Всё будет

Аластор шёл между сидений в самолёте, шумевшие пассажиры не на шутку раздражали его, но юный радиоведущий сделал глубокий вдох, потом долгий выдох и ещё раз посмотрел на на билет. /Долгожданный отдых пусть и от любимой работы отдавалася в душе радостным предвкушением, и Аластор не позволит ничему это испортить./ Радиоведущий торопился, хоть и не любил это, но до взлёта оставалось совсем немного. Он наконец-то нашёл своё место, но оно было завалено чужими вещами. У окна сидел мужчина с короткими светлыми волосами в белой рубашке с красными яблоками и длинными рукавами. Большего о нём Аластор не мог сказать, ведь мужчина сидел к нему спиной, посадив на колени маленькую девочку. Она вертелась, глядя то на вид за окном, то на нового соседа, который всё ещё стоял, не смотря на недовольство остальных пассажиров. -Папа! - сказала девочка, привлекая внимание задумчивого мужчины к Аластору. Через несколько секунд забвения обладатель яблочной рубашки обернулся и посмотрел на Аластора. -Вы заняли моё место, уберите, пожалуйста, вещи, - вежливо сказал радиоведущий, указывая на среднее из трёх мест. -Ой, да, конечно, извините, - задумчивый мужчина перебросил все вещи на место, которое было ближе к проходу, -Просто мне не удалось купить два места рядом, поэтому пришлось купить одно у иллюминатора для дочери и одно у прохода для меня, я думал, что никто не придёт, - сбивчиво говорил незнакомец. Аластор улыбнулся, он специально купил место посередине. -Кстати, я - Самаэль, - сказал мужчина, пристёгивая свой ремень, после того, как посадил дочку у окна и пристегнул её. -Аластор, - представился радиоведущий. "Какой-то он странный, но в хорошем смысле" - подумал Аластор, глядя на Самаэля. -Папа, смотри! - девочка указала на иллюминатор. Самаэль посмотрел в окно, а Аластор посмотрел на Самаэля. Он был немного старше радиоведущего, а может, возраст придавало немного распухшее лицо и печальные глаза, казалось, будто мужчина смотрит не в иллюминатор, а в пустоту. Самаэль хотел привстать, чтобы получше увидеть объект внимания дочери, но самолёт взлетал, и отстёгивать ремень было нельзя. Монотонный шум убаюкивал Самаэла, и вскоре тот уснул. Его дочка наоборот становилась всё более активной. -Папа, папа, смотри, там город, а там облако, похожее на уточку! - не унимались девочка. Аластора это раздражало всё больше и он решил заговорить с девочкой. -Как тебя зовут? - спросил Аластор, стараясь быть как можно добрее. -Чарли, а Вы - Аластор, - довольно сказала девочка. -Именно, - радиоведущий улыбнулся одной из своих фирменных улыбок. /Аластор не очень любил людей, но любил детей, даже не любил а понимал./ -А что ты хотела показать папе? - спросил Аластор. Чарли показывала на город, напоминавший лоскутное одеяло, на облака, похожие на животных, на птиц, пролетавших вдалеке, а Аластор слушал её красивую, но торопливую и иногда сбивчивую речь. Она с таким восторгом говорила об обычных вещах, и это нравилось Аластору. Так продолжалось ещё пол часа, а Самаэль всё спал, иногда ворочаясь или морщась во сне. Один раз он даже заехал Аластору локтём по плечу, будто отбиваясь от кого-то во сне. -Добрый день, Самаэль Морнингстар, Вы можете забрать свои документы, к сожалению, проверка немного задержалась, - сказала стюардесса, -Самаэль Марнингстар, - повторила она. -Самаэль, просыпайся, - сказал Аластор. Через несколько секунд он понял, что обратился к собеседнику на "ты" и удивился сам себе. -Ещё несколько минут, Лилит, - пробормотал Самаэль. -Папа! - закричала Чарли. Самаэля будто холодной водой окатило. -А, что?! Чар Чар, что случилось?! - мужчина протирал глаза. -Документы, - сказала Чарли. Аластора удивил словарный запас девочки, на вид ей было пять или шесть. Самаэль поблагодарил стюардессу и убрал документы в сумку. -Какой я сегодня рассеянный, - невесело усмехнулся Самаэль, -Так заработался, - добавил он. -С кем не бывает, - сказал Аластор, -А кем Вы, кстати, работаете? - поинтересовался радио ведущий. -Я - врач, для меня это не просто работа, а призвание, - мечтательно сказал Самаэль, -Меня даже прозвали Люцифером за мастерство, - добавил он, -А Вы кем работаете? - спросил Люцифер. -Я - радиоведущий, - сказал Аластор. Дальше разговор не шёл. "Неужели я разучился разговаривать?" - спросил себя Самаэль. /После развода с Лилит он говорил с людьми только по работе и совсем отвык от светских бесед, которыми были полны мероприятия Лилит./ -Как жаль, что в самолётах нет радио, Вы бы смогли насладиться насладиться прекрасной подачей информации или просто расслабиться, не смотря на весь этот шум, - сказал Аластор. Люцифера обрадовало то, что собеседник нарушил неприятное молчание, и Самаэль продолжил разговор. Он говорил, в основном, о работе и о дочери, а Аластор слушал, а потом рассказывал. Говорил тоже о работе, о странности современного общества, о светских вечерах, на которых бывал с Рози. Самаэль решил из вежливости не спрашивать, кто она такая. Вдруг у Аластора зазвонил телефон, который выглядел гораздо современнее, чем его обладатель. Радиоведущий приложил аппарат к уху. -Привет, Рози, со мной всё хорошо, - сказал Аластор, -Ничего страшного, я всё понимаю, работа. Если будет что-то срочное, то позвони, я вернусь, дело серьёзное, всё таки, - добавил радиоведущий. Люцифер слышал только те фразы, которые говорил Аластор, поэтому не мог понять о чём тот говорил с некой Рози. -Жена? - спросил Самаэль, когда Аластор убрал телефон. Люцифер старался сказать это как можно более спокойно, голос всё равно немного дрожал. -Нет, подруга, - спокойно ответил Аластор. Самаэль немного расслабился. "Кошмар, я не хочу счастья для другого человека из-за своей зависти" - поругал сам себя Самаэль. -А Вы что без жены летите, сбежали? - с ухмылкой спросил Аластор, глядя на кольцо на безымянном пальце Люцифера. -Я разведён, - коротко ответил Самаэль. Теперь ему наоборот хотелось паузы в разговоре. Зато Аластор вошёл во вкус. -Куда летите? - спросил радиоведущий. Люциферу пришлось ответить, и, вскоре, он вновь разговорился, но теперь уже о планах на отпуск. Выяснилось, что они с Аластором забронировали номера в одном отеле. У Люцифера это вызывало смешанные и даже радостные эмоции, а Аластор понимал одно - будет весело.