Почему?

       “Я то, чем ты хочешь быть. Я то, чего ты боишься, Луиджи.”

[Аркадный автомат “Maniac Mania”, 7:20 AM]

Заряд адреналина заставил закрыть его правую дверь и сразу надеть маску, после чего посветить в коридор. В его висках пульсировало от стресса, а по лбу стекало пару капель пота. “Когда же эта грёбаная ночь закончится?!” – подумал у себя в голове итальянский водопроводчик Луиджи Марио, борющийся за свою жизнь посреди ночного хаоса. Прямо сейчас, Луиджи старался отбиваться ото ВСЕХ, кто есть в этом здании, он проходил челлендж под названием “No Strings”, в котором, так или иначе, участвовали все: клоны, роботы, фантомы, а также те, кого призвал этот грёбаный Балун Тоад… Приходилось следить за дверьми и кто там был, отогнать Сломанного Тейлза и плюшевых игрушек из коридора, проверять Кошмарного Тейлза и Клона Тейлза на одной камере вместе Луиджинеткой на другой, постоянно надевать маску, потому-что постоянно кто-то оказывался в офисе, закрыть верхнюю вентиляцию Тоймэру и следить за Золотыми… Золотые клоны… первые созданные клоны вообще, каждый из которых был всё хуже и хуже, как по внешности, так и по характеру, если Ориджин Соник был ещё довольно милым и послушным, то вот 27’ Золотой Соник был в 5 или 6 раз хуже во всём и отчасти на это повлияло то, что в нём после одного несчастного случая находилась душа Доктора Эггмана. Который, исходя из расследований Луиджи касательно SHPP, был виновен в исчезновении брата Луиджи – Марио Марио и в отличии от Луиджи, Марио был однозначно мёрт-

БАМ

Это был звук внезапно закрывшейся механической двери, закрывшей путь в офис Клону Тейлза, что со злостью постучал по двери и улетел назад в свою бухту. Луиджи поднял планшет и быстро завёл шкатулку Луиджинетки, а затем сразу переключился на пиратскую бухту и специальную кнопку для Кошмарного Тейлза… после чего сразу отвернул глаза от планшета, ведь на нём вместо отображения камеры был 27’ Голден Соник смотрящий своими белыми огоньками прямо в душу Луиджи, через пару секунд водопроводчик опустил планшет, надел маску ведь в офис пришел 17’ Голден Соник и Тэйнгл, а также закрыл правую дверь от бегущего к нему Найтмэрика. “Весело, не правда ли?” – произнёс голос из под стола, который Луиджи сразу опознал, Голден Соник из 2027 года улыбался своей разорванной пастью и глядел на последнего брата Марио. “…” – лучшим решением для Луиджи было просто промолчать и стараться не смотреть на изуродованного ежа. Голова была забита мыслями о том, как сэкономить достаточно энергии, чтобы её хватило до конца ночи и на высказывания Голдена было просто нет времени. Он проверил двери, у левой из которых был клон Майти, одного из очень старых друзей Соника, после чего были закрыты обе двери из-за того, что клон броненосца действовал зеркально противоположно движениям Соника, что означало, что еж находиться у правой двери. Несколько раз посветил в коридор, от чего прибежавший Сломанный Тейлз тут же улетел обратно в заднюю комнату. Поднял планшет, думая, что Голден и появившиеся в ремонтном планшете Призрачная Йоши исчезнут и после завода шкатулки и свечения в Кошмарного Тейлза, Луиджи опустил планшет и надел маску, рядом с ним прошёл Игрушечный Марио и рядом стояли Сломанные Соник и Йоши, после чего решил снять маску… но заметил рядом с собой уже вылезшего из под стола Голден Соника… “Что?!” – не выдержав вскрикнул Луиджи, от чего игрушка Ориджина, сидящая на столе, вздрогнула и посмотрела на водопроводчика. Луиджи было тяжело понять, почему жёлтый еж всё ещё здесь, ведь он ДОЛЖЕН был исчезнуть. Вопросы забивали и так болеющую голову, что вызывало дополнительный стресс. Послышались смешки, как со стороны Голдена, так иной стороны, как будто…прямо в голове… “Послушай меня, Луиджи. Ты ведь хотел бы-” – начал было Голден. “Мне ничего от тебя не нужно, cretino” – прервал его Луиджи, его голос был наполнен ядом и злостью по отношению что к Голдену, что к душе Эггмана. Итальянцу просто хотелось вернуться в простые времена защиты грибного королевства на пару с Марио от Боузера и его прихвостней, но это время не вернуть, как и его дорогого брата… “Узнать, что же там с твоим драгоценным братиком.” – продолжил свою оборванную реплику Голден. Эти пронеслись по голове Луиджи громким эхом, достигнув даже самых дальних краёв. Глаза расширились и он на миг остановился, чтобы через секунду закрыть все проходы, завести шкатулку и посветить на Кошмарного лиса. В нём что-то щёлкнуло, он хотел узнать… что-то… ведь судьбу его брата уже знал из догадок, но от слов искажённого ежа в нём загорелся огонёк, наполненный той наивностью, что была присущена старому Луиджи из своих лучших лет жизни. Хоть наивность не полностью затуманила разум итальянца, но в горле застрял отказ от такого предложения и по итогу… “Да. Хочу.” – коротко ответил зелёный усач. “Что-ж…” – начал жёлтый ёж, после чего его голова начала, словно фарфоровая маска, трескаться, в ушах начал стоять отвратительный шум, а зрение помутнело и начали появляется изображения… Изображения его брата, мёртвого, с ножевыми ранениями и с застывшей гримасой ужаса. Схожую гримасу состроило лицо Луиджи, для которого короткие мгновения появления изображений тянулись вечность. Неприятный шум бил по ушам, всё в голове пульсировало от стресса и плохих воспоминаний, а в глазах начала появляться влага… На этих запечатлённых не понятно кем и зачем ужасах Луиджи смог разглядеть того, кто это сделал… Доктор Эггман. Безумно ухмыляющегося, с окровавленным ножом в руке и смотрящего на тело Марио… Казалось, будто он был прямо перед Луиджи… Погодите-ка… Он прямо сейчас был перед ним. Луиджи знал, кто владел этим телом и он доверился ему. Повёлся на дешёвую уловку… как… “Луиджи…” – этот голос… “Я знаю, ты меня слышишь. Позволь мне принять за тебя решение…” – продолжило шипящим голосом то, что находится глубоко в его сознании, то чего он боится и что никогда не должен был выпускать… до этого момента. Луиджи хотел было возразить, но почувствовал… странное облегчение в теле, но в то же время в висках начало пульсировать не из-за стресса, а из-за желания оставить ни живого места от смеющегося над ним жёлтого ежа, полностью игнорируя быстро трачающуюся энергию из-за закрытых проходов, а также шкатулку и лиса. Сейчас для него существовали только он, искажённый ёж и предметы на столе рядом с ним. И как только ёж приоткрыл глаза, отходя от смеха, первым он увидел летящий ему в лицо вентилятор. Голден Соник с лёгкостью отбил предмет, хотя почувствовал дискомфорт в районе правой руки… вентилятор всё же нанёс урон, и лезвиями превратил половину руки в растекающиеся клон материал, запачкавший комбинезон Луиджи и пол. После этого итальянец обнаружил себя прижатым к стене, золотой ёж оставшейся рукой душил его, правда быстро получил удар ногой по челюсти, раскрошив несколько острых зубов, которые при столкновении ещё проткнули ботинок ступню зелёного водопроводчика, но он не чувствовал боли. Ему было плевать на всё. Луиджи быстро выбрался из хватки ежа и схватил ремонтный планшет, в котором находилась Призрачная Йоши и быстро исчезнувшая, понимая, что собирается сейчас сделать охранник. Голден быстро получил удар по лицу планшетом, от чего пришёл в ещё большее бешенство, чем до этого, и рывком полетел на брата Марио, но был сбит столку, с какой ловкостью он увернулся и прибежал к другой части офиса. Он быстро открыл одну из дверей, непонятно зачем, возможно промелькнуло воспоминание о том, что надо сберечь энергию до конца ночи. То же самое сделал и Голден, видимо чтобы впустить недоброжелателей в офис. Искажённый ёж и итальянец полетели друг на друга, один с когтями и зубами, другой с кулаками и планшетом. В то время как из центрального коридора, за ними наблюдало 5-7 представителей ресторана, Игрушечный Соник смотрел на драку как на матч по телевизору, Ориджин был в шоке и хотел остановить драку, но его остановил Сломанный Соник, что решил посмотреть кто в итоге победит. “Очевидно, что Голден. Луиджи довольно слабый в рукопашном бою, а учитывая эти когти и зубы у него, то-” – размышлял Сломанный Соник. Он прервал свой поток мыслей, видя, как Луиджи каким-то образом уклоняется почти отто всех ударов Голдена… почти… ведь с каждой минутой его одежда более изодранной, а резанных ран становилось всё больше. Да и расплавленный ёж тоже не в лучшем состоянии, с него в сильном темпе слезал клон материал, а зубы и когти крошились от ударов планшета, что только благодаря чюду ещё не разбился. К наблюдателям присоединились те, кто нападал с левого и правого коридоров. “Ты не хочешь сдаваться, неужели твой братик тебя так триггерит…” – отвратительным для Луиджи тоном произнёс Голден Соник, что походу предвкушал, что будет дальше издеваться над охранником подобными вещами. “Заткнись… ЗАВАЛИСЬ НАХЕР!” – сначала прошипел Луиджи, а затем он, к неожиданности даже для золотого, громко закричал. В голове итальянца происходила какофония из его мыслей в перемешку с мыслями и желаниями иного. Ему хотелось убить этого ежа и точка. “Я тебе ничего не сделал… НИЧЕГО, но ты его от меня отнял, вырвал, чтобы упиться страданиями не только меня… ” – прямо на ходу, ударяя планшетом по лицу твари, произносил Луиджи, местами повышая до предела свой голос. “И скажи мне…” – встал на месте водопроводчик, делая секундную передышку, после чего на него сразу полетел жёлтый ёж. “СКАЖИ МНЕ СУКА!” – завопил переполненный гневом и горем голос итальянца, которому сильно мешал густой комок в горле, а из его глаз потекли пылающие слёзы. “НАЗОВИ МНЕ ХОТЬ ОДНУ СРАНУЮ ПРИЧИНУ!!” – продолжал вопить Луиджи, чей планшет уже разбился и он безраздумно бил по ежу, пока он в свою очередь продолжал царапать водопроводчика оставшимися когтям. Голден, по очевидным причинам, не мог ответить, не то, чтобы сам Луиджи хотел получать ответ, весь тот стресс и желчь просто сейчас вырвались наружу вместе с чем-то иным. “ПОЧЕМУ?!!!” – этот неестественно громкий вопль разлетелся до самых крайних уголков пиццерии. Последний удар, тело ежа, что уже просто напоминало чёрную-жёлтую массу клон материала, падает на пол, а белые огоньки в глазах погасли. Кровь в организме бурлила, взгляд был диким, вся одежда изодранная и местами окровавленная. Гнев начал покидать разум Луиджи, оставляя лишь пустоту, а в голове всё стучало и билось, что стало просто тяжело стоять и так стала постепенно вновь ощущается боль… и десятки чужих взглядов. Хоть все три коридора были погружены во тьму, но всё же он мог разглядеть огромное количество силуэтов. Из ещё нетронутого планшета для просмотра камер заиграла минималистичная мелодия, говорящая о том, что он смог пережить ночь. “Конец ночи. Пора домой.” – подумал Луиджи. Ему в данный момент хотелось мыслить коротко и просто забыть, что произошло, но такое он, наверное, не забудет никогда. Хромая, он вышёл в центральный коридор, в эту тьму, в которой прямо сейчас находятся множество его ночных противников. Он не хотел смотреть ни на одного из них, не обращая внимания как на него смотрели прямо сейчас, кто-то с шоком, а кто-то с жалостью. Тейнгл свисала с потолка и сочувствующе смотрела на него. Сломанный Марио отошёл в сторону, дав путь своему технически брату, а Кошмарный Соник просто молча наблюдал с лёгким удивлением и он мог бы напасть на водопроводчика, если бы не время и состояние голубоглазого. Доковыляв до выхода, он подобрал оставленный на столе мешочек с кольцами за выполнение челленджа и решил всё зайти к Лефти Соник, очаровательному дефектному женскому клону Соника, чтобы купить у неё что-нибудь. Но… на пол пути зрение начало мутнеть и конечности словно стали ватными. Он прислонился к стене, но даже не смотря на это, его мозг просто отключился от слишком большой потери крови. Последнее, что он услышал перед тем, как всё утонуло в чёрном, были приближающиеся шаги… … … Первое, что ощутил Луиджи, была боль… во всех частях тела. Он приоткрыл глаза, но увидел лишь яркие мутные пятна, а речь была приглушённой. Он попытался заговорить, но смог издать лишь невнятные звуки. И на фоне белых пятен появилось одно тёмно-серое. Зрение и слух начали к нему возвращаться и мог разглядеть всё больше деталей. Светло-серая мордочка, цилиндр, фиолетовый галстук-бабочка в горошек, чёрная курточка, рубиновые глаза… “Лефти” – с легкостью догадался Луиджи. Она вздохнула с облегчением и посмотрела на него. Он в ответ попытался принять сидячие положение, что ему с небольшим трудом удалось. Он осмотрел своё тело. Бинты покрывали его тело. “Мда… ну и расцарапал меня это убл-” – делал вывод Луиджи, но его прервал женский голосок. “Луиджи…” – начала она. “Что с тобой произошло? Я услышала крики, а потом увидела тебя в луже крови недалеко от магазина…” – говорила она тихо и с переживанием за своего лучшего друга. Луиджи лишь тихо вздохнул, после чего начал рассказывать. Заняло это относительно небольшой отрывок времени, во время которого итальянец держал в основном пустое выражение лица, иногда сменяемое лицом на грани срыва. К концу рассказа Луиджи повернул голову к Лефти, у которой, вполне ожидаемо, было шокированное выражение лица. Шокированное от максимально отвратительного поступка Голдена и от того, что такой человек, как Луиджи, смог его убить. “Я… даже не знаю, что сказать…” – проговорила Лефти, смотря в его голубые глаза. “Он, получается… умер навсегда?” – спросила она. “Нет, скорее всего, Рубин Иллюзий его возродит.” – ответил Луиджи. “Ты настолько скучал по-брату, что решил довериться ему?” – сказала она. “…” – Луиджи просто молчал и не мог ответить, слова и буквы не могли собраться даже в самый простой ответ. “Неужели у тебя не осталось хотя бы одного близкого?” – спросила она, приближаясь к Луиджи. Сам же итальянец лишь кивнул головой и смотрел в пол. “Я думаю, ты не прав.” – продолжила Лефти, после чего Луиджи повернул голову к клону, что уже сидела прямо рядом с ним. “У тебя остался один… или если быть точнее одна.” Луиджи хотел было спросить, что она имеет в виду, но обнаружил себя в её теплых объятьях. В его горле образовался комок и Лефти начала чувствовать, как её плечо становится влажным от слёз Луиджи, что в данный момент просто искал утешение в её объятьях. Так длилось минут 5, после чего итальянец смог кое-как успокоится и он вышел из магазина Лефти, помахав ей на прощанье и ничего не купив. … А что случилось дальше? В общем, 27’ Голден Соник был воскрешён Рубином Иллюзий, как и предполагал Луиджи. Сам же Луиджи продолжил выполнять челленджи один за другим и жить как обычно, разве что обитатели ресторана ещё долго странно на него смотрели. А Лефти… просто исчезла, оставив письмо водопроводчику, в котором прощалась с ним и написала, что они даже так останутся лучшими друзьями навсегда. И всё же, водопроводчика с зелёной кепкой всё ещё преследовал тот вопрос, что задал тогда Голдену.

Почему?