my neighbor

Не так давно все изменилось. Их взаимоотношения стали другими, необычными и непривычными. И вот сейчас сидя бок о бок с некой брюнеткой как Ким Дженни в библиотеке, плечом к плечу, и читая какую-то дорожную романтику, Лиса сильнее всего чувствовала изменения, которые произошли между ними после той злополучной ночи. Ким было непривычно от чужих прикосновений, но она была более лояльна к этому, если блондинка просила о контакте с ней. Лиса пыталась придерживаться, и не нарушать личные границы своей соседки, но со временем желание хоть какого-то взаимодействия с брюнеткой всячески сводило её с ума. Поначалу она держала всё в себе, но терпение иссякало. Осмелив себя, блондинка попросила брюнетку о маленькой просьбе, и та согласилась, раскрывая свои руки, но с условием того, чтобы это не длилось долго. Но к удивлению блондинки, сразу же набросившейся на девушку чуть пониже, объятия длились столько, сколько она желала, не отпуская, обхватывая её шею и трясь носом о нежную кожу возле бьющейся артерии, Лиса блаженно выдохнула. Девушка что выше ростом, чувствовала чужие лёгкие и холодные прикосновения на своей талии. Этот жест заставлял бабочек в животе оживляться и летать по всему желудку, доставляя трепет своей хозяйке. Этот трепет она испытывала только с этой несносной и стервозной девушкой. Только с ней. Она заставляла её раздражаться, но только её взгляд, её прикосновения, её мелодичный голос заставляли Лису расплываться в глупой и нежной улыбке. Эти изменения произошли не так давно, и поначалу Лиса даже испугалась этого, ибо новое всегда пугает. Но со временем она начала привыкать к таким изменениям. Недавно же она рассталась с Джонхваном. Она не хотела травить бедного парня лживой любовью, скорей навязанной ей обществом и стандартами, заложенными в нем. Блондинка поняла, что пропала на несколько минут, смотря на пронизывающие душу глаза. Такие пленительные кошачьи глаза. Блондинка медленно прикрыла свои глаза, наслаждаясь близостью с ней. Она понимала, что вряд ли когда-нибудь осмелится поведать Дженни о чем-то таком сокровенном и в тоже время до безумия болезненном, потому решила просто быть рядом. Быть на ее стороне. Быть просто с ней. Ей не нужно было даже смотреть в сторону Ким. Лиса успела изучила ее вдоль и поперек за почти что год. Впитала все привычки и все незначительные мелочи брюнетки. Она знала, что Дженни сейчас смотрит на неё, чуть наклонив голову в бок, как делала это всегда. — Лиса? — Мхм, что такое? — лениво и с ноткой усталостью произнесла ранее упомянутая девушка, открывая свои недавно прикрытые глаза. — Ты задремала. — утверждает Дженни, поправляя её чёлку. Словно ветер пробежался по её волосам. Совсем незаметные прикосновения. Только сейчас блондинка поняла, что неосознанно положила голову на плечи Ким, витая в грёзах. Она не спешила убирать ее, продолжая беззаботный разговор — это проблема? — тихо спросила девушка. — Не знаю — проговорила Дженни, невесомо кладя руку на талию блондинки – но мы обещали твоим друзьям поужинать вместе. Нет? Лиса глубоко вздохнула, припоминая что-то подобное и нежась в полуоъбятии брюнетки. Она посмотрела в окно, через которое просачивались вечерние лучи солнца. Они нежно падали на ее лицо, заставляя щуриться, прижиматься ближе к Ким, пытаясь спрятаться в тень, в которой она уютно расположилась, совсем не желая выныривать из объятий. Ким Дженни, поняв настрой девушки, тихо заговорила, делая хватку на талии ощутимее — Хорошо. Посидим еще немного. Её слова проникали в голову, унеся её обратно в сладкий дрём.

***

Это был все еще теплый осенний день. Лиса с друзьями сидела на небольшом покрывале в клеточку и тихо беседовали. Не хотелось нарушать такой спокойный безмятежный момент. Дул совсем легкий ветер, и блондинка расположилась у большого раскидистого дерева,ощущая даже через мягкий белый свитер грубую многолетнюю кору дуба. Её подруга Джису, нежно перебирала волосы Розэ, что закрыв глаза, лежала на коленях у невысокой ростом брюнетки, иногда высказываясь по поводу веселых историй своей девушки. Она добавляла еще больше деталей в её рассказ, делая его совсем как в книжках — увлекательным и немного волшебным. А Джису жаловалась, что та больно уж и преувеличивает, заставляя Лису тихо хихикать, очарованная их милости. Она наслаждалась мини-пикником с друзьями, но отсутствие одной девушки её немного расстраивало. Лиса также хотела перебирать черные как у вороны волосы, ощущать её сердцебиение, её жар тела. Хотелось переплести свою горячую ладонь с её, всегда холодной, ощущать как кончики её пальца нежно поглаживают её собственные. И понимать, что твоя ладонь больше чем её, что она творила невероятные вещи, несмотря на хрупкость пальц и запястей. Немного погодя, Лиса слышит шелест листьев, а затем приближение шагов. — Я могу присоединиться? — слышится, где-то со стороны. Лиса поворачивается на голос, встречаясь с черными омутами, спокойно глядящими в ответ. Она глупо улыбается и хлопает рядом с собой, ничего не говоря. Дженни кивает, но вместо того, чтобы сесть на свободное место, она отводит руки блондинки, и садиться между её ног, откидываясь назад и немного ерзая, принимая удобное положение. Манобан замирает, чувствуя своё собственное и быстрое сердцебиение. Она краснеет от шеи до самих кончиков ушей. Лиса благодарила всех богов, что Дженни не видит, как она покраснела, совсем как спелый помидор. Брюнетка же в свою очередь берет одну из отброшенных ранее рук Лисы и кладет её себе в районе живота, а вторую переплетает со своей. Ким заходит в соцсети, листая ленту Инстаграмма, показывая всем видом, что ей неинтересен их разговор. Лиса вздыхает, легонько посмеиваясь, и немного осмелев, нежно целует девушку в висок, вдыхая аромат ее шампуня. Блондинка возвращает свой ранее прикованный взгляд от Дженни обратно к Джису, что насмешливо смотрела на неё, а Розэ уже предвкушала будущий допрос по поводу их отношений с Ким Дженни. Но Лиса отмахивается от этих глаз, заводя новую тему для разговора, где Розэ с искрой в глазах, активно жестикулируя рассказывала про их с Джису поход в Японию.

***

Рассерженная Лиса была прекрасна. Сведённые к переносице брови скрытые за светлой чёлкой, сжатые в тонкую линию губы, но Дженни не хотелось видеть её таковой. Она хотела вновь увидеть её улыбку, её теплый и нежный взгляд, услышать её переливчатый смех, но она понимала, что сама стала причиной такого настроения Манобан, ведь девушка сама полезла в драку с одной нахалкой, нагло подкатывающую к блондинке с оленьими глазами. Она знала, что поступила не правильно, когда просто вот так вот оттолкнула девушку от Лисы, набрасываясь на неё, не контролируя свой гнев. Но та явно была не промахом, и врезала Дженни в лицо, отталкивая её от себя. Ну а потом все завертелось, так что саму драку Ким помнит с трудом. Так, короткими обрывками. Единственное, что Дженни помнит отчетливо — это хрупкие руки, утягивающие её разъяренную в комнату. И в конце они сидят на кровати Дженни в гробовом молчании, прерываемой лишь копошением Лисы в аптечке, в процессе кропотливой обработки, содранных костяшек брюнетки. Блондинка злилась. Сильно злилась, и Дженни явно это понимала, замечая, что девушка перед ней не взглянула на неё ни разу с того момента. — Я считаю, что поступила правильно. — Первой нарушает тишину Дженни. — Никто и не спорит. — Раздражённо ответила Лалиса, — Но, Джен, с ней можно было и поговорить, а не вот так вот набрасываться на неё. — голос смягчается, когда блондинка произносит имя Ким. — И не устраивать эту драку. — Такая имбецилка как она, даже если бы я объясняла все как пятилетке, ничего бы не поняла! — рявкает брюнетка, перенимая настроение блондинки, — быстрее было просто поставить её на место, — добавляет она отворачиваясь. Смотря куда угодно, но не на Лису. — Дженни! — Строго зовёт её блондинка, надавливая ватным диском с перекисью на окровавленные костяшки. Ким неслышно шипит, и вновь поворачивается к Манобан, ощущая себя пристыженным щенком. — Что? — буркнула себе под нос Дженни, заглядывая в темно-карие глаза. Лиса смотрит в ответ так пристально, как будто хочет разглядеть там что-то, но после вздыхает и наклоняется, кладя голову на плечо брюнетки, от которой несло приятным запахом лаванды. Горячее дыхание опаляет кожу и вызывает табун мурашек. В желудке активно начинают летать бабочки, вызывая легкий испуг, но потом неизбежное привыкание к этому. Лиса молчит пару минут, а затем говорит, — Пожалуйста, не делай так больше. — Умоляюще произносит блондинка, крепче сжимая руку брюнетки в своей собственной. И Дженни обещает себе, что постарается больше не вызывать таких реакций у своей соседки по комнате.

***

Была ночь. Шуршание листьев под ногами, стрекотание сверчков, где-то спрятавшихся в траве и кустах. Дженни уже не первый раз нарушавшая комендантский час, возвращается в общежитие под умиротворяющий шум ночи. Ей нужно быть тише, открывая дверь в их с Лисой общую комнату, ведь Манобан наверняка уже спит, морща нос от порыва ветра, что проникал через открытое окно. Но на удивление, зайдя в комнату, Дженни не обнаруживает Манобан на привычном спальном месте. Вместо этого она стоит на балконе, облокотившись на парапет. Свет луны нежно освещает блондинистые волосы высокой и стройной фигруы, делая их золотистыми в свете луны. Дженни тихо подходит к девушке и кладет руку ей на спину, легонько поглаживая. Но Лиса не вздрогнула, а лишь тяжело выдохнула, заговаривая с ней. — Ты сегодня поздно, Джен. — шепчет Лиса, выпрямляя спину, и разворачиваясь к Дженни лицом к лицу. Она всегда приходила около двенадцати часов ночи, но сегодня явилась в два часа ночи. — Так ли важно, во сколько я возвращаюсь? — так же тихо спрашивает Дженни, шепча и рассматривая мерцающее в лунном свете лицо Лисы. — Для меня, да. — говорит блондинка, возвращая свой взор на растущую луну, а потом тихо добавляет, — Не могу уснуть без твоего присутствия. Дженни опешила, услышав её слова. Они пронзили её, как будто стрела. Прямо в самое сердце. — Но все прошлые разы ты... — начинает девушка, все еще задыхаясь от услышанного. — Не спала. Всего лишь притворялась. — Перебивает её Лиса, возвращая свой взгляд на лицо Ким. Она хихикает, утверждая, — Ты покраснела. — Что? Я... не... — начинает Дженни, но еще больше краснеет, беспомощно опуская голову и, пряча её в плечах хрупкой девушки перед ней, перемещая свою руку на её талию, – я не покраснела, – вновь пытается она, на что слышит лишь ещё больше хихиканья со стороны блондинки. Когда Лиса смеётся, брюнетка чувствует вибрацию её тела, понимая, что ощущать это также приятно, как и ощущать все прикосновения блондинки к ней. С недавнего времени брюнетка поняла, что зависима от них. Они горят огнём на её коже, сжигая изнутри тоже. И Дженни ни за что не променяла бы их, ни на что другое. Пусть от прикосновений Лисы её кровь будет бурлить, а сама Ким краснеть до самых кончиков ушей, но от этого она будет желать их лишь сильней. — Дженни, — вновь зовет её блондинка, чуть ли не мурча от таких откровенно нежных прикосновений со стороны Ким, – идём спать. — говорит она, выпутываясь из полуобьятий, и таща Дженни за собой в кровать. И то, что сегодня они будут спать вместе, в кровати блондинки, в теплых объятиях друг друга ничего не значит. Совсем ничего. Ведь так?