Сладкие цветы.

      Александр тяжело выдохнул и сел на кресло за своим столом. Его старшая дочь просила разрешения на развод, после чего собиралась уехать из империи. Он конечно хотел её счастья но отпустить её не мог. Он просто не мог этого сделать, для него было главным её присутствие рядом. Запрет на её приезд в дом был для него немного болезненные, но обсалютно необходим ведь если она хоть раз обратно вернётся он не собирался обратно её отпустить.       Внутри него бушевало много желаний, много мыслей и много фантазий и большинство, почти все, были связаны именно с Канной. Его дочерью. Он понимал что это запретно и даже отвратительно но он не мог ничего с собой сделать кроме как так безжалостно относится к ней, ведь если бы он так не сделал то он мог не сдержаться. Внутри была всепоглощающая дыра что открывалась только с ней, ему хотелось её проглотить, заставив принадлежать ему.       В кабинет неожиданно постучались. Приняв равнодушно лицо он кинул небрежно входите после чего обратно вернул внимание к важным документам на которые чиркал карандашом что-то. Документы были очень важными, но он снова испортил их случайно. Руки рефлектро сами нарисовали его Канну. Тихо фыркнув он сложил эту бумажку и открыв маленьким ключиком шкафчик засунул её в секретный отдел куда ставились все подобные рисунки. В кабинет вошли несколько членов его семьи. Хлоя, его жена, Изабелла и Онирис, его дети. Сжав переносицу он нахмурился после чего наконец-то перевёл на них взгляд и стал ждать что они скажут.       Изабелла чуть дрожа выступила на маленький шажок вперёд и попытавшись сказать что-то проблеяла вместо того чтобы нормально сказать. Александр злобно рыкнул и переспросил её. "Что ты говоришь? Повторяй чётко, не мямли как овца." и случайно с намёком посмотрел на её мать. Онирис чуть покраснел и едва сдержал хихиканье. Хлоя чуть нахмурилась но продолжила смотреть в пол боясь своего мужа. Изабелла чуть откашлялась, в глазах сияли непролитые слезы."Отец... Когда эта... Канна съедет? Она нам портит жизнь и издевается над нами.. Мы против её пребывания в нашем доме!" Он хмыкнул и яростно фыркнув взглянул на них троих из-за чего Онирис поднял руки и безмолвно сказал что не причём, а остальные двое съежились и безумно жалели о своём решении прийти сюда. Поднявшись из-за стола он чуть подошёл к ним и скрестив руки на груди ответил ей низким голосом с гневными нотками. "Кто сказал что я собираюсь её выгонять? Она моя дочь. Это и её дом. Так же позволь напомнить тебе что ты сама ей портила жизнь, я предпочёл не вмешаться из-за чего сейчас жалею, но только из-за самой Канны. И как вы осмелилась говорить подобное о другом члене семьи?"