Воспоминания

      Они громко смеются по пути в номер, заставляют людей в комнатах с удивлением смотреть на закрытую дверь и думать о том, кто такой громкий. Уже поздно, и в коридоре лишь редкие постояльцы, которые только провожают их безразличным взглядом. Стрельцов нагло закинул руку на плечо, прижимается ближе к чужому боку. Непозволительно близко для просто "друзей по команде", но им всё равно. Главное, что Макеев также закинул руку на его плечо, и они идут в обнимку. Они улавливают настроение друг друга невероятно хорошо, понимают с полувзгляда, полуслова. Сергей улыбается, фыркает от шуток Макса, а карие глаза блестят какой-то нежностью, и Макс не может не смотреть в них. Они тянут его как магнит, манят. Всегда манили.       Шутки из рта Стрельцова сыплются как конфеты из сломанного автомата, на что Серёга лишь шире улыбается и говорит, что он идиот. И Макс согласен, позволяет ещё небольшую наглость: ведёт пальцами по смуглой шее Макеева, наслаждается теплом кожи на кончиках пальцев. Серёга вообще всегда кажется смуглым, даже зимой, а еле заметные веснушки, что раскиданы по всему телу, лишь добавляют прелести. Макс любит эти веснушки, хоть и не признаётся в этом. А летом , Серёгины веснушки выделяются ещё сильнее, а кончик носа почти всегда красный из-за беспощадных летних лучей солнца. Максим слегка царапает нежную кожу шеи. На его действия глаза Серёги лишь опасно засверкали каким-то внутренним огнём, от чего в животе сладко скрутило.       Они останавливаются напротив двери их общего номера. Макс наваливается на него почти всем своим весом, можно подумать, что они пьяны, но они трезвы как стёклышко. Только яблочный сок и минералка! Вообще Максу не нужно пить, чтобы опьянеть, для этого хватает присутствия Серёги. Сергей хлопает себя по карманам в поисках ключей от номера, но не найдя, тянется к Стрельцову. Хлопает по карманам спортивной кофты, затем ниже к штанам и уже оттуда вытаскивает заветный ключ.       — Удивительно, что ты их не потерял. — Макеев хмыкает и вставляет ключи.              — Отвали, зануда! — Макс фыркает. Хотя Макеев был прав: он и правда частенько терял ключи, но Серёге об этом не обязательно знать.       В номере слегка прохладно из-за приоткрытого окна, и в целом царит небольшой хаос, но это скорее со стороны Макса. Как он это называет — творческий беспорядок! Где-то полотенце, где-то чистая футболка, носки, на что Серый неодобрительно качал головой, но ничего не говорит, пока это не касается его половины комнаты. Макс наконец-то отлипает с нехотением от Макеева и плюхается пятой точкой на кровать, внимательно продолжая следить глазами за тем, как стягивает с себя Серёга кофту, а обувь сменяется на тапочки. Скользит взглядом по подтянутому телу, по груди. Спускается глазами к животу, где виднеется тёмная дорожка волос, скрывающаяся в спортивных штанах. Максим сглатывает неожиданно ставшей вязкую слюну. В голову Стрельцова приходит тупой анекдот, вычитанный когда-то в интернете. Хочется, чтобы на него опять обратили внимание.       — Серёг.       Два карих глаза опять смотрят на него.       — А ты знаешь, почему канадские женщины при занятии сексом предпочитают позу сзади?       Чужие глаза насмешливо щурятся, а на губах появляется полуулыбка. Макеев складывает руки на груди и делает пару шагов в его сторону, вставая напротив раздвинутых колен и смотрит сверху вниз.              — И почему же?              — Они тоже любят посмотреть хоккейный матч.       На несколько секунд в комнате царит тишина, а потом раздаются тихие смешки, постепенно переросшие в смех. И Макс готов слушать этот смех кажется до бесконечности.              — И это единственное, что пришло тебе в голову? Анекдот старый как динозавры, мог бы придумать что нибудь оригинальнее. — Макс лишь пожимает плечами, не переставая улыбаться.              — У тебя даже таких анекдотов нету. - Макеев дёргает бровью.       — Ну что вы, ваше высочество. Куда мне до вашего уровня юмора. - Сергей пытается сохранить серьёзное выражение лица, но приподнятые уголки губ выдают его с потрохами. Макс больше не спорит, лишь смотрит своими голубыми глазами в карие и чувствует, как в груди что-то сжимается. Рука плавно перемещается с одеяла на ногу Макеева, скользит выше и сжимает бедро. Макеев лукаво щурится, но ничего не говорит и не отходит! Дразнится зараза кареглазая. Стрельцов облизывает пересохшие губы и глубоко вздыхает.       — Ну не могу больше! — Макс неожиданно хватает его за ворот футболки, тянет вниз и прижимается своими губами к чужим. Зарывается рукой в короткие волосы, слегка сжимает у корней. Не слишком мягко терзает чужие губы, борется за лидерство с Макеевым, который тоже вступил в эту игру. Тот же положил руку на затылок и налегает сверху.       Кажется, он тоже соскучился за этот день. Конечно, они вместе тренировались, были почти всегда рядом, но быть рядом и не прикасаться как хочешь — настоящая пытка. Макс валится на спину, утягивая Серёгу за собой. Разрывает поцелуй, улыбаясь так, будто завалил стадо слонов. Утыкается носом в шею, улавливая запах любимого парфюма и солнечной кожи, обжигает горячим дыханием,от чего у Серёги по коже мурашки бегут. Они тяжело дышат. Макс нагло лезет рукой под футболку, сжимает и тискает кожу. Макеев тоже не отстаёт - наваливается сверху, через футболку царапает коротко подстриженными ногтями и лукаво улыбается. Но это не похоть, это просто желание поучаствовать горячую кожу под руками. Ощутить близость, что они есть друг у друга.       — Макс, ты как с голодного края. - смешливо.              — Сам-то..— слегка огрызается, но Макеев давно привык к такому и лишь хмыкает.       — Завтра решающий матч.— Сергей приподнимает рукой футболку и сжимая упругий бок. Другой рукой зарывается в длинные и слегка кудрявые волосы, перебирает сквозь пальцы пряди.       — Знаю, знаю . Мы их в порошок сотрём! Только название останется и то, не факт. — он хмыкает и скалится, как хищник почувствовавший запах крови.       Макеев лишь качает головой и опять накрывает чужие губы своими. Мягко сминает, ведёт языком по ровному ряду зубов, чувствуя, как ускорилось сердцебиение Макса. Как тот начал немного ёрзать на месте, прижимается ближе. Вот что ему нравится в Максе: его уверенность в победе, улыбка во все тридцать два зуба, эмоциональность, в какой-то степени открытость; активная мимика и жестикулирование. Удивительно, как они вообще сошлись. Два лидера, вечная борьба. Как лесной пожар — Стрельцов, пожирающий всё на своём пути без сожаления и пожар может произойти из-за любой искры. Холодное море — Макеев, который всегда трезво и холодно рассуждает, но во время бури огромные и беспощадные волны могут погубить целые города.       Точнее, Стрельцов всегда хотел что-то доказать Макееву: быть лучше, сильнее, ловче. Если обгонял на тренировках, то всегда оборачивался назад, будто спрашивал глазами: "Видел?", если забивал гол — тоже искал взглядом Серёгу. Всегда искал и ищет в толпе знакомые глаза. Вообще так было всегда. Макс уверен в своей победе, даже если её придётся вести не по самым честным правилам. Сергей на это лишь закрывал глаза, не думая, что это коснётся его.       Но это коснулось его. После травмы Макс даже не явился проведать в больнице, лишь кинул короткую смс-ку с извинениями, которую Макеев проигнорировал, потому что боль от предательства внутри разрасталась с страшной силой. Уже в Германии после этого, он сменил номер телефона, и их безумная связь оборвалась без возможности обсуждения. Стрельцов боялся, впервые в жизни, а Серёга просто не смог его простить: слишком глубокую рану он нанёс, и это речь не только про колено. Всё это началось сумбурно и точно так же закончилось. Жалел ли об этом Макс? Определённо. Он не хотел чтобы так получилось. Скучал ли Сергей? Да. Безумно скучал, но упорно давил в себе это чувство. Закрылся от всех в своей раковине, не желая слышать и копит в себе эту боль с обидой. Первое время следил за карьерой Стрельцова, но спустя несколько месяцев перестал. Слишком болезненно было. Поэтому он попытался вычеркнуть его из своей жизни, будто никогда и не было. Но фотографии оставшиеся на фотоаппарате и компьютере так и остались, не смог их удалить, а сколько решался сделать это, но воли не хватило. Так и остались лежать, где-то в дальней папке на компьютере и старом фотоаппарате. Всеми не забытые. Может ли ещё что-то поменяться на новой ступени жизни?