Притворство

      Это была темная и бурная ночь…       Блейк ворчала в ладонь, сидя за своим столом и не обращая внимания на Профессора Порта.       По правде говоря, сегодня был яркий солнечный день. Черт, даже было всего около 11:30 утра… Но в ее голове словно бушевала буря. Пока Профессор Порт продолжал свою часовую беседу, она посмотрела на источник своего беспокойства.       Жон Арк.       Парень, в которого она была влюблена.       Ей казалось безумием, что она все еще может испытывать что-то такое… раздражающе простое чувство влюбленности после всего, что ей пришлось пережить, но она не могла этого отрицать. Она знала, каково это — испытывать влюбленность: у нее была влюбленность в Адама, а когда она была намного моложе — в Ржавого Рыцаря из книг, и это было похоже на то, что она чувствовала тогда.       Жон был глуповат, у него было ужасное чувство моды и плохо сидящие доспехи, и Блейк знала, что в данный момент она могла бы победить его в бою с одной рукой, связанной за спиной, но… Ей нравилось его глуповатое поведение. Его ужасное чувство моды больше забавляло ее, чем огорчало… Хотя она видела, как у ее однокурсницы Коко чуть не случился сердечный приступ, когда она впервые увидела Жона.       И, если быть честной с собой, его неумение драться было интереснее всего остального. Это была довольно странная черта для того, кто учился в одной из лучших академий Охотников в мире, и она придавала ему удивительную загадочность, о которой обычно не говорит его личность и то, как он себя держит.       Не то чтобы его загадочная предыстория была причиной ее симпатии к нему… Но она должна была признать, что это помогло. Она знала, что ей нравится, и ее библиотека книг могла это подтвердить.       Дело было в том, что Жон был таким. чертовски. ПЛОТНЫМ. При всей своей искренности и умении находить и выявлять лучшее в других, в сердечных делах он был идиотом.       Первые два месяца их обучения он бегал за Вайсс, но в итоге оказался по-настоящему добр к ней во время танцев, когда поговорил с Нептуном… Не то чтобы это помогло Нептуну в долгосрочной перспективе: Вайсс поняла, каким придурком был Нептун. Тем не менее, тот факт, что он попытался помочь Вайсс, даже когда ему лучше было бы ничего не говорить? Это вызывало у Блейк большое уважение к Жону.       А еще он, похоже, был совершенно неспособен понять, что нравится девушкам. С Пиррой все было понятно: она была застенчива вне арены. Но как он упустил растущий интерес Руби, когда они столько времени проводили вместе, было почти впечатляюще… И, конечно же, была еще и она сама.       Она сделала все возможное, чтобы донести до него, что он ей интересен, но его это ничуть не смутило. Она стала садиться ближе к нему на уроках, иногда даже рядом с ним. Она старалась быть в поле его зрения, когда они занимались — или читали, в ее случае, — в библиотеке, а иногда…       Она даже улыбалась ему.       Но даже ее самые сильные методы, которые обычно срабатывали через неделю или две, не действовали на него. Он, похоже, даже не понимал, что она на него запала, но Блейк не собиралась сдаваться без боя. Конечно, не в прямом смысле, потому что она была уверена, что Пирра может разорвать ее на части на ринге, но все же в метафорическом.       Поскольку обычные способы проявления привязанности оказались неэффективными, ей пришлось прибегнуть к технике, о которой она и не помышляла. Она до сих пор помнила, как ее мама доходчиво объясняла ей этот прием, даже если ей было неловко слушать, как ее родители сходились вместе, когда она была моложе.       Сейчас ей, вероятно, тоже будет неловко, но все это будет стоить того, если она выйдет из схватки победительницей. Напротив нее раздался грохот, и она снова взглянула на Жона. Похоже, он пытался сделать крепость из учебников и карандашей на своем столе, но потерпел неудачу и обрушил все вокруг.       Блейк только вздохнула, ее щеки покраснели, когда Профессор Порт отругал его, и, остро осознавая, что ей нравится кто-то настолько глупый, как он, она недолго размышляла, что с ней не так. Но есть и плюс — Жон только что получил наказание, и это дало ей время подготовиться к изнурительному испытанию, которое ей предстояло пройти.       И первым шагом… было найти Вельвет.

***

      Жон вздохнул, выходя из класса Профессора Порта.       Мало того, что его застали за строительством книжного форта посреди урока, так он еще и получил за это наказание, сократив невероятно ценное — и, к сожалению, ограниченное — учебное время! В качестве наказания за книжный форт его задержали почти на целый час, что, честно говоря, показалось Жону немного несправедливым, ведь Янг буквально спала на несколько рядов выше него…       Но он не был стукачом, поэтому этот час ему пришлось страдать в одиночестве.       Он уже так долго сдерживался, что поход в спортзал не дал бы ему никакой разумной тренировки, поэтому Жон поспешил в библиотеку. Если у него не было времени на тренировку тела, то он мог хотя бы немного позаниматься, тем более что на следующей неделе у них был тест в классе Доктора Ублека.       Он взял несколько книг, которые были в списке для чтения — по поводу пары из них пришлось договариваться со Скаем, так как другому парню тоже нужно было заниматься, — и устроился в удобном кресле в углу библиотеки. Он собирался отвлечься от остальных, сидящих вокруг, и заняться учебой, но…       Жон опустил глаза и увидел, что на его коленях сидит Блейк Белладонна, уткнувшись головой ему в грудь, а ее ноги свесились с подлокотника. Ее темно-фиолетовый бант исчез с макушки, что произошло совсем недавно и поэтому все еще удивляло его… И она практически прижималась к его груди.       — Блейк? Блейк, что во имя Ремнанте ты делаешь?       Жон часто испытывал замешательство. Если быть честным с самим собой, то почти все время с тех пор, как он попал в Бикон, он был в той или иной степени растерян. Но это, прямо здесь, могло быть самым запутанным из всего, что он когда-либо видел.       Блейк не ответила на его вопрос, лишь чуть сильнее прижалась к его груди, и на ее лице появилось довольное и счастливое выражение, а руки она сложила на груди. И тут он услышал то, чего никак не ожидал от Блейк Белладонны.       — Нья… Жон… Ты такой уютный…       Жон не гордился тем, как напряглось все его тело в ответ на ее слова, произнесенные с зевотой. Он расширил глаза, глядя на девушку, прижавшуюся к нему на коленях, и почувствовал, как сердце заколотилось в груди. Учеба была забыта в одно мгновение, и он едва успел закрыть книгу и положить ее на журнальный столик рядом с собой.       Он знал, что не успеет ничего сделать, так как Блейк полностью перечеркнула все его мысли. Черт, да она взорвала чертов вокзал! — Б-блейк? Что происходит?       Его снова проигнорировали, и он почувствовал, что начинает потеть. Что, черт возьми, она делала?! Почему она так с ним поступает?! Он представлял ее как загадочную, классную, любящую книги девушку, которая по счастливой случайности оказалась Кошачьим Фавном… Но это было безумием!       Но он не сделал ни единого движения, чтобы встать. Какая-то часть его души хотела встать, заставив Блейк сойти с его колен и дав ему возможность спросить, что, черт возьми, происходит… Но другая часть, та, что была так невероятно возбуждена тем, что такая красивая девушка, как Блейк Белладонна, обнимает его сверху, в конце концов победила.       Но долго раздумывать ему не пришлось. Уже через минуту или две после того, как он сидел так — хотя ему казалось, что прошло три жизни, — Жон увидел, как Вельвет заметила их двоих за своим столиком в библиотеке и начала двигаться к ним.       Он инстинктивно обрадовался ей, зная, что она практически ангел во плоти и может помочь ему… Но потом он вспомнил, в каком положении находится, и почувствовал, как его лицо становится ярко-красным при мысли о том, что это может вернуться в команду RWBY или — не дай братья — в команду JNPR.       Он уже мог представить, как его будет дразнить Нора…       Но, увы, он застрял. Золотое правило кошек гласило, что нельзя вставать, если кошка лежит у тебя на коленях, и это правило, похоже, действовало и на Блейк: он боролся с собой, пытаясь встать, но в итоге так и не смог.       Мгновение спустя Вельвет села напротив него, на ее лице появилось необычно серьезное выражение, которое, честно говоря, казалось скорее очаровательным, чем ужасным. Тем не менее это привлекло его внимание, и он встретил ее взгляд, прежде чем она посмотрела на Блейк.       Вельвет вздохнула и покачала головой. — Жон… Я должна сказать тебе кое-что важное.       Но Вельвет не стала бы вот так просто приходить и рассказывать ему что-то важное, если бы это ему не помогло, ведь так? Нет, она была слишком добра для этого! Руби продолжала называть ее милой, а Жон доверял Руби свою жизнь!       Иногда в буквальном смысле, но ведь он всего месяц-другой занимался борьбой с монстрами, а она была настоящим вундеркиндом, так что не стоит мелочиться! Кивнув ей, Жон попытался улыбнуться, но у него это вышло как-то неуклюже: голова Блейк снова ткнулась ему в грудь, а уши зашевелились так, что ему очень захотелось их погладить.       Но он устоял, даже если просто…       — Ч-Что случилось, Вельвет? Чем я могу тебе помочь?       Он не был уверен, почему говорит так, будто они просто собираются игнорировать Блейк на его коленях, но его мозг сейчас работал сверхурочно, причем параллельно, так что он не слишком задумывался об этом.       Девушка Кролик Фавн сплела пальцы вместе, положив локти на колени, и Велвет что-то промурлыкала, словно размышляя о чем-то. — Жон Арк… Скажи, ты когда-нибудь слышал о Фавнавской Течке?       Его глаза автоматически переместились на Блейк, потом на Вельвет, потом снова на Блейк, и наконец он заставил их встретиться со взглядом Вельвет и остаться там.       Если до этого его сердце колотилось в груди, то теперь оно выступало в роли новой звуковой системы библиотеки Бикона. Когда он заговорил, то практически пропищал.       — Д-Да, один или два раза? Но я никогда не думал, что это реально! Ты хочешь сказать…       Вельвет серьезно кивнула головой, ее глаза закрылись, словно давая понять, что девушка понимает всю серьезность этого откровения. — Это реальность, Жон, и у Блейк все уже началось. И поэтому… она выбрала тебя в качестве своего партнера. Что ты будешь делать с этой информацией?       Жон собирался ответить, но не успел, так как Вельвет вскочила со своего места и буквально отпрыгнула от него и Блейк. Он надеялся, что это не расистское сравнение, но не стал долго раздумывать над этим. После того как Вельвет обрушила на него эту бомбу занимательных фактов, она оставила его наедине с милой Блейк, изменившимся мировоззрением и выбором, который нужно было сделать.       Жон посмотрел на Блейк, которая казалась такой уютной и очаровательной, и, черт побери, красивой… И покачал головой, подтолкнув ее в плечо. Чувство вины нарастало в его груди, когда она открыла на него глаза, явно смутившись.       — Жон… Что ты делаешь, Нья?       Сердце Жона на мгновение замерло от такого прямого нападения на его рецепторы миловидности, но он не стал медлить и переместил руки с подлокотников на спинку кресла под Блейк. Подхватив ее одной рукой под спину, а другой под колени, он поднял ее — с гораздо большей легкостью, чем ожидал, спасибо тренировкам Ауры, — и резко кивнул.              Не обращая внимания на странные взгляды окружающих, Жон направился к двери библиотеки. — Я отведу тебя обратно в общежитие, Блейк. Я не знал, что тебе придется столкнуться с чем-то подобным, и мне льстит, что ты выбрала меня из всех в Биконе, так что я позабочусь о тебе в это напряженное время!       Он заметил, как Блейк оживилась при этих словах, даже когда она продолжала прижиматься к его груди, и понадеялся, что она достаточно вменяема, чтобы услышать его. Она выбрала его, чтобы помочь ей, и теперь, пообещав, он не собирался ее бросать.              Ведь Арк никогда не отказывается от своего слова.

***

      Жон Арк… Был идиотом.       Блейк только об этом и думала, лежа в своей кровати в комнате общежития, обложившись подушками и укутавшись одеялами так сильно, что даже с ее усиленной Аурой силой было очень трудно пошевелиться.       Из колонки на прикроватной тумбочке звучала аудиокнига «Ниндзя Любви», а рядом с кроватью сидел Жон с серьезным выражением лица.       — Ты хорошо себя чувствуешь, Блейк?       Блейк могла только смотреть на мальчика, который был настолько глуп, что это причиняло боль… Но больше всего она была впечатлена, даже если внутренне злилась. Ультимативная техника соблазнения Кошачьих Фавнов сорвалась! Как он мог быть таким тупым? Как он мог быть таким чертовски плотным?       На другом конце Бикона, Пирра Никос чихнула.       Она постаралась скрыть свое недовольство сложившейся ситуацией, не желая, чтобы у Жона сложилось неверное мнение. Он услышал, что она переживает трудные времена, и тут же попытался ей помочь… Пусть и не так, как она надеялась.       Боже, когда он сказал, что отвезет ее обратно в общежитие и позаботится о ней… Она поняла, что на мгновение вышла из образа, но, черт возьми, как же во имя Ремнанта иначе?!              Однако, его вопрос требовал ответа, если она не хотела, чтобы он забеспокоился еще больше. Тем более что такого понятия, как «Фавнавская Течка», не существовало. Если бы она вела себя так, будто ей становится хуже, он мог бы отвести ее в медпункт, и тогда ее план был бы раскрыт…       — Да, я в порядке… Нья.       Она внутренне скривилась от этого кошачьего звука, но останавливаться было уже поздно. Если она остановится, он может тоже это заметить, так что пока… Пока что она вела себя так, словно была маленькой кошечкой, страдающей от течки.       Жон улыбнулся ее ответу, положив руку на одеяло и слегка наклонившись. — Я рад это слышать. Я действительно хочу помочь тебе справиться с этим, Блейк, но… Ох. Я не могу, не могу позволить себе воспользоваться тобой, пока ты в таком состоянии. Мне льстит, что ты выбрала именно меня, и если ты действительно так считаешь… Тогда ты можешь сказать мне, когда твоя «Течка» закончится, и мы сможем продолжить.       Блейк сделала паузу, ее глаза обратились к нему, а грудь сжалась. Она чувствовала себя глупо из-за того, что не подумала о том, что сам Жон не захочет наброситься на нее, как только она даст ему такую возможность. Честно говоря, она чувствовала себя немного виноватой за то, что предположила это, но тот факт, что он сдерживал себя ради нее, был…       — И я посмотрел, так что я знаю, что это длится около двух недель, или около того, я думаю? Я буду здесь, чтобы помочь тебе на протяжении всего этого времени. Я не могу позволить тебе испортить свою репутацию, преследуя меня в твоем состоянии, так что через две недели ты сможешь рассказать мне о своих чувствах. Ничего не случится до того, как ты снова вернешься к нормальной жизни.       Блейк застыла на месте. Ее глаза слегка расширились, и она осознала всю тяжесть своей ошибки. Жон держал свиток в ее направлении и показывал статью, которая была развенчана много лет назад, о том, что Течка Фавнов — это нечто, с «известной информацией» по ней.       В итоге выяснилось, что она не только дико неверна, но и что компания, опубликовавшая ее, финансировалась группой по борьбе за Человеческое Превосходство.       Одним из их утверждений было то, что Фавны впадают в Жару на две недели каждые пару месяцев или около того. Так что теперь, если она не хотела, чтобы ее постыдная техника была раскрыта Жону как притворство… Ей придется вести себя так в течение следующих двух недель.       Блейк Белладонна, похоже, была идиоткой.

***

      Вельвет было до невозможности стыдно за Блейк и из-за Блейк.       На протяжении последней недели Вельвет каждый день замечала, как Блейк постоянно прижимается к Жону, изображая из себя измученного жарой Фавна. Вельвет не помнила, чтобы ее лицо было таким красным с тех пор, как они с Коко сошлись, когда она наблюдала за тем, как Блейк пытается привязать к себе Жона Арка.              В конце концов, с нее было достаточно.       Когда Блейк обратилась к ней с просьбой подстраховать ее, когда она будет пытаться пригласить Жона, Вельвет согласилась помочь. Когда Блейк объяснила, как она собирается «пригласить Жона», Вельвет возразила против такой тактики, но в конце концов согласилась и на это, когда Блейк пообещала ей, что откроет Жону правду после того, как окажется вместе с ним.       Но это?!       Это было нелепо!       Они были на людях, черт побери, даже если Жон и располагался в местах, где его трудно было заметить, если только не искать его прямо, как это делала Вельвет… Но все равно, это продолжалось уже так долго, что другие Команды начали поглядывать на нее с весельем! Сегодня утром Вельвет едва не набросилась на Блейк, после того как Коко накануне вечером поддразнила ее, спросив, стоит ли ей в ближайшее время ожидать от Вельвет течки.       И когда Жон Арк встал, чтобы сходить в туалет, оставив Блейк сидеть в одиночестве, Вельвет набросилась на девушку, с необычайной силой схватив ее в охапку.       Оторвав ее от скамейки, на которой они сидели, — она была спрятана в углу двора, спасибо Жону за попытку быть незаметным, — она несколькими мощными прыжками отнесла Блейк за угол коридора и прижала ее к стене, не обращая внимания на то, как расширились глаза девушки и она издала «мяп!», когда Вельвет хлопнула руками по обе стороны от ее головы, шепотом крикнув ей.       — Какого черта, Блейк! Почему ты все еще продолжаешь идти?!       Блейк потребовалось мгновение, чтобы понять, о чем говорит Вельвет, и ее лицо покраснело. Как ни странно, Вельвет осталась непреклонной, а Блейк застыла на месте, нервно озираясь по сторонам.       Девушка пробормотала что-то, чего Вельвет не смогла расслышать, даже благодаря своим большим кроличьим ушам, поэтому она стукнула ногой по земле. Не желая отпускать девушку, не получив ответов, она снова сделала серьезное лицо и уставилась на нее.       — Блейк!       Блейк опустила взгляд на землю и вздохнула. — Он сказал мне, что ничего не будет делать со мной во время течки, а она длится две недели. Так что, если я не хочу, чтобы он узнал правду, мне придется продолжать притворяться…       Велвет моргнула… И снова моргнула. Так она рассуждала? Именно поэтому она продолжала давать Коко повод дразнить Вельвет до конца ее жизни? Именно поэтому она продолжала быть абсолютной обнимашкой при любой возможности?       Вельвет положила руки на голову Блейк и заговорила с ней, как с маленьким ребенком… Потому что, видимо, именно с таким уровнем интеллекта работала Блейк, когда влюблялась в кого-то. — Блейк Белладонна, я клянусь братьями… Если ты не исправишь это к завтрашнему утру, я позову Коко, чтобы она показала тебе, что может сделать с человеком миниган.       Она увидела, как Блейк испуганно кивнула, явно понимая ее. Оружие Коко пользовалось дурной славой среди студентов Бикона как абсолютный Измельчитель Ауры, Измельчитель Гримм… Да что там Уничтожитель.              Это был чертов Миниган, который измельчал все подряд.       Вельвет отпустила Блейк и направилась к скамейке, где стоял Жон, который явно искал ее. — А теперь иди и расскажи ему, или я расскажу ему, после того как Коко разберется с тобой.       Блейк кивнула и убежала. Покачав головой, она зашагала прочь, ища Коко, чтобы высказаться о том, какими глупыми иногда бывают первокурсники…       Конечно, она была похожа или даже хуже в своей влюбленности в Коко на первом курсе, но… Неважно, это не имело значения.

***

      Блейк вздохнула, снова прижимаясь к груди Жона.       Ультиматум Вельвет не был по-настоящему страшным, но он свидетельствовал о том, что она слегка погрязла в собственных мыслях и вела себя глупо. Она так размышляла о стратегии и тактике, как затащить к себе Жона, и это явно причинило немало горя ее товарищу Фавну.       Так что да, она собиралась рассказать Жону правду. В какой-то момент до завтрашнего дня. Определенно… Но, конечно, она могла бы еще немного насладиться тем, как ее обнимают, прежде чем сделать это, верно?       Она закрыла глаза, откладывая проблему признания Жону в своих чувствах на потом, перекладывая ее на плечи будущей Блейк. Она сможет разобраться с этим позже, когда ей не будет так тепло, уютно и…       — Что, во имя Ремнанта, здесь происходит?       Блейк распахнула глаза, когда до ее ушей донесся пронзительный голос Вайсс Шни, и почувствовала, как под ней напрягся Жон. Переведя взгляд со своего места в обнимку с Жоном на одном из самых укромных стульев библиотеки, она встретилась глазами с Вайсс и, кляня всех братьев, взмолилась о внезапном появлении психической связи с Вайсс, чтобы она могла умолять ее подыграть ей.       К несчастью для нее, боги либо не хотели, либо не могли помочь ей выбраться из этой затруднительной ситуации. К еще большему несчастью для нее, Жон был честным парнем и быстро все объяснил.       — Я знаю, что это плохо выглядит, но у Блейк началась течка, и, хотя я отказываюсь что-либо с ней делать, пока она снова не поправится, она все еще невероятно ласкова!       Блейк сжалась в комок от ужаса, когда глаза Вайсс обратились к ней после мгновения ошеломленного молчания. Затем Вайсс посмотрела на Жона, явно ища хоть какой-то признак того, что он ей солгал… И тут она покачала головой, застыв на месте.       Сердце Блейк екнуло: на мгновение ей показалось, что их с Вайсс дружеская, нет, сестринская связь принесла свои плоды… Но надежды были развеяны, когда Вайсс остановилась в нескольких шагах от них и повернула голову обратно к ним.       — У Фавнов не бывает течки, Арк. Это все человеческая чушь. Блейк — просто социально неполноценный кретин, которая предпочитает спасать как можно больше своей гордости, а не просто разговаривать с людьми. В конце концов, вы можете быть хорошей парой. Желаю вам обоим всего наилучшего.       И с этими словами ее новый жизненный враг ушел, неприкосновенный для нее, поскольку для этого ей пришлось бы покинуть объятия Жона. Хотя… это все больше и больше походило на хороший вариант для нее, поскольку Жон молчал, а ее смущение росло.       Она пытается что-то сказать, хоть что-то… Но ее прерывают, когда Жон говорит со странной интонацией в голосе. — Вайсс сказала правду, Блейк?       Блейк на мгновение потеряла дар речи… И, наконец, просто кивнула, ее голос сдал, когда она попыталась заговорить. Она знала, что он чувствует ее кивок, так как все еще прижимает ее к своей груди… Стоп, почему он до сих пор не попытался оттолкнуть ее?       — И это значит, что с тобой все в полном порядке, верно? Ты прижимаешься ко мне по собственной воле?       Блейк лишь кивнула, почувствовав, как ее лицо стало еще более красным, а руки поднялись, чтобы закрыть лицо. Сердце заколотилось как сумасшедшее, когда на нее нахлынуло смущение от того, что она делала… И тут же остановилось, когда она что-то услышала.       Неужели… Неужели Жон смеялся?       Ее сердце слегка оборвалось от его смеха, и она открыла глаза, собираясь встать и убежать… Но руки Жона обхватили ее еще крепче, и он сжал ее в объятиях.       — Ха, хаха! Никогда еще девушка не увлекалась мной настолько, чтобы сделать это! Блейк… Тебе не нужно было делать все это, если ты хотела получить мое внимание. Ты моя подруга, и я забочусь о тебе. Если бы ты хотела сказать, что я тебе нравлюсь…       Он покачал головой и снова фыркнул, ухмыляясь так, что ее сердце слегка дрогнуло. — Есть гораздо более простые — и, вероятно, менее постыдные для тебя — способы сделать это.       Она не знала, кто первый сделал это — он или она, но через мгновение ее губы встретились с его губами, и она поцеловала его со всей силой. Это было быстро и целомудренно по сравнению с тем, каким, по ее мнению, должен был быть ее первый поцелуй… Но это было правильно.       Откинув голову на его предплечье и уставившись на него снизу вверх, она улыбнулась ему, получив в ответ фырканье. — Осторожнее, Блейк, если ты будешь продолжать так глупо улыбаться, то разрушишь свою загадочную атмосферу.              Покачав головой, она лишь рассмеялась. — Думаю, меня это вполне устроит, знаешь ли. Пока люди дают мне спокойно читать, я могу пожертвовать некоторой загадочностью ради этого.       Жон лишь усмехнулся и, кивнув, переместился на стул, чтобы им обоим было удобнее. — Вполне справедливо. А теперь… У нас еще есть время, может, ты захочешь поужинать со мной?       Блейк снова уткнулась головой в его грудь и удовлетворенно вздохнула, мысленно извиняясь перед Вельвет. Скорее всего, теперь она будет обниматься больше, а не меньше. — Для начала еще пять минуточек…       Жон снова слегка сжал ее в объятиях и поцеловал в макушку между кошачьими ушками, причем улыбка в его голосе была слышна даже с закрытыми глазами. Откинувшись назад, она почувствовала, как он пытается занять максимально удобное для нее положение, и улыбнулась.       — Звучит как план, Блейк. Звучит как план.