Небесный бард

Битва представителей Аркобалено подходила к своему завершению, большинство команд было побеждено и на площадке остались только представители Реборна и Вендиче, но, почти начав сражение, им пришлось остановиться из-за громкой песни, что заиграла будто бы со всех сторон: Время нас, Король, не ждёт Год на лето повернёт Повернёт на полдень ночь Дикий Гон умчится прочь

Дикий Гон вернётся вновь

Лай собачий, стук подков

Но покуда длится день

Будет верен Филидель

Ты морозен и искрист

Господин мой Остролист

Ныне мы узреем вновь

Как алеет в листьях кровь

Как алеет на холсте

В горло сбитый свиристель

Повелитель певчих птиц

Зимних радужных зарниц

Ох и тяжела рука Старца-Можжевельника Кудри-ветви на плечах Совы дремлют на ветвях

Совы дремлют на костях

Над болотом дым и прах

Славный крепкий пьяный дым

Обернёшься — жди беды

Ты хозяин верных слов

Господин Чертополох

Ветер северных племён

Мастер истинных имён

Мастер истинных мастей

Что крапивника в гнезде

И окутает теплом

И шипом пронзит крыло

Время нас, Король, не ждёт Полдень на ночь повернёт От начала ноября В небо смотрят три царя

В небо смотрят три жреца

Кто с тобою до конца

Кто поклялся быть с тобой

Я с тобою, мой Король

Я с тобою, мой Король

Казалось, что сам мир подхватил мелодию, подпевая неизвестному исполнителю. И в то же время недалеко от площадки собирался видео из рыжих искр и кленовых листьев. Под конец из него вышел молодой мужчина со скрипкой, одетый в тёмно-синий сюртук, поверх которого по плечам неизвестного стелился чёрный плащ с мехом на капюшоне, сейчас болтающемся за спиной, с подкладкой в расцветке ночного неба. Если бы Тсунаёши не был бы сейчас в трезвой памяти, он бы мог списать на галлюцинацию то, что нарисованные звёзды сверкали и перемещались по внутренней части плаща. Волосы мужчины были собраны в высокий хвост, а затылок выбрит. Одно ухо у него было проколото и к плечу спускался сияющий янтарный кристаллик на цепочке. Глаза его задорно светились ярко-жёлтыми огнями, на устах была лёгкая, но искренне счастливая улыбка. Он с любопытством осмотрелся и, заметив Шахматноголового, помахал ему, опустив скрипку и направился ему, когда его звонкий, но при этом глубокий голос раздался в пространство: — Salve, Кавахира! Я наконец-то вернулся! Ты не представляешь, что я видел. Прости что так долго, меня закинуло в другую вселенную. Там совсем нет пламени, так что мне пришлось искать местный эквивалент. Ты представь, nebbia, там есть маги! Как в сказках. Я даже завёл пару знакомств и меня чуть не съел цербер. Но он оказался таким лапочкой, даром что размером с дом. И я. — его речь прервал сам шаман, отошедший от шока и в мгновение ока оказавшись перед мужчиной, заключив того в объятья. — Mio Dio, Diavolo! Ты жив! Жив, Чёртов ты сын! Ты хоть знаешь, сколько времени прошло? Тебя не было грёбаные три века! — его экспрессивная речь перешла на агрессивный шёпот куда-то в макушку парню, пока тот неловко похлопывал его по спине — Прости, Хиро, я не мог выбраться сам. Меня выбросило на окраины нашей вселенной, на самую границу. Я попался в руки аватару Смерти, милейшая барышня с цепкими ручками, она запрягла меня помочь её потомку, оставшемся последним в роду и пострадавшем от старого маразматика! Я даже не знал, что у аватаров богов могут быть дети. А что они натворили с мелким? Они буквально ограничили его ядро, закрыли в чулане и до одиннадцати лет гнобили! А потом этот гад предстал перед моим подопечным этаким добрейшим дедушкой! Я потом тебе всё расскажу, а сейчас я хочу представить вас друг другу. — Подожди минутку, мне и надо вытащить его в наш мир, всё-таки путь был не проверен, так что я протестировал его первым, — мужчина отлип от Шахматноголового, пока тот всё ещё растерянно, как и все вокруг смотрели на него. Тсуна мысленно сравнивал себя с тем неизвестным знакомым этого существа (ведь люди не живут больше трёх веков), и выводы были неутешительными. Слишком много совпадений. Но он разберётся с этим позднее, а пока что его интересовал человек, имеющий похожую на его судьбу. Мужчина как раз подошёл к месту своего появления, прочертил в воздухе несколько символов и прочитал речитативом пару строк, после чего перед ним снова закружил вихрь, на этот раз зелёный, с листьями, подходящими остролисту, и оттуда вышел подросток не выше самого Савады, с чернильно-чёрными растрёпанными волосами, изумрудными глазами, спрятанными за очками велосипедами и одетый в сюртук, схожий с тем, в который был одет первый, но просто чёрный. Быстрым движением сбросив с головы листья, тот робко улыбнулся окружающим и что-то затараторил на неизвестном Тсуне не языке. Потом тот понял, что его речь непонятна и перешёл на итальянский. — Хм, прости, всё никак не привыкну, что ты не всё понимаешь на английском. Нужно было починить тот переводчик, я бы управился за парочку дней. — Ага, и закопался бы в мастерской на ближайший месяц. Ты прикинь, я не был дома три столетия! А в твоём мире прошло всего тридцать лет. Я так соскучился по приличному рамёну, и не спорь, то что готовят у тебя ни в какое сравнение не идёт с тем, что делает Кавахира. Я обязательно у попрошу его приготовить для тебя порцию, отвечаю, тебе понравится. Но это позже. Идём, — они вместе прошли к шаману, который с интересом смотрел на новое лицо, но в разговор не лез, — Гарри, это Кавахира, шаман Тумана, мой старший братишка и хранитель Три-ни-сетте. Хиро, это Гарри Певерелл-Поттер-Блек, глава трёх родов, Повелитель Смерти, дитя аватара Смерти, мой подопечный, артефактор и некромант. Он помог мне вернуться к тебе, а также обещал посмотреть на Три-ни-сетт, ей давно уже пора обновиться, а приличных артефакторов кроме Талбота у нас не водится. Да и тот уже разваливается по запчастям, если не умер окончательно. И у него в мире есть классный огневиски! Даже меня пробрало, а ты же знаешь, что алкоголь мне как вода. Короче, впереди много работы. А ещё я надыбал новых рецептов из их магической кухни. На днях приготовлю вам пудинг-крик и кусачки шарлотку. Если укусишь её до того, как она покусает тебя, то она заискрится! Представь какой простор для фантазии. Кстати — юноша оглянулся, ища что-то или кого-то — а что происходит? И где малышка Сепира? Где моя маленькая всевидящая фея? — мужчина огляделся ещё раз, будто только заметил посторонних, хотя по его взгляду было понятно, что так и есть. Кавахира отвёл взгляд и заговорил тише. — Сепира оставила нас, Ие-кун. Три-ни-сетте было совсем плохо, достаточно чистого Неба не было, поэтому она взяла эту роль на свой род. Она погибла спустя семьдесят лет после того как ты пропал, — он замолчал, а Ие-сан, если это его имя, растерянно хлопал ресницами, уставившись на шамана. Лицо его посмурнело, огонёк в глазах слегка потух и голос его приобрёл хрипящие нотки — Я опоздал, да? Она взяла пустышку Неба на себя и та выпила её. Diavolo, я слишком невовремя попал в ту чёртову воронку, — пробурчав что-то нечленораздельное, он повернулся к Гарри и продолжил уже более живым тоном — Мелкий, кажется у нас сдвигается график. Времени на отдых не остаётся, чем быстрее ты подлатаешь Тринни, тем выше вероятность выживания мира. Сепира не должна была забирать себе пустышку ещё лет сто с учётом тех трёхста, но кажется, расчёт был неверным. — и, осмотрев присутствующих, проговорил уже тем — кто из вас является хранителями остальных пустышек, колец Маре и Вонголы? У вас есть отличный шанс спасти наш мир от преждевременной кончины, избавиться от пустышек и расширить силы. Про плюшки от системы не знаю, у Три-ни-сетте плохо с фантазией. Поторопитесь, переход занял у меня слишком много сил, и я, честно говоря, сейчас должен отдыхать недельки две и восстанавливаться. — когда никто не сдвинулся с места, мужчина выругался и попросил шамана переместить к нему вышеназванных, ведь «чем быстрее мы закончим, тем ближе я к дивану». Через минуту перед ним уже стояли дезориентированные Аркобалено, Бьякуран Джессо и Тсунаёши с его хранителями, которых мужчина расставил по кругу, а сам встал в центр, пригласив к себе Гарри — процесс затянется на пару часов, вы пока можете задавать вопросы с условием того, что не сдвинетесь с места и не будете мешать. Разбираться с древним артефактом весьма сложно, так что, пожалуйста, не портите нам работать. Вам это всё-равно вреда не нанесёт, пламенем клянусь. — Что ты такое? — Верде как всегда не выдержал первым, ведь новые данные были слишком ценны — Если коротко, то я шаман Неба, небесный бард, названный брат Хиро и его Cielo. Три сотни лет назад попал в пространственную аномалию и перенёсся в другую вселенную. Зовут Иетсуной, но предпочитаю сокращение — Почему ты так похож на Тсунаёши? — мда, Реборн из них самый внимательный. — В параллельном мире я прихожусь ему родным братом — и пока остальные выпали в осадок, Иетсуна хитро улыбался — Почему ты не остался в том мире, а пришёл в наш? — Мм, я был не очень нужен в том мире, а Хиро предпочитает жить в этом. Если бы его здесь не было, я бы тоже сюда не пришёл — Как ты связан с Шахматноголовым? — о, Бермуда всё же соизволил заговорить — Он спас мне жизнь, когда мои хранители решили предать меня и перешли к брату. Как известно, Небо без хранителей долго не живёт, а брошенное ещё и испытывает при этом агонию. К моему счастью, связь с Туманом у меня была не сформирована до конца, поэтому Кавахира, как только узнал, что я шаман, помог мне выжить и занял место хранителя. Позже мы стали названными братьями, он буквально забрал меня из нежных ручек Предвечной Госпожи. — Моу, ты поэтому не мог занять место Неба Аркобалено? Ты сам сказал это, узнав о Сепире, — запомнить, у Вайпер очень чёткий слух, улыбка мужчины надломилась — Кхм, да, я до некоторого времени был Мёртвым Небом, а так как связи с хранителями у меня выжжены, то и завести новые я не могу. Говорю же, мне очень повезло выжить. Если бы не это, я мог бы вполне спокойно и безболезненно занять место малышки Сеппи. Я тоже хочу спросить. Почему вы выглядите как младенцы? По идее, если вы выполнили условия, то должны были лишь пару лет сбросить. — Какие условия?! — о, кажется коллективное сознание у них имеется — Да обычные. Прожить вместе примерно полгода, установить связь с Небом и друг с другом, начать обмен пламенем по этой связи. Тогда концентрация пламени возрастает и уже её Три-ни-сетте забирает через Небо. — Да кто бы знал. Нас просто заперли в одном доме на год, а потом наступило проклятье — Так вам же объявили, что вы теперь семья Аркобалено. Понятие Семьи и так эти действия подразумевает. Или за время моего отсутствия что-то поменялось? — не, он реально недоумевал, смотря на помрачневших младенцев. — Кстати, если Вендиче хотят разобраться со своей проблемой, вы можете обратиться к Гарри, он некромант, и за определённую цену может её решить. Берёт знаниями и артефактами. В этом мире он проездом, поэтому применять их здесь не будет, а если у вас есть то, что нужно, но некуда скинуть, то у него большой подвал-хранилище и несколько недоступных ни для кого ячеек в гоблинский банке. Эти скряги ничего не отдадут, а взломать их сейфы нереально. — Кто-нибудь хочет чаю? Я могу раздобыть, моё присутствие здесь не обязательно. — получив кивки и просьбы о других видах напитков, Иетсуна исчез и появился через пару мгновений, но уже с чашками и несколькими подносами с закусками. За чаем и тихими разговорами прошло ещё несколько часов, пока не раздалось победное: — Я закончил! Какой косорукий идиот её строил? Там косяк на косяке, она вообще непонятно как работает. Мне буквально пришлось её перепрошивать. Но теперь починка не потребуется, пока у вас работает система с пустышками. Я там подкрутил кое-что, если вы будите соблюдать все условия, то вполне сможете вернуть прежний облик и молодыми останетесь ближайшие лет сто. Потом можно отдать пост новому поколению, как раз успеете их найти и подучить. Силы теперь так яро тянуть не будет, Небо проживёт столько же, сколько и Аркобалено и умрёте вы все в один день! Иетсу, где там мой обещанный чай? И печеньки! — забрав заслуженное у шамана Неба, Гарри примостился рядом с ним, облокотившись на его плечо и свободно вздохнув, прошептал — я справился за три часа, ты проиграл. Я сегодня сверху — и пока самые остроухие ошарашенно смотрели на парочку, те тихо поглощали печенье. Лишь древний Туман горестно вздохнул, поняв, что внуков/племянников не дождётся, хотя Иетсуна и не являлся его кровным родственником. На эти мысли Гарри лишь подмигнул ему, тихо сообщив, что ему ещё свои рода продолжать, а то что они они оба парни, не является проблемой. В его мире и не такое можно встретить, зелья для данной проблемы имеются. Так что через парочку десятков лет они нагуляются и угнездятся в его родном особняке. Подслушивающие их диалог медленно впадали в каплю и так же медленно из неё выпадали, понимая, что этот день у них был весьма насыщенным и нереально странным. А после слушали песни Иетсуны на скрипке, в игру которых он добавлял пламя, что прибавляло в них какого-то волшебства. Получалось замечательно, не зря же его прозвали Небесным бардом. Кавахира же на радостях машинально запускал искусные иллюзии, радующие глаз.