Чупа-чупс

—«Майки, ты звал меня?» Кен поклонился перед главой, Сано улыбнулся, продолжая играть с таяки. —«Да, скоро бой с Вальхаллой, нам нужно разузнать о верхушке, особенно о Шуджи Ханме...» —«И для чего?»Дракен был зол, он ненавидит этого человека, именно он одурачил Пеяна и вертел чувствами разбитого парня. —«Он учится с тобой в одной школе и его часто видят на крыше, ты единственный, кому я могу поручить это задание. Кавата сейчас пытаются отыскать крыс, которые слили информацию, Муче им помогает». —«А остальные?» —«Они не смогут подойти к этому делу так, как сделаешь это ты. Тебе нужно построить отношения с Ханмой, он должен считать тебя своим знакомым, в ручном случае, чтоб было пару диалогов. Дракен, ты хорошо читаешь людей». Майки наконец-то откусил, бобовая паста испачкала губы. Сано похож на маленького ребёнка, но его слова звучали как приказ, грозно и жутко. —«Хорошо, я сделаю это...» (.....) Дракен поднимается по лестнице на крышу здания. Ученики школы пытаются не попадаться ему на глаза, а девушки, тихо шепчась между собой, мимолётно осматривали его. Всё здесь ему знакомо. Кабинеты, коридоры, даже учителей он помнит. Старичок низкого роста в новом пером костюме–учитель японской литературы и культуры. Молодая блондинка, судя по всему, она преподаватель музыки. Парень продолжал подниматься, пытаясь отвлечься. Да, Дракен умеет найти подход к людям, но он вспыльчивый и иногда действует импульсивно. И о чём ему говорить с этим человеком? Шуджи забавляет только самое интересное, неповторимое и привлекательное. Он на крыше, ученики обернулись на него. Те, кто узнали, попытались скрыться или спрятаться, кто-то поспешил собраться, а кто-то уже со всех ног бежал ко второму выходу. Начался какой-то хаос и непонятная суета. И среди всей этой неразберихи на выступе, стиснув ноги, сидел нужный ему человек. Дракен подошёл и облокотился, рассматривая силуэт. Во время их последней встречи он не смог разглядеть его, так что сейчас нужно запомнить как можно больше деталей. Ханма сделал затяжку и, выпустив дым, спросил каким-то сломанным, сорванным голосом: —«Надо же, сам Кен Рюгуджи пришёл ко мне, и чем я заслужил такую честь?»