Просто шутка

***

Влад с Костей шли по пустынному московскому переулку. Уже время близилось к полуночи, и встретить прохожего — редкость, так как завтра все-таки рабочий день. Парням бы тоже стоило отправиться домой, чтобы поскорее уснуть, ведь завтра съемки начинаются в восемь утра. Влад шел нога в ногу с Костей, опустив голову и сунув руки в карманы своей дубленки. Капюшон серой толстовки не так уж и хорошо согревал Коноплева, но все равно, парень получал какое-то удовольствие от ледяного ветра, что проползает под его одеждой. Холод хоть немного отрезвлял Влада как ото сна, так и от навязчивых пошлых мыслей, которые лезли в его голову. И, конечно же, эти мысли были о его обожаемом Косте, что бодро шагал рядом, записывая очередной кружочек в свой телеграмм-канал. Коноплев лениво поднял голову, печально оглядев Плотникова. Влад прекрасно знал об образе жизни Кости, от которого здоровье его все ухудшалось и ухудшалось, хоть Плотников и не подавал никакого вида. Худое тело, от чего одежда висит мешком, бледное лицо с синяками под глазами, которые Костя усердно замазывает, дрожащие руки с костлявыми бледными пальцами. Влада безумно раздражает то, как Плотников забил на себя, отдав всю свою жизнь съемкам. По ночам он учит тексты, порой и вовсе остается на съемку ночью, а иногда не спит из-за бессонницы. Коноплев всегда старался вразумить Костю, что такой образ жизни доведет его до скорой смерти, но Плотников лишь усмехался и отмахивался, мол: «да у меня скоро выходные! Вот и отосплюсь…». Вырвало Влада из мыслей тихий и приятный голос Кости: — …Тут рядом со мной Владя, — Плотников направил камеру телефона на Коноплева, а светловолосый парень устало поднял ладонь вверх — идем мы к нему домой. Нет, не потому что мы любовнички, шутники! А может и… Костя обернулся к Владу и остановил запись кружочка, отправив его в свой канал. Плотников рассмеялся, пряча глаза. Коноплев с трудом натянул на себя лживую улыбку, чувствуя, как в душе потихоньку расстилается холодный туман. — как думаешь, Владь, мы бы с тобой были красивой парой? — неожиданно спросил Плотников уже с какой-то неистовой серьезностью в его голосе. Коноплева передернуло. Он тряхнул головой, чувствуя как в груди учащается ритм сердца. В нем загорелась надежда, что, а вдруг после его ответа «Да», Костя предложит ему быть вместе… — Возможно, — глухо ответил Влад, сглотнув ком в горле. Плотников рассмеялся, шмыгнув носом, и опустил голову. И вновь повисла неловкая пауза. Но кажется была она неловкой только для Коноплева. Он чувствовал привязанность к Косте, которую сначала смахивал на обычную дружбу, что нуждается в нем, как в друге, а потом понял, что не как в друге… понял это после внезапного поцелуя, что произошел, когда Плотников был пьян. Костя же наутро все забыл, а Влад помнил прекрасно и хотел вновь почувствовать теплоту и вкус его нежных губ. Коноплев долго вспоминал этот момент, пальцами касаясь своих губ, печально глядя в пустоту, от которой становилось страшно. Он прикрывал глаза и вспоминал, как Костя нежно положил ладонь на щеку Влада, как он улыбался, что- то ласковое шепча на ухо, как медленно накрыл его губы своими, страстно их зацеловывая. А ведь Коноплев и не сопротивлялся, хоть и был трезв, как стекло. Он лишь при обнимал Костю за талию, тянув его на себя, вновь и вновь углубляя поцелуй. С тех пор и вовсе Влад не может существовать без Плотникова… — замерз? — внезапно спросил Костя, заметив, как Коноплев вновь подрагивает, встряхивая головой. — есть такое, — уныло ответил Влад, стараясь отогнать мысли. Плотников фыркнул со смешком, обойдя Коноплева и снял с себя черный шарф, бережно повязав его на шее друга. — не надо, Кость…сними… — Влад схватился пальцами за шарф, стараясь потянуть его с себя вниз, но Плотников перехватил ладонь Коноплева, покачав головой. — застегнись, балбес. Твоя крутость никуда не пропадет, — лишь усмехнулся Костя и, не дождавшись каких-либо действий от Влада, самостоятельно застегнул его дубленку — еще симпатичнее стал, — с придыханием в голосе прошептал Плотников, и они продолжили путь. — Владь, чего у тебя и вправду нет девушки? Я то не раз видел, как на тебя заглядываются красотки, но ты их все время отвергал. Неужто появился кто? Красивая блондинка с голубыми глазами? А может брюнетка с талией песочные часы? — все мимо, Кость, — глухо ответил Коноплев, шумно шмыгнув носом. — а кто тогда? Я, что ли? — рассмеялся Плотников, но Влад в этот раз молчал. Лишь сильнее нахмурился. Костя забеспокоился такой реакции, так что добавил — Владь, это просто шутка! Ну ты чего? Коноплев тяжело вздохнул и поднял голову кверху, посмотрев в мрачное небо, закрытое темными и густыми облаками. Он чувствовал запах Кости с шарфа. И пах так только он… и запах этот невозможно забыть, как бы этого не хотелось. — да нет… это не просто шутка, — обреченно ответил Влад и про себя сказал: «сейчас или никогда» — это и есть ты. Повисла пауза. Они остановились. Плотников молчал. Он обреченно поднял глаза на Коноплева, шепотом прохрипев: — ты же шутишь? Но Влад едва заметно покачал головой, поджав губы, что они побледнели. Они молчали, просто смотря друг на друга. Коноплев все хотел что-то сказать, но почему-то у него не выходило ни слова. Он просто смотрел на Костю, выжидая, что тот его отвергнет и уйдет. А может первым уйдет Влад… В какой-то момент взгляд Плотникова поменялся на такой же веселый и добрый. Он отвел взгляд, скромно улыбаясь, а следом положил руку на Владину щеку, точно так же, как было при том поцелуе, медленно сделал два шага вперед и вновь утянул его в чувствительный поцелуй. Коноплев почувствовал, как по телу бежит колкая дрожь, как руки сами собой поднимаются вверх, обнимая худое тело Кости, как поцелуй становится все напористее и напористее. Сердце начинает биться быстрее, глаза затуманивает красная пелена страсти. Он вжимает Плотникова в стену бежевого дома, запуская свои руки в его темные волосы. Он аккуратно до касается до его кожи головы, спускается руками ниже. По скулам, по шее, по худощавым плечам, по рукам, медленно спускаясь к молнии его куртки, которую нетерпеливо расстегивает и проползает под его одежду, ухватываясь пальцами за каждый миллиметр его тела, исследуя и запоминая. Ему хотелось просто жить этим моментом, забив на то, что они прямо на улице. Он ухватился за его соски пальцами, приподняв футболку. Проложил цепочку влажных поцелуев по его груди, наслаждаясь его тихими стонами, ухватился ртом за его соски, обведя их горячим языком. — стой. стой… не здесь, — тихо зашептал Костя, нервно покачав головой, когда руки Влада ухватились за его молнию на штанах. Коноплев ухватил Плотникова за руку и завел в какую-то арку между домами, что вела в небольшой двор. Он моментально приспустил его одежду и вошел двумя пальцами в него, чтобы сначала растянуть парня. Костя взвыл и выгнулся в спине, сжав в своей руке крепко плечо Влада. Коноплев тихо зашипел ему на ухо, одной рукой поглаживая его по голове. Он медленно зашевелил рукой, войдя глубже. Пару таких движений и он вытащил пальцы из парня. Он приспустил с себя джинсы и обхватил ладонью свой член, аккуратно направив его на нежно розовую дырочку парня. Он медленно им провел по промежности и вошел во внутрь. Плотников раскрыл рот, издав тихое сипение. Он уперся своим любом в плечо Влада, обхватив его крепкой хваткой на спине. Коноплев обхватил его лицо двумя руками и впился в его раскрытые губы, из которых доносились слабые стоны. Он крепко прижимал парня к себе за талию. Уже сейчас Влад был готов излиться во внутрь Кости, но старался держать себя в руках, чтобы сильно не навредить ему физически, ведь здоровье в последнее время его подводит. Он лишь аккуратно и нежно гладит Плотникова по волосам, что-то слабо шепча ему на ухо, целуя его мочку. Костя, словно прочитав мысли и беспокойства Влада, крепко обхватил Коноплева за бедра: — Владь, я готов принять… — тихо прошептал он, мягко улыбаясь, стараясь побороть сонливость в своих глазах. — Кость, я не уверен, что… — покачал головой Коноплев, но Плотников его прервал: — я хочу… пожалуйста… — проскулил он, поцеловав губы Влада с упоением — я хочу… я готов… Он крепко вцепился в бедра Коноплева и со всей силы прижал к себе парня, прикусив губу, стараясь подавить в себе тяжелые стоны и всхлипы. Влад прерывисто ртом захватил воздух и излился прямиком в Костю, прикрыв глаза. Он почувствовал, как рука Плотникова медленно соскальзывает с его плеча, ухватившись за грудь. Коноплев сделал глубокий вдох ртом и выдохнул носом, заботливо заправив темную прядь волос Кости за его ухо. Он поцеловал его макушку и почувствовал, как дыхание Плотникова внезапно восстановилось. Стало тихим, мирным, спокойным. Влад аккуратно приподнял его лицо за подбородок и взглянул в его лицо. Костя уснул. При чем так неожиданно. Видимо, усталость и бессонные ночи дали о себе знать. Коноплев самостоятельно одел парня, аккуратно поправил его волосы и подхватил того на руки, словно тот ничего и не весит. Он старался идти с ним медленно, тихо, чтобы не разбудить. Нес его бережно, как настоящее сокровище. А Костя мирно сопел, уперевшись носом в его грудь. *** Плотников открыл глаза в чужой квартире. Небольшая темная комната. То ли шторы плотно закрыты, то ли солнце еще не встало… из-под дверной щелки горел желтый свет. Он слышал, за ней шум звяканья ложки о чашку. Костя неловко поднялся на локтях, чувствуя жжение внизу и как гудят губы. Одет он был в чью-то длинную темно синею футболку, достающую ему до бедер. — Влад… — тут же позвал он, растерянно оглядываясь по сторонам — Влад… Плотников сполз с кровати, едва передвигая ватные ноги, вышел в коридор, не с первого раза ухватившись рукой за дверную ручку. — Влад… — вновь позвал он, сощурившись от яркого света. Повернув за угол, он увидел Коноплева, сидящего на кухне с телефоном в руках, а на столе стояло две чашки с кофе, с которых клубами поднимался белый дым. Влад тут же заметил Кости и подбежал к нему, обхватив того за талию и коротко поцеловав в губы. — Доброе утро, — прохрипел Коноплев, ласково глядя в заспанные Костины глаза. — Доброе, — сонно ответил Плотников, сложив руки на его плечах. Он потерся своим кончиком носа о кончик носа Влада. — Выспался? — с заботой в голосе спросил Коноплев, заправив его прядь волос за ухо. Костя неоднозначно пожал плечам, отведя взгляд. — я хочу принять душ… — тихо, скромно прошептал Плотников. Влад тут же подал ему чистое полотенце, ласково поцеловав в уголок глаз, невесомо переползая к вискам. Костя довольно улыбнулся и скрылся в ванной. Закрыв за собой дверь, он обернулся и посмотрел на собственное отражение в большом зеркале. Почему-то он будто не сразу узнал себя и зачем-то даже помахал собственному отражению, неловко улыбаясь. Все оставшиеся съемки Костя клевал носом, сонно потирая глаза и зевая. Но с ним все время заботливо рядом вился Влад, который в перерыве сбегал ему за кофе, сидел рядом с ним, когда Плотников спал у него на коленях, объяснял ему что-то, если Костя не понимает, что от него хочет режиссер. Влад ласково перебирал пряди Кости, а Плотников смотрел на Коноплева снизу вверх. К ним подошел режиссер, сонно потянувшись. — не выспались? — усмехнулся мужчина, глядя на сонного Костю. — типо того, — ответил Плотников, прикрыв глаза. — я тоже. Всю ночь не спал! Какие-то любовнички прямо под моими окнами сексом занимались. Ну, как под окнами… у нас переход есть во двор. Там и решили. А эхо в этой арке… мама не горюй! Парни переглянулись, сдерживая смущенные улыбки и дикий смех. Режиссер на прощание хлопнул Влада по плечу и поднялся с места, оставив парней наедине. Как он ушел, то они сразу расхохотались. Оба позволяли друг другу скромные прикосновения, поцелуи, ласковые слова, пока никто их не видит. И оба нашли друг друга, и оба счастливы.