Princesse et héros.

— И чего ты не спишь? Ответа на вопрос не последовало. В комнате с большими экранами во всю стену тихо. С мониторов светится какой-то из матчей, но никто на него не смотрит. Где-то в самом углу виден силуэт, что облокотился на стену, прижав к себе колени и обняв их обеими руками. Малиново-красные волосы непослушно выбились из ленивого пучка, спадая прямо на лицо так, что даже повязка не помогает. Ренске Кунигами вздыхает, и направляется прямо к одинокому Хёме. — Принцесса, что с тобой? Парень с колючими, оранжевыми, как сочная мякоть и твёрдая цедра апельсина, волосами садится рядом, наклоняя голову, дабы взглянуть прямо на лицо Чигири. Пара глаз цвета рубеллита одаривают его недолгим зрительным контактом. — Не зови меня так. — Почему? Чигири молчит. Думает, анализирует, заставляет шестерёнки внутри работать. Молчит пару минут и отвечает: — Всегда завидовал принцессам. Хёма поправляет пряди волос, убирая их за ухо и отворачивает голову, упирается взглядом в стенку, ощущая на себе пристальный и любопытный взгляд. — Мама в детстве часто рассказывала сказки сестре. И там всегда была однотипная история: принц находит свою принцессу и женится на ней, а дальше они живут долго и счастливо. И чёрт возьми, всем этим принцессам просто повезло родиться в королевских семьях. У них уже по прописанным канонам было всё: власть, радость и, блять, даже любовь. Им не нужно было делать ничего ради счастья. Хёма рассказывает не в пустоту. Рядом тот, кому он может довериться — с Кунигами они быстро нашли общий язык. Показавший себя всем грубым эгоистом, с Чигири он совсем другой. Честный и искренне открытый. Ренске не перебивает. Слушает каждое слово, подсознательно помечает мелкие детали, дабы запомнить. Золотисто-каштановые глаза блуждают, рассматривают друга, подмечают скреплённые руки и пальцы, что нервно раздирают кожу у ногтей. Плохая привычка, которую никогда не замечал Чигири сам. Кунигами накрывает их своей ладонью, безмолвно упрашивая прекратить, и привлекает внимание к себе. — Знаешь, а ведь ты можешь нарушить все эти правила сказок. — О чём ты? — Стань лучшей из версий всех принцесс. Хёма, ты ведь невероятный человек, разве не так? Сам идёшь к цели, добиваешься всего, чего только пожелаешь. Так не лучше ли в этом случае создать свои собственные правила? Розовые глаза смотрят прямо на собеседника. И в них читается буря эмоций: непонимания, вера и куча всего. Но хорошо видна одна единственная — надежда. Полный отчаяния человек увидел искру в другом. И ведь правда, Хёма старается добиться всего, чего ему хочется. Не всегда получается, бывают больные падения, как в моментах с проблемной ногой, но это ведь не мешает. Мягкая улыбка расцветает на губах, Чигири хмыкает и прикрывает глаза. — Спасибо, герой. Кунигами слегка краснеет, но смеётся и встаёт со своего уже нагретого места и протягивает руки к Хёме, чтобы помочь встать. — Пойдёмте, Ваше Высочество. Уже давно пора спать. Чигири усмехается и цепляется за Ренске. Почти падает из-за затёкших ног и резко заболевшего колена, но старается удержаться на месте. — Чёрт. Не уверен, что смогу дойти. Иди без меня, я догоню. Кунигами такое предложение не устраивает. Он недовольно фыркает и, произнеся тихое «держись крепче», бережно и осторожно берёт на руки. Усмехается на возмущения и лёгкие удары с упертыми требованиями поставить на место. — Успокойся, принцесса, всё нормально. Хёма смущается и обвивает руками шею друга, приятно ощущая крепкие и сильные руки, что держат его и правда как высоко почтенную личность. Нравится. Ему нравится. Ночь проходит мирно. По дороге в комнату для сна Чигири вырубает, и чтобы не тревожить его сон, Кунигами аккуратно кладёт его рядом с собой. Они усыпают в объятиях друг друга. На следующее утро, Хёма заявляет, что разрешает называть себя принцессой только одному человеку. Это разрешается только его герою.