно, был самым ненавистным в году.       - Как же прекрасно, когда перчатки вообще не нужны. – Естественно драгоценный напарничек выбрал именно этот момент, чтобы оторваться от пива и вмешаться в разговор. И очень удовлетворённо оскалиться при этом.       - А ты вообще не вмешивайся, коврик шерстяной. Видишь маги общий язык ищут. – Почему-то захотелось подмигнуть девушке, и он не стал сдерживаться. Хоть и аристократка, но ведёт себя довольно мило. – Какой у вас дар?       - Лучше уж шерстяной коврик, чем мёрзнуть от любого порыва ветерка. – Друг успел влезть первым, махнул хвостом и спрятал морду в кружке. Что же на минуту минимум желание болтать не по делу нейтрализовано.       - Иллюзия. – Она хихикнула, прикрыла улыбку рукой. – Ничего необычного. – Здесь на Востоке иллюзия действительно была привычна. Кто знает почему, но рождались маги преимущественно с ней. – А у вас?       - Некромантия. – Ответная улыбка, изумлённо распахнутые глаза. Они всегда так реагировали. Хотя он обычно сообщал о направленности своего дара, когда начиналось обсуждение награды. Нанять некроманта не так и просто, тем более задёшево.       - Невероятно. Никогда не видела некромантов. – Она чуть наклонилась вперёд, рассматривая его глаза. – Я заметила, что у вас необычный цвет глаз, но… Это тот самый мертвенный изумруд?       - Да. Забавно, что все о нём знают, но почти никто не в состоянии опознать, пока не скажешь, что некромант. – Он из-за этого когда-то посчитал других эльфов невнимательными и слишком высокомерными, а оказалось, что это учитель такой уникальный был, что по цвету глаз с одного взгляда некроманта опознал. Что ж ему же лучше. Пришлось потрясти головой, чтобы не вспоминать. Ещё не хватало утонуть в прошлом и потерять минут на пять способность разговаривать. – Но, давайте вернёмся к найму. Я и так долго вас отвлекаю.       - Это было довольно мило. Никогда не думала, что наёмники могут быть такими… - Она с полуулыбкой махнула рукой в воздухе, он чуть покривился. Какими такими? Вежливыми? Разбирающимися в магии? Способными связать более двух слов без тупого хохота и не менее тупых шуточек? – Интересными. – Завершение мысли оказалось неожиданным. Чего он такого интересного сказал? – Я вас с удовольствием найму, если возьметесь. Мне нужно, чтобы меня сопроводили в Лунную долину. Дорога долгая, а я ещё никогда не путешествовала одна и не хотела бы начинать… так.       - Зачем вам в Лунную долину? – Из кружки друг вынырнул давно, но в разговор вступил только сейчас и уже без шуточек. Посерьёзнел и даже нахмурился. В его народе разные истории про Лунную долину ходили.       - За лунной лилией. – Кажется теперь удивлённо смотрели уже оба, потому что она тяжело вздохнула и продолжила. – Понимаете я… я попала в опалу у двора. И это сильно расстроило мою семью, особенно старшего брата. Они так мечтали в этот сезон представить меня к императорскому двору, но пока двор принцессы меня не принимает, о столице Империи и мечтать не стоит. – Она вновь тяжело вздохнула, поправила волосы. – Есть такая традиция при дворе, тот кто принесёт лунную лилию из Лунной долины, тому будут прощены любые прегрешения. Она нужна мне, чтобы общество вновь меня приняло.       - Я не знаток традиций двора Востока, конечно, но разве рано или поздно благородных и так не возвращают из опалы? – Друг потеребил хвост, явно о чём-то раздумывая. Пытается решить обойдётся ли без денег за этот заказ?       - Возвращают, но тут дело в сроках. Для меня это будет не раньше, чем через два-три года, а за это время… - Ещё один вздох. Ему кажется или она действительно не слишком стремится вернуть себе расположение двора? – Понимаете, наследник Империи, он мой ровесник. И моя семья рассчитывала, что он может… ну, обратить на меня внимание. А через два-три года у него наверняка невеста появится. Так что будет поздно.       - Игры аристократии. – Он не смог удержаться, скривился, слова прозвучали зло. И с чего он решил, что она от них чем-то отличается? – Только и думаете, как бы повыгоднее в жизни устроиться.       - Словно об этом только аристократы думают. – Вспышки он не ожидал, но она резко выпрямилась, вокруг зрачков карих глаз вспыхнул белый ободок. Словно она с ним драться собралась. Иллюзионист с некромантом. Она с ума сошла? – Или вы уважаете только тех, кто всю жизнь сидит в одном болоте, каким бы оно не было, и не шевелится? Плевать какое, главное, что родное?       - Ну-ну-ну, не злитесь. – Он не нашёлся что ответить, и это сделал друг. – Конечно, он не только таких уважает. И сам ведь совсем не наёмником родился. Просто, как бы вам сказать, у них на островах аристократия куда хуже, чем в Империи. Вот у него и прорывается иногда. Начинает всех благородных по эльфийским мерить. – Мрачный взгляд в его сторону. – Сейчас пройдёт. Давайте вы лучше со мной поговорите, я ваше желание добиться цели очень уважаю. Значит, вам нужна охрана на пути к Лунной долине?       - Не то чтобы это цель… - Она как-то сразу вся поникла. – Просто… Впрочем, это неважно. Зачем я вообще объясняю? Да, мне нужно, чтобы меня сопроводили к Лунной долине по кратчайшему пути, а после того, как я добуду лилию – обратно. В саму долину можете не заходить. Насколько я слышала, хищных зверей, разбойников и опасных тварей там не водится, а про легенды кама’ри о ней я знаю.       - Какая вы замечательная девушка, Сильвия. Понимающая. – Счастливый оскал и ещё один мрачный взгляд на него. Даже стало совестно. Немного. Ну да интриганка, мечтающая стать императрицей, но ведь не заносчивая и относится к простым наёмникам с пониманием. Императрицей ведь кто-то неизбежно станет, так может она – не самый плохой вариант? – И сколько же такое путешествие будет стоить?       - Я готова заплатить вам пятьдесят золотых, когда мы доберёмся до долины. Но если мне удастся заполучить лилию, то по возвращении я обещаю убедить брата удвоить эту сумму.       - Сто золотых? За простое сопровождение? – У друга даже голос задрожал. Немыслимая сумма. Они за год столько никогда не зарабатывали, а тут за один не слишком долгий и опасный переход. – Вы уверены?       - Для моей семьи это очень важно. – Горькое покачивание головой. – Я уверена. Должна же и от аристократов быть какая-то польза, верно?       - Польза не измеряется деньгами. – Друг ещё хватал ртом воздух, так что говорить пришлось ему. – Простите, Сильвия. Мне не стоило срывать на вас зло. У меня с аристократами связаны тяжелые воспоминания, но это не ваша вина. Мы возьмём контракт. – Улыбка получилась чуть грустная, ну и пусть. – Моё имя Айнрен.       - Я Ала. – Голос у друга звучал ещё хрипловато, но в остальном с эмоциями он совладал.       - Ала’Ри? – Она улыбнулась, он поморщился.       - Нет, просто Ала. Мой народ изгнал меня, и права на Ри я лишён. – Она чуть нахмурила брови, и ему пришлось продолжить. – Меня обвинили в попытке захвата власти через ложь. Это… это не совсем так, но старейшины посчитали обвинения справедливыми, и мне пришлось уйти.       - Да уж, ну у нас и компания будет. – Она усмехнулась уголком губ. – Опозоренная восточная аристократка, эльф-некромант, ненавидящий аристократов, и кама’ри, изгнанный за попытку узурпации власти. Звучит как начало не слишком удачной шутки.       - Попробуем превратить в удачную историю? – Она ещё и шутить умеет? Может и в самом деле не самая плохая компания из неё выйдет.       - Обязательно. – Она протянула руку, постаравшись, видно, сделать лицо серьёзным, но не надменным. Получилось забавно.       - Что же контракт скреплён. – Он пожал протянутую ладонь. По-хорошему, стоило ещё и договор составить, но, возможно, не в этом случае. Аристократка смеющая претендовать на место невесты наследника Империи. Она настолько выше их, что, вздумай она обмануть, любой документ можно будет на растопку пускать. Никто на него и не взглянет. Так что рассчитывать стоило на её порядочность. И на то, что без них ей из долины не выбраться, а они без оплаты обратно не поведут. – Волосы соберите, Сильвия. С распущенными будете ненужное внимание привлекать.

***

      - Осторожнее, не упадите. – Ходить по болоту Сильвия не умела совершенно. Приходилось то и дело протягивать руку и поддерживать. – Здесь земля нестабильная.       - А хоть где-то на этом проклятом болоте она стабильная? – Она в очередной раз оперлась на его руку, перепрыгнула на островок и в очередной раз чуть не упала. – Зачем мы вообще через него потащились?       - Потому что вы хотели добраться до Лунной долины кратчайшим путём. А потом ещё и сами согласились на болото, когда мы предупредили, что кратчайший путь через него. – Он прикинул расстояние до ближайшей кочки и способность Сильвии сделать такой прыжок, не утопившись в болоте… и со вздохом обратился к дару. – Не бойтесь, самый сложный участок мы почти прошли. Дальше будет легче. Там земля потверже, прыгать столько не придётся.       - Мне кажется, я упаду, как только эти кочки кончатся. И не встану. – Говорить, причём достаточно спокойно, и одновременно расширившимися от изумления глазами наблюдать как поднявшиеся из болота кости формируют мостик, ей удавалось отлично. Не иначе как аристократическое воспитание. Голос надо держать, чтобы не происходило. Хотя не любое заклинание некроманта давало такую возможность, конечно. – А вы так сразу не могли?       - Мог. Но тогда ближе к концу болота вам меня бы пришлось нести. Без должной подготовки такие заклинания много сил забирают, это вам не костяные тиски. – Он сошёл на довольно шаткий мостик, так и не отпуская руку Сильвии. Или это она его так и не отпустила? – Как оцениваете свою способность прыгать по кочкам с бесчувственным некромантом на руках?       - Никто никогда бы не узнал, как мы погибли. И где, тоже. – Стоило ей ступить на мостик, как пальцы на его руке сжались ещё сильнее. Даже больно стало. – Ну, если бы ваш друг нас не нашёл бы.       - Ну, он бы искал, конечно. Но найти до того, как мы утонем, не успел бы. – Ала, которому, с его кошачьей ловкостью, хождение по кочкам давалось ненамного сложнее, чем по дороге, убежал вперёд. Обещал устроить лагерь на первом более-менее твёрдом месте. То, что Сильвии после самого сложного участка нужно будет отдохнуть, предположили они оба. – Не бойтесь, помост шатается, но он надёжный. Если будете ступать аккуратно, то перейдёте спокойно.       - Я не боюсь. – Голос у неё даже не дрогнул. Если бы не ненормально сильно сжатые пальцы, он бы даже поверил.       - Именно поэтому так вцепились в мою руку, словно она последнее, что вас от смерти отделяет? – Он не смог сдержать улыбки, да не особенно и пытался. Всё-равно она не увидит.       - Ой. – Сзади смущённо выдохнули, хватка стала чуть слабее. – Простите. Просто всё это для меня…       - Впервые. Я понимаю. Сам за учителя примерно так же цеплялся в первый раз. И то, что вырос в деревне, совсем не помогало. – Мостик закончился и он, выведя Сильвию на относительно твёрдую землю, рассеял заклинание. – А, вообще, если хотите, поделюсь секретом. Я болот и сам опасаюсь. В детстве в одном чуть не утонул.       - Заигрались и не заметили, как забрели? – В её голосе послышалась улыбка, а вот его улыбаться как-то не тянуло. Действительно не заметил. Когда убегаешь от желающих снять с тебя голову, не всегда успеваешь крутить ей по сторонам. Особенно если ещё и рыдаешь при этом.       - Если бы так. – И зачем он ей вообще об этом рассказывает? Всё-равно ведь не поймёт. Она аристократка, куда ей. – Там куда менее весело всё было. – Он с некоторым сомнением прощупал воду перед ними заклинанием, но, кажется, дно было достаточно твёрдым, хоть и придётся идти по пояс в воде. Зато дальше уже что-то вроде насыпи, а по ней и на старую тропу выйти можно. – Здесь придётся идти прямо по дну. Ступайте за мной след в след, если вдруг почувствуете, что затягивает, говорите сразу. Только без паники.       - Хорошо. – Она всё же попыталась отпустить его руку, но теперь уже он не дал. Нет, ему надо её чувствовать. Один неверный шаг и болото может в мгновение поглотить, даже вскрикнуть не успеешь. – Вы очень спокойно себя ведёте здесь для того, кто чуть не погиб в болоте.       - Страх только мешает, сковывает, лишает ясности мысли. Меня этому очень хорошо обучили. И контролировать свои страхи тоже. – Вода оказалась неприятно холодной, нужно будет потом одежду заклинаниями просушить, а то заболеет Сильвия ещё. Ему-то самому, спасибо дару, простуда не грозила. – Кроме того, тогда у меня была проблема пострашнее болота. – Если бы не было, то он бы и не выбрался, наверное. Но погибнуть после того, как сестра пожертвовала собой, чтобы его спасти, он не мог. Права не имел. На следующем шаге под ногу подвернулось что-то скользкое, округлое и, кажется, живое. По крайней мере, вывернулось оно быстровато для камня.       - Осторожнее! – Всю гамму ощущений от падения в болотную воду он себе представить уже успел, но руку с неожиданной силой рванули назад. – Как вы? – Он осторожно поставил ногу, убедившись, что в этот раз ничто уронить его не пытается, и обернулся. Сильвия, с побелевшими губами и распахнутыми глазами, пальцами левой руки держалась прямо за воду. А он-то удивился, как у весьма хрупкой девушки, хватило сил удержать его, да ещё и опираясь на болотистое дно.       Неожиданно. Это она чистую энергию использует, чтобы удержаться, или у неё иллюзия на грани с творением и позволяет отчасти менять свойства предметов? В любом случае, она оказалась куда сильнее, чем ему представлялось.       - Я в порядке. Спасибо. Можете отпустить воду. – Она слабо выдохнула, разжала побелевшие пальцы. Страх постепенно уходил из глаз. – И мою руку, пожалуйста, сжимайте не так сильно. Хватка у вас вполне достойна хорошего мечника.       - Ох, простите. Я… испугалась. Как подумала, что вы сейчас упадёте, а мне нужно будет вас вытаскивать, а я же совсем не умею по болоту ходить.       - Я бы и сам выбрался. Я же некромант, дольше могу не дышать, чем остальные, и плаваю неплохо. – На самом деле, мог бы и не выбраться. Если бы не повезло упасть в глубокий бочаг или заполненную илом яму. Пока осознаешь, где верх, где низ – тебя уже затянуло. А некромантией под водой особо не воспользуешься. Любые связывающие заклинания она размывала мгновенно. Но к чему пугать ещё больше. – Но на сушу пришлось бы самой выбираться.       - И бросить вас? – Злость в её голосе он уже слышал в трактире и, неожиданно, услышал опять. – Вы же не думаете, что я действительно бы так поступила?       - Лучше бы поступили. У меня в такой ситуации шансов выжить больше, чем у вас. – Отвернуться пришлось поспешно. Иначе она бы увидела, как уже он изумлённо распахивает глаза. Она отказалась его бросить? Даже зная, что шансов помочь у неё почти нет? Благородная дама простого наёмника? – Впрочем, уже неважно. Благодаря вашей помощи, спасать никого не нужно. Давайте выбираться, пока ещё чего-нибудь не случилось.       Но, по счастью, больше до насыпи ничего не случилось. Чтобы не жило на дне, друзей у него не водилось. Либо они не желали знакомиться с чужими сапогами и разбежались.       - Твёрдая земля? Мне казалось, я уже забыла, что это такое. – Сильвия, выбравшись, немедленно принялась сушить одежду, при этом ладони у неё характерно светились, подтверждая верность мысли про иллюзию на грани с творением.       — Это часть старой дороги, вероятно. Был тут тракт когда-то. Потом пришло болото, тракт перенесли, осталась тропа. Караваны по ней не ходили, но на лошади проехать вполне можно было. А потом часть тропы провалилась. Пройти там теперь нельзя. В провале что-то живёт и жрёт тех, кто пытается переправу наладить. По кочкам безопаснее. – Он тоже заклинаниями просушил одежду, чуть нахмурил брови. – Почему вы не сказали, что ваша иллюзия на грани с творением?       - А это важно? – Она в ответ приподняла бровь и сделала это так надменно, что он чуть не усомнился, что всё произошедшее пару минут назад ему не почудилось. – Я же наняла вас защищать меня. Что бы поменяло то, что я сильнее? Вы бы защищали меня с меньшим усердием?       - Пожалуй, нет. Вы заказчик, мы защищали бы вас, даже если бы вы и вовсе магом не были и даже оружием не владели. Просто, полезно порой знать, на что способны спутники. Для крайних ситуаций. Вы же не дадите себя съесть, если мы вдруг не сможем вам помочь, просто потому, что защищать вас – наша работа? – Он вздохнул, покачал головой. Понять Сильвию не получалось. Впрочем, нужно ли это ему? Она просто наниматель. Понимать не обязательно. Обязательно провести в целостности до долины и обратно. – Идёмте. Ала уже заскучал, наверное.       - Простите. – Она догнала его буквально через несколько шагов, пристроилась сзади, так как идти рядом насыпь пока не позволяла. – За творение. Я думала, вы поняли, когда я сказала про лунную лилию. Её же не достать, если иллюзия не граничит с творением. Ну или если ты не шаман.       - Я мало, что знаю про Долину, кроме расположения на карте и историй Алы. – Справа из болотного тумана проступила ровная линия камышей. Тропа.       - Лилия растёт в долине, но на плане духов, достать её в наш можно только в полнолуние и только с помощью зеркала иллюзий, которое без доли творения не создашь. Это, если кратко. – И судя по тону, более подробного объяснения просить не стоило. – Извините. На Востоке это широко известно, я не подумала, что вы можете не знать.       - Ничего. Зато теперь понятно почему за эту лилию могут прегрешения перед двором простить. Достать её сможет только очень сильный маг. – Заклинание вырубило часть камышей, и он спрыгнул на тропу. – А вот и тропа, прыгайте.       - Или очень искусный. А у нас таких любят. – Сильвия последовала за ним, с удивление постучала носком по одному из составляющих тропу булыжников. – Мощёная? Здесь, посреди болота?       - В чём имперцам, что прежним, что нынешним, не откажешь, так это в умении строить на века. – Идти по тропе было куда приятнее, чем по болоту, главное направление верное взять. Но с этим проблем не было, доводилось ему тут уже ходить. И с Алой, и раньше. – А чем такой талантливый и амбициозный маг как вы мог вызвать неудовольствие двора? Наколдовали что-то?       - Вам не кажется, что это излишне личный вопрос? – Она нахмурилась, он пожал плечами.       - Если вы так считаете – замолкаю. Тем более идти недалеко осталось, можно и помолчать. – Ещё одно пожатие плеч, поворот дороги, и он чуть носом не уткнулся в нервно подрагивающий хвост Алы. – Вот так сюрприз. Ты что тут делаешь?       - Слушаю, нюхаю, жду вас. – Друг чуть повернул голову, но тут же вернулся взглядом к крупному бочагу у самой тропы. Странно, он не помнил тут такого. Вокруг тропы, благодаря какой-то вплетённой в землю магии, всегда камыши росли. – Ты в этом пруду ничего не чувствуешь?       - Чтобы что-то в нём почувствовать, мне надо этого захотеть. – И было это весьма неприятно. Для некроманта с нормальной, неискажённой аурой эта способность была… противной, хоть и полезной. Словно где-то рядом стеклом по стеклу водят. – Считаешь, что нужно проверить?       - Проверь, будь добр. А то мне что-то чудится, а понять не могу. Может просто болото путает.       - Как скажешь. – Он прикрыл глаза, словно растягивая привычное ощущение жизни и смерти, касаясь им того, что было далеко за пределами ауры. От неприятного чувства свело зубы. И, главное, всё оказалось напрасным. Ни живых ни немёртвых в омуте не было.       - А разве некроманты не чувствуют жизнь и так? – Шёпот Сильвии, явно адресованный Але, он услышал, уже сворачивая ауру. Любопытная какая.       - Чувствует он вас или меня. Человека за поворотом может почувствовать. А пруд уже далеко, и он глубокий.       - Нужно ауру преобразовывать и растягивать, чтобы на таком расстоянии что-то почувствовать. Ну если она только не изменена специальными ритуалами. Такие некроманты, говорят, могут на сотню шагов вокруг себя и даже под землю ощущать. – Он потряс головой, пытаясь вернуть нормальное восприятие мира. Получилось так себе. За насилие над собой аура ещё какое-то время однозначно мстить будет. – В озере ни живых, ни немёртвых. Может ты духа какого почуял?       - Или мертвеца, но совершенно обычного, спокойного. – Ала пожал плечами, перестал подёргивать хвостом.       – Ну, раз путь чист, то идёмте. Прости, что задержал нас.       - На болоте предосторожности лишними не бывают. Лучше повозиться чуть дольше, чем твоего друга сожрут. – Он только хмыкнул, снова потряс головой. Болото то и дело пыталось раздвоиться. – Идёмте. Подержит меня кто-нибудь под ручку, пока перед глазами двоиться не перестанет? Ответом стал дружный смех и под руки его подхватили с двух сторон. Ну теперь точно в болото упасть не грозит. – А почему некроманты не пользуются этими ритуалами, если они настолько сильнее делают?       - Потому что тех, кто через них прошёл и сохранил рассудок можно пересчитать по пальцам. Одной руки. – Он улыбнулся Сильвии и хмыкнул. – И были они тогда детьми. Какой родитель или учитель согласится своего ребёнка на такое отправить? А взрослые быстро сообразили, что лучше быть не очень сильным, но живым и разумным, чем ощущать всё вокруг себя, но полностью потерять связь с реальностью.       - Брр. – Реакция оказалась ожидаемой. – Хотя, мне кажется, на Востоке это никого бы не остановило. У нас маги любят переходить любые границы, в том числе и вменяемости, только бы немного превзойти других. – Пожатие плеч ответная улыбка. – Хорошо, что некроманты разумнее. И что вы и без ритуалов смогли прощупать этот провал. А то он даже так, какой-то жуткий.       - Да, пожалуй… - Провал? Почему это слово… Провал. Провал на тропе! Вот тьма!       Поняло ли оно, что его раскрыли или просто решило, что добыча достаточно углубилась в ловушку, но вода пришла в движение. С двух сторон от них у самой тропы провал взорвался водяными фонтанами, из которых на тропу вылетела жуткая смесь водорослей, ила, костей и полусгнивших камышей. Путь, что назад, что вперёд, был отрезан. Ступишь в это месиво и уже никогда не выберешься. Утянет на дно, на закуску тому, что сейчас лезло из провала.       - Что-за… - Даже у Сильвии голос дрогнул, впрочем, он сомневался, что его прозвучал бы лучше. Тварь из всё тех же ила, водорослей и костей, только скреплённых мерзкой чёрной жижей и клубящимся чёрным туманом, даже природную невозмутимость некроманта преодолела. По крайней мере, руки у него дрожали.       - Моровая тварь! Держитесь лучше сзади. – Ала уже успел вытащить клинок, у Сильвии засветились ладони. Но они мало что могли против монстра. Искажённого духа, заражённого злобой, вырванного из привычного для них безразличия, пожирающего и искажающего всё, что встречалось у него на пути. Не живого и не мёртвого. Даже сейчас ощутить его не получалось, словно перед ним была пустота. Или вещь. Сюда бы шамана. Он бы эту тварь быстро успокоил и развеял, но шамана под рукой не было. Придётся ему поработать усмирителем духов. Ну или смириться с тем, что его сожрут. Их всех сожрут.       - Мы можем чем-то помочь? – Более опытный Ала, тут же нырнул за спину, и Сильвию туда же утащил. Молодец. Будет кому присмотреть. Она со своим творением может только помочь твари подрасти.       - Держаться рядом, чтобы не пришлось защищать вас отдельно, но не мешать! – Удар черно-бурого щупальца, изумрудный щит застонал от усилия, по рукам прокатилась боль. Проклятье. Сильный. Надо… Ещё один щит. И ещё. Щупальцев у твари, помимо перегородивших дорогу, оказалось четыре, и она била ими по щитам, пробивая и заставляя ставить каждый следующий немного ближе. Тьма. Надолго его сил так не хватит. Ещё удар. Двумя одновременно. Он едва успел увернуться, но руку обожгло болью. Щит пробил с одного удара, руку разорвал. Глубокая рана? Неважно. Если ничего прямо сейчас не сделать, раненую руку вместе с ним сожрут. Всё потом. Если будет. Пальцы слушаются и ладно. – Когда ударит, все влево! – Слышали, нет? Неважно. Либо действовать, либо убьют всех. Сомневаться нельзя. Не сейчас.       Удар, щит. Но в этот раз пробить защиту он не дал, дёрнулся влево, щит изменился. Щупальца врезались в тропу, кроша камни. Резкая боль в щеке, виске, плече. Осколки. Потом. Изумрудное лезвие врезалось в щупальца, перерубило наполовину и застряло с чавкающим звуком. Мало силы вложил. Вот дрянь. Оно же их сейчас зарастит. Грязи тут сколько угодно. Дикий вой, ощущающийся, кажется, костями. Ещё удар. Призванный дар. Поздно. Щит нужной силы не успеет сформироваться. Пробьёт насквозь и заклинание и его. Удар. Падение. Камни дороги больно ударили по рёбрам.       - Очнись! Чего замер? – Ала. Сбил с ног, спас. Щупальца опять раздробили дорогу. Вой оглушил его, но не друга. – Делай что-нибудь или оно нас сожрёт! Хочешь своими косточками это месиво украсить?       Сожрёт. Кости. Конечно. Ему нужна была жизнь, чтобы расти. Оно жрало что-то в болоте. На растениях такое бы не вымахало. Лягушки, рыбы, шустрые камни? Не только. В щупальцах есть кости, может, не только в них. – Отпусти! И ляг!       Друг тут же скатился, рухнул на дорогу, прикрыв голову руками. Вновь щит и одновременно призыв другой части дара. Той, что делает некромантов повелителями мёртвых. Как много костей. Щит стонет, но выдерживает. Оно жрало не только лягушек. Ещё удар. Едва-едва, больше не выдержит. Прожорливость тварь и погубит. Ещё немного. Звон лопнувшего заклинания, от боли отнимаются пальцы. Хватит ли сил направить без рук? Должно. Он не может погибнуть. Не имеет права. Давай же!       Останки ответили на призыв. Из твари брызнул дождь из обломков костей. Как много. И не защититься. Он их и убьёт. Поставить бы щит, но рук словно нет. И энергии тоже. Всю истратил. Ещё и раны. Перед глазами плыло. Кажется, как вонзятся кости он уже не почувствует. Тьме он даже обрадовался. По крайней мере умрёт, не почувствовав боли. После всего совершённого, не такой уж и плохой финал. Последним, что он увидел, было белое сияние.       Первым, что почувствовал – разливающееся под кожей тепло. - Ты уверена, что так можно? – Прозвучавший откуда-то голос стал неожиданностью. Почему? Он не ожидал его услышать?       - Уверена. Наши способности далеки друг от друга, но не настолько различны, чтобы представлять опасность. – Точно, не ожидал. Он вообще ничего услышать не ожидал. Почему?       - После твоего щита, есть сомнения.      Выглядело жутко.       - Скажи спасибо, что получилось. Раньше я такой только на руку создать могла. Не иначе как от страха сразу троих накрыть получилось.       - От страха за кого?       - За себя, конечно. Как бы я выбиралась из этого болота одна? Да и видеть в кошмарах ваши утыканные костями трупы не хотелось. – Кости? Кости, конечно. Провал у дороги, моровая тварь, его заклинание, вырвавшее из неё осколки костей и дождь из них. Они выжили? Как?       - Мы что выжили? – Видно, сильно он удивился, задал вопрос прежде, чем успел глаза открыть.       - Нет. Это мир безвременья. – Сильвия сидела на коленях возле него, держа светящиеся ладони над грудью, сбоку высовывался Ала.       - Врёшь. У душ нечему болеть. – А вот у него много что болело. Рука, ребра, щека, пальцы. Прошлись, называется, по болоту. – Как мы выжили?       - Щит из энергии. – Сильвия болезненно дёрнула губами. – Это было больно. Хотя вам, наверное, больнее. Эта тварь вам руку до кости разорвала.       - Чтобы убить некроманта этого недостаточно. – Он повернул голову, осмотрел перебинтованную левую руку. – Что вы делаете?       - Поддерживаю сохранность ауры. Она у вас пыталась расползтись.       - Это из-за перенапряжения. Спасибо. – Он оперся на правую руку, осторожно поднялся. Поляна на верховом болоте. Они смогли добраться до безопасных участков. И даже его донести. – Что с тварью?       - С визгом уползла в болото. Стала раз в пять меньше, чем была. – Ала, видно убедившийся, что он жив, занялся установкой палатки. Сильвия погасила свечение на руках, но вставать не стала.       - Но не сдохла?       - Когда уползала, была жива. Может потом и сдохла.       - Обратно пойдём по новому тракту. – Он коснулся щеки, поморщился, когда ранки отозвались саднящей болью. – Встретиться с таким ещё раз я и за тысячу золотых не соглашусь. Уж простите, Сильвия.       - Если ради становления императрицей надо ещё раз встретиться с этой тварью, то пошла та корона подальше. – Как ни странно, девушка не расстроилась, даже словно наоборот. - Всё равно это больше брату, чем мне нужно.       - То есть вы не хотите становиться императрицей? – И зачем тогда всё затеяла, спрашивается. Ради какой великой цели они все чуть не погибли только что?       - Сложно сказать. С одной стороны, кто же откажется, с другой… - Она замялась. – Вы спрашивали, чем таким я навлекла на себя гнев двора. Неподобающим поведением. Слишком много любопытствовала, слишком много смеялась. Была поймана за тем, что испачкала и порвала придворное платье, когда помогала ребёнку кошку с дерева снять. Аристократка в платье на дереве, да ещё и помогающая простолюдину стала для двора последней каплей. Если от императрицы тоже будут требовать ходить по струнке, помалкивать и на всех смотреть сверху вниз, то пусть ей кто-нибудь другой станет. – Она вздохнула, поджала губы. – Но к императорскому двору попасть всё же нужно. Это очень важно для брата, а значит и для меня.       - Вас несложно представить на дереве и с кошкой, Сильвия. – Улыбка получилась как-то сама. Неужели действительно помогала? Пусть и в такой мелочи. Не была такой, как другие аристократы? – Пусть и в платье. Спасибо, что спасли нас.       - Сперва вы спасли нас. Кем бы я была, если бы не сделала того же?       - Я таких немало знал. – Аристократкой. Одной из тех. Большинство, если бы кого и спасли, то Алу. Только чтобы из болота вывел. А тратить силы на раненного обессиленного некроманта… Пф. Глупость-то какая. Свою пользу он исчерпал в тот момент, когда потерял сознание. А значит стал не ценнее сломанной вещи. Для большинства. Не для неё.       - Не повезло вам. И спасибо, что спасли, несмотря на все предубеждения.       - Вы наниматель. Как я мог иначе? – Они улыбнулись друг другу, в стороне весело фыркнул Ала. – Но, давайте постараемся всё же избегать такой необходимости в дальнейшем. Очень уж она болезненная.

***

      - Можем ещё лошадей посмотреть, вам и Айнрену. – Болтал друг без остановки уже минут двадцать, но последняя фраза вызвала усмешку. Забавно он вокруг Сильвии увивался, даже несмотря на то, что тащил в лапах сумку с провизией.       - А вам? – Сильвия тоже с улыбкой обернулась на него, глаза смеялись. - А мне можем телегу прикупить, хотя дороговато будет, конечно. – Они рассмеялись, пришлось подождать, чтобы вставить свою мысль.       - Да вы не переживайте, Сильвия. Он рядом побежит. Если встанет на все четыре лапы, то сможет даже быстрее лошади бежать. Первые метров триста. А потом упадёт, я его через седло перекину, и спокойно поедем дальше.       - Какой вы суровый. – Она мило прикрывала губы рукой, когда смеялась. – За что вы так с другом?       - За то, что выдаёт идиотские предложения. – Он хмыкнул, Ала возмущённо встопорщил усы. – Общение с красивыми девушками в обстановке, не способствующей постоянным опасениям за свою жизнь, лишает моего друга мозгов. Начисто.       - Тоже мне… - Ала недовольно скрестил руки на груди и воинственно отвернулся и от него, и от вновь хихикающей Сильвии. Впрочем, долго изображать оскорблённого не удалось. – Эй, это что туманка? Ну ка подержи. – Мешок был решительно сунут ему в руки, и друг шустро направился к прилавку с травами.       - Туманка? Та, которую курят? – Сильвия озадачено потёрла подбородок. – Разве она не только на Юге растёт.       - Та самая. Ала её любит. – Мешок пришлось поставить, для эльфа он оказался тяжеловат. Хорошо припасами закупились, до границы между Сердцем Империи и землями тёмных эльфов должно хватить. – Иногда её и здесь, и даже дальше на север продают. Любители покурить много где встречаются. Те же кама’ри туманку обожают.       - Да, их торговцы её почти всегда курят. Запах у неё такой сладковатый. Она не вредная разве?       - Для кама’ри – нет. – Он пожал плечами, хотел спросить, как ей новая куртка, купленная на этой же ярмарке, для предыдущей бархатной болото оказалось губительно, но не успел.       - Два золотых за мешочек туманки, да это грабёж! – Интересно, он пытался воплем торговца оглушить? Или просто не ожидал, что сторговаться удастся только на такую сумму? – Да, кто её возьмёт за такие деньги?       - Кому надо, тот возьмёт. – Наверное, торговец рассчитывал продать туманку кама’рийским караванщикам, которые на их глазах подкатили к ярмарке. Так что одинокий покупатель его не интересовал. Ой, не знал этот тип с кем связался. – Не устраивает цена – поищи дешевле.       - Я могла бы оплатить. – Голос Сильвии прозвучал робко, взгляд тоже был неуверенным. – Или вы против, и Але придётся обойтись без туманки?       - Я бы предпочёл обойтись. Голова от её запаха болит. Но Ала так просто этому типу пренебрежения не спустит. – Он усмехнулся, скрестил руки на груди. – Сейчас будет шоу. Наслаждайтесь.       - Дешевле? Но ведь в этих краях это такая редкость. – Всё возмущение из голоса друга словно испарилось, зато появились заискивающие нотки. Шаг первый, расположить жертву к себе. – Не уверен, что здесь мне удастся найти ещё одного торговца, проделавшего столь нелёгкий путь. И сохранившего при этом травы в таком идеальном состоянии. Я готов спорить на что угодно, что чувствую тончайший запах мускатных ящериц от этой туманки.       - Разве так торгуются? – Сильвия спросила шёпотом, одновременно ткнув его локтем под рёбра. – Он же так только повысит цену.       - Уверяю вас, когда Ала закончит, торговец будет готов отдать ему весь прилавок за спасибо, да ещё и приплатить захочет. Вы просто смотрите. Точнее, слушайте.       - М-м-м. Тончайший аромат. – Друг подцепил когтями, сушёную травинку, растёр между пальцами. – Восхитительный. Я почти вижу, как вы покупаете эту траву у лучших южных сборщиц. Они выходят за ней за два часа до рассвета, пока солнце ещё не опаляет пустыню своим жаром. Над песком тянется тончайший туман, вся влага, что знают эти земли. Он оседает на ониксовой коже сборщиц тончайшей вуалью, готовой испариться от любого касания. Нет ни дуновения ветерка, царят предрассветное безмолвие и тьма. И в этой тьме сборщицы, словно тени движутся, выискивая лишь одним им видимые знаки. Они наклоняются к песку, разводят его руками и, едва касаясь пальцами, достают тончайшие побеги. Они складывают их в свои цветастые юбки, придерживая их одной рукой. Но стоит лишь замерцать первым лучам рассвета, как они словно робкие лани разбегаются прочь, унося свою драгоценную добычу. Они несут её в полутёмные альковы, где продают не тем, кто богат, а тому, чьи пальцы достойны касаться собранного ими сокровища. И он принимает этот дар, бережно увязывает в пучки и в полутьме везёт на север, чтобы те, кто не столь отважен, мог насладиться драгоценностями юга. И вот сокровище берут чьи-то руки. Они кладут на прилавок золото, а потом грубо сминают тончайший шёлк трав, набивают ими трубку, роняют на дорогу. Они мешают дар юга с зёрнами мака, растирают в пыль, хохоча дают понюхать лошадям, «чтоб веселей бежали», бросают пучки в костёр. Они видят в драгоценности лишь дурманящую траву. А разве она достойна этого? Разве достойны сборщицы, ласкавшие её пальцами? Достоин, хранивший от солнца и ветра? Разве можно допустить такой конец?       - Никак нельзя, разумеется. – Он дослушал друга, хмыкнул, тряхнул замершую с открытым ртом Сильвию за плечо. – Сильвия. Сильвия, очнитесь. Вас Ала тоже зачаровал, смотрю.       - Что? Где? – Она дёрнулась, захлопала глазами. – Я… Я клянусь, я всё это увидела. И пустыню, и сборщиц, и отважного путешественника. И как траву топтали и жгли. И мне их так жалко всех было. Они так, а эти…       - Я же вам говорил. Ала умеет. – Он рассмеялся, развернул Сильвию, с трудом поднял мешок. – Отойдём. Лучше не попадаться вместе на глаза.       - Но как? Я многих рассказчиков слушала, но это лучшее. Он давно это придумал?       - Думаю, только что. И изрядно наврал. – Он снова остановился, с облегчением поставил мешок на землю. – Туманка растёт между камней, собирают её, в основном, мужчины, женщины только продают, чтобы цены повыше задрать, ну и почувствовать запах мускатных ящериц от того сена, что лежало на прилавке, нельзя даже с кошачьим нюхом.       - Но тогда почему…       - Потому что торговец готов был в это поверить. Хотел даже. – Ала выскользнул рядом, подкинул на ладони крупный мешочек. – Сделка совершена.       - И сколько?       - Пять. Серебряных. Хотел отдать даром всю туманку, но я никак не мог лишить столь отважного и щедрого купца награды, а других ценителей шанса прикоснуться к сокровищу Юга. – На последней фразе голос Алы сорвался, и он захохотал, осталось только поддержать.       - Неплохо ты так его обсчитал. Сколько такой мешочек обычно? Пятьдесят?       - Ага. Хотел продать в четыре раза дороже, а продал в десять дешевле. – Ала бережно спрятал свою травку, подобрал мешок. – Истории творят чудеса. Пошли в трактир или ещё что-то купить надо?       - Вроде всё, хотя…       - Почему же вы не взяли бесплатно, если он хотел отдать? – Закончить мысль не дали. У Сильвии дрожал голос и тараторила она, словно боялась не успеть.       - Потому что он бы пришёл в себя и сообщил страже, что его обворовали с помощью магии. А так не выйдет. Я же заплатил. Ну мало, ну и что. Торгуюсь хорошо.       - Это была магия?       - Не совсем. Скорее врождённый дар.       - Дар? Кама’ри. Истории. Убеждение. – Смотреть как она догадывается было весьма любопытно. Ала тоже остановился, чуть наклонил голову набок, покачивая хвостом. – Вы… Вы сказитель?!       - Ага. – Друг довольно оскалился, кажется радуясь, что Сильвия догадалась. Хотя, обычно, делиться не любил. Даже ему не сразу сказал. – Именно. Расскажи человеку историю, убеди сделать то, что тебе надо.       - Но, но, получается. – Она замерла, открывая и закрывая рот. Встреча с живым сказителем её изумила даже больше, чем дар некроманта. Хотя некроманты, хоть и редко, но встречались, а сказитель мог быть только один. Да и тот рождался не в каждом поколении. – Вы же могли бы этот дар к нанимателям, ко мне, да к кому угодно. Вы могли бы в золоте купаться, а не наёмником…       - Я не имею права применять его к тому, кто не хочет мне дурного. – Ала тут же нахмурился. Принципиальный. – Если только от этого жизнь не зависит. Я могу заработать и получить то, что мне надо, не зачаровывая других.       - Это очень, очень… А почему вы вообще тут? – Сообразила. Наконец-то. – Разве сказитель не должен править кама’ри?       - Должен. Но когда я сказал главе совета о даре, он обвинил меня во лжи и попытке узурпации власти. И убедил в этом старейшин. Не на всех истории действуют одинаково. – Ала со вздохом покачал головой, решительно развернулся в сторону трактира. – Тупиц, вроде того торговца, красавицами с ониксовой кожей помани, и они всё забывают, а со старейшинами и советом так не выйдет. Да и я младше был. Не умел ещё толком ничего. Мне не поверили и изгнали. Хорошо хоть не казнили. А могли. За попытку притвориться сказителем вполне могли.       - А вернуться сейчас и попробовать всех убедить ещё раз он категорически отказывается. Говорит, ему и так хорошо. – Сильвия всё ещё хлопала глазами. Хотя он сперва тоже долго поверить не мог.       - Как же я тебя брошу? – Ала только фыркнул в ответ. – Сколько раз я тебя уже спасал?       - Посчитать?       - Давай. И не забудь наше знакомство за три учесть.       - Не умаляя твоих заслуг, но больше одного раза я даже тогда бы не умер.       - Но причин для этого было целых три.       - А как вы познакомились? – Ну вот, стоило предположить. Кому-кому, а Сильвии рассказывать эту историю не хотелось. – В бою?       - Нет. У меня почти не было денег и комнаты в трактире были заняты, так что мне предложили заселиться к эльфу. За бесценок, потому что тот чем-то серьёзно заболел, и другие посетители просто боялись.       - Разве некроманты болеют? – Сильвия перевела на него удивлённый взгляд, по пальцам пробежала дрожь.       - Некоторыми болезнями, да. Но это была не болезнь. Возмущение дара. Так бывает, когда некромант делает что-то с чем внутренне несогласен. – Не любил он когда об этом говорили, сразу злость накатывала. Правильно он всё сделал тогда. Правильно. А дар ответил на глупости, которые в детстве внушали.       - И что?..       - Я тогда убил кое-кого. Достаточно хладнокровно. Без возможности сопротивления. – Але достался злой взгляд. Не мог что-нибудь соврать что ли? С торговцем вон отлично получалось. – А меня всю жизнь учили, что так нельзя. В итоге – возмущение дара. У силы есть и обратная сторона. Ваша иллюзия вам не навредит, а дар некроманта и сожрать носителя может. Вот мой меня почти.       - А я вот выручил. – Ала со вздохом похлопал по плечу, но он сбросил руку. Нечего подлизываться. – Посочувствовал. Оказывается, простое участие может угомонить разбушевавшийся дар некромата. Ну, а ещё я убедил трактирщика не вышвыривать незадачливого гостя, когда закончится оплата комнаты на два дня, и дать еды. Бесплатно.       - Не бесплатно. Я ему потом дух прабабки, запрятавшей сокровище, в качестве оплаты вызвал. Так что заработал он явно больше, чем потерял. – Он чуть скривился, выдохнул. Нужно было успокоиться. Не пугать Сильвию и не расстраивать друга. Они не виноваты в его прошлом. И лучше бы оно в настоящее не лезло. Один раз из-за него он самых близких уже лишился. – А в сочувствии нет ничего странного. Ты ко мне с добротой отнёсся, видно какая-то часть моего сознания восприняла это, как знак, что я не настолько уж плох, внутренний конфликт стал слабее, и дар успокоился. Эту дрянь именно так и лечат. Пониманием, сочувствием, любовью, если повезёт.       - Любить тебя не буду и не проси. – Друг состроил гримасу, захотелось улыбнуться.       - Упаси меня свет от такого. – Рассмеялись все вместе и дышать стало как-то легче.       - Как же здорово, что я вас двоих встретила. – Только отсмеявшись сообщила Сильвия. – Даже если прошлое у вас тёмное, в настоящем вы оба очень светлые. И это путешествие, не в последнюю очередь благодаря вам, обещает стать лучшей историей за семнадцать лет моей жизни.

***

      - Что-то многовато народу за тем углом. – Сказал он это ничего конкретного ввиду не имея. Просто тёмные эльфы не имели привычки собираться по шестеро и стоять в небольших переулочках. Особенно в вечернее время. Так что скопление живых показалось ему странным. Как оказалось, не зря. Почти сразу после его слов, за углом вскрикнула, свернувшая туда буквально несколькими секундами ранее, Сильвия. – Сильвия, что… - вопрос потерял смысл, как-только они, уже бегом, завернули в маленький переулок. Потому что не заметить шестерых недружелюбных типов, один из которых держал нож у горла Сильвии было сложно.       - Девчонка идёт с нами. И тогда все останутся целы. – Заговорил тот, который держал Сильвию, главный, наверное.       - Встречное предложение. Ты отпускаешь Сильвию, и ваша банда уходит отсюда на своих ногах. – Кончики пальцев засветились изумрудными искрами, под аккуратной мостовой города тёмных эльфов хватало косточек мелкого зверья и птиц. И как они сюда попали? Но на костяные тиски на всю компанию хватит. Хотя придётся укреплять даром, косточки хрупкие.       - Либо мы уходим с девчонкой, либо отсюда уносят её труп. – Главный только усмехнулся, хотя большинство людей демонстрация силы некроманта пугала, и поднёс нож ближе к горлу Сильвии. Блефует? Или нет? Проверять на жизни Сильвии как-то не хотелось и даже не из-за контракта.       - Айнрен, не надо. – Наверное, она заметила его сомнения и решила их разрешить. – Их устроит моя смерть. - Кто это вообще такие? – Он погасил заклинания, но отходить от входа в переулок пока не спешил. То, что сейчас у них преимущество, не значит, что он им Сильвию отдаст.       - Наёмники Сайми… Ай. – Она пискнула и замолкла, когда кинжал царапнул кожу у неё на горле. По пальцам прошлась дрожь. Твари.       - Неважно, кто нас нанял, но им нужна девчонка. За живую заплатят больше, но её смерть тоже всех устроит. Так что с дороги, некромант, если, конечно, сделать из неё симпатичного мертвяка не входит в твои планы.       - Господа. Господа. Давайте все успокоимся, пожалуйста. – Ала заговорил впервые с того момента, как они услышали крик Сильвии, шагнул вперёд, коснулся плеча, желая предостеречь от необдуманных действий. Зря. Он, конечно, злился, но не настолько, чтобы не понимать – дар друга лучший их шанс на выход из ситуации. – Я уверен, что гибели Сильвии на самом деле не хочет никто из стоящих здесь.       - Думаешь, котик? – Наёмник продолжал насмешливо скалиться, остальные поддержали, хотя оружие держали наготове. Профессионалы. Кто-то хорошо потратился на поимку Сильвии. – Мне вот всё равно.       - Ни в коем случае. Было бы всё равно, ты бы её сразу убил. Но ведь за мёртвую дадут меньше, чем за живую. – Друг улыбался, хотя в данном случае цели расположить этих типов к себе быть не могло. Не получится. Но друг умел не только на хорошем отношении жертв играть. – Вот и первая причина, почему не всё равно. А сейчас я тебе и вторую подскажу. Вот ты сейчас стоишь перед некромантом, который смерти девушки не хочет. Правда веришь, что, если ты её всё же убьёшь, твои проблемы ограничатся меньшей наградой?       Наёмник нахмурился, захотелось приподнять уголок губ в улыбке. Попались. Ала привлёк внимание зрителей и сейчас выступит, главное, чтобы получилось убедительнее, чем перед торговцем травками. С наёмниками такая грубая игра может и не сработать.       - Но ведь этой истории совершенно не обязательно заканчиваться так печально и грубо. Напротив, у неё может быть отличный финал, счастливый для всех. Семья девушки на самом деле ведь очень богата и весьма влиятельна. Разве не странно, что их дочь бродит так далеко от дома? Но это ведь не просто совпадение. Девушка идёт за особым растением из мира духов, добыв которое, она станет невестой будущего императора. Представьте сколько золота могли бы получить спасители будущей императрицы. Сколько влияния. Самые лучшие контракты, самые красивые женщины, самые…       -А-а-а! – Дикий вопль прервал историю друга буквально на полуслове. Сильвия, воспользовавшись тем, что очарованный наёмник опустил руку с кинжалом к её груди, схватила его за запястье и ударила чистой энергией. И бросилась к ним. Далеко, правда, не убежала. Наёмник опомнился быстро, схватил её за руку, дёрнул обратно, снова прижимая кинжал к горлу. – Дрянная девка. Но, кажется, её дурость помогла мне избежать ошибки. Что, котик, словами зачаровываешь?       - Зачем? – Наёмнику Ала, конечно, не ответил. Смотрел растерянно на Сильвию и хлопал глазами. И действительно, зачем? У Алы всё получалось. Сильвию бы отпустили, а дальше вопрос решился бы легко. А так они вернулись к изначальной ситуации, но теперь без козыря в виде дара Алы. Если только… Он прислушался к своим ощущениям, на губах медленно расползлась улыбка. Ну, конечно.       - Всё просто, друг мой. Этот наёмник держит не Сильвию.       - Не Сильвию, но… А Сильвия где? – Ала и наёмники заозирались совершенно одинаково. Забавные. Словно один он помнит, что маги иллюзии очень легко могут стать невидимыми.       - Где-то здесь, я полагаю. – Он качнул головой в сторону своего правого плеча. – Сильвия?       - Я знала, что вы почувствуете. – Она появилась именно там, где он и ожидал, робко улыбнулась. – Простите, Ала. У них должны быть с собой амулеты, способные вывести из-под воздействия на разум. Я не могла рисковать и проверять среагируют ли они на ваш дар.       - Да что вы, Сильвия. Я не в обиде. Очень здорово получилось. – Друг довольно злорадно усмехнулся, значит, тоже сообразил. – Выражение на рожах этих уродов вполне стоит небольшого риска.       - Что за… - А вот и главные шуты опомнились. Представление пора было завершать, определённо.       - Сильвия, объясните?       - Ну разумеется. – Он почти почувствовал уже её злорадную улыбку. – Вы, неуважаемый, цепляетесь за материальную иллюзию, которую я создала, пока вы болтали с моими друзьями. - Друзьями? С каких пор? Но не сказать, чтобы сказанное его не порадовало. Из неё выйдет хороший друг. Из аристократки и возможной императрицы. Иронично. – И сейчас… - Щелчок пальцами, вторая Сильвия лопнула с тихим хлопком. – Работа мага иллюзии завершена, передаю вас некроманту.       - Попробуем-ка костяные тиски. – Сказал он это уже после того, как попробовал и ругающиеся и проклинающие их наёмники оказались распластаны на дороге. – Надеюсь, тёмные не обидятся.       - Из-за чего? – Мягкого голоса из-за спины он не ожидал совсем и вздрогнул. Проклятые тёмные с этим их умением подкрадываться и вкрадчивыми нотками в голосах. Вроде и виноват только в развороченной мостовой, а оборачиваться всё равно как-то жутко.       - Мостовую вам попортили немного. – Впрочем, ничего сильно страшного за спиной не оказалось. Трое тёмных, судя по характерной броне, патруль стражи. Вовремя же они. Хотя, может и вправду вовремя. Появись они раньше, и наёмник мог и впрямь убить Сильвию, а так будет кому опасных личностей забрать. – Но не со зла. На нашу подругу напали, угрожали, пришлось защищаться.       Тёмный окинул его быстрым взглядом, прошёл посмотреть наёмников. Двое других остались. Более чем прозрачный намёк. Пока их не отпускают. – Костяные тиски. Ты некромант?       - Да. – Он послушно кивнул, раздумывая к чему может привести признание. Некромантия в землях тёмных, как и везде в Империи, была разрешена, но мало ли.       - И что же здесь произошло?       - Если позволите… - Сильвия перебила его, мягко коснулась плеча. Тёмный кивнул, и она продолжила. – Эти шестеро напали на меня, пытались похитить. Друзья просто защищали меня. Если необходимо, я заплачу за дорогу.       - Да что вы эту девку слушаете. – Надо было этому звонкому наёмнику ещё и рот какой-нибудь косточкой заткнуть. – Это они на нас… Договорить типу не удалось. Тёмный, даже не опуская глаз, врезал ему носком сапога по челюсти. Хруст прозвучал на весь переулок. Сильвия пискнула и вцепилась в его руку. – Что же, благодарю за содействие в задержании преступников. Приношу извинения за то, что стража не смогла вовремя оказать необходимую помощь. – Тёмный постучал мыском сапога о мостовую, сделал жест рукой. Двое других тут же расступились. И всё?       - Вы нас просто… отпустите? – Сбежать бы отсюда, раз дали такую возможность, но удержать язык за зубами не удалось. А зря.       - Я сомневаюсь, что трое напали на шестерых, даже если один из них некромант. – Тёмный усмехнулся довольно надменно. Вот уж кто некромантии совсем не боялся. – Коварно загнали в переулок, причём сквозной, использовали тиски вместо костяных игл, чтобы… имея возможность оплатить ремонт дороги коварно похитить горстку серебряков, а то и целый золотой? Понятия не имею, что произошло, в этом лорд разберётся, но вы точно на них не нападали. В худшем случае нападение было взаимным. И так как граждане не пострадали, то отвечает проигравший. – Тёмный улыбнулся чуть менее высокомерно, но зато куда ехидней. - Впрочем, если вы настаиваете, то я и вас препровожу в тюрьму и на суд лорда.       - Вовсе не настаиваем. Просто хотим убедиться, что претензий доблестная стража к нам не имеет. – Теперь настала очередь Алы заискивающе улыбаться. И как тёмные такого отношения одним своим присутствием добивались? У стражников людей или эльфов светлых так никогда не получалось. – Нам ещё обратно через этот город идти.       - Тогда, вероятно, вас вызовут к лорду. Если он признает вас пострадавшими, необходимо будет свидетельствовать против этой шайки, чтобы дело могло быть доведено до Голоса или императора. А то что-то много дома Востока о себе возомнили, на наших землях людей похищать.       - Это земли дома Тени? – Тень была не самым плохим из домов тёмных эльфов, хотя встречаться с их лордами всё равно не хотелось. Они себе позволяли ничуть не меньше, чем их подданные, только возможностей имели больше, чем просто сапогом челюсть свернуть.       - Дома Тени, семьи дипломатов. Лорд Арвил ещё молод, но уже успел прослыть весьма справедливым. Если эти люди действительно пытались похитить вашу подругу, то они понесут заслуженное наказание.       - И мы ничуть в этом не сомневаемся. Не будем дальше отвлекать вас. – Ала ухватил их за плечи, развернул и чуть ли не насильно вытолкал на улицу и подальше от переулка.       - Зачем он так? – Дрожащий голос Сильвия подала, когда они успели отойти подальше. – Ногой ударил? Тот наёмник ведь не мог даже увернуться.       - Потому что тёмный. Они от такого удовольствие получают. Вершат справедливость, в своём понимании. – Может и действительно справедливость. Удар в челюсть наёмник заслужил, а что он не мог сопротивляться, так что с того. Вина беспомощностью не искупалась. – Забудьте про них. Отпустили и хорошо. Расскажите лучше, кто на нас напал.       - Наёмники Саймили. Этот дом в серьёзном противостоянии с моим. Должно быть они прознали, что я сбежала и послали наёмников за мной. – Сильвия вздохнула, поёжилась. – Если бы меня удалось похитить, они бы силой выдали меня за своего младшего сына и родители и брат оказались бы в опасности. Их попытались бы убить, чтобы дом перешёл ко мне, а значит к ним. А если бы меня пришлось убить, то они бы просто с удовольствием продемонстрировали брату и матери мою отрубленную голову. Просто чтобы их помучить. – Горькая гримаса. – Вот такая она игра Востока. Всё бы отдала, чтобы никогда не пришлось в этот змеиный клубок возвращаться.       - Так не возвращайтесь. – Голос Алы прозвучал робко. Ему тоже хотелось что-то такое сказать, но в этот раз удалось удержаться от глупости.       - И куда я пойду? Всё, что я умею быть аристократкой с востока. – Она вздохнула, обхватила себя за плечи, словно замёрзла. – И самую малость магом иллюзии. Кому я такая нужна? – Вновь захотелось сказать какую-нибудь глупость. Например, что она нужна им. Вот только точно ли они ей нужны. Он знал, как живут аристократы, как жили они. Кто бы захотел променять ту жизнь на эту? – Пойдёмте. Нужно выспаться перед дорогой. Лунная лилия и прощение двора сами себя не добудут.

***

      - Лунная долина. В полнолуние. Красивая какая. – Говорилось это полушёпотом, словно громкий голос мог потревожить, вспугнуть здешний покой. – Жаль всё же, что Ала не захотел идти.       - Боится увидеть будущее. Кама’ри это дурным знаком считают.       - А вы верите, что здесь можно увидеть будущее? – Она чуть улыбнулась, покосилась на него.       - Говорят, здешние тени могут его показать. – Совсем недалеко он них пронеслись те самые тени, силуэты двух зайцев и лисы, по случаю полнолуния, святящиеся мягким бело-голубым светом. – Вот только что они тебе показывали не поймёшь, пока не проживёшь. Слишком уж иносказательны все эти зверушки.       - Да уж, напрямую что ждёт не скажут. А жаль. – Сильвия с какой-то почти нежностью проследила за тенью оленёнка, шествующей между деревьями. – Вам никогда не было интересно, что они такое? Чем были, до того, как Катаклизм сделал их такими?       - Я никогда не сталкивался с ними раньше. Это мой первый визит в Лунную долину. – Над ними пролетел ворон, оставляя кончиками крыльев светящиеся полосы, где-то в лунной траве мелькали спинки мышей. – Мой учитель считал, что они воспоминания о животных, которые жили здесь до Катаклизма. Они погибли, но дикая магия воссоздала их, как умела.       - Горько, но красиво. Они такие… нездешние, светлые, лёгкие. Даже жаль, что они не существуют за пределами долины. Я бы взяла домой лисичку. Это ведь символ нашего дома.       - Они вас совсем не пугают? – Его не то, чтобы пугали, но как-то… волновали. Абсолютно пустые, не живые и не мёртвые. И даже не духи. При этом они двигались, изображая давно погибшую жизнь, притворяясь тем, чем никогда не были. Пожалуй, он предпочёл бы сидеть в лагере с Алой, вот только бросить Сильвию не смог. Предстоящие поиски лунной лилии её, словно, страшили. Слишком уж часто она стала в последние дни опускать глаза, замолкать на середине фразы, поджимать губы и ежиться. Бросить её было как-то неправильно. Пусть по условиям контракта они заходить в долину и не обязаны были.       - Нет. А разве должны? – Она посмотрела удивлённо. - Они же очаровательные, словно настоящие зверушки. И совсем не агрессивные. Мне кажется, они нас вовсе не замечают.       - Это и пугает. Словно это ты не существуешь, а не они.        - Я, наверное, слишком много думаю о лилии, на такие мысли сил уже не остаётся. – Она смущённо улыбнулась, пожала плечами. – Я должна её получить, но смогу ли.       - И в чём сложность? – В прошлый раз она не пожелала объяснять нормальна, но с того разговора на болотах прошло время. Она назвала их друзьями. И так и не взяла слов обратно, оставляя надежду, что в них было что-то большее, чем выступление перед тёмными эльфами.       - Её можно достать только через зеркало иллюзии, сделав его вратами с планом духов. А для этого нужна… - Кровь. Учитель им объяснил. Взаимодействовать с духами могут только шаманы, остальным нужно отдать кровь и часть своей жизни, чтобы коснуться чего-то на их плане. – Кровь. И жизненная энергия. Зеркало высасывает их. Жизнь быстрее. А если потеряешь сознание, то зеркало распадётся, и прощай лилия.       - И рука, находившаяся, на плане духов. – Захотелось нахмуриться. Может попробовать отговорить?       - И рука. Да. Если выдернуть не успеешь. Поэтому так мало аристократов Востока пытаются. Какой же маг станет рисковать потерей руки.       - Вы, вероятно. Вам действительно настолько нужна эта лилия?       - Нужна. – Она замерла, приглядываясь к корням одного из деревьев. Что там такое? Очередная тень? – Вот там, смотрите. Контур. Это она, лилия. Идёмте. Проверим смогу ли я.       - Лучше бы смогли. Не хочу объяснять вашим брату и матери, как их сестра и дочь осталась без руки. – Теперь, когда они подошли, и он видел лилию. Полупрозрачный силуэт на фоне освещённого лунным светом ствола дерева. – Не думаю, что они обрадуются.       - Я сама всё объясню. Они поймут. Хоть и не обрадуются, конечно. – Сильвия опустилась на колени возле лили, прищурила глаза. – Разговор следует прекратить. Мне нужно сосредоточиться. Он только кивнул. Сел рядом с ней, наблюдая, как она сплетает тонкие золотистые нити иллюзии на грани творения. Как они образовывают кольцо, как с последним касанием внутри кольца пробегает рябь. Зеркало. В котором трава и дерево выглядели расплывчатыми туманными силуэтами, а лилия, напротив, не тонким контуром, а живым цветком с жемчужно-белыми лепестками и нежно зелёными стеблем и листьями. Красивая. Интересно, что покажет зеркало, если его навести на одну из “зверюшек”? Он посмотрел на “оленя”, наклонившегося к белому от лунного света ручью, и решил, что не хочет этого знать. Пусть остаются просто красивыми тенями.       - Помоги мне, Свет. – Шёпот Сильвии он, кажется, скорее почувствовал, чем услышал. Но когда перевёл взгляд с тени на неё, она уже провела кинжалом по ладони и прижала руку к золотой раме. Ахнула, вздрогнула, прикусила губу, но всё равно протянула свободную правую руку туда, за зеркало. Пальцы коснулись границы, дрогнули, прошли её и стали туманной дымкой. Зеркало иллюзии. Всё материальное станет духовным, всё духовное материальным. Теперь нужно только сорвать лилию, точнее срезать. Призрачный нож неуклюже коснулся стебля. Ей бы вторую руку, но та плотно прижата к золотой раме, постепенно окрашивающейся в алый. А вот лицо Сильвии, напротив, становилось всё белее. Надолго ли ещё её сил хватит? Стебель лили пригибается, Сильвии, наконец, удаётся надрезать его. Ещё немного. Стебель ломается, теперь только взять цветок и вытащить его. Короткий взгляд на неё. Глаза почти закрыты. Это не от сосредоточенности. Силы кончились, она сейчас потеряет сознание. И не успеет вытащить лилию и руку. Он мог бы её выдернуть, успел бы. Без цветка, зато целая, но… Она так этого хотела. На руках загораются искры, ладони ложатся ей на плечи, совсем рядом с шеей, пальцы касаются горла, незакрытого курткой. Только некроманты и целители. Отдать часть своих жизненных сил другому. По пальцам разлилась боль. Жизнь утекала не тоненькой струйкой, а целым потоком. Давай же, Сильвия. Его сил тоже надолго не хватит. Призрачные пальцы хватают цветок, и она выдёргивает руку. Лилия с жемчужными лепестками лежит у неё в ладони. Получилось.       Он отозвал дар и она, едва успев повернуть голову и слабо улыбнуться рухнула ему на руки. Золотые нити зеркала тут же потухли. Остались только лунный свет, деревья, трава, тени животных… и цветок, что рос лишь в мире духов, но лежал в ладони Сильвии. Лежал, переливаясь бликами и искрами, никак не связанными со светом луны. Лунная лилия. Сильвия получила то, что так хотела. Теперь она вернётся домой и ко двору, поедет в столицу и станет будущей императрицей. Обязательно станет, как можно обратить внимание на другую девушку, если там будет она.       - По крайней мере, теперь я смогу хвастаться, что знаком с невестой будущего императора. Может, ты даже сможешь сделать так, чтобы на островах награду за мою голову отменили. К императорской семье даже они прислушиваются. – Он убрал её растрепавшиеся волосы с лица, закрепил стебель лилии на поясе, взял на руки и встал. Весила она вряд ли много, но он устал, передавая ей жизнь, да и особой силой никогда не отличался. Лучше добраться до лагеря поскорее. – Ты бы меня поняла. Ты – не они.       Путь назад показался длиннее. Может из-за усталости, а может из-за того, что она не шла рядом, болтая о чём-то, а недвижно лежала у него на руках. За это путешествие он успел привыкнуть к её голосу. К тому, что она постоянно о чём-то расспрашивает, рассказывает, шутит. Смеётся. Как могли её осуждать при дворе за смех? Идиоты. Аристократы.       Граница долины была уже совсем недалеко, он видел место, где лунную траву сменяла обычная, уже весьма пожухлая, и даже огонёк их костра, когда внимание привлекли тени зверей. Точнее, ему сперва показалось, что это тени. Но нет, силуэты животных были из местного тумана, тонкой дымкой вьющегося под ногами. Очаровательная лисичка замерла на корне дерева, словно специально дожидаясь, чтобы он её заметил. И дождавшись, элегантно спрыгнула на землю и пошла навстречу… дракону. Не древней твари из легенд, а куда меньшему, вроде иллюзии, создаваемой амулетом императрицы. Они встретились, присмотрелись, потёрлись носами, лисица игриво махнула хвостом по боку дракона. Неужто те самые видения будущего? Сильвия говорила, что лиса – символ её дома. Дракон – императорский дом. Что ж, выходит, он прав. Она найдёт общий язык с наследником и станет императрицей. Стоило ли удивляться?       Из травы рядом с лисой и драконом вынырнул кот, зло оскалился, замотал хвостом, развернулся прочь и неловко задёргался в паутине огромного паука. Ох. Кот ведь вполне мог на Алу указывать. Что же паук убьёт его? Может и вправду видеть такое дурной знак? Но убить кота пауку не удалось. На помощь пришёл дракон, разорвал паутину, отогнал тварь. Кот робко ткнулся лбом в его лапу. Туман вздрогнул и рассеялся, осталось только растеряно потрясти головой. Вот и пойми, что это было. Сильвия и, возможно, Ала познакомятся с императором? Сильвия станет женой, а Ала будет служить? И что за паук? Зато его будущего странное видение не показало. И, пожалуй, он был этому рад.       - Что с Сильвией? – Ала встревожено приподнялся, стоило ему войти в круг света костра. – Она в порядке?       - Сил много потеряла, но в себя прийдёт. Зато, мы добыли лилию. – Он опустил её на лежанку, бережно вытащил цветок, положил рядом. – У неё всё получилось.       - Я не сомневался в ней. – Друг улыбнулся, посмотрел на него. – Видел что-нибудь в долине?       - Что-то странное. Про неё и, кажется, про тебя. Рассказать?       - Не надо. Знать такое – дурной знак. Будешь угадывать, искать подсказки и ответы и только измотаешь себя перед неизбежным.       - Разумно. Пожалуй, стоит забыть. Тем более про себя я всё равно ничего не узнал.       - Радуйся.       - Радуюсь. – Он подсел к костру, вгляделся в его блики. – Странно. Пройдена только половина пути, впереди ещё дорога обратно на Восток, но почему-то кажется, что всё заканчивается. И этого совсем не хочется.       - Да, я тоже к ней привязался. Она хорошая. Словно не наниматель, а такая же как мы. – Ала подёргал кончиком хвоста. – Друзьями нас назвала, пусть и перед тёмным эльфом.       - Да уж, не всякий бы купец согласился наёмников друзьями назвать, даже перед лицом неминуемых проблем с тёмными, что уж говорить о такой как она.       - Аристократке?       - Да. – Оба замолчали. Правильных слов не было, а говорить неправильные просто чтобы заполнить тишину не хотелось. Куда лучше было слушать треск огня, смотреть на искры и ни о чём не думать. Даже о тех ста золотых, что они получат.       - Ребята. – Он не знал, сколько они так просидели, от созерцания пламени отвлёк тихий голос. Сильвия приподнялась на лежанке и смотрела на них. – Я… Ох.       - Лежите лучше. – Он поднялся, подошёл. Ала тут же последовал. – Вы много сил потеряли, когда доставали лилию, но главное, смотрите. – Он поднял цветок, показал ей. – У вас всё получилось.       - Не у меня. – Но она только покачала головой, словно совсем не была рада. – У вас. Вы поделились со мной жизненной силой, я почувствовала. Без вас я не достала бы цветок и потеряла руку.       - Я просто немного помог. Не преувеличивайте. – Он покачал головой, но её выражение не изменилось.       - Я не преувеличиваю. Знаете, я ведь вам врала всё это время. Я шла сюда за этой лилией не ради двора Востока, не ради встречи с наследником империи и даже не ради мечты моего брата. Я делала это только и исключительно ради своего честолюбия. Я хотела вернуться с этой лилией, пройти по залу, чтобы все видели, сунуть в руки принцессе. Чтобы все эти высокомерные змеи видели, насколько я превосхожу их как маг, чтобы истекали ядом из-за того, что такая неправильная я оказалась способна на то, чего они не рискнут даже попробовать. – Она тихо вздохнула, поджала губы. – Я именно такая, какими вы считаете аристократов, Айнрен. Самовлюблённая, эгоистичная и честолюбивая.       - Не такая. Были бы такой, никогда бы не сказали того, что сказали. Не назвали бы нас друзьями, не предлагали купить Але его туманку по завышенной цене, не спасли бы меня на болоте. – Он чуть улыбнулся. Даже не верилось, что он говорит это аристократке, но это была правда. Она была не такой, как те другие. – Вы как никто достойны, чтобы осуществить эту свою мечту. Потому что вы куда лучше любого из тех, кто считал вас неправильной. Потому что они заслужили захлебнуться своим ядом.       - Нет, не достойна. Я бы не достала цветок без вас. – Лишь покачивание головой. – Если я при дворе сделаю вид, что я достала лилию сама, что это лишь моя заслуга и моя магия – окончательно превращусь в одну из змей. А я не хочу. – Она опустила голову, долго рассматривала носки сапог. – Я давно думала, но теперь уверена. Я хотела… хотела спросить. Насколько вам важно золото, которое должен был заплатить мой брат?

***

      Тарриис Антрей так и замер, когда из-за дверей комнат сестры донёсся шорох. Ему почудилось? С тех пор, как сестра покинула столицу, комнатами никто не пользовался. И не должен был, пока двор не разрешит ей вернуться. Но, возможно, она опять наплевала на все приличия и заявилась. Оттуда, куда сбежала. Хорошо бы. Он хоть перестанет представлять, что её похитил кто-то из враждебных домов и прямо сейчас она вынашивает им наследничка.       Дверь была не заперта, а комната пустынна. Светила луна, ветер раздувал занавески у открытого балкона. Открытого? Слуги не посмели бы не запереть его на ночь. Пальцы тут же закололо от собранной энергии. Если кто-то решил напасть, то он горько пожалеет. Но никого не было. Пусто, тихо. Свет луны освещал на комоде лист пергамента и странную вазу с цветком. Их тут быть тоже не должно. Таррис поднял пергамент.       «Дорогой братик», знакомым почерком сообщала бумага, «уверенна именно ты читаешь это письмо. Рядом с ним стоит лунная лилия, ради которой я и сбежала из нашей летней резиденции. Мой друг, он некромант, сделал для неё сосуд, в котором она никогда не увянет. Главное не забывай его подзаряжать иногда. Меня не ищи. За время путешествия в Лунную долину, я, наконец, поняла, чего же мне по-настоящему хочется в жизни. Надеюсь, вы с мамой будете не слишком злы и не пошлёте за мной охотников. Тогда я постараюсь появиться поскорее, возможно, вы даже наймёте меня и моих новых друзей. Поклонись от меня маме и передай папе, что я очень-очень его люблю. Твоя непослушная, но любящая сестра Сильвия.»       Пергамент лёг обратно на комод. Сбежала с наёмниками. Один из которых, видимо, некромант. От сестрицы можно было ожидать подобного безрассудства. Ну хоть компанию она подобрала не худшую. Некромант, даже не самый сильный, очень достойный спутник. Стоит немного погодить, пусть младшенькая нагуляется, а потом можно попробовать приблизить этого её друга. Дать должность при доме. Да и остальных тоже. В стражу взять, например. Какой наёмник откажется. А одна сестра наёмничать не пойдёт. Не тот характер.       Он кивнул своим мыслям, перевёл взгляд на лилию, посверкивающую странным светом. Отпечаток ауры сестры на ней считывался легко, даже несмотря на созданную некромантом вазу. Превосходно. Сильвия не вернулась, но преподнесла восхитительный подарок. Маг, способный добыть Лунную лилию, предпочёл не возвращаться ко двору. От такого плевка двор ещё очень долго утираться будет. И, возможно, принцесса наконец станет посговорчивее в вопросах, касающихся интересов его семьи.