Цветение пиона

Масаши не стало и это факт. Какие бы монстры, Квинси, Шинигами, духи и прочая ерись не вылезли факт останется неизменным. Поиск убийцы сейчас - проблематичная и неестественно тяжёлая задача. Поэтому было принято решение не медлить и провести обряд прощания. Труп, если изрезанное подгнившее нечто можно так назвать, лежал за спиной Ямамото который зачитывал прощальные почести. Он перебирал всё что успел сделать Масаши за свою сравнительно недолгую службу. Алиса печально смотрела сквозь главнокомандующего. Во рту давно стоял ком. Была странная смесь грусти, обиды и чего до более личного. Сформулировать более точно не получалось. Она обвела взглядом всех присутствующих. Чуть ли не весь готей собрался что б отправить Капитана в последний путь. Сюнсуй выглядел где-то между усталостью и раздражённостью, Джуширо просто печально пялился то в ноги то на стенки гроба. А 7 отряд... За спиной Шинджи его было не видно. Он легонько потянул её за рукав к себе. На непонятливый взгляд он ответил лишь тихим: -Ты его знала лучше. Если уж ты недостойна стоять здесь, я то тут что делаю? Сил ответить что либо не было, так что она просто кивнула и встала рядом. Глазами она выловила Харуто. Он стоял... О боже, он стоял на месте капитана. Пустым взглядом он неотрывно пялился на гроб, переодически забывая моргать. Глаза красные, но не ясно от чего: от отсутствия сна, от слёз или от всего вместе. Его мелко трусило от холода, а пальцы дрожали сами по себе. Алиса сглотнула. Они не могли провести кремацию попозже? Сейчас ни у кого нет сил смотреть на это. У неё и у самой тряслись руки. Из-за последних событий она стала просыпаться от каждого шороха. Лёгкие таблетки не шибко помогали, но что то посильнее использовать не хотелось. -Ты как? - шёпотом спросил Шинджи. -Паршиво. - таким же шёпотом ответила она. Шинджи тяжело выдохнул и мельком посмотрел на неё. Ну, её хоть кто-то поддерживает. Хоть кто-то смотрим на неё грустными глазами когда ей плохо. За неё волнуются. А за Харуто? Он остался один. От Ито она узнала, что кроме Алисы к нему... Никто и не приходил. Хотя отношения со всеми в отряде у него вроде были хорошие. Хотя как говорится "друг познаётся в беде" Вот и сейчас. Он, мелко трясясь, стоял один, пусть и был окружён, считай, коллегами. Кто-то плакал, кто-то не мог смотреть на труп, кто-то вообще ушёл как только Ямамото начал речь. А Харуто стоял один. "Возглавлял" отряд. Ямамото закончил речь. Он повернулся к трупу. Чик, чик. И гроб с трупом вспыхнул. Резкий запах дыма и горелой плоти быстро заполнил помещение. Некоторым стало трудно дышать и они поспешили на выход. Харуто поднял голову, тяжело дыша, ели сдерживал слёзы, но смотрел. А Алиса... Не смогла. Она зажмурила глаза, пытаясь спрятать голову в шее. Шинджи же продолжал наблюдать. По большей части ему было плевать. С Масаши он был знаком лишь заочно, а пересекались они только на собраниях. Этого мало что б выстроить дружбу или хотя бы полноценное мнение. От впечатлений же, что он успел произвести, плакать как то не хотелось. Больше волновала сама ситуация. С каких это пор в Сейрейтее, прямо у всех под носом, кто-то умудрился убить одного из капитанов? То странное существо что притворялись им как то в этом замешано или просто пришло на удобный случай? И самый главный вопрос: будут ли следующие? Если да, то кто? Кому стоит спать с открытыми глазами и молить о пощаде? Он посмотрел в сторону куда смотрела и она. Харуто. Ну конечно. В горле снова встал неприятный ком. -Может пойдём? -И оставим его здесь? Одного? - Алиса даже не повернулась. Не понятно на сколько Шинджи ушёл в себя ибо зал и правда значительно опустел. По большей части остались лишь Капитаны и Лейтенанты. Ну, у 7 отряда остался ТОЛЬКО лейтенант. Ни одно Шинигами более. -Они не смогли смотреть долго. - пояснила она на удивлённый взгляд за спину лейтенанта. Харуто опустил голову. Пустым взглядом буровая место где стоял гроб. -Ну не могу я на это смотреть... - Алиса сделала шаг вперёд. Шинджи грустно посмотрел на неё, но удерживать не стал. Она сделала шаг в сторону друга, потом второй и с каждый новый шаг был всё быстрее предыдущего. Только небольшое расстояние между ними не позволило выйти на бег. Шинджи как то непонятно посмотрел ей вслед и сжал руку в кулак. В голове крутилось множество вариантов того что она могла бы сказать, но стоило ей остановиться прямо за его спиной как все слова... Вылетели. Она не решать ни поздороваться, ни окликнуть. Застыла не в силах пошевелиться. Что можно сказать человеку который потерял босса? Лучшего друга? Члена семьи. Что можно сказать человеку который лишился члена семьи? Нет таких слов. Их просто нет. Неожиданно для самой Алисы Харуто обернулся встретившись с ним лицом к лицу. Он посмотрел на неё неестественно суровым взглядом. Но буквально через секунду лёд треснул. Харуто поджал сухие губы, на глаза моментально навернулись слёзы. Всю церемонию он держал всё в себе, старался абстрагироваться, но... Но это невозможно терпеть. Он тут же накинулся на Алиса, крепко сжимая её в объятьях. Он спрятал голову где-то между шеей и грудью рыдая и мыча. Девушка же на секунду застыла, теперь уже от шока, но в итоге обняла его в ответ. Джуширо, что всё ещё стоял в зале. Почувствовав на себе слегка напуганный взгляд девушки лишь горько кивнул. Ничем более она помочь не сможет и кажется все это понимают. Пока происходило молчаливое (если не считать чужих рыданий) общение, Шинджи, окончательно почувствовав себя не в своей тарелке, решил прибиться к кому-нибудь кто остался в зале. Вариантов было не так много, так что прибился он к Сюнсуйю. Молча встав рядом он сложил руки на груди, продолжая наблюдать. Сюнсуй смотрел то на него то на Алису. Он видел как Шинджи нервно постукивает пальцами по собственной руке, переваливается с ноги на ногу и старательно делает вид что ему не интересно и вообще он просто ждёт своего лейтенанта. Сюнсуй усмехнулся. -Что с Вами Капитан? Неужели волнуетесь? -Конечно волнуюсь, одного из нас грохнули, сам то не боишься? - Шинджи раздражённо закатил глаза. -Ваша правда. - Сюнсуй отвернулся обратно - Если уж Капитан не смог выжить, что уж говорить о менее сильных Шинигами? Для них опасность буквально за каждым поворотом. -Да... - после этих слов Шинджи напрягся как то сильнее, нехотя соглашаясь с выводами Сюнсуйя. Как только Харуто немного отошёл то сразу же стал заливаться в извинениях. Чуть ли не на колени падая он спрашивал что может сделать, что б закрыть свой "позор", пока Алиса, опять и опять поднимая его, убеждала что всё в порядке и переживать не о чем. В итоге Харуто всё же вынудил её принять "извинения" в виде дружеского ужина. Готовил он всегда вкусно и сытно, любил выискивать новые рецепты, так что Алисе это показалось вовсе не плохой идеей. Может быть, за готовкой ему станет легче? В итоге Харуто ушёл первым что бы всё подготовить. -Я с вами. - твёрдо заявил Шинджи когда услышал от Алисы куда она собралась. -Нет. - так же твёрдо заявила девушка. - Капитан, - обращение сейчас стало каким-то намеренно официальным, неестественным - Ёсида чувствует себя плохо. Я понимаю, что Вы делаете это из благих побуждений, но пожалуйста... Дайте мне хотя бы оценить обстановку...Просто поймите, я давно дружу с ним и достаточно понимаю его, будет лучше если пойду я К концу её голос стал совсем тихим, почти молящим. Шинджи, недовольно поджав губы, всё же отпустил её. В доме Харуто было холодно. В последнее время он тут не бывал. То работа, то больница, то ещё чего. Алиса переобулась в гостевые тапочки и прошла глубже в дом. Харуто стоял к ней спиной, варганя на плите, но от огня дом теплей не становился. Даже наоборот: холодная мёртвая атмосфера только усиливалась на фоне горящей плиты. -Харуто? Я пришла. -А?! - он тут же обернулся, подходя к девушке и стал помогать ей снять тёплую накидку. - Проходи, проходи конечно! Повесив верхнюю одежду на небольшую вешалку, он быстро вернулся к плите. Несмотря на лето ветра в Сейрейтее были переменчивы. Как и все события в нём сейчас. Алиса села за стол и начала осматривать дом. Не очень богатое убранство, зато много полок со всякими разными книгами. Алиса вытащила первую попавшиюся из невысокой тумбочке у стола. Это оказалась поваренная книга, но не простая, а сравнение рецептов азиатских блюд. Полистав её немного, она решила что обязательно попросит её на почитать, ибо там не только сравнивались рецепты, но и предлагалась замена некоторых ингредиентов которые в Японии найти было сложно. Она поставила книгу обратно, а остальные решила посмотреть только по корешку. Ничего примечательного: медицина, разные техники кидо, сборники повестей и рассказов, ещё несколько поваренных книг, медитации. Самым интересным был старенький сборник рассказов о духах. Странички пожухли и стали совсем ломкими, кожаная обложка начала трескаться, но было заметно что её переодически реставрируют. Книга явно с рук, но по слою пыли было понятно что в новые руки её берут совсем редко. "Первозданные Духи, что были созданы вместе с планетой" - так гласило название. Алиса очень удивилась, ибо совсем недавно купила такую же, только в более новом состоянии. -Тебе нравятся истории про призраков? - Харуто наклонился над ней. Не было понятно как давно он подошёл. - Это... Это мне Масаши подарил. Первая в коллекции. Он мне её на ночь пару раз читал. -Ну... Призраки мне не особо интересны. - Алиса, почуяв что нечаянно залезла на опасную территорию, попыталась сместить диалог в более приятное русло. - А вот духи это уже интересно! -Духи, призраки, фантомы... Какая разница! Всё одно и все одни. -Ну не соглашусь. - Ответила Алиса в спину уходящему обратно к плите Харуто. - Призраки это люди, фантомы не обязательно люди, а вот духи это то что создано природой. Они появляются сами по себе. Харуто лишь усмехнулся, видимо у него не было сил ни на споры ни на дискуссии. А Алиса начала что-то подозревать. Если сначало сильный огонь на плите казался профессиональным, то чем дольше он горел тем меньше Алиса верила в то что так и надо. Харуто пытался его потушить несколько раз, сделать менее сильным, но эффект, почему то, был совсем не долгий. Стало странно пахнуть. -Харуто... - аккуратно спросила Алиса - А что именно ты готовишь? Правда, может это какой-то рецепт? Всё таки в готовке она - плюс минус - разбирается, а это вполне может быть иностранным рецептом. -А? Что? - он обернулся, огонь явно выходил из под контроля, но он вёл себя так, как будто ничего не происходило - Обычный тяхан со свининой. Прости, у меня было не так много времени, я не успел купить чего то более интересного. -Харуто. - Она кивнула, указывая на что-то за его спиной. Там уже во всю поднимался чёрный дым. Харуто спешно стал пытаться ослабить огонь. Было видно что у него всё из рук валится. Вскоре стало пахнуть мясом. Через секунду мясо явно пережарилось, отдавая раскалённым, угольным запахом. -Погоди немного, я сейчас... Я... - он уже не знал с какой стороны взяться за котелок. -Эй, да ладно тебе, пойдём просто что нибудь купим— -Но уже почти готово! Осталось совсем немного! "Немного? Ты имел ввиду, что всё было готово немного раньше?" - подумала Алиса. Он, под чёрный дым исходящий из котелка, разложил блюдо по тарелкам и с довольной улыбкой понёс их к Алисе. -Я же говорил немного! - он радостно поставил тарелки на стол, поклонился и начал есть. Правда Алиса искринне не поняла как это можно есть. Она опустила голову смотря в тарелку и увидела сплошной уголь, плавающий в каком-то красновато-коричневом соусе. Что из этого есть свинина, а что рис выяснить не представлялось возможным. Увидев выжидающий взгляд Харуто, что так и светился надеждой, она нервно сглотнула. Она ж не переживёт. -Ладно. - тяжело выдохнул Харуто вставая из-за стола - Ты права, получилось неважно. Давай выбросили и... -Нет! - она схватила его за руку, опуская тарелку на стол - Я просто не знала с какой стороны начать! Всё в порядке, поедим тут. Домашнее всегда лучше покупного, правда? Харуто моргнул пару раз и улыбнулся. Последнее чего сейчас хочется Алисе это снова увидеть пустой взгляд который смотрит не на тебе, а сквозь, куда в дверь, или, быть может, на край ближайшей скалы. Ну и тем более, съест половину и скажет что наелась. Не так уж и страшно и скорее всего того стоит. Харуто жевал, будто не замечая проблемы сия шедевра, пытался вести диалог разговаривая про ту самую книжку про духов, наконец-то пытаясь отстоять своё мнение. Теперь Алисе было не до споров. После 2-3 проглатывании чёрного нечто она убедилась что это было очень плохой идеей. Её бросило в пот, а рвотный рефлекс приходилось сдерживать силой воли, ибо физически её бедное горло уже, кажется, перестало понимать в чём заключается его задача. Где-то на 1/4 тарелки она попросила воды. На половине она уже "наелась". В тихоря (солгав о том что болит голова) она выкрала одну таблетку от тошноты, желая дойти хотя бы до первого знакомого дома. На том и распрощались. Харуто - уже максимально спокойный, даже весёлый, а Алиса вся бледная, вспотевшая и вероятнее всего с отравлением. Посидев немного Харуто всё же решил разобрать... Вещи. Те самые что он принёс. От греха подальше он сложил всё в сумку с которой ходил за продуктами. Прах остался в кабинете. Он не был способен видить его сейчас. Ни в каком виде. А вот мелочёвку он забрал. Вытащив оставшиеся овощи, он развернул небольшую тряпицу в которое было завёрнуто всё то немногое что он мог видеть. Пара фотографий, капитанский хаори и... Значок. Фото были с отрядом, так что он спокойно отложил их. На капитанском хаори стало дурно от знакомого запаха, так что кое как сложил его и спрятал в шкаф. А вот на значок смотреть было физически больно. Он поднял его, покрутил со всех сторон. Только когда одежда начала прилипать к коже он понял что снова плачет. Снег, зима. Холодный, беспощадный ветер, хлестал маленького мальчика по щекам. Как будто над ним издевается не только жизнь, но и погода. Босые ноги хромали по снегу, оставляя за собой ели видный отпечаток, который тут же зносило снегом. Изначально он шёл рядом с обрывом, внизу которого находился город. Но ему стало обидно. Обидно, что все бегают и веселятся, что придут домой, к волнующимся матерям, и будут есть тёплый ужин. Тогда вечерело. Сейчас уже стало совсем темно. Живот предательски урчал по видимому предупреждая, что если его сейчас же не покормят то он приклеится к позвонку. Ему оставалось лишь взяться за живот и скрипя зубами продолжать идти. Он понятия не имел где находится. Снежная буря разыгрывалась всё сильнее и сильнее. С каждой минутой он, одетый лишь в грубые льняные обноски, всё сильнее ощущал как отказывают конечности. Сине красные ноги, привыкшие за месяц зимы шагать по снегам, шли уже на автомате. В глазах темнело. То ли от холода, то ли от голода, не так уж и важно. Казалось бы, если у него прямо сейчас остановится сердце, он на рефлексах сможет пройти ещё километра 2 и только после этого поймёт что умер. Так и случилось. Он и не заметил как в груди появилась пресловутая цепь. Идти было так тяжело что было уже всё равно сколько камней будет у него на плечах. Тело осталось позади, скорее всего его найдут лишь к весне, когда толща снега на нём растает. А сейчас он шёл дальше. Понял ли он что умер? Не совсем ясно. Конечно, он заметил странную цепь об которую начал спотыкаться, но если так подумать... Ну и что? Эта цепь поможет ему найти еды или как? Если нет то ему не интересно. Голод начал ощущаться странно. С одной стороны живот болел, переодически его скручивало пополам и приходилось садиться на корточки что б хоть как то стало легче, а с другой... Всё это стало каким то наигранным, что-ли? Как будто он ощущал голод просто потому что сам того хотел. Желудок не казался пустым, хотя по его примерным прикидкам в последний раз он ел дня эдак 3 назад, если не больше. В общем, несмотря на странное состояние от цели он решил не отходить: сначало найдёт еду, а потом уже будет разбираться в чём дело. Холод был ужасным. Пару раз в замёрзшем лесу он натыкался на такие же - как и он сам - обледеневшие трупы. Одежду взять у них не получилось, ибо она уже заморозилась до такой степени, что их не то что снять было трудно, их было сложно банально рассмотреть! Под настолько глубоким слоем снега и льда всё было. Еды, кстати, у этих бедолаг тоже не было. Ему не впервой видеть трупы. И, как бы странно это не звучало, они его не пугали. Он слишком устал. Сил ели хватало на пресловутое моргание, не то что на эмоции. Скорее всего дети его возраста бы испытали правило трёх "З": закричали, заплакали, запаниковали. Но он не мог. Помимо отсутствия сил у него появилась страшная мысль... Ему всё равно уже никто не поможет. Всем было плевать когда маленький мальчик в одиночку выходил из города, всем будет плевать если он закричит. Скорее всего, если его всё таки услышат, то в него прилетит какая нибудь шишка с жестокими словами "Заткнись, мешаешь спать!". В какой момент всё так изменилось? Сам он медленно терял не только веру в себя но и в человечество. Если люди с ним были так жестоки, зачем ему быть хорошим? Первое время он старался быть пай мальчиком, и иногда это даже получалось. Милые бабули угощали его ужином за убранный двор или если он (всё ещё малыш) помогал донести им сумки с вещами или продуктами. Но через время даже эти бабушки стали выставлять его за порог. В итоге он не выдержал, ушёл искать новый дом, попал под бурю и... Ну это мы уже знаем. Лунный свет отражался от снега. Впереди была большая поляна. А по середине поляны... Что-то светилось. Отражало лунный свет, если быть точнее. Точно волшебные камушки или упавшие звёзды. Может, именно на этой поляне заканчивается радуга? Он присмотрелся, оперевшись руками об дерево. Какие звёзды?! Это куда лучше! Орехи! Он быстро протёр глаза. Не показалось..? Не показалось! Улыбка тут же расплылась на его лице. Вот она! Его цель! Он нашёл еду! Радостный, мальчишка побежал на середину поляны. Пока бежал споткнулся об цепь, что всё ещё торчала из его груди, и он впервые почувствовал от неё дискомфорт. Благо, до середины оставалось немного. Он на четвереньках дополз до орехов и быстро схватил горстку в руки. Он, словно маленький хомячок, стал забивать щёки и бессовестно громко хрустеть ими. Через пару проглоченных орехов он наконец-то задумался. А... Что орехи делают по среди лесной замёрзшей поляны? Белка уронила? Не похоже, белки так много за раз не носят. Но как тогда... Тень постепенно накрывала его, кто-то подошёл близко и навис сверху. Странный, высокий хохот послышался прямо над его головой. Мальчик посмотрел наверх. Белая маска закрывала лицо монстра, а в груди его красовалась дыра. Он, как то неосознанно, коснулся собственной цепи на груди и легонько её сжал. Опасность ощущалась на генетический уровне. От монстра - страшного призрака! -, по другому его ни как не назвать, исходило столько отрицательной энергии что, кажется, дышать становилось труднее. Мальчик, что стоял всё это время на коленях, упал назад, на спину. Глаза тут же раскрылись, полные страха. Он стал пятится назад, пока монстр, продолжая мерзко хихикать, нарочито медленно шёл на него. Теперь уже цепь в груди стала проклятием. Слишком тяжёлая! Не сможет убежать! На время разморозившиеся конечности снова стали ощущать холод снега и студёного ветра. Он мотал головой в панике. Выхода нет. Это поляна, а до деревьев он банально не добежит. Его, как зверька, поймали на наживку. Если бы он размышлял трезвее, то возможно смог бы понять насколько сильно всё походило на ловушку. "Последняя трапеза" - так он подумал про себя. Мальчишка весь сжался. Тело начало трясти уже от страха. Он выставил руки, закрывая лицо и поджал к себе ноги - это его последняя попытка в спасение. Сильно зажмурившись и сжав челюсть до скрипа зубов он стал ждать неминуемой смерти. Но ни ничего не происходило. Лёгкий и звонкий звук пронёсся над головой, но боли не последовало. Он в недоумении опустил руки. Там где раньше находился монстр сейчас стоял молодой мужчина с редкой щетиной на лице. В руках у него был меч от которого исходили небольшие белые искры. Мужчина опёрся на меч и присел рядом. -Дружок, ты как? - он тепло улыбнулся и присел на корточки прямо перед ним. - Он не успел тебя обидеть? Мальчик опустил руки окончательно и круглыми глазами стал на него пялиться. Ещё одна ловушка? Он опустил голову и увидел медленно распадающуюся маску монстра. Мальчик неуверенно покачал головой. -Нет. Не успел. -Вот и славненько! - мужчина потрепал его по грязной, и без того взъерошенной голове. Без капли отвращения..? Мальчишка сначала даже не понял, но когда смысл действия до него дошёл было уже поздно радоваться. Мужчина посмотрел под ноги и заметил орехи. Он взял один недоверчиво его покрутив. Да он же гнилой... -Дружок, ты голодный? Хочешь поесть немного перед тем как уйти? - Мальчишка кивнул. - Ну хорошо, но многого предложить не смогу. Яблочко будешь? Мужчина потянулся к сумке и стал торопливо в ней копаться. Совсем скоро у него в руках появилось два яблока. Он протёр одно об одежду и протянул мальчику. -Держи-ка. Мальчик же неуверенно протянул руку и яблоко без сопротивления оказалось в ней. Он удивлённо посмотрел на руку с яблоком, а потом на мужчину, что с улыбкой ждал когда тот начнём есть. О чём-то вспомнив, мужчина снял с себя накидку и набросил на мальчика. -Тебе наверное холодно, да? Погрейся немного. Они оба знали что ему уже не холодно, но всё равно подыгрывали. Мужчина хотел облегчить последнее минуты на земле маленького мальчика, а самому мальчику такое внимание льстило. Как по волшебству, как только накидка оказалась на нём, стало немного теплее. Румянец, словно от жара или от сильного мороза, растёкся по лицу, придавая ему более живой вид. Мальчишка наконец накинулся на своё яблоко, сгрызая его без остатка. Даже веточку и ту съел. -А как вас зовут? - спросил мальчик, принимая с чужих рук второе яблоко. -Ханда Масаши. А тебя? -Харуто. - он снова откусил яблоко, на этот раз задумавшись. -Просто "Харуто"? А фамилия? -Не помню... - от стыда, что он даже на вопрос своего спасителя ответить не может, Харуто вжал голову в шею и отвёл взгляд. Глаза Масаши же погруснели. Такой маленький мальчик, а мало того что умер голодным, так ещё и фамилию свою не знает. Как только Харуто доел, мужчина снова взялся за меч. -Что вы собираетесь делать? - он легонько попятился назад. Масаши же удивлённо посмотрел сначало на него, потом на свой дзанпакто. Он усмехнулся и поспешил объясниться. -Ох, помнишь я говорил что "уйдёшь"? - мальчик кивнул - Я имел ввиду, что ты уйдёшь в лучший мир. В сообщество душ. Харуто напрягся. Ну конечно! Опять какой-то подвох! - Не переживай ты так. Это не страшно, смотри. - он перевернул свой меч и ткнул в ладонь дном рукоятки. - Вот и всё. Совсем не больно, видишь? Ну что, готов уйти? А есть ли причины ему не доверять? Он спас его он огромного монстра-призрака, накормил, мало-мальски согрел. Харуто долго думал перед тем как кивнуть. Рукоятка коснулась его лба, а под ногами образовался какой-то портал в который он медленно стал проваливаться. Это действительно не страшно... В сообществе душ ему пришлось провести много лет перед тем как снова услышать это имя от каких-то случайных шинигами. Ему многих трудов стоило отыскать Масаши снова. Как только дверь в предполагаемый дом открылась перед ним предстал практически другой человек: уже куда мощный физически, бородка больше не была щетиной, а глаза стали выглядеть куда более уставшими. Но всё такими же добрыми. -Прошу прощения молодой человек? - сказал он устало улыбнувшись - Вы чего-то хотели? Харуто аж застыл. Нет, конечно, он тоже поменялся за это время, вырос как минимум, но... Он так долго тренировал что будет говорить и сейчас все слова вылетели из головы. Он хотел сказать что-то, но изо рта вырвалось лишь: -Яблоки. Масаши удивлённо уставился на него, а потом рассмеялся. -Яблок хочешь? Если есть, секунду. -Он действительно вернулся с двумя яблоками - Больше нет извини. - он тем же движением обтёр одно из них об одежду и протянул гостю. А Харуто встал в ступор. Он же не за этим его искал. -А вы меня совсем не помните, да? - как то совсем наивно спросил он. -Помню? - он окинул Харуто взглядом с ног до головы. Подумав немного его глаза заблестели и он неуверенно спросил - Ты... Тот мальчик без фамилии..? Харуто расплылся в улыбке. -Всё таки помните...! Масаши засмеялся и открыл дверь шире. -Помню, помню! Заходи, расскажешь как обжился! С тех пор Харуто начал ходить в школу шинигами, а потом был любезно принят под крыло Масаши. Потом он доучился до звания лейтенанта и где-то между всем этим взял созвучную фамилию. Ёсида. "Счастливое поле". Масаши со своей фамилией Ханда не без доброго смешка одобрил. Половина поля, счастливое поле. С тех пор они были семьёй, пусть и не родной. Со всем друг другу помогали и со всем справлялись вместе. Масаши стал для Харуто отцом, которого тот уже давно не помнил. Он сжал значок в руке. Очередная слеза капнула на пол. Он не сможет его забыть, но нужно ли это? Масаши всегда желал ему добра. Что в первую встречу, что в последнюю. Вряд-ли он хотел бы видеть Харуто в таком разбитом состоянии. Вряд-ли он хотел, что б Харуто думал о том, о чём думает сейчас. Это неправильно. Нужно жить. Нужно жить так, что б потом не жалеть. Что б Масаши, ушёл на покой со спокойной душой и не о чём не переживал. Он должен гордиться. Но не тем, чего Харуто уже достиг, а тем чего он достигнет в будущем. Он всё переживёт и со всем справится. Сомневаться в этом нет смысла. Он станет тем большим человеком которого в нём видел Масаши. Харуто поднял голову и посмотрел в окно. И снова наступил рассвет.