Одержимость

Изуку смотрит прямо в кроваво-красные омуты и видит в них то, что замечал всегда, но считал это чем-то обычным для этого человека - одержимость. Томура одержим им до одури. Это не может не пугать. И парень разумом понимает, что нужно бежать, иначе его уничтожат. Уничтожат в этой одержимости. Но тело сковывает страх того, что, бросив его, Мидория станет последним предателем. Поэтому он остаётся на месте, позволяя себя травмировать ещё больше. А сердце стучит быстро-быстро, заставляя тянуться к этому рехнувшемуся ближе. - Изуку... Шигараки безумен. Безумен в том, насколько же он легко разрезает чужую плоть. Смеётся как последний сумасшедший и притягивает парня к себе поближе, продолжая выводить ножом на его руке буквы. Но Изуку не отрицает, что с каждым мгновением становится таким же психом. И, скорее всего, он уже мазохист. - Изуку... Ты прекрасен. - Томура откидывает нож в сторону, дико улыбаясь. - Изуку... - Притягивает чужую руку к своему лицу, слизывая с неё кровь. - Не надо... Ты ведь не знаешь, чем я могу болеть... - Мидория всхлипывает, целуя макушку мужчины. В душе будто цветы распускаются. Приятно. - Ты чист. И я это знаю. - Сумасшедший. У Шигараки губы все обветренные. Плоть с них слезает, становясь сухой, тем самым добавляя новых ощущений. Царапает кожу руки. Всё так... Странно. - Изуку... - Я здесь. Я с тобой. Изуку щурится, улыбаясь, только сейчас понимая, что мужчина вырезал на нём своё имя. Собственник чёртов. У Томуры лицо всё в крови и это придаёт ещё большей дикости его виду. Волосы так же умазаны. От этого бабочки в груди трепещут, пытаясь пробиться сквозь рёбра. Разум уходит куда-то на второй план, оставляя только пьянящий дурман. И парень решает остаться. Остаться навсегда, уничтожая самого себя в клетке чужой одержимости.