Венец короля

***

Нигун не помнил, что случилось в промежутке между тем, как он обратился к незнакомым людям, что телепортировались вместе с капитаном Строноффом, и тем, как он оказался в темнице… Хотя гадать не приходилось: на них использовали какое-то сильное заклинание. Эффектом которого стала потеря связи с реальностью. И никакая защита не предотвратила этого. Оставалось только понять, к кому и куда он попал, а от этого уже можно прикидывать, как выбраться. Когда очнулся, уже был раздет и прикован к стене. Магию использовать не получалось: либо кандалы были запечатывающим артефактом, либо само помещение не давало ему этого сделать. На призыв никто не откликался, нити связей с ангелами словно оборваны. Вокруг всё было до ненормального обычным. Выложенные из крупного камня стены и ровный, без единой прорези, серый пол. Дверей, зарешеченных окон или ещё чего-то подобного не было. Сколько бы он не прислушивался, кроме стука собственного сердца и хриплого дыхания, ничего различить не удавалось. Откуда появлялся в камере слабый свет, он тоже не мог понять, сколько бы не крутил головой. А воздух… Он не имел вкуса. Ни затхлости, ни плесневеющего камня. Ничего. Это всё быстро подтачивало стальные, но имеющие свой предел нервы. Он держался от паники, наверно, недолго. Хотя его гордость могла бы оспорить это, здесь ей места не было. Как не был возможен счет времени, ведь Нигун даже не мог сосредоточиться на стуке своего сердца, чтобы считать хотя бы это, из-за раздирающих сознание тревожных мыслей, пришедших с пониманием: двери в этой камере просто не было! Это каменная коробка, в которой он замурован! Его сильнейшее оружие забрали! У него нет возможности использовать магию! Такими темпами он просто умрёт от истощения. Если раньше его сознание не заберёт безумие, накатывающее из-за звенящей тишины, на фоне которой черные мысли особенно громки и едки. Нет слов, описывающих его счастье, когда пространство стены напротив пошло рябью. Это сползла иллюзия, скрывающая за собой металлическую дверь! Значит, в этом помещении можно использовать магию, надо только избавиться от кандалов! А ещё с этим появились звуки! Щелчок открываемого замка. Скрип тяжёлой металлической створки. Чьи-то гулкие шаги. Нигун прищурился, сжал бы кулаки, но руки затекли, и он почти не ощущал их. Дверь распахнулась, вместе с этим тусклый свет засиял ярче, почти выжигая глаза от неожиданности перемены. Сморгнув, уставился на человека… На тварь, проклятого демона, смотрящего на него с отстраненным интересом палача, на стол которого попала очередная жертва. Это был мужчина в диковинной одежде, со смуглой кожей и длинными ушами: он бы принял его за темного эльфа. Но у того был гибкий металлический хвост. Демон подошёл ближе, замирая в центре камеры. Дверь с тихим стуком была захлопнута; это сделал не демон, существ тут как минимум несколько. Если получится убить этого, надо помнить об этом. Значит, помощники Воина-капитана — это демоны? Хах, как же низко пало королевство! Или это была личная инициатива их добычи, что ради своего спасения заключила сделку с тварями? Конечно, он никогда о таком не слышал. Но да, та женщина в черной броне, как он мог вспомнить, на голове имела два рога — точно демоны. А теперь он в их обители? Если это было решением только Капитана, вряд ли их доставили в королевскую темницу. Тем более, что не было у них таких сильных магов. Что же, его ангелы легко разберутся с порождениями тьмы, надо только избавиться от сдерживающих магию оков. А стоит ему только доложить об этом… Его мысли прервались, в сознание вторглись чужие слова. — Остался только ты, на десерт, — голос демона был до безумия приятен. Он вышибал волю из тела, заменяя всё единственным желанием: подчиниться. За спиной чудовища появилось кресло, в которое он опустился, закинув ногу на ногу. В руках его была небольшая записная книжка. Нигун не мог удержать усмешки: они что же, полагают, что страха хватит, чтобы разговорить его? Подержали в тишине и всё? Да они явно новички на этом поприще… Нет, Нигун, конечно, понимал, что не бывает героев, держащих язык за зубами до самого конца, бывают только плохие палачи. Но то, насколько его недооценивали, не могло не веселить! — Итак, я готов слушать, — голос твари ввинтился в мозг, выжигая последние крупицы протеста, — начинай: расскажи всё, что знаешь про правительство вашей страны. Про систему власти. Про магию. Про внешние связи. Про общий уровень силы и остальные отряды «Писания». Твои друзья, — на бесстрастном лице впервые появилась какая-то ещё эмоция, чудовище озабоченно поджало губы, — были довольно бесполезны. И Нигун начал говорить. Совершенно ничего не скрывая, он выкладывал самые важные детали, все мелочи. Просто без перерыва. Горло начало болеть, челюсть сводило, но он продолжал говорить, выдавая врагу без единого сомнения даже секретную информацию, о неразглашении которой клялся перед ликами богов! Твари оставалось просто продолжать внимательно слушать, иногда делая пометки. Потом в помещение зашло ещё одно существо: очередной монстр, наполовину женщина в откровенном костюме, наполовину уродливая черная птица. Это чудовище поклонилось и предложило демону стоящее на серебряном подносе блюдце с простой белой чашкой, наполненной чем-то. Нигун продолжал говорить, а демон иногда отвлекался на чай… Ха! Видимо, тварь устала его слушать! Сколько прошло часов, понять невозможно. Нигун замолчал. Он, та его часть, что бессильно наблюдала, как он выдает всё, что знает, насчитал ещё три чашки чая. Тварь словно насмехалась над ним — его собственные губы давно иссохли и сочились сукровицей. Человек просто неспособен за раз так много произнести. А он сделал это, рассказал всё… — Хм, неплохо, ты знал больше, чем доставшийся Нейронист, — дьявол с почти человеческим лицом широко улыбнулся, поднимаясь и потягиваясь. Несложно было понять, что речь была о его подчинённых. Если с ними произошло то же самое, что же, Нигуну нечего переживать о том, что они могли рассказать. Он всё равно знал и выдал больше. Теперь его убьют: он был опасным заклинателем, держать в рабстве — только лишние нервы пережигать, никто в здравом уме не будет этим заморачиваться. Повезет, если после смерти душа отправится в божественные чертоги, а не будет сожрана этими тварями. Мысли о скором конце принесли легкое успокоение. — Владыка будет доволен моей работой, — тварь была радостна, голос её сочился довольством, — отдохни пока, я вернусь к тебе позже. Демон ушёл. Иллюзия больше не появлялась. Тревога не отпускала человеческого сердца. Зачем твари возвращаться? Что он ещё хочет знать? Под этой магией подчинения Нигун уже рассказал всё! Абсолютно всё! Сколько прошло с того, как он остался в одиночестве, мужчина не знает, но это был лучший момент за всю его чертову жизнь! Ему не надо было говорить, он был один! И только страх неизвестности давил всё сильней с каждым мигом. Хотя какая ещё неизвестность?! В следующий раз, когда тварь придёт, она убьёт его… Зачем бы ему ещё сюда возвращаться? Мысли метались по одному кругу: чувство вины за без боя выданную информацию, страх, отчаянье. Щелчок замка, схожий с звучанием опускаемого на шею лезвия гильотины. Да, это был демон. Всё тот же. Скалящий клыки в радостной улыбке. За ним вошла вторая тварь, женщина с птичьей головой, толкающая перед собой тележку, какие используют слуги в домах аристократов. С кучей в такт движения гремящих металлом инструментов… — Ах да, — пробормотал демон, чуть посмеиваясь, любовно оглаживая взятый в руки тонкий нож, — мне будет намного приятнее пытать тебя, когда ты будешь понимать, что ничего не может этого остановить. Тварь снова зашлась хихиканьем, а голос лился сладкой песней: — Ведь ты уже всё выдал, ты не сможешь прекратить агонию, просто закричав: «Я всё расскажу, только не мучайте меня!» Ну разве это не замечательно? Демон облизнулся, чуть дергая плечами, в блаженной судороге представляющего что-то очень приятное существа. — Зачем? Просто убейте меня! — из последних сил закричал Нигун, его горло саднило, но он не мог остановиться, это было бы ещё хуже. Мужчина, собирался довести эту тварь до того предела гнева, в которой она в порыве ярости быстро убьет его. Это бы подарило ему освобождение. — Или вы, тупые животные, примитивные твари?! Только и можете, что упиваться чужими страданиями?! Как же это мерзко! Чего и следовало ожидать от грязного мусора! — Ты довольно глуп, — слишком спокойно ответило существо, только что заходившееся сумасшедшим смехом, а теперь без особого выражения затачивающее и без того острый клинок, — но для подобных тебе это нормально. Дьявол повернул к нему голову, и губы его расползлись в совсем уж ненормальной, безумной ухмылке: — Эти качества, любовь к насилию, страсть к страданиям, мне даровали Высшие существа, что создали меня. Ты должен быть благодарен своей судьбе. Ведь ты находишься в Великом Назарике, святыне, что была создана Богами. Умереть здесь — это невероятная награда для кого-то вроде тебя. Он резко замолчал. Черты его лица вновь исказились, он задумчиво окинул Нигуна взглядом драгоценных камней… — С чего бы начать, хм, — тварь прикладывает руки к подбородку, задумчиво наклоняет голову, — хотел бы с зубов и языка, но мне нравится, когда кричат…

***

Айнз едва пошевелился. Это было странное, противоречивое состояние. Он ощущал ткань, её холодную мягкость, окутывающую его фигуру. Его тело буквально утопало в ней. Но сколько бы он не проводил времени, пустым взглядом смотря в темный потолок, вокруг него не становилось теплей. Мысли не покидали голову, жужжащим роем копошась в черепной коробке. Он никак не мог найти способ избавиться от этого. Сколько бы не старался расслабиться, состояние его не изменялось. До этого Айнз не слишком сосредотачивался на этой «проблеме», поскольку она играла ему на руку и позволила провести все эти дни в режиме повышенной концентрации. Раньше он бы всё отдал за возможность эффективно работать днями напролет, не ощущая каких-либо потребностей. Пища, сон, даже кислород, ценнейший ресурс — теперь все это имелось в изобилии. И какая злая насмешка: перестало иметь для него хоть каплю значения. Самым невыносимым обернулась, как показала практика, потеря возможности снимать психологическую усталость через сон. Он не хотел становиться бесчувственным личем, однако, если так и дальше продолжиться, он рискует скатиться к этому. Или к безумию. Что было страшней? Айнз не знал и узнавать не стремился, но, к его великой скорби, как этого избежать, пока не придумал. Отчаиваться было рано, да и некогда. Ладно, обо всём этом он подумает когда-нибудь позже. Например, сидя в кабинете и имея на столе подробную карту этой планеты, если это вообще планета… И прилагающийся к ней описание уровней всех встреченных монстров и разумных, наборы стратегии противодействия и, в идеале, «план С» — спешное отступление и лёгкая контролируемая паника, вариативно. Мечты, такие хорошие, но сейчас бесполезные. Как и его фрустрация. Приоткрыл рот, имитируя вздох. Щелкнув челюстью, медленно сел на краю кровати. Ранее он спрятался от мира в своих покоях. Хотя и не мог пожаловаться на отсутствие у него возможности побыть наедине с собой. Посмотрел на тонкие кости рук, даже в слабом свете ламп белеющие яркими пятнами. Сжал пальцы. Это было сюрреалистичным. Он ощущал твердость, спокойно осязал мир вокруг, и его мозг даже мог обрабатывать информацию о запахах. Но последнее было каким-то отстранённым, в то время как скромная тактильная информация не могла утолить его жажды ощущений. Чем вообще развлекаются немёртвые? Может, потому образ древнего лича и ассоциируется с знаниями и бесконечным накоплением даже бесполезной информации — потому что больше делать нечего? Неспешно поднялся, ленивым движением поправляя тяжёлую ткань чёрного савана — хороший предмет из его коллекции, прекрасно подходящий по характеристикам для некроманта или специализирующегося на накладывание дотов мага. Хомяк гордо выпячивал грудь и бил себя лапкой, намекая, что можно и побольше золотых наград навесить на его китель, ибо именно он насмерть стоял за стаскивание любой экипировки в закрома личных хранилищ. Подойдя к двери, подумал, что мог бы «улыбнуться». Но у него не было губ, чтобы исказить их в сардонической усмешке. Лёгкий толчок. Тяжёлые створки бесшумно расходятся в стороны, и свет врывается в помещение. Шагнул в кабинет, сразу уловив присутствие нескольких насекомых, прячущих свои морды в тенях потолка. Пятая гордо несла свою службу, даже после того как в приказном порядке была выставлена из его покоев. Давил на него её ожидающий взгляд… Чуть повернул голову, дёрнув подбородком в знак приветствия поклонившейся в пояс горничной, стоящей у стены. Он определённо не хотел быть кем-то невежливым, даже если от проявлений такого внимания некоторых особенно фанатичных начинало корежить. Вот это точно не его дело! Несколько задумчиво перевёл взгляд на застывших стражей, занявших место на почтительном расстоянии от стола. Как только он появился, те синхронно опустились на колени. Дойдя до стола, не стал торопиться и занимать кресло или разрешать стражам говорить. Вместо этого смерил их взглядом, с интересом изучая модели, воплощённые в реальность неведомой силой. Графика игры, какой бы реалистичной она ни была, имела свои ограничения. Однако это не помешало реальности самостоятельно заполнить эти «пробелы», создавая образы живых существ, а не наборов скриптов. Опять появились иррациональные мысли, принадлежащие тихому и скромному, но озлобленному на несправедливый и очень опасный мир вокруг, офисному работнику: может всё же не стоит вести себя слишком расслабленно в общении с бывшими нипами? Всё-таки они в первую очередь порождения больной фантазии, а уже потом милые и послушные дети Назарика. В таком случае, разве не воспротивятся они от идеи, что ими руководит костяк, что с большим бы энтузиазмом потратил время на наблюдения за ростом травы и полетом бабочки, чем на злодеяния, достойные войти в историю? А судя по общему курсу деятельности, что образовался за эти несколько дней в новом мире, всё к этому и шло. И ему приходилось одергивать стражей. Рационализм, выкарабкавшийся из-под кучи страхов, привитых личности современным обществом, тихо подсказывал, что всегда можно успеть вбить себе в голову идею предстоящего разочарования и предательства. Но она не будет учитывать, что назвать стражей полноценными личностями нельзя. Да, у них прописаны черты характера, собственные истории жизни, у кого-то больше, у кого-то меньше — но при этом они понимают, что этого не было, это придумали их создатели. Так чего же он переживает? Возможности свободомыслия едва ли хватит, чтобы затеять нечто, противоречащее основным постулатам их сущностей — служению и верности игрокам. Но самое главное, ему никак нельзя идти на поводу у злобных чудовищ с очками мировоззрения у нижней границы. Иначе в скором времени миру грозит съехавший с катушек темный властелин, под чутким руководством которого опасные монстры. Если, конечно, средний уровень жителей этого мира не сто пятьдесят плюс — но это было не так. Айнз отвлекся. Алые зрачки потухли, слабыми угольками тлея в глубинах темных глазниц. Стражи несмело подняли взгляды, всего на миг, чтобы запечатлеть в голове образ застывшего Высшего, ушедшего в свои мысли, и опустили их вновь — им ещё не разрешили подняться. Но даже этих крох им хватило. Они и до этого ощущали на своих плечах тяжёлое, но желанное каждым созданным в гробнице, внимание Владыки. Теперь они увидели это и смогли более четко осознать и обдумать. Альбедо встревожена, её крылья едва заметно подрагивают. В то время как Демиург сохраняет внешнее хладнокровие, параллельно прикидывая, какой из фрагментов картины выбивается из общей массы и вызывает задумчивость. Демон никак не может найти, за что зацепиться. Но в последнее время он совершенно потерялся в замыслах своего Бога. Ведь Верховный требовал только информации, пресекая всякие активные действия, к которым уже можно было приступать. Осторожность или сложный замысел, которые ему не постичь? — Ах да, прошу прощения, — Айнз с интересом проследил реакцию напряженных, как струны, стражей, приподнял руку, — поднимитесь, пожалуйста. Он небрежно облокотился о тяжелый письменный стол. Айнз и в «прошлой жизни» достаточно насиделся на работе, ему не хотелось и тут заниматься этим. Тем более что такая легкость была для него в новинку: никогда в жизни раньше он не мог позволить себе такую расслабленность за «работой». — Вы можете начинать, — сказал спокойно, с ненавязчивым интересом, стражи и так почему-то сильно нервничали. Все ещё разглядывал их. Альбедо грациозно выпрямилась, на вид мягкая и добрая, она изогнула губы в легкой улыбке. Её черные крылья, каждое пёрышко которых напоминало маленькое произведение искусства, расслабились, перестав едва видно глазу подрагивать. Айнз ощутил укол вины за то, что заставил стражей переживать. Хотя, чуть повернул голову, не скрывая от них своего внимания, Демиург не выглядел смущенным его молчанием. Он, как и всегда, улыбался, спина его была гордо выпрямлена, он прямо смотрел на него, и только тени каких-то его эмоций иногда мелькали на гранях драгоценных камней, спрятанных за линзами очков. — Владыка Айнз, безмерно рада Вас видеть, — голос Альбедо, ровный и сладкий, потек песней по кабинету. Она стала спокойней. Поскольку слух был одним из немногих оставшихся в полном объёме чувств, даже усилился, он определенно наслаждался разговорами с некоторыми стражами, одарёнными приятными голосами. — Господин Айнз, приветствую Вас, — демон качнул кончиком хвоста, слишком самовольного, по его мнению, — мы закончили. Получили всю возможную информацию от пленников. В его руках была папка. Айнз не мог на глаз оценить объём, ведь никогда не использовал физические носители. — Есть несколько косвенных доказательств о существовании в этом мире, по крайней мере в прошлом, высших существ. В частности, поклонения «шести великим богам», легенда о «восьми королях жадности». Ещё есть некие «злые боги», но наш «информатор» уверен, что одного из них победили, используя «Святой удар». — Седьмой ранг, хм, — поднял ладонь в принимающем жесте, и демон поспешно сделал шаг вперёд, обеими руками передавая ему папку, — это плюс-минус шестидесятый уровень. Хотя это мог быть кто-то с повышенной восприимчивостью к этой магии. Ещё нельзя игнорировать факт экипировки: если обрядить сороковой уровень в экипировку сотого, а мир спокойно позволял это, может получиться странный персонаж, защищённый, как танк, бьющий, как назойливый комар. В любом случае, магия, используемая в этом мире, частично совпадала с магией игры. Но точности предположение никакой не гарантировало. — Это краткая сводка, — пояснил демон содержание довольно скромной стопки листов, — если потребуется, я предоставлю более подробные отчёты. — Спасибо, да, это хорошее решение, — Айнзу совсем не улыбалось читать тонны, конечно, наверное, очень важной информации. Открыл, пролистав с первой страницы. Пробежался взглядом по строчкам, сейчас просто составляя общее представление о ситуации. Позже он более внимательно прочтёт это. «Писание солнечного света» было одним из шести подобных объединений в Теократии. Считаются элитными бойцами. Айнз открыл раздел с итогами проведенных на арене экспериментальных сражений. Ангелы были сильнейшим оружием, что смогли выдавить из себя отчаянно бьющиеся за жизнь заклинатели, уже почувствовавшие на себе гостеприимство казематов гробницы. — Артефакт, что был у командира, это камень призыва «Доминиона власти»? — Да, Владыка, — подтвердил Демиург. — Что же, — Айнз неосознанно перебрал костяными пальцами страницы, — это хорошо. Да. Очень хорошо. Средний ранг, сильнейшие, хах. От этого смешка стражей пробрала дрожь. — Ты отлично справился, Демиург, молодец, я доволен, — Айнз не был уверен, как лучше выразить благодарность. Но, похоже, правильно подобрал слова. Демон сдержанно улыбнулся, приложив руку к груди, поклонился: — Для меня нет большей радости, чем служить Вам. Я счастлив, что это оказалось полезным, — его хвост прекрасно выдавал его чувства, да и без этого Айнз хорошо ощущал чужие эмоции. — Демиург, проверьте, отличается ли поднятая нежить от той, что была в мире до этого. Это же касается воскрешающих предметов. Я уже знаю, что на созданных в Назарике, по крайней мере после переноса, магия воскрешения работает, как и прежде. Так же опробуйте остальную магию. Пока это не стало проблемой, нужно найти замену ныне недоступным ингредиентам для ритуалов и крафта… создания предметов, хотя бы постоянно используемых расходников. Так и хотелось добавить: «Ты там записываешь?» Но было не до шуток. Хомяк тихо шипел, постепенно зеленея и обращаясь жадной жабой, — если окажется, что они не могут более производить свитки, зелья и прочую мелочёвку, обычно идущую в расход без особого счёта… Посадит всех на сухой паёк и будет сидеть в сокровищнице на пару с Актёром, кисточкой смахивая пыль с бесценных разноцветных фиалов. Постарался подумать о чём-то хорошем, иначе он мог бы стать первым в мире личём, горько заплакавшим от вырисовывающихся перспектив. Например, о том, что в новом мире магия с каждым проведённым опытом застенчиво открывала пытливому уму всё новые и новые грани, перестав быть просто набором готовых скриптов. — Будет исполнено, сделаю всё в лучшем виде, — Демиург снова поклонился, пряча довольный оскал: ему опять отдали приказ, что может быть лучше?! Его показательное спокойствие скрывало не только радость, но и волнение: когда Владыка успел провести свои эксперименты с магией? И тем более создать кого-то? Хотя, если так подумать, именно это и должно было проверить в первую очередь Высшее существо, являющееся созидателем: свою власть над жизнью. — Всё, можешь идти. И не забывай уделять время отдыху. Демон попрощался и вышел из кабинета. Айнз посмотрел на смирно стоящую Альбедо и, с секунду поколебавшись, прошел к дивану в центре кабинета, жестом предлагая женщине последовать за собой. Она заулыбалась и поспешила к нему. Он был задумчив, всё возвращаясь взглядом к строчкам доклада. Если верить словам пленников и примерно раскидать каждое появление новой легенды в этом мире, выходили рамки в лет сто: сначала шесть богов, потом восемь королей, потом герои. Еще были злые боги, но, поскольку хронологически их можно было приписать к времени героев, а это портило общую картину, Айнз малодушно вынес их за скобки. Получить бы подробное описание — экипировку он, может, и не опознает, но магию и расу — очень даже. С другой стороны, неужели за столько лет потенциального существования в этом мире игроки ничего не предприняли, чтобы хоть как-то улучшить себе жизнь? Нет, это поспешные выводы… Однако: представил себе ситуацию, в которой он находился бы не в теле по большей части равнодушного к миру лича, а какого-нибудь эльфа — заперся бы в Назарике, а всех высунувших нос наружу прогонял через семь методов санитарной обработки режима повышенной паранойи… Всякий бред охотно заполнял голову, но и зерно хорошей мысли он в этом нашёл. Хватит ли простого повышенного внимания стражей этажей и областей к предотвращению пока не выявленных проблем становления мира реальным? Что они вообще знают о физиологии разномастных рас, коими кишит бестиарий Назарика? Не станет ли это проблемой? Или реальный мир предусмотрел это и всё обойдется? Вновь поднял взгляд на вставшую рядом Альбедо, в привычном жесте повёл рукой, подразумевая под этим смахивание рабочих панелей: абсолютно механическое движение, повторяемое изо дня в день. Ведь, если занимался работой, чтобы отвлечься на разговор, нужно было сначала убрать перекрывающие взор панели. Однако сейчас он читал короткий отчёт Демиурга — держал в руках вполне себе материальные листы, исписанные хорошим почерком. Завис на некоторое время, обрабатывая это. Хм, действительно, листы бумаги. Альбедо воспряла духом ещё сильнее, по-своему интерпретировав этот жест. — Благодарю, для меня это невероятно многое значит. Альбедо уселась рядом, впрочем, сохраняя дистанцию для разговора. Конечно, она бы с превеликим удовольствием села как можно ближе, но наглость тоже должна иметь свои границы! Хотя Владыка Айнз добрый, он не будет ругать её... Увы, отвлекаться от работы было нельзя. Ведь только одной из целей визита было увидеться с Высшим; также её несколько озадачило распределение миссий между некоторыми из боевых горничных. Помимо них во внешний мир были отправлены и другие создания. Но, кажется, их задания были самыми ответственными. — Ты пришла что-то спросить? — Айнз внутренне улыбнулся. В целом, он довольно быстро «втянулся» в процесс. Это было заметно ещё на собрании со стражами. Но более плотно занявшись управлением гробницей, Айнз не мог не испытывать определённую степень удовлетворённости. В отличие от его работы раньше, это был другой уровень организации. И при этом всё казалось таким простым, по типу расслабляющей игры вечером после тягомотины офиса. Он не относился к этому легкомысленно, но сам флёр этого ощущения никуда не уходил. — Да… Почему вы отправили Люпус Регину Бету в Драконье Королевство, хотя изначально планировали оставить ей на попечение деревню? — Я подумал, что это не настолько значимый стратегический объект. Оценить же состояние окружающих нас стран важно. Регину я выбрал, потому что Воин-капитан упоминал про войну с зверолюдьми. Если эта раса похожа на то, что я себе представляю, как оборотню, ей будет сподручно побывать по обе стороны баррикад. — Ещё вопрос, если позволите, что за список Вы передали Нарберал Гамме? Если Вам нужны эти ингредиенты, не эффективнее было бы отправить более подходящую группу на их поиски? — Альбедо вся сжалась, внешне сохраняя невозмутимость. Она вовсе не собиралась оспаривать решение Владыки, но просто не могла не спросить! Беспокоясь, что, если это может быть чем-то важным. — Не переживай, мм, это своего рода наживка, — пожал плечами и решил подробно объяснить, чтобы, не дай великий рандом, этому богу поклонялись все игроки, Альбедо додумалась сама начать поиски этих «ингредиентов», — рассчитана она на таких же, как я. Если другие «высшие» есть в этом мире, и они увидят это объявление, сразу всё поймут. По крайне мере, я могу на это рассчитывать. — Поняла. Прошу простить мою глупость, как я могла рассчитывать, что мы справимся с чем-то, доступным только Высшим существам, — глаза Альбедо были грустными, хотя она старалась держаться бодрячком. — Не стоит даже переживать об этом, — отложив бумаги на небольшой столик, стоящий между двумя диванами, сосредоточил всё внимание на суккубе. Альбедо, несмотря на его слова, пристыжено опустила голову. Айнз внутренне вздохнул, помедлив с секунду, обдумывая уместность этого действия, но слишком уж творение Табулы-сана было очаровательным, легко погладил её по голове, перебирая костяными пальцами локоны, сосредоточено следя за острыми когтями на них. Ему не хотелось причинить этим дискомфорт. — Всё хорошо, Альбедо. Конечно, он заметил, как замерла суккуб, уже через миг опуская голову чуть ниже и ластясь под его касания. — Кхм, всё, что я написал в том списке, будет понято только другим Высшим. На самом деле ни в одном из девяти миров и ни в одном из доступных там планов бытия не существовало ни одного из указанных мною предметов. Айнз подумал, как правильно объяснить. И решил, что правда будет самым лучшим вариантом. — Этот «рецепт» был получен после убийства одного из сильнейших боссов, впрочем, вскоре его начали обнаруживать и у других противников. И сначала все считали его частью прописанного создателями мира специального события. Но сколько не пытались, а это усилия не одной сотни тысяч разумных, ничего не нашли. Айнз припомнил подробнее. Всё-таки Альбедо смотрела на него глазами любопытного ребенка, ловящего каждое слово взрослого, и он не мог противится желанию рассказать ей как можно больше. — Позже на сайте игры, эм, это наши системы обмена информацией, самими создателями Иггдрасиля был опубликован расширенный список, включающий в себя уже известное. Но ничего из этого просто не существовало. Он усмехнулся: — Кровь и глазные яблоки рыбы из реки Гьёлль. Звучит не сложно, не правда ли? — Альбедо осторожно кивнула, — но эта река полностью пустая. Сколько бы в неё не погружались, кроме смерти в ней ничего не было обнаружено. — Или, к примеру, «пепел тени». Как сжечь тень? Мы пытались сжигать таких монстров. Но от них просто ничего не оставалось. А, да, вот самое забавное, «трава безумия». Это вообще что такое? И там ещё много таких несуществующих вещей. И каждый высший поймёт, что это. Своеобразный сигнал: «Есть кто?». Зачем мне искать других, можно просто предложить им самим выйти на нас. — Это превосходная идея, Владыка! — женщина заулыбалась. Вообще-то Айнз смутился от такой похвалы, но голый череп прекрасно это скрывал. Он изначально искренне полагал своими силами найти других игроков. Но он довольно быстро додумался до сравнения этого процесса с нырянием в сточные воды канализации мегаполиса в поисках выроненной, возможно, в них ключ-карты: мероприятие почти неблагодарное. Хотя тут всё-таки масштабы были не столь критичны. При текущем балансе сил, смутном, но качающемся не в сторону коренных жителей этого мира, найти других игроков полегче. Слишком сильное влияние они могут оказать на это магическое средневековье. — С другой стороны, если потенциальный «высший» по каким-то причинам не знает самую часто используемую шутку игры, он, как минимум, может клюнуть на название реки, что проходила через несколько миров. Ну, а если в этом мире существует что-то из этих предметов, я бы с удовольствием на них глянул. Сразу замечая нездоровый огонёк энтузиазма в глубине золотых омутов, Айнз вовремя остановил себя: перед глазами встала отчетливая картинка, как Альбедо через мелкое сито просеивает мир, перетряхивая его, в поисках мифических предметов, что в итоге окажутся рецептом особого супчика на плюс семь к лихой удаче — нет такой характеристики в игре, но вы держите к ней модификатор, всегда пожалуйста... — Так, ладно. Теперь, когда ты заговорила об этом, я вспомнил, что собирался посмотреть на город, в который отправилась Нарберал. Пока вот, держи, ознакомься, — передал встрепенувшейся Альбедо кипу бумаг, не только же ему себе голову забивать геополитикой, вот пусть умные суккубы тоже поработают. Альбедо осторожно приняла из рук самого Владыки документы, улыбаясь. Пока её не гнали, она решила схитрить, и сама никуда не спешила уходить, оставшись сидеть рядом и читать отчеты. Владыка даже не обратил внимания на её наглость. Айнз повернул голову в сторону Пятой. Горничная тут же приняла вид сосредоточенный, готовая сорваться выполнять любой приказ. — Подай, пожалуйста, зеркало, — костяной палец указал на висящей рядом с креслом у рабочего стола артефакт. Альбедо старалась не отвлекаться, но всё равно периодически косила взгляд в сторону, смотря на Высшего. Айнз навел зеркало на город, в который отправилась Нарберал Гамма, с гордостью принявшая на себя роль «ученицы заклинателя» и только один раз позволившая себе после выхода за пределы гробницы радостно воздеть руки к небу. Это было забавно и мило. Город с названием «Э-Рантель» окончательно развеял все сомнения: глубочайшее средневековье! С поправкой на магию и монстров, но в обычной жизни людей это слабо прослеживалось. Хотя, хм, к статье причин смертей у жителей деревень добавился пункт: от монстров. Окружённый крепостной стеной город растоптал всякие надежды. Нет, это не отличительная черта находящейся в глуши деревни, там ещё было чистенько, поле оно и есть поле. Город был в ужасном состоянии. Антисанитария наводила на мысли о море, но телег с трупами видно пока не было… «Девочки, простите, что отправил вас в это жуткое место! Но это необходимая жертва! Но мне очень жаль!» Айнз мысленно сложил руки в молитвенном жесте, извиняясь перед горничными, которых он вытащил из уютных стен Назарика и в приказном порядке отправил в этот ужасный новый мир. Никто из простых людей не реагировал на ощущение чужого взгляда, которое создавало зеркало вне зависимости от уровня. Вероятно, они списывали это на взгляды других людей вокруг. Айнз с любопытством изучил центральные улицы города, и, как будто что-то могло быть хуже них, он заглянул на окраины. Хуже быть могло… Изначально не ожидая большего, Айнз не удивился, наткнувшись на несколько «сцен насилия». Увидев это, сделал мысленную пометку при следующем разговоре с Нарберал попросить её быть аккуратней и не ввязываться в конфликты и прочие сомнительные мероприятия. Это быстро наскучило, и он вернул взгляд зеркала на центральную улицу города. Через несколько минут нашел здание «гильдии авантюристов». Они смогли использовать нескольких людей из Солнечного писания для изучения письменности этого мира. Нарберал подошла к делу с особой серьёзностью и всем старанием, так что была отправлена в город уже подготовленная. Её навыки обучения могли только поражать воображение. Например, Айнз с особым старанием выучил несколько слов, но пока это было на уровне тупого запоминания последовательности закорючек — нечета полученным на халяву знаниям. Внутри что-то злобно хмыкнуло. Кому халява, а кому годы работы и изысканий. Айнз отпрянул от зеркала, облокотившись о спинку и подлокотник дивана. Больше сил смотреть на город не было, поэтому он посмотрел на Альбедо — глазам тоже нужно отдыхать. Суккуб сохранила на лице стоическое спокойствие, не смея отвлечься от чтения. Правда, теперь ей приходилось по несколько раз пробегать глазами по строчкам, чтобы заставить себя понять их смысл.

***

Нарберал Гамма шла по шумной улице города. Это был первый раз, когда она покинула Великую гробницу. Сердце, полное тоски, уже тянуло её обратно. Девушку мало интересовало копошение букашек вокруг. Всё, о чем она могла думать, это давящая печаль радость от выданного ей самим Владыкой задания! Даже процесс подготовки был чем-то невероятным. Кровь кипела, мана пылала огнём, призывая найти себе достойного противника и обрушить на его голову всю доступную мощь! Сейчас она использовала специально переданную ей экипировку: Владыка лично выбрал для неё артефакты из сокровищницы! Она чувствовала себя на пике доступных сил, ведь помимо многочисленных предметов, Высший сам благословил её, наложив несколько «долгоиграющих баффов», выдал зелья и использовал пару свитков из личного запаса! Снова подумав об этом, она еле удержалась от того, чтобы прижать руки к щекам. Нарберал хорошо контролировала мимику и в целом своё тело, поэтому была уверена, что лицо не запылало румянцем, а губы сохранили прежнее положение, не расползаясь в улыбке. Ей доверили очень важную миссию: во-первых, быстрая разведка округи города и его самого. Во-вторых, она должна была влиться в организацию под названием «гильдия авантюристов» и занять там высокое положение: завести полезные связи, добывать информацию и, при необходимости, иметь рычаги влияния. Для этого ей было необходимо контактировать с людьми. Это являлось основной сложностью. До этого единственным человеком, с которым она виделась, была сестра, получившая бессмертие Ауреол Омега. Но в Назарике любая раса была лишь выражением желания Создателей. Сравнивать было просто непочтительно по отношению к Высшим! Даже глубокая задумчивость не ослабляла её внимания к окружению. Лёгкий шаг в сторону, через несколько мгновений в том месте, где она недавно шла, пробежал маленький человек — ребёнок. Быстрый взгляд вокруг сразу выцепил группу прячущихся в одной из подворотен людей разного возраста, что следили за происходящим. Мелкое насекомое хотело натолкнуться на неё, прекрасно осознавая, что перед ним был другой «человек». Нарберал сохранила прежнее выражение лица. Букашка не ожидала такого поворота и упала на землю. Как и все в этом городе, существо это было очень грязным. Горничная уже несколько раз подумывала прикрыть нос платком, однако это бы могло привлечь ненужное внимание, выбиваясь из образа простого, невзрачного человека. Она хотела продолжить путь, когда слух, и так измотанный постоянным фоновым шумом, задел истошный крик мелкого человека. Людишки вокруг начали оборачиваться на них. Нарберал мысленно досчитала до десяти: перед её уходом Владыка Айнз поделился с ней секретной техникой приведения сознания в покой. Это оказалось очень полезным. Потом обернулась, уставившись на человечишку, что схватился за свой бок и истошно вопил что-то про нападение. — Что случилось? — Не знаю, может быть, он пытался её обокрасть? Не на ту нарвался, похоже… — Ха-ха, или она первая напала на него! Ты посмотри, кажется, у неё есть оружие. — Женщина с оружием? Авантюристка что ли? — Да нее. Эти же обычно жетон носят на видном месте… Чуткий слух хорошо различал шёпот людей вокруг. Быстрая оценка ситуации. Этот инцидент может повлиять на выполнение миссии. Она должна это предотвратить. Нарберал быстро просчитала возможные исходы и сделала шаг навстречу насекомому, наклонившись. Более эффективным для установления контакта было бы присесть на корточки, но последнее, что она собиралась делать, это допустить, чтобы плащ, выданный ей Владыкой Айнзом, коснулся грязной улицы. — Дитя, ты в порядке? — протянула руку. Она носила перчатки: их будет просто очистить или заменить. Хуже было бы, будь она без них — сдирать кожу и восстанавливать её заново, чтобы избавиться от грязи касания, наверное, не самый приятный процесс. — Н-нет! Вы сломали мне несколько костей своим ударом! — завопило насекомое, отталкивая её руку и поднимаясь, продолжая держаться за бок. Даже мимолетное прикосновение насекомого вызвало отвращение. Нарберал лишь улыбнулась: — Да? Какой кошмар. И что же нам делать? — выпрямилась, продолжая имитировать обеспокоенность и тревогу. — Не знаю! — неприятным тоном взвизгнуло противное существо перед ней, — может, у тебя есть деньги или зелья? — Ах, конечно, конечно, у меня есть, пойдём, я дам их тебе, — Нарберал заулыбалась облегчённо и направилась прямо в ту подворотню, где уже успели скрыться головы других людишек. Её ожидания оправдались, и мелкое существо повелось, следуя за ней. Её руку, замершую на эфесе меча, скрывал плащ. Она хотела пустить его в ход немедленно, как только мелкий человек осмелился выйти на траекторию её пути. Но этого делать было нельзя. Прилюдное убийство ребёнка, а эти существа вызывали у старших сородичей некоторую жалость, могло испортить ей всю операцию. — Ну чего?! Есть деньги? — заговорило насекомое, когда Нарберал скрылась в тени подворотни. Женщина открыто поморщилась: тут воняло ещё более отвратительно, чем на улице. Не обращая внимание на ребёнка, прошла дальше, туда, где у стены сбились в кучу остальные насекомые. Их было немного: несколько худых мужчин, из оружия только заткнутые за перетягивающих пояса бечевок кинжалы. Такие даже в умелых руках не способны пробить её защиту, не то что у каких-то людишек. Ещё была одна женщина и двое мелких людишек непонятного пола — из-за одежды и грязи ничего не разобрать. — Идите сюда, кажется, я нанесла вред вашему ребёнку, мне надо это компенсировать, — холодно сказала Нарберал, вытаскивая руку из-под плаща, она поманила их золотой монетой в ней, — или вам не нужны деньги? — Н-нужны! — заторопилось одно создание, оно было самым высоким из всех. Женщина расслабленно и довольно заулыбалась, продолжая смотреть на подходящего к ней человечишку. Тот, увидев это, зашагал смелей, за ним затоптались другие. Меньше чем через минуту Нарберал Гамма вышла из подворотни. Демоны-тени вернулись под ноги, скрываясь снова, закончив с выполнением приказа.

***

Ишпен Ронбл оперлась о стойку регистрации. Она пыталась убить время, читая, но это уже так наскучило, что она не могла толком сосредоточиться на словах. Вместо этого мысли постоянно перескакивали с одной неприятной темы на другую: опять задержали зарплату. Так мало этого! Из-за группы авантюристов, очевидно состоящей из отрыжки гоблинов, а не людей, её оштрафовали! Видите ли, она выдала им задание не по рангу! А то, что виной их потерь стала только их глупость, никто и не смотрит! Потом, как вишенка на торте, у её подруги умер муж, и та в слезах пришла, чтобы занять немного на похороны. Женщина зло скрежетнула зубами. В этот момент в полупустой зал гильдии зашел новый посетитель, и она заставила себя собраться. Выдавив на лицо доброжелательную улыбку, Ишпен выпрямилась, поднимая взгляд. Сейчас в здании была только одна группа серебряного ранга, которая никак не могла выбрать задание, переругиваясь и нерешительно теребя несколько листов. И даже они отвлеклись, мимолётно брошенные взгляды так и замерли на новом лице. В гильдию зашла одинокая девушка в темно-алом плаще. Она была самым красивым человеком, что Ишпен видела за всю свою жизнь. И было в острых уголках её глаз и бледной, словно жемчуг, коже что-то, что заставляло сердце на миг сжаться, прежде чем оно начинало биться сильней. Эта девушка коротко оглядела помещение и направилась к стойке. — Здравствуйте, вы у нас впервые? — Ишпен профессионально не выказывая удивления, обратилась к ней. — Да, — ответила незнакомка, у неё был очень приятный голос, что сразу привлекал, точно так же, как и её внешность, — я хочу стать авантюристом. Что для этого необходимо? — Вы знаете что это очень опасно? Почему вы думаете, что вам это нужно? Ишпен сначала подумала, что эта девушка пришла найти кого-то из своих знакомых. Возможно, она была любовницей какого-нибудь сильного авантюриста, и он давно не появлялся, из-за чего она начала беспокоиться. Но это оказалось не так, и она сама хотела стать одной из искателей приключений! Но зачем ей это? Ишпен чуть не ляпнула что-то в духе: «Брось ты это, для тебя будет очень простой задачей найти богатого мужчину, готового к твоим ногам сложить все свои деньги». — Мне нужно стать авантюристом, что для этого надо сделать? — абсолютно не меняясь в лице, повторно спросила девушка. — Заплатить вступительный взнос в размере пяти серебряных монет. Также пройти тест на грамотность и заполнить анкету, — беспомощно продолжая улыбаться, внутренне уже оплакивая потерю, смерть кого-то такого красивого, Ишпен достала из-под стойки две бумаги. — Вы умеете писать и читать? — для женщин было особенно проблематично получить знания. — Да, — девушка кивнула, расстегнула плащ, который обладал очень странным, диковинным замком, что располагался по всей длине, и разошелся в стороны, как если бы ткань разрезали ножницами. Под ним была дорогая, даже быстрый осмотр это выдавал, черная рубашка, заправленная в такого же цвета и качества штаны, что плотно облегали стройные ноги. Темные высокие сапоги были украшены золотой вышивкой. Одного этого хватало, чтобы сделать вывод о богатстве девушки. Тогда становилось ещё более непонятно, зачем ей заниматься чем-то настолько опасным!? На поясе у незнакомки висел клинок, спрятанный в ножнах. Было видно только перекрестие темной гарды. С другой стороны, помимо сумки, весел короткий кинжал. — У меня нет пяти серебряных монет, — кажется, эта девушка очень редко показывала какие-либо эмоции, у Ишпен никак не получалось понять, о чём та думает; прежде чем она придумала, что ответить, та положила на стол странную, незнакомую золотую монету, — у меня есть только такие. Я могу использовать их? Ишпен уставилась на монету, краем сознания отмечая, что перчатки незнакомки были местами покрыты бурыми пятнами, так выделяющимися на фоне остальной, поразительно аккуратной и чистой одежды. — Эй, красотка, вижу, у тебя возникли проблемы с оплатой, хочешь я помогу? В этот момент к стойке подошел один из группы авантюристов. Они называли себя «Меч тьмы». Это был их рейнджер — Ишпен оценивала его внешность высоко, но считала слишком ветряным человеком. И она не удивилась, что он тут же попытался подкатить к столь привлекательной особе. — Нет, не возникли, — холодно ответила девушка, даже не поворачивая головы, — не так ли? Темные глаза, вероятно лишившие рассудка не одну сотню мужчин, продолжали внимательно смотреть на Ишпен. — Я должна взвесить монету и… — Она из чистого золота и весит как две монеты, используемые в вашей стране, — сказала девушка, и сразу захотелось ей поверить. — В таком случае, эм, можете пока пройти тест и заполнить эту анкету, — указала на лежащие на стойке бумаги, взяла монету, направившись к заместителю главы этого отделения: такие вопросы нужно было обсуждать с ним. Лукрут Волф никак не отреагировал на холодность в свою сторону. Он мог простить этой девушке такую мелочь. Мужчина продолжил стоять неподалеку, облокотившись о стойку, и с интересом наблюдая, как красивая леди извлекла из небольшой сумки на поясе странный предмет, которым она начала писать, не используя предложенное перо. «Набе» — острый глаз рейнджера позволил ему легко прочитать записанное в строке с именем слово. Коротко и без прикрас. Дальше шли стандартные вопросы — есть ли боевой опыт в сражениях с монстрами, людьми. На оба вопроса девушка, не задумываясь, ответила «да». Дальше шло самое интересное — специализация и подробности. «Заклинатель» — Нарберал вывела это слово и перевела взгляд на дополнительную строку для тех, кто выбрал это: ей разрешили в открытую использовать магию до третьего уровня, в особых случаях разрешили применять четвертый. — Моё имя Лукрут Волф, прошу тебя, вступи в наш отряд! — раздался возглас. Нарберал быстро провела оценку ситуации и повернулась к заговорившему мужчине. Коротко его осмотрела. — Что? Зачем это? — прищурилась. — Ты можешь использовать заклинания третьего уровня, разумеется, я хочу, чтобы такой сильный маг присоединился к нам, — заулыбалось насекомое. — Ха, ну конечно. Лукрут ощутил на себе странный взгляд девушки, вздрогнув. Почему у него такое ощущение, что он сунул голову в пасть дракона? Выдохнул, и всякое волнение сошло на нет: он не боялся пускай и сильного, но вроде бы не настроенного враждебно заклинателя. — О, вы уже закончили с этим, — появившаяся Ишпен заметила, что девушка сначала заполнила анкету. Заглянув в написанное, она увидела красивый и аккуратный почерк, и, не заметив никаких ошибок, убрала лист с тестом: — Это не нужно, я вижу, что вы отлично образованны, о… Ишпен замерла на несколько секунд: заклинатель? Да ещё и такого уровня… — Откуда вы родом? Из Империи Бахарут? — она вдруг задумалась о том, что некоторые поля девушка пропустила или довольно странно ответила: «предыдущий род занятости: ученица». Хотя, тут, скорее всего, всё нормально — видимо, до этого девушка была учеником другого заклинателя. — Нет. Я не из Империи. — Ясно. Да, эм, хорошо. Вот, это ваше, — Ишпен положила на стойку серебряные монеты, одну золотую и медную пластину на веревке, — а теперь я должна провести вам инструктаж. Нарберал с искренней скукой слушала правила гильдии, запоминая только редкие важные моменты. Остальное было не нужно. Когда речь зашла о ранге, она поняла, что ей дали самый низший. Это было непозволительно — она не имеет права пятнать имя Назарика чем-то подобным. — Что необходимо для поднятия ранга? Ишпен на миг показалось, что её пронзили сотни стрел. У неё был похожий опыт, однажды лучник попал ей в руку, когда между авантюристами завязалось серьезное сражение прямо в здании гильдии и она пыталась остановить драку. Только быстро оказанная помощь позволила ей пережить это и не стать калекой. Теперь в сотни раз усиленное ощущение появилось просто из-за взгляда бездонных черных глаз и холодного выражения лица, что, казалось, не принадлежало живому человеку. Но это всё пропало в тот же миг. Сдавленно выдохнув, объяснила правила. Уточнила, что даже заявленный ранг используемых заклинаний не может повлиять на это. Лукрут пока не понимал ответа девушки на его предложение, поэтому просто решил подождать. Услышав, о чем зашла речь, он вмешался. — Я полагаю, если мисс Набе согласится стать нашим компаньоном и команда выполнит несколько заданий нашего уровня, её можно будет более быстро поднять в ранге? Мы ведь засвидетельствуем её силу. — Наверное, — Ишпен задумалась. Нарберал прикрыла глаза. Её целью было получить самый высокий ранг — адамант. Но этого было недостаточно. Она должна была завести связи, получить узнаваемость. И она не собиралась тратить много времени на низких рангах. Коротко глянула на металлическую пластину на груди человека: серебро. Перешагнуть через два ранга — хороший старт. Вообще она планировала сымитировать нападение на город сильного монстра и победить его. Но тут было несколько нюансов: найти чудовище в незнакомом мире; другие людишки могут увести у неё победу, хотя шанс этого и низок. Так что начать с этих авантюристов — хороший вариант. Потом она сможет более правдоподобно поднять свой ранг. А получив больше данных, уже и подумать над искусственным созданием ситуации с нападением. — На таких условиях, я вступлю в ваш отряд. Вы уже знаете, какое задание возьмете сейчас? — Да-да, — закивал Лукрут и, повернувшись к своим товарищам, скорчил страшное лицо, заставляя Нинью вернуть листок с более простой работой на доску объявлений. Пока группа обсуждала что-то между собой, Набе обратилась к Ишпен. — Сколько будет стоить дать объявление в каждом существующем отделении гильдии? Женщина на секунду зависла. — Эм, если бы вы разместили объявление только в нашей гильдии, это бы было бесплатной услугой с учетом комиссией с указанной награды. Но за такое… это будет стоить три золотые монеты. Но, — она поспешила, — это с учетом, что мы разошлём заказ по всем существующим филиалам гильдии. — Хорошо. Тогда вот, — Набе положила на стол недавно полученный в качестве «сдачи» золотой и одну монету из своей страны. Через мгновение на столе также появился лист бумаги такого качества, что Ишпен, тут же уставившаяся на него, никогда не видела. Ей было очень интересно, что же за задача требовала такого масштаба. Для начала, форма записи была своеобразной. Сначала ей показалось, что объявление очень большое. Но потом она присмотрелась и поняла, что объема нагоняла форма записи. Каждое предложение дублировалось на нескольких языках. Понятен Ишпен был только один из них. Она с интересом вчиталась в текст. [Сбор ресурсов. За каждую единицу будет выплачена тысяча золотых монет или оказана ответная услуга.] От такой награды ей чуть не стало плохо. Она тут же попыталась понять, знакомо ли ей что-то из списка? Может ли она найти что-то из этого! [1. Пепел тени; 2. Сердце короля королей; 3. Перья рассветной птицы; 4. Глаза и кровь рыбы из реки Гьёлль; 5. Рог зверя из хаоса; 6. Трава безумия; 7. Плоды адского древа; 8. Плоть вестника; 9. Свет последней звезды…] Лист выпал из её пальцев, плавно опустившись на деревянную стойку, выведенными ровными строками текста вверх: казалось, что рубленые черные символы одного из языков, больше напоминающие высеченные когтем древней твари засечки, притягивали к себе взгляд, намертво отпечатываясь на глазах. Руки её дрожали. Ей казалось, что она увидела то, чего не следовало видеть никогда в жизни. Но когда она только начала читать, то осознала, что просто не может оторваться, не просмотрев до конца. Ей совершенно не хотелось читать! Чья рука могла написать это?! Кто такая эта «Набе», если это её настоящее имя?! Почему она дала ей этот ужасный список?! Зачем?! — Ч-что это? — севшим голосом спросила Ишпен, её взгляд с трудом оторвался от проклятого пергамента, она посмотрела на принесшего его человека… На идеально красивом лице не дрогнул ни один мускул. Девушка расслабленно стояла перед ней, как будто не она дала ей «это». — Это список ингредиентов, которые разыскивает мой учитель. Мы ещё не проверяли в этой области, — она неопределённо повела рукой. — Кто он… — Заклинатель. Ужас был слишком силен, чтобы она могла ещё хоть что-нибудь спросить. Язык не слушался, она молчала, скованно кивнув головой. Не опуская взгляда, резко сложила лист пополам. Он послушно скрыл за собой черные символы. Она ни в коем случае не должна выполнять это поручение. Никто больше не должен видеть этот проклятый список… — Что такое? — холодной волной окатил её голос. Теперь она поняла, почему сердце останавливалось при виде этой девушки. Это было не из-за красоты Набе. Нет, это было из-за того, что та была опасна. Опасна как острое лезвие клинка, уже пробившее тебе горло. И она не скрывала это за холодной улыбкой расчётливого убийцы: люди сами не замечали этого, охотно закрывая глаза на всё что угодно, лишь бы продолжать наслаждаться красотой. И плевать они хотели, что за ней прятолось… Ишпен сглотнула вязкий ком копошащихся в желудке червей сомнений, собирающихся вырваться наружу. Если она не подчинится, она может просто не проснуться на следующее утро. Её убьют. И никто не узнает, почему она не вышла на работу. — Ничего, — пересохшее горло почти не слушается, но она заставляет извергнуть из себя покорность и смирение, — распространение займет несколько месяцев. — Хорошо, — девушка с острым взглядом едва заметно кивает головой, — на этом у меня всё. Набе развернулась, уходя в сторону группы Мечей тьмы. «Сжечь список и бежать из города?». Трех золотых хватит для этого. Но Ишпен сжала руки, чтобы те перестали конвульсивно дергаться: какова вероятность, что её найдут и убьют? Да точно такая же! Только смерть будет долгой и болезненной.

***

Айнз внимательно слушал Актёра, не утруждая себя визуальной поддержкой связи, как, например, кивание головой в нужных местах: смысла в этом не было, он мог расслабиться. Сейчас они находились в библиотеке на десятом этаже. — Также эксперимент показал, что при смерти новых существ кристаллы данных, используемые для их создания, через какое-то время, в зависимости от уровня итогового образца, обновляются. Память о жизни полностью стирается. У нас остаётся исходный набор данных. В таком случае воскресить это существо более невозможно. Необходимо заново воссоздавать и тратить золото на уровни. В этом заключается отличие от созданных в мире Иггдрасиля. Актёр Пандоры закончил с этой частью своего доклада. Замолчал на несколько секунд, ожидая вопросов или дополнительных приказов. Ничего из этого не последовало. Он стоял сбоку от Создателя, видел, как задумчиво потухшие огоньки глаз снова набрали силы. — Хорошо, — сказал Айнз и пробормотал уже более тихо, — но время воскресить всё же есть. Актёр промолчал, пускай прекрасно услышал это и нашел причину возразить: если кто-то умер, значит, он был бесполезен. Это касалось всех, даже его самого. Если они были убиты, значит, их нужно заменить. Тем не менее Создатель был милосерден, испытывал сострадание и дорожил каждым, кому в гробнице подарили жизнь. Получив позволение, продолжил, переключаясь на следующую тему: — «Рыцари империи» пока не добрались до цели, они движутся в Теократию. Расчетное время прибытия — две недели. С другой стороны, тени, прикреплённые к людям капитана Строноффа, уже распространились среди королевской семьи и некоторой аристократии. Пока ведут наблюдение. Учитывая уровень развития местных, много времени не потребуется, и скоро я заменю первые объекты на двойников. Айнз встрепенулся. До этого он понимал, о чём и почему говорит Актёр, но это заявление вызвало смутное беспокойство. Остановился, прямо посмотрев на доппельгангера. — Подожди. В последнем сейчас нет необходимости. — Да, конечно, мои извинения, — Актёр понятливо склонил голову. Он слишком торопил события: для начала нужно было завершить сбор информации по Теократии и хотя бы начать изучать Империю и другие страны, чтобы иметь представление о ситуации и более качественно выбрать цели в итоге. И уже тогда они смогут перейти к активным действиям. А пока в этом не было острой необходимости, и это решение являлось плодом лишь его собственной спешки: ведь он наконец-то занялся вторым любимым делом, сразу после служения Создателю. На третьем месте этого короткого, но гордого списка была работа с магическими предметами. — Актёр, я серьезно. Власть — это не цель. Айнз интуитивно понял недостаточность первой фразы. Актёр Пандоры сложил руки за спиной, копируя излюбленный жест его Создателя. Наклонив голову, сказал: — Я понимаю. Если голый череп мог выражать скепсис, то сейчас это был его апогей. — Нет. Никакого захвата власти. Мы просто изучаем мир, — Айнз пошел дальше, перемещаясь между книжными шкафами. После этого Актёр Пандоры рассказал об успехах отправленных на разведку эльфов-скаутов — их задача была собрать более полную картину, чем могло дать простое воздушное наблюдение. При помощи полученной карты они смогли составить свою, в привычном формате и более полную. Было сделано несколько вариантов с разным масштабом. На их карте также были отмечены зоны активности обнаруженных гномов, людоящеров и прочей местной живности. Айнзу было непривычно работать с такими носителями информации. Ничего необычного, помимо самого факта живого мира, к которому он постепенно привыкал, Айнз не услышал. — Когда эльфы вернутся с миссии, пригласишь ко мне первых созданных? Интересно посмотреть. Айнз уже проверял. В новом мире он не мог использовать обычные способы управления гильдией через общую систему. Теперь все функции перешли к «Престолу королей». Статистика используемых «нипов» обновилась, добавляя новые персоналии пятёрки эльфов. Они ушли в общий счёт, заставляя трепетать, смотря на количество уровней сверх официально доступного лимита. — Будет исполнено! Как только они дойдут до моря, верну их в Назарик, — Актёр отдал честь, они как раз остановились, и он смог выровняться по стойке. Айнз коротко бросил на него взгляд. Внутренне улыбнулся и вернулся к привлекшему внимания корешку. Взял знакомую книгу, увидев название которой сразу подумал, что неплохо было бы ознакомиться снова. Однажды он уже читал её, но только мельком, ведь тогда она была не слишком необходима для него — Сатору просто хотел понять, по каким принципам мыслит его дорогое начальство, чтобы лучше взаимодействовать с ним. Однако, увы, эта книга по эффективному управлению людьми была слишком крута, и его начальник совершенно не соответствовал критериям в ней и действовал абсолютно оторвано от рекомендованных стратегий. Быстро поняв это, Сатору забыл эту книгу. Однако теперь, когда он сам встал во главе организации, пускай ему и не надо было беспокоиться о разладе в коллективе или о плохом выполнении приказов, всё ещё было важно стараться быть хорошим боссом. Или это слово не слишком хорошо подходит? Актёр увидел, какую книгу взял его Создатель. Если бы он мог улыбнуться, определенно продемонстрировал это. Владыка Айнз изначально был идеальным существом, ему не было нужды что-то предпринимать: как бы Он ни действовал, чего бы ни пожелал, они, слуги, созданные Высшими, с великой радостью постарались воплотить всё это в реальность. Тем не менее, его Создатель был озадачен тем, чтобы тратить своё время и внимание на чтение информации по «эффективному управлению». Могло ли это быть выражением Его заботы о них? Ему хотелось верить, что да. Не особо заостряя внимание на заинтересованности и каком-то удовлетворении, ощущающимися в эмоциональном фоне Актёра, Айнз подумал о том, где мог бы спокойно почитать. — Спасибо за твою усердную работу. Можешь идти. Хочу почитать наедине со своими мыслями. Пресекая всякие возражения, предложения и правки, переместился на шестой этаж. Среди зеленого океана здесь пряталась созданная Буку-буку Тягамой белая беседка. В ней Айнз и собирался предаться обновлению информации в своём мозгу. Посмеялся про себя. Ранее он редко читал самостоятельно, предпочитая включать аудио версии: это было связано с нехваткой времени. Теперь он действительно мог позволить себе несколько часов с книгой в руках. Уселся в беседке. Пролистав предисловие от автора и введение, сразу открыл на первой главе. Чтение поглотило полностью: он не чувствовал усталости. И, как выяснилось в процессе, сознание его длительное время могло сохранять концентрацию и ясность. Закончив очередную главу, прочитал название следующей, последней в книге, и закрыл её. Она была относительно бесполезной, и больше выносить слишком растекающегося мыслью по древу автора он не мог. — В-владыка Айнз? Оторвав до этого намертво вцепившийся в предмет в руках взгляд, повернул голову в сторону звука. У входа в беседку стояли Аура и Мар. Потом мозг догрузил странность отбрасываемых ими теней. Ах, ну конечно: небо было окрашено алым. В иллюзии на шестом этаже не было ни солнца, ни луны. Однако цикл из двадцати четырёх часов сохранялся, и дневное освещение плавно сменялось ночным. Значит, он просидел полдня, не обращая внимание ни на что иное, кроме книги? — Здравствуйте, — поприветствовал мнущихся эльфов, — что-то случилось? — Нет, нет, — Аура замахала руками, — просто мы узнали, что Вы прибыли на этаж. Прошу прощения, что мы не пришли поприветствовать Вас раньше! Этому нет оправдания… Но когда мы прибежали сюда, Вы уже читали… Мы не хотели отвлекать... — Всё хорошо, я вообще не жду, что вы будете меня приветствовать каждый раз, — увидев, как выцвели их лица, поспешил пояснить, — не хочу дергать вас по таким пустякам. — Владыка Айнз, мы можем как-то услужить Вам? — Аура серьезно посмотрела на него. — Нет ничего такого, — поднялся с белой скамьи, идущей по периметру беседки, убирая книгу в инвентарь, — вы всё это время были тут? По крайней мере такой вывод он сделал исходя из попытки оправдаться. Аура неловко заулыбалась, а вот Мар заговорил: — Д-да, да. Мы пришли выразить Вам своё почтение. Но Вы уже были сосредоточенны на чтении, и мы не осмелились Вас потревожить, поэтому выжидали удобного момента… Айнз подошёл к детям и потрепал их по головам. Говорить, что они были неправы и им не надо было торчать тут всё это время, было бы глупо и бессмысленно. Они могли расстроиться из-за этого, принимая слова не как выражение беспокойства, а в качестве упрёка. — В следующий раз, в таких ситуациях, не надо так заботиться об этом. На первом месте должен быть ваш комфорт. Вы уже обедали? Давайте сходим в столовую на девятом этаже? — он собирался взять ответственность за их долгое ожидание. — Вы правда хотите сходить в нашей компании? — С удовольствием, — Аура обрадовалась. А вот реакция Мара натолкнула на отвлеченные мысли. Эльфы, в соответствии с их историями, были семидесятишестилетними детьми: с точки зрения обещанных этой же историей им сотен и сотен лет жизни, они были довольно маленькими. И характеры их были детскими. Но разве это нормально, что дети предоставлены сами себе? Нет, в том, что они достаточно квалифицированы для управления этажом, сомнений не было. Но разве это правильно? У детей должны быть «родители» — если уж не кровные, то заменяющие их взрослые. Ему точно надо уделять им больше времени. Но этого мало. Нужно позаботиться об их досуге и прочем. Нужен кто-то, кто сможет хотя бы присматривать за ними… Насколько он помнил, до недавнего времени в гробнице близнецы были единственными эльфами. — Аура, Мар, как вы отнесётесь к тому, что на ваш этаж также будут поселены ещё пять эльфов? Они недавно были созданы и пока не имеют своего места для жизни. Глаза близнецов загорелись. Это был какой-то странный взгляд. Но Айнз не мог подумать, что это одна из ожидаемых им реакций — недовольство посягательством на жилплощадь: скорее это была высокая степень благоговения. — Нам поселить их в нашем древе или позаботиться об отдельном жилище? — спросила Аура. — Поселите их отдельно. Вы сможете построить для них дома? Эльфы энергично закивали головами. Айнз не был уверен, как это должно происходить. Близнецы жили в древе, сделанном на подобии эльфийского мэллорна — Буку Буку Тягама называла это классикой, задирая то, что у слизи было головой, и тыкая всех лицом в эльфийскую элегантность и эстетическую красоту архитектуры. Внутренняя отделка древа действительно была очень хороша. Но обычно, если подобные заявления заставал Ульберт, он вступал с ней в полемику, уверяя, что на самом деле из всех персонажей самый элегантный — это его Демиург: «Потому что истинное зло должно быть изящным!». Внутреннее улыбнулся, погружаясь в воспоминания. Это были очень долгие споры, потому что в такие моменты и Перо-кун начинал нашептывать всем в приват, что: «Сладкая булочка Шалтир, вот за кого нужно голосовать, если уж на то пойдет»… Айнз использовал телепортацию, перенося их всех в коридор девятого этажа, относительно близкий к столовой, но и не слишком, чтобы они могли поговорить, пока идут, и он не отвлекал их от еды. — Чем вы занимаетесь в свободное время? — Я ухаживаю за своими зверьми, — Аура чуть задумалась, приложив руку ко лбу, — на самом деле, я не уверена. — А я читаю, — на грани слышимости пробормотал Мар, что пока не осмеливался поднять глаз. Владыка перенес их на девятый этаж, и маленький эльф особенно сильно, в силу характера, ощущал давление на себя священных стен коридора, по которому они шли. Но больше, чем это, на него оказывала воздействие почти бесшумно идущая рядом фигура, что с одной стороны вела Ауру, а с другой — его самого. Мар смотрел под ноги, туда, где на устланный роскошным ковром пол ложилась густая тень, отбрасываемая Владыкой. Вздрогнул и повернул голову в сторону Высшего существа, что в очередной раз проявило к ним ласку, погладив по голове. — Я заходил в библиотеку, Титус обмолвился, что к нему давно никто не заходил, — немного привирая, личу было не свойственно жаловаться на жизнь, Айнз, тихо посмеиваясь, продолжил, — ещё, я обратил внимание, что никто из стражей не поднимается на девятый этаж. Вы же знаете, что можете это делать? Мар, если ты хочешь, можешь использовать кольцо и посещать Ашурбанипал. — Э-это… Уши Мара дрогнули. Аура же была более расслабленной. Она с непосредственностью спросила, хватая его за рукав савана: — Правда можно? — кивнул, смотря на неё с умилением. — Мне всегда было интересно, как выглядит место, где жили Высшие существа. — Мм. Хотя этаж совсем не похож на наши дома, конечно, мы обустроили его по своим вкусам, — немного невпопад ответил задумавшийся Айнз. Они подошли к дверям, ведущим в столовую. Те были закрыты, но, как и всё в гробнице, находились в рамках его контроля, и он просто махнул рукой, раскрывая их. Для него подобное использование власти не над разумными, но над пространством было совершенно в новинку. Это даже нельзя было сравнить с магией. Для чудес нужна мана. Но для изменения его пространства, а кому как не главе гильдии распоряжаться всем в гильдии, не требовалось ничего, кроме его воли… Близнецы этого даже не заметили, для них это было в порядке естественного хода вещей, с любопытством заглядывая в пустую столовую. Чуткий нос Ауры сразу прочувствовал все самые вкусные запахи с кухни. Она профессионально сделала стойку на вкусное жаренное мясо. Айнз едва вздрогнул, когда на другой стороне помещения распахнулись двери и к ним выскочил с кухни оголтелый кабанчик. Именно так это выглядело, и так это было. Страж области и шеф-повар, Шихоту Токиту, относился к виду орков, больше похожих на животных. Поэтому весь его облик был нарочито неряшливым, а поведение диким и экспрессивным. В качестве оружия он использовал короткий меч, выглядящий как тесак, и щит, сделанный в виде прикреплённого к спине котелка, что держался крупными цепями. Также золотая цепочка артефакта была на шее. Несмотря на первое впечатление, колпак и фартук его были идеально чистыми и прямо светились белизной. Шеф-повар, в секунду определив, куда, побежал. И упал на колени перед Айнзом. Кажется, ещё несколько таких фортелей, и неразрушимая плитка пола даст слабину, треснув. — Владыка Айнз, для нас великая честь видеть Вас! — пробасил орк и, быстро оценив всю компанию, сделал исключительно верные выводы. — Вы и господа эльфы пришли на ужин? В таком случае, позвольте мне сейчас же организовать пир! Он будет греметь семь дней и семь ночей! Да самые богатые столы этого мира подавятся от зависти теми самыми объедками, что подают на них, по сравнению с тем, что я сделаю… — Здравствуй, Токиту. Поскромней и поспокойней. Можешь организовать для детей ужин, с учетом, что они пропустили обед. Аура, Мар, скажите шефу, что вы любите. Пока эльфы неуверенно отвечали, потому что Аура хотела всё и сразу, а Мар не знал, что он любит, Айнз осмотрел пустынную столовую. Параллельно с этим его мысли перескочили на размышление о свойствах волшебных колец, в обмен на ману избавляющих от необходимости есть и спать. Интересно, как происходит конвертация магической энергии в «энергию» для организма? Как кольцо учитывает все необходимые для жизни элементы, как происходит питание клеток организма? Это очевидно не отлаженный шаблон, ведь кольца носят существа самых разнообразных рас. К этой же теме — в гробнице есть не только «магическое освещение», просто прописанное дизайном и теперь кое-как воплощенное реальным миром через набор костылей и примочек разной степени условности. Но и электрическое. Например, в некоторых помещениях девятого этажа или в сокровищнице. Он ещё не думал об этом, но выработка электричества тоже идет за счет изменения магических частиц? Хотя, это лишь значит, что окажись они в мире без маны — гробница быстро превратилась в действительно мертвую. Вновь вернулся к кольцам. Что со сном? Как происходит очистка мозга от токсинов, или в комплекте с первым кольцом в этом нет необходимости, ведь организм в режиме своей идеальной работы? Что будет, если оставить только одно кольцо? Когда вокруг повисла напряженная тишина, Айнз оторвался от размышлений и посмотрел на замерших существ рядом. Именно от них исходило тревожное ожидание. Что случилось? Мар вздрогнул, когда на него с немым вопросом посмотрел Владыка Айнз, повернувший к ним голову. До этого господин Шеф-повар уже обращался к Высшему существу, но был проигнорирован. В тот момент Он выглядел отстранёно и задумчиво. Словно бы не с ними. Это испугало. Могли ли они сделать что-то не так?! Мар обругал себя — он думал слишком неправильно. Он почему-то посчитал, что внимание Верховного всегда будет с ними, но это же так глупо! — Да? — Айнз решил просто переспросить, полагая, что это самый универсальный вариант для быстрого прояснения ситуации. — Владыка Айнз, чего желаете Вы? — Шеф-повар быстро подобрался и с ещё большим волнением, чем до этого, повторил свой вопрос. С его стороны было ужасным проступком не знать предпочтений Высшего существа! Но никто из великих сорока одного никогда не посещал столовую, кроме как в момент создания. Они никогда ничего не ели! И сколько бы Токиту не терзал память, не мог вспомнить, что нравилось Владыке Айнзу. Прикинув вес ошибки: показать своё незнание или умолчать, подав что-то не то, он решился на вопрос… — Эм? Я нежить, я не могу есть. Ответил Айнз, всего на секунду зависнув, размышляя: если бы он был другим видом, например, зомби или гулем, мог бы он есть обычную еду? Во всяком случае, шансов было больше, чем у голого костяка. — В таком случае, пища должна вкусно пахнуть и выглядеть красиво, утолять ваш взор! — сумрачный гений повара уже подбрасывал ему самые разные варианты. — Хм, нет, — обломал все мечты кабанчика Айнз, красиво так, коленом, — позаботься о детях. Давай, долго нам ещё ждать? Эти слова кнутом стеганули уже собиравшегося пасть ниц Шеф-повара. Передумав тратить на это время, он сорвался с места, сразу в спринт. И горе тому препятствию, что встанет у него на пути. Зашибет, а горничным потом оттирать полы от сомнительных разводов того, что останется от неудачника. — Какой пыл, — не мог не оценить Айнз. — Он меня пугает, — шёпотом поделился с сестрой Мар. Девочка только взяла брата за руку. Как дрессировщик она была уверена в своих навыках в случае чего... наверное. Близнецы сели напротив Айнза. Довольно быстро им накрыли на стол. За время ожидания Айнз успел только расспросить Ауру о результатах от отправления на изучения местной живности её зверей. Она всё рассказала. Редкие местные животные классифицировались ей как монстры, но предполагаемые уровни, даже при очень грубой оценке, были низки. А Мар дополнил её слова, заметив, что некоторые обнаруженные растения в лесу, который называли «Великий лес Тоб», обладают очень слабой магической аурой. Потом перед ними поставили еду, и Айнз не стал отвлекать их, пожелав приятного аппетита. Аура вела себя скованно секунд тридцать. Мар держался дольше, долго не сдавая позиции. Айнз даже подумывал оставить их, чтобы не смущать своим присутствием. Но Аура несильно пнула брата под столом ногой, и он расслабился… Связь событий пускай и сомнительна, но очевидна. Представил на их месте других существ: слизь отращивает ложноножку или ложноручку и отвешивает подзатыльник птицелюду, да так, что перья летят в разные стороны — тяжела рука главного танка группы. Вблизи запах пищи был ещё сильней. Но вызывал скорее печаль: невозможность даже ощутить желание в привычном понимании угнетало. Хотя, с другой, более рациональной стороны, слава великому рандому, что он не испытывает голода, что невозможно утолить. Так, аромат пищи приятно, но слабо щекочет рецепторы, только и всего. Что вообще может привлекать лича? Хм, убийство. Ещё теплая кровь разумных, смазывающая старые кости. Ощущение силы и безграничной власти, рожденное из побед над врагами и познания таких тайн мироздания, что не поддаются описанию. Ну нет, бредни мозга, верящего, что он реально древняя нежить и высшее существо. Когда заметил, что дети перешли на сытое созерцание десертов: хочется, но уже не лезет, Айнз заговорил: — На самом деле, есть ещё кое-что. Они встрепенулись и уставились на него, внимая каждому слову. — Я хочу отправиться с вами к местным эльфам. У них что-то вроде королевства. Конечно, не сейчас и вряд ли в ближайшее время. Но как только ситуацию можно будет назвать стабильной, а уровень тревоги понизить до зелёного, так сразу. Я думаю, в вашем возрасте полезно будет познакомиться с кем-то вашего биологического вида и, возможно, даже примерно одного возраста. Всё-таки дети должны отдыхать, играя с другими детьми. Понимаю, что, возможно, при такой постановке фразы, требовать с вас чего-то наравне с остальными стражами было бы неправильно… — В-владыка Айнз, прошу Вас, — начал бормотать Мар, — пускай мы созданы такими, не относитесь к нам как к детям… Мы, м, мы полноценные стражи и наравне со всеми способны выполнять свои задачи... Мог бы улыбнуться… Но что уж думать об этом. Хотел ответить на это заявление, как вдруг вмешалась Аура. — Владыка Айнз, прошу нас простить! — и подскочив с места, схватила Мара. Она буквально: решительно вытащила его из-за стола. Отбуксировала в сторону. Мар большими глазами смотрел на Владыку. Айнз растерянно не знал, что ему следует предпринять. «Ой, да не убьет же она его?» — малодушно решив так, он кивнул Мару: крепись, парень. Тот его посыл если и уловил, воодушевлен этим не был. — Глупый братик, ты что это делаешь?! — когда они отдалились, Аура схватила Мара за плечи, потряхивая, очевидно, для лучшего усвоения сказанного. — А если Владыка Айнз согласиться с тобой? Ты можешь себе это представить! Тогда Он перестанет гладить нас! Ты понимаешь, что эта привилегия доступна только детям?! Мар был на грани с тем, чтобы истошно разрыдаться. Тер руковом предательски мокрые глаза. Айнз не собирался подслушивать, это вышло само собой, его слух без труда улавливал каждый звук. Должен ли он вмешаться и успокоить эльфа? Так бы поступил ответственный взрослый. То есть — да. Подошёл к ним. Аура замолчала ещё когда увидела, что он встал. — Я вовсе не собирался ничего из этого делать. Правда, моего эгоизма и нахальства вполне хватит, чтобы холить и лелеять вас как детей, но и спрашивать, как с остальных стражей. Звучало это сомнительно, как ни посмотри. Но, хах, ему не нужен эльф, впавший в депрессию из-за того, что от него ничего не требуют. Он вообще-то злой древний лич, ему можно говорить что-то сомнительное. — Владыка Айнз, как можно называть это такими словами?! Для нас огромное удовольствие возможность исполнять своё предназначение! Дожили, точнее, доумертвились… Нет, хватит с него каламбуров на эту тему. Его устыдила маленькая девочка. Которая старше тебя на сорок девять лет — напомнил внутренний голос. Или живущая всего пару дней — тот же внутренний голос, но почему-то этот походил на хомяка и одновременно исполнял роль драматично уязвленной гордости. Оставить развитие шизофрении. Твердо решил Айнз, и слушать третий, принадлежащий древнему и насмехающемуся над любой из названных цифр личу, не стал. — В любом случае, Мар, не переживай, Аура, не нервничай. Девочка перестала кусать губы и несмело улыбнулась. Он присел на корточки. Аура первая среагировала на начатое движение руки и сама подошла вперед, обнимая его. Он немного переживал, ведь ей может быть неприятно натыкаться на твёрдые кости или обхватывать руками тонкий позвоночник, оставшийся от шеи. Но, кажется, всё было не так страшно, и она вполне себе нашла удобное положение. — Я уже совсем не нервничаю, Владыка Айнз, — пробормотала Аура. Мар замер на месте. Он и завидовал сестрёнке, так легко поддающейся желаниям, и не решался сам подойти. — Братик, хватит мять юбку! Когда ещё такая возможность появиться, — со всем почтением отвернув голову в сторону, зашипела на него Аура. Айнз только открыто посмеялся над этим. Мара это всё убедило, и он подступился ближе, неуверенно присоединяясь к сестре. — Больше не переживайте из-за таких пустяков… Владыка Айнз покинул их, когда они вернулись на шестой этаж. — Мар, не говори об этом никому пока, — Аура строго глянула на брата. — Эм, что? — он совсем не понял её посыла. — Я хочу сама рассказать Шалтир, она умрёт от зависти. Окончательно умрет, — Аура рассмеялась.