Глава 7. Жечь мосты и грабить караваны
22 ноября 2024 г., 10:14
Мы придерживаемся угрюмого убеждения, что нам не хватает как раз того, что есть у другого.
Герман Гессе
— Эй! Очнись уже, орк! Давай-давай, хватит разлёживаться. Запертые в клетке мужчины громко кричали, пытаясь достучаться до сознания орка. Разлепив глаза, тот беспомощно вращал головой, — сколько Виталик не пытался взять под контроль управление героем, пока у него имелась возможность лишь слегка двигать камерой. Видимо, это должно было имитировать дезориентацию едва пришедшего в себя персонажа. — Вставай, орк! Если кто-нибудь проедет сейчас по дороге, нам всем конец! Слышишь? Тебя точно вздёрнут на виселице за убийство, ещё и нас повесят с тобой за компанию. Поднимай свою зелёную задницу, обыщи бородатого гада, у него должны быть ключи от замка! Управление над варваром постепенно возвращалось к Виталику. Орк встал на карачки, а спустя ещё две минуты сумел наконец подняться на ноги. Предложение обыскать гнома казалось разумным. Геймер в любом случае обшарил бы тело «печенега», а также его сундучок. Так что первым делом варвар взялся за осмотр добычи. Боевой топорик гнома значительно превосходил по характеристикам учебное оружие охотника на драконов. Жаль, что топор был только один — заменив оружие в правой руке, Виталик сразу оценил возросший урон, наносимый его персонажем. Арбалетом варвар пользоваться, к сожалению, не умел, а походный нож гнома хотя и был хорошего качества, но из-за специализации Витюни на топорах уступал даже учебному топору в левой руке. Одёжка гнома не подходила орку по размеру, он смог позаимствовать только пояс. А также кошель с парой серебряных монет и целой горстью медных грошей. Возможно, на эти деньги он сможет купить что-нибудь в городе. Позаимствованная связка ключей позволила заглянуть в сундук, но там оказались сугубо бытовые предметы — всё-таки «печенег» был возницей, а не каким-нибудь рыцарем. — Эй! Освободи нас, орк! Хватит ковыряться в сундуке гнома! А вот здесь Виталик решил поставить игру на паузу и подумать. Два типа в клетке явно не походили на положительных персонажей, такие воткнут нож в спину не задумываясь. Учитывая наличие всего полутора процентов здоровья, любой конфликт с освобождёнными пленниками мог закончиться для варвара плохо. С другой стороны, втроём у них будет куда больше возможностей навалять простолюдинам и путешественникам. Какая-никакая команда. Витюня направился к двери клетки. — Всему есть цена, людишки. Хотите, чтобы я вас отпустил? Несостоявшиеся охотники на драконов кивнули. — Тогда будете служить в моей банде. Не бойтесь, я не настолько рисковый, как могло показаться, — добавил Витюня, увидев сомнение на небритых лицах людишек. — С этим гномом у меня были личные счёты, поэтому я и напал на него столь отчаянно. Втроём же мы станем заниматься куда более прибыльным делом. Пленённые люди закивали с куда большим энтузиазмом, орк отпер клетку: — Выходите. Один может взять себе арбалет, второй ножик гнома. Сейчас попробуем выломать из телеги клетку, спрячем труп и поедем как можно дальше отсюда, покуда кто-нибудь не схватился о пропавшем без вести бородаче. Мужики пожали плечами, но безропотно выполнили указания орка. Один вооружился арбалетом, второй ножом, втроём они разломали клетку, спрятали обломки и труп недалеко от дороги. — Я Витюня, — представился варвар. — Но вы, наверное, уже это поняли. Когда я зол, «моя есть Витюня» сходит за боевой клич. — Меня зовут Отморозкин, — кивнул человек, которому достался нож гнома. — А я Дурошлёп, — назвался арбалетчик. — Так чего делать-то будем, раз мы теперь банда? Заняв место возницы, Витюня принялся осваивать управление повозкой: — Чего, чего. Ясень пень, будем зарабатывать деньги всеми доступными способами. А какие у нас есть варианты обогатиться? — Ограбить кого-нибудь? — предложил Отморозкин. — Верно, — согласился Витюня. — Но не кого-нибудь, а торговцев и путешественников. С крестьян, сами понимаете, взять особенно нечего. — А ты умный орк, — уважительно отозвался из телеги Дурошлёп. — Ещё бы, — варвар воспринял похвалу как само собой разумеющуюся. — Подлечусь сейчас немножечко и начнём куролесить. Жечь мосты и грабить караваны — моя мечта с малых лет. Похоже, новые спутники одобрили ход мыслей орка. Несостоявшиеся охотники на драконов были теми ещё сорвиголовами.* * *
— Ты уверен, что так оно загорится? Витюня усердно разжигал костёр прямо посередине моста: — Без понятия, у тебя есть какие-то более конструктивные предложения? Отморозкин почесал давно не бритую щетину: — Не, я вообще не очень понимаю, зачем жечь мосты? — Некогда объяснять, просто поверь, что так надо! — Ну ладно, тогда давай огонь активней распространять, — пожал плечами спутник варвара и принялся разносить по деревянному мосту горящие угли. Следящий за дорогой Дурошлёп вернулся из разведки: — Долго вы возиться ещё собираетесь? Там телега какая-то едет, но, похоже, обычный селянин репу куда-то везёт. — Ах ты ж, курва-мать! — выругался Витюня. Сожжённый мост должен был стать препятствием для торговцев и путешественников, а не привлекать внимание местных жителей. — Придётся грохнуть человека, чтобы не предупредил остальных. — Грохнуть? — сленг Виталика не всегда был понятен неигровым персонажам. — Убить, то есть. Ну и лошадок заодно умыкнём. — Эм, — снова не понял орочьи указания Дурошлёп. — Какие такие лошадки? Там обычный ослик впряжён. «Блин, муторная какая игруха!» — в очередной раз отметил про себя Виталик, но тут же выдумал новое объяснение: — Какое нищее у вас королевство, у нас вон на севере не то что на лошадях, на медведях все ездят! — если уж в реальном мире некоторые иностранцы до сих пор верят в обитающих в России медведей, стоящих с балалайками в очереди за талонами, то что говорить об эрудированности дремучих обитателей средневекового мира? — Ладно, пустим осла на жаркое, а крестьянина возьмём в плен. Расспросим о ситуации в округе, а если повезёт, какой-никакой выкуп у родных выторгуем. Это было уже куда гуманнее и понятнее. Отморозкин спрятал за поясом нож и вытащил состроганную ранее дубинку: — Лады. Дурошлёп, зайди сзади и возьми сельского дурачка на прицел. Я постараюсь убедить крестьянина избегать резких движений, — немного подумав, Отморозкин добавил. — Без крайней необходимости всё-таки не стреляй. Жизнь крестьян имеет значение. Это аристократов не жалко. Отморозкин и прятавшийся до поры до времени за деревьями орк играючи повалили селянина, надавали несчастному мужичку тумаков и связали. Тщательно обыскали телегу, но, как и ожидалось, кроме пары грошей, ничего ценного у крестьянина не нашлось. Зато допрос с пристрастием принёс Витюне весьма полезные сведения. Мост, который они подожгли, находился на довольно оживлённой дороге, в полдне пути отсюда располагалась большая деревня. Если слухи о порче моста не дойдут до местных жителей слишком быстро, то банде почти наверняка удастся поймать торговца-другого врасплох — те регулярно ездили по этой дороге. А вот ожидать богатого каравана не стоило: замок барона находился совсем рядом с упомянутой выше деревней, поэтому земли считались для путников относительно безопасными. Потребности сбиваться в группы для взаимной помощи и защиты у торговцев здесь не было. «Что ж, хотя бы мечту с поджогом моста удалось воплотить. Может, когда подкачаемся, встретим в более суровых местах и какой-нибудь караван». На замечание по поводу замка барона трое разбойников не обратили никакого внимания. А зря. Это было куда важнее отсутствия в здешних краях караванов.* * *
Засевший в кроне дерева Дурошлёп подал условный сигнал. Прячущиеся в кустах Витюня и Отморозкин приготовились к нападению. Благодаря организованному Дурошлёпом наблюдению за дорогой они уже знали, что цель будет лакомой, но вовсе не беззащитной. К ним приближалась повозка торговца, однако, помимо упитанного мужичка, троим разбойникам предстояло иметь дело с профессиональным охранником. На том не было шлема, лат или хотя бы кольчуги, но имелась добротная стёганка, на коленях лежал лук, а позади сидения к борту повозки была приторочена алебарда. Если не удастся сразу прибить вояку выстрелом из арбалета, такой тип может доставить банде оборванцев серьёзные неприятности. — Чур, стёганка моя, — прошептал варвар на ухо Отморозкину. Тот ощерился. — Тогда я беру алебарду! — принялись делить шкуру неубитого медведя двое подельников. — А у Дурошлёпа будет тогда лук с арбалетом? Зачем ему два орудия дальнего боя? Лучше лук бери, Отморозкин! Но Отморозкин и слышать ничего не хотел: — Нет, мне нужна алебарда! Ты только посмотри, какая она огроменная! Такой лупанёшь разок, обязательно голову или конечность отрубишь. Витюня кивнул. Да, хорошее оружие. Можно держать противника на расстоянии и наносить мощные удары, вкладывая силу двух рук. Будь у него подобное оружие в схватке с «печенегом», очков здоровья сохранилось бы куда больше. Дурошлёп на дереве усиленно жестикулировал, чтобы два великих стратега заткнулись, но было поздно. Повозка торговца затормозила, охранник привстал, беря на изготовку свой лук. — Эй, там! Да, вы двое в кустах, я вас вижу! Выходите… Арбалетный болт вонзился в передний борт повозки в паре сантиметров над плечом воина. Тот сразу переключил внимание с кустов на кроны деревьев. — Вперёд! — крикнул орк, понимая, что пришла пора действовать. Не самая выгодная позиция для начала схватки, но что есть, то есть, идти на попятную было поздно. — А-а-а! — завопил Дурошлёп, падая с дерева. «Проклятье», — выругался Виталик, которому стало не до писанины умных мыслей в игре. Чтобы сбить прицел направленного на него лука, Витюня швырнул топорик в левой руке в ближайшую лошадь. От учебного оружия в бою всё равно мало толку, а вот испугать лошадок затупленный, но тяжёлый топор мог весьма эффективно. Оружие стукнуло по морде животного, лошадка заржала и дёрнулась. Стрела просвистела намного правее бегущего варвара. — Воруй, убивай, е… — Отморозкин едва отскочил от попытавшейся лягнуть его второй лошади. — …гусей! — Я тебе покажу щас гусей, — прошипел воин, отбрасывая лук и хватаясь за алебарду. — Получай, живодёр! Удар двуручным оружием едва не расколол Отморозкину голову, тот снова увернулся в самый последний момент. Витюня подбежал к повозке с другой стороны и сразу получил по зубам от торговца — пухлый мужичок на удивление шустро размахивал невесть откуда взявшейся в руках палицей. — Моя есть Витюня! — заорал впавший в ярость варвара орк. Со времени схватки с гномом он еле-еле сумел восстановить очки здоровья до десяти процентов от максимума, следовало быть осторожнее. Есть моя или нет, а дело было дрянь. Отморозкин с ножом не имел ни малейшего шанса одолеть воина с алебардой, занимавшего к тому же куда более выгодную позицию сверху. Варвару тоже приходилось подпрыгивать, чтобы достать торговцу до жизненно важных органов. С учётом вышедшего из строя Дурошлёпа, шансы на победу казались невелики. — Моя есть… — понимая, что нужно срочно что-то менять, орк отпрыгнул назад от повозки и со всей силы ударил по заду коня обухом топора, — моя есть Витюня! Лошадь дёрнулась, держащий в одной руке вожжи торговец сумел удержаться на облучке, а вот нагнувшийся в выпаде алебардист громыхнулся с повозки. — Моя есть Отморозкин! — радостно набросился на упавшего воина разбойник с ножом. Вот только охранник оказался опытным бойцом: сумев сгруппироваться при падении, он не только не потерял ориентации в пространстве, но и умудрился рубануть алебардой из положения лёжа. Отморозкин дико завопил, лишившись ступни. «Вот же срань!» — ругнулся Виталик, обегая своим персонажем отъехавшую повозку и бросаясь на встающего с земли воина. — «Я снова остался один!» Охранник ткнул его наконечником алебарды, словно копьём. Очки здоровья снова вернулись к уровню двух процентов от максимума. «Капец…» — испугался Виталик за орка, когда его противник внезапно рухнул ничком. Из спины алебардиста торчал толстый болт, выпущенный не иначе как из хорошо знакомого арбалета. — Стоять, жиробас! — крикнул купцу Дурошлёп, выживший, но явно получивший серьёзные раны. Судя по тому, как неуклюже он прислонился к стволу дерева, арбалетчик повредил при падении ногу — стрелять и перезаряжать арбалет из такой неудобной позиции добровольно никто бы не стал. — Моя есть… — варвар устремился в погоню за повозкой, которую торговец, поняв, что остался без охраны, направил к мосту. «К сожжённому мосту», — вспомнил Виталик и улыбнулся. — Тпру! — натянул вожжи пузатый мужчина, когда увидел, что оказался в ловушке. К счастью, мериться силами с едва живым орком торговец не стал. Спрыгнув с повозки, он бросился к реке и нырнул в воду. Видать, решил, что собственная шкура дороже товара. Преследовать падлу Витюня не стал. Он тоже пришёл к выводу, что жизнь героя дороже гипотетического шанса урвать кошель толстобрюха. Проводив взглядом уплывающего купца, орк вернулся к товарищам. — Витюня! Витюня! — стонал лежащий на дороге Отморозкин. — Витюня, я ног не чувствую! — Отморозкин, а у тебя их нет! — закричал в ответ варвар, увидев оторванную ступню друга. — Надо приложить капустный лист к ранке, — посоветовал рассевшийся под деревом Дурошлёп. Уловив на себе недоумённый взгляд орка, дал пояснения: — Универсальное средство народной медицины. Моя бабка так все на свете болезни лечила. Варвар огляделся: — Дык, где сейчас взять капусту-то? Может, подорожник приложим? Дурошлёп кивнул: — Тоже хорошее средство. Только быстрее, а то он сейчас от кровопотери умрёт! Орк принялся шарить по травкам, росшим вдоль дороги. Не сразу, но довольно быстро он нашёл столь нужную его другу траву. — Нашёл! Держись, Отморозкин! — Витюня! Витюня! Ви-и-итюня! — плакал раненый человек. Варвар приложил чудодейственное растение к ране. Отморозкин завопил пуще прежнего. — Похоже, не помогает! — крикнул орк через плечо Дурошлёпу. — Быть такого не может! Подорожник и капустный лист лечат всё! Увы, как ни старался Витюня прикладывать подорожник, кровь продолжала литься ручьём из раны товарища. Глупый Отморозкин вложил все очки в силу, ловкость и волю, но совершенно не прокачал телосложения. Это стоило ему жизни. Через какое-то время Отморозкин перестал кричать, повернул к варвару невероятно уставшее лицо: — Скажи моей маме, что… Глаза разбойника закатились, и он испустил дух. Витюня выронил окровавленные листы подорожника: — Отморозкин! Не-е-е-ет!!! — Я же говорил, капустный лист нужен, — констатировал сидящий под деревом Дурошлёп, который и сам выглядел весьма скверно. — Принеси мне какие-нибудь тряпки и крепкие палки, орчара. Похоже, у меня перелом, надо зафиксировать ногу. Витюня рассеянно огляделся по сторонам, осматривая сцену побоища. — Пограбили, называется, караваны, — пробурчал расстроенный орк. — Твою мать!
