Dolce vita

- Да блять, я не могу так. Слава откидывается на подушки и тщательно трогает ладонью лоб. Кажется, у него температура. Да, точно она. Лицо мокрое, руки трясутся и сердце, вероятно, хочет отделиться от тела. Он дышит прерывисто и слишком громко. Хорошо, что в темной комнате никого нет. Свидетели странного поведения ему не нужны. - Слушай, успокойся, - Ваня злится на том конце провода. - Ничего не случилось, а ты уже драму развёл что пиздец. Вани рядом не хватает. Ваня умеет в чувства приводить. Ваня может неожиданно плеснуть в лицо воду ледяную, и Слава правда тогда хотел уебать по самодовольной морде, но сдержался. Ему помогло. Ваня может успокоить одним прикосновением и Слава внушал себе, что это и правда не то, из-за чего сейчас стоит переживать. Ваня может всё. Но сейчас он далеко, и его слова по телефону не помогают от слова совсем. - Просто спроси у Рудбоя, что случилось и я успокоюсь сразу, окей? Светло буквально рычит, и Слава инстинктивно убирает телефон от уха. Ебанулся что ли? - Ты меня уже заебал. Я сказал, нет. Они не общаются, а я в душу Ване лезть не собираюсь. - Тогда придётся самому позвонить. - По-моему это у тебя проблемы со здоровьем, а не у него. Мы с тобой точно одно и то же читали? Может, просто венеричку какую-то подхватил от фанатки очередной, и теперь лечится. Слава морщится. Мысли о Мироне и других девках его совсем не успокаивают. - Охуеть, и на год тур перенёс? - Слава, блять, откуда я знаю? Когда ты перестанешь устраивать драмы на пустом месте? - Нет, так нельзя. Если не позвоню, а завтра увижу новость о его смерти, не прощу себе. - Ох, блять, помогите мне, - растягивает Ваня. - Нахуя ты мне-то позвонил? Разрешения спросить? - Скажи, что я не сошёл с ума окончательно. Ваня молчит.

***

Славы хватает на полторы минуты. Он тушит сигарету прямо о прикроватный столик и открывает телеграм. Пишет капсом какую-то херню, даже подумать себе время не даёт. Не может не написать, привычка такая уже сформировалась. Номер Мирона в последний раз он набирал почти месяц назад. Сухо поздравил с полным залом в Варшаве и сразу отключился, даже не подъебал никак. Потом несколько минут пялился на потухший экран и всё ждал, когда он загорится заветным номером. Но Мирон не перезвонил как через минуту, так и через десять. Слава тогда выкурил три сигареты подряд и стоял на холодном балконе почти час. Сейчас он не собирается бросать трубку даже под угрозой пыток, пока не получит информацию, которая его успокоит. Окси в этот раз не издевается вовсе и берет трубку уже после первого гудка. Ну охуеть, Слава даже с мыслями собраться не успел. - Делаешь успехи, Гнойный. Продержался больше часа. По-моему, это новый рекорд. - Ты тоже там, вижу, рекордсменом стал. Решил продлить отдых на год. Выкладывай, что с тобой. Мирон хмыкает. Усмехается, пидор, пока Слава тут на стену лезть готов. - Да, щас тебе еще фотографию с выписки отправлю, прямо в комментариях под твоим последним постом. - Просто скажи, что всё не так серьезно, как я себе нафантазировал и что ты не собираешься откинуться в ближайшее время, и я сразу отключусь. - Не дождёшься. Всё далеко не так серьёзно, как ты думал. Руки перестают дрожать и Слава выдыхает. Тихо, чтобы Мирон не услышал. - Ты, кажется, всё еще здесь. - Ну и пошёл ты нахуй тогда. Слава умеет красиво заканчивать не только раунды. От Мирона он другого и не ждал. Ничего не изменилось, всё строит из себя крепость неприступную. Похуй вообще, Слава хотел ответ на волнующий вопрос и он его получил. Он надеется, что Окси не соврал, а если и соврал, то незначительно. Телефон начинает вибрировать через несколько секунд. Слава не то чтобы охуевает, но удивляется точно. Вот это новости подъехали, Мирон Янович перезванивает, да еще и не сдается после первого неотвеченного, набирает сразу второй раз. - Иди нахуй, - повторяет в пустоту. Ему так хочется повыёбываться. Хочется игнорировать Мирона долго, хочется отомстить за каждую выкуренную сигарету из-за него, за каждый выпитый стакан виски. И всё-таки не выдерживает. Мирон может и не позвонить в четвертый раз, хуй знает что в его больной голове, резко в Бога уверует и перестанет трезвонить. - Чего тебе? - Ты умеешь удивлять. Голос Мирона меняется, становится мягче и дружелюбнее. Слава улыбается, но голос раздражённый не меняет. - Да ты тоже я посмотрю. Я, наверное, единственный человек на свете, чей номер ты три раза подряд набирал. - Не единственный. Вставай в очередь за моим лечащим врачом. Улыбка пропадает так же внезапно, как и появляется. - Я шучу, успокойся. - Ты ебанутый, блять? Сука, я скоро поседею из-за тебя. Мирон смеется. - Тебе рано еще. И мне тоже. Кого ты заёбывать-то будешь, если я умру? Придётся удалить все соцсети и закрыться в темной комнате до конца жизни. - Если умрёшь - порежу вены, чтоб ебать тебя в аду, - цитирует Слава собственные строчки. - Может, стоит сначала в жизни попробовать, не думал об этом? Слава выпадает. - Что ты сказал? Мирон молчит. Специально на эмоции выводит, хочет выбесить окончательно. - Повтори. - Хватит в соцсетях пиздеть, говорю. Я не так недосягаем, как ты думаешь. Может, тебе не понравится и в аду ты думать обо мне забудешь. - Ты где? - Там, куда тебе попасть будет сложно. Но я могу быть там, где ты захочешь. Слава закуривает еще одну. Выдыхает дым и завороженно смотрит перед собой. - Хочу быть с тобой там, где мы виделись в последний раз. Слава нутром чувствует самодовольную усмешку Мирона. - Кажется, тема папочки еще жива. Я знал, что у меня было много пророческих слов тогда, но чтоб настолько. - Заткнись. Слава открывает заметки и оценивает ситуацию полминуты. - Следующий четверг тебя устроит? Мирон отвечает положительно. Слава делает последнюю затяжку.