Его спокойствие

      - Ненавижу пробки! - воскликнул Сяо Чжань, в сердцах стукнув кулаком по рулю. Он сразу же поморщился то ли от неприятного хруста в суставах, то ли от досады на то, что поддался эмоциям.       - Ты в этом не одинок, мой друг, - в наушнике послышался довольный голос Томаса. И это тоже дико бесило. Чему он вообще радовался? Ах да, сегодня же был «особенный день», а точнее - вечер.       - А знаешь, что я ненавижу даже больше, чем пробки? - приторно сладко пропел Сяо Чжань.       - Не смей! - встрепенулся Томас.       - Сочельник и Рождество! - провозгласил Сяо Чжань. Теперь уже он звучал довольно, хотя настроение едва ли улучшилось. Впереди стоящий джип с изображением Санта Клауса на запаске он уже изучил до мельчайших деталей, пробка казалась мертвой.       - Какая же ты всё-таки задница, Сяо Чжань, - констатировал Томас.       Сяо Чжань лишь пожал плечами, хоть и понимал, что собеседник его не увидит.       - Ну прости, что я не поддаюсь всеобщему безумию.       - Это называется «веселье», - не унимался Томас.       - Я спешу на встречу, из-за пробки сто процентов опоздаю. Эта самая пробка случилась, потому что всем срочно понадобилось поехать за покупками, ведь сегодня Сочельник! В магазинах не протолкнуться, и даже кофе не закажешь из-за очереди в километр! Так себе веселье, я тебе скажу.       - Люди суетятся, потому что хотят купить подарки родным. Вечером они всей семьёй соберутся за праздничным столом, будут есть вкусную еду и обмениваться красочными коробками и пакетами, - рассуждал Томас. Даже через наушник было слышно, как он улыбается.       - Бесполезные вещи, которые позже либо выбросят, либо забросят в темный угол дома, чтобы на глаза не попадались, - фыркнул Сяо Чжань. - И это не меняет тот факт, что в Сочельник начинается сумасшествие. А ведь есть ещё такие же люди, как я, которым нужно работать, а не страдать хернёй.       - Поверь, ты такой один в своем роде, - вздохнул Томас. - Единственный и неповторимый.       - Благодарю за комплимент, - хмыкнул Сяо Чжань.       - Это был не комплимент, - заверил его Томас. - Ладно, у меня дела. Буду "поддаваться всеобщему сумасшествию и страдать хернёй". А ты, вместо того, чтобы гипнотизировать багажник впереди стоящей машины, лучше оглянись по сторонам. Обрати внимание на окружающий тебя мир. Это порой бывает полезно.       - Вокруг меня тоже стоят машины, за рулём которых сидят не самые счастливые водители. Видишь, всё-таки есть на этом свете люди, которые со мной солидарны.       - Нет таких, - отрезал Томас. - И завязывай бухтеть, старый дед. Увидимся после праздников, если ты не рассыпешься.       - Это кто тут старый дед?! - возмутился Сяо Чжань, но Томас уже положил трубку. - Да мне всего двадцать восемь!       Это он уже сказал, скорее для собственного успокоения. Его взгляд вновь упал на улыбающегося Санту на запаске джипа. Сяо Чжань показал тому язык и решил включить радио. На каждой радиостанции звенели колокольчики, звучали радостные поздравления, играли праздничные песни. Сяо Чжань чертыхнулся и уже хотел выключить радио, но тут стандартное “Merry Christmas” сменилось словами ведущего и он откинулся на спинку сидения, решив, что даст шанс этой волне.       - Что ж, это была песня о Рождестве, которое уже совсем близко! - бодрым голосом сообщил ведущий. Сяо Чжань поморщился. Да что ж они все такие радостные сегодня! Машина впереди немного двинулась вперёд. Сяо Чжань даже двух метров не проехал, как встал снова. В очередной раз смачно матернувшись, он вернулся к диджею, который уже - неожиданно! - говорил о любви. - Любовь согреет нас в любом уголке земли и в любую погоду. На эту минуту песня, которую заказал наш гость WOODZ - Waiting. Его возлюбленная ушла, но он клянётся, что не сможет без нее жить и сделает все возможное, чтобы вернуть ее. - Сяо Чжань фыркнул. Парню просто нужно было смириться и отпустить девушку. Разве это так сложно понять? - Мы надеемся, что у тебя все получится. А сейчас я хочу обратиться к людям, которые застряли в пробке. - Сяо Чжань невольно замер, несколько раз удивлённо моргнув. - Вам кажется, что вы бесполезно тратите свое время. И раз уж вы действительно так считаете, значит, нужно попытаться что-то изменить. Оглянитесь по сторонам. Не допустите, чтобы жизнь прошла мимо вас. Как знать, возможно вы увидите не только стоящие в пробках машины. Итак, WOODZ - Waiting, слушаем!       Сяо Чжань удивлённо приподнял бровь. Это была корейская песня и он даже знал, о чем она. Хотя к-поп уже давно покорил Америку, почему бы не включить по радио какую-нибудь корейскую композицию. Сяо Чжань фыркнул, когда услышал первые строчки: “Я все ещё здесь, просто жду, ты не можешь оглянуться назад…”       Он понимал, что в песне был заложен глубокий смысл о не менее глубоких чувствах, но “Я все ещё здесь, просто жду”, звучало как откровенный стёб мироздания. Ведь прошел уже почти час, а Сяо Чжань все ещё стоял в этой проклятой пробке, и все ещё ждал, хоть чего-то…       Благо, что хоть оглянуться он мог. Да что они все пристали со своим этим “оглянись по сторонам”? Что он там мог увидеть, кроме машин и унылых лиц водителей?       Песня продолжала играть, Сяо Чжань даже начал в такт мелодии барабанить пальцами по рулю, и непроизвольно его взгляд всё-таки скользнул на тротуар, по которому, суетясь, передвигались люди. Они спешили по своим делам, и, в отличие от Сяо Чжаня, не застряли.       Сяо Чжань вздохнул. Порой передвижение на своих двух было не такой уж плохой идеей. Затем его взгляд задержался на парне в рваных джинсах и объемной куртке темно-зеленого цвета. Лицо рассмотреть не получалось из-за наброшенного на голову капюшона. В руках он сжимал скейт, длинные пальцы прокручивали колесики, словно проверяя их исправность.       Сяо Чжань хмыкнул. Кто вообще в такой холод носит джинсы с дырками на коленках и ездит на скейте? Но тут же одернул себя, вспоминая недавнюю шпильку Томаса о том, что он бухтит как старый дед. Но разве Сяо Чжань был не прав? Холодно же с дырками, ну!       Тем временем парень присел, уложил скейт себе на колени колёсиками вверх. Он продолжал разбираться с поломкой, а Сяо Чжань, словно под гипнозом наблюдал за большими ладонями, крепко сжимающими доску, за длинными пальцами, которые так ловко надавливали, а затем прокручивали колесики. В какой-то момент Сяо Чжань даже сглотнул. Что он сейчас вообще делал? Залипал на руки незнакомца? Да он ведь даже лица его не мог увидеть, с чего вдруг стал весь как помидор? А Сяо Чжань покраснел, он ощущал это по тому, как горели уши и шея. Зеркало заднего вида он благополучно проигнорировал.       Когда парень решил свою проблему, он поставил скейт на асфальт и, ловко на него запрыгнув, плавно покатил вдоль тротуара. Сяо Чжань проследил за ним взглядом, пока тот не исчез с поля зрения. Отчего-то тяжело вздохнул, а затем вздрогнул, когда сзади посигналили.       Оказывается, пробка постепенно начала рассасываться, движение возобновилось, и Сяо Чжань удивлённо вскинул брови, нажимая на педаль газа. Всё-таки Томас и тот ведущий были правы, стоило оглядеться, чтобы скоротать долгое ожидание. Сяо Чжань впервые за утро улыбнулся и мысленно поблагодарил парня в зелёной куртке. Сяо Чжань действительно смог отвлечься благодаря ему.

***

      Сяо Чжань, разумеется, опоздал на встречу, но, так как пробки коснулись не одного его, заказчик также приехал на добрых полчаса позже. Пришлось задержаться, чтобы обсудить все нужные моменты, из-за чего Сяо Чжань уже опаздывал на следующую встречу.       Сяо Чжань правда любил свою работу, но, опять же, в канун Рождества люди как будто оставляли где-то свой мозг. Причём коллективно. Потому что им срочно нужно было внести поправки в проект, чтобы быстро да ещё и на праздник успеть. С одной стороны Сяо Чжаню было на руку, что правки оговаривались именно в этот период. Для него Рождество было обычным днём, поэтому он вполне мог поработать и в праздники, но с другой… В общем, мозг ему выносили с большей активностью и продуктивностью. И эта сторона медали безнадёжно перекрывала все плюсы и возможные плюшки.       Сяо Чжань был в дороге, направляясь на следующую встречу. На этот раз радовало отсутствие пробок, но светофоры, которые он умудрялся ловить чаще, чем дышать, откровенно раздражали. На очередном красном Сяо Чжань лишь вздохнул и беспомощно откинулся на спинку сидения. Пальцы вновь принялись нервно барабанить по рулю, как вдруг замерли, когда взгляд зацепился за знакомую зелёную куртку.       Тот самый парень, на которого Сяо Чжань обратил внимание, когда стоял в пробке утром проезжал на своём скейте прямо перед ним. На этот раз капюшон сбросил поток ветра, открывая взору Сяо Чжаня макушку с тёмно-синими волосами. Тот промчался, словно наваждение, тарахтя колёсиками скейта по асфальту, но Сяо Чжань всё равно снова смотрел парню вслед, пока он не исчез в потоке людей, а сзади не раздался пронзительный сигнал автомобиля.       Сяо Чжань тронулся с места, продолжая отчего-то думать о незнакомом парне с, как оказалось, синими волосами. Было в нём что-то такое. Сяо Чжань и сам не мог толком сказать, что именно, но сам он каждый раз отвлекался, когда видел его. Вот и сейчас он чувствовал, как раздражение постепенно сходило на нет. Правда ненадолго, потому что написал заказчик, сильно извинялся, но просил изменить место встречи. И всё бы ничего, если бы не маршрут, по которому нужно было добираться к тому самому новому месту. Именно эта дорога утопала в бесконечном потоке машин. Очередная пробка, и на этот раз Сяо Чжань рисковал простоять в ней гораздо дольше, чем утром.       Ладно, хорошо. Сяо Чжань сделал глубокий вдох, сжимая на руле пальцы. Выдохнул, разжимая ладони. Идея, конечно, попахивала безумием, но другого выхода просто не было, иначе он не только опоздает, а доберется до места встречи в полночь. Как раз к Рождеству, хмыкнул про себя Сяо Чжань. Он припарковал машину возле торгового центра, который встретился по пути, схватил сумку с ноутбуком, поставил сигнализацию и направился в сторону метро.       В метро Сяо Чжань бывал очень редко. В основном по причине бешеного потока людей. Но в данной ситуации лучше они, чем машины, не позволяющие проехать и двух метров.       Впрочем, о своем импульсивном решении он тут же пожалел, когда волна людей буквально втолкнула его в вагон, который, казалось, вот-вот треснет по швам от переполняющих его пассажиров.       Прижатый к двери Сяо Чжань, попытался занять более удобное положение, но куда там, даже вдохнуть было задачкой со звёздочкой, не говоря уже о том, чтобы пошевелиться. В итоге Сяо Чжань просто смирился. А чего он, собственно, ожидал? Не один он такой умный. А в праздник всеобщий хаос начинался не только на дорогах, но и в подземках. И снова этот праздник портил ему жизнь.       Сяо Чжань решил сосредоточиться на одной точке и посчитать воображаемых овечек, чтобы успокоиться. Этот метод вроде помогал уснуть, но когда чувствуешь себя сардиной в банке все методы были хороши.       Взгляд метался по вагону, пытаясь зацепиться хоть за что-то, кроме людей, и тут… Синие волосы и зелёная куртка, а в левой руке скейт! Сяо Чжань неверяще заморгал. Таких совпадений просто не бывает. Третий раз за день и именно тогда, когда нервные клетки Сяо Чжаня отчаянно стремились покинуть этот мир.       Незнакомый парень, который для Сяо Чжаня уже был как родной, свободной рукой держался за поручень. В ушах показались “капли”, тот слушал музыку, и настолько ушел в ее смысл, что совершенно не обращал внимания на толпу, которая время от времени наваливалась на него отовсюду.       Его лицо, совершенно, абсолютно прекрасное лицо выражало полнейшее умиротворение. Пухлые губы порой размыкались, безмолвно нашёптывая слова песни, звучащей в наушниках, выразительные глаза глядели прямо, взор будто заволокло туманом, парень действительно находился в вагоне лишь физически, мысленно же он отправился куда-то очень далеко. Оказывается в ухе у него было несколько сережек-колечек, на которые Сяо Чжань тоже залип. А ещё он заметил, что тот тоже был азиатом. Почему-то это наблюдение отдалось теплом в районе груди. Снова этот парень действовал на него лучшим в мире успокоительным. Он выглядел таким расслабленным, что Сяо Чжань сам вдруг как будто весь обмяк. Ему нравилось наблюдать за парнем, открывать для себя новые детали в нем. Блуждать взглядом по лицу, от которого внезапно перехватывало дыхание и, отчего-то, было невозможно оторваться.       Вероятно трек в наушниках сменился, поскольку уголок губ дернулся в полуулыбке, а большой палец на ладони, которая сжимала скейт, стал барабанить по доске, отбивая бит. Было бы в вагоне больше места, он абсолютно точно начал бы танцевать. Хотя, судя по тому, как плавно и чертовски сексуально раскачивалось его тело, для того любые неудобства превращались в пустой звук.       Сяо Чжань ужасно хотел научиться подобной безмятежности и стрессоустойчивости. Он не умел настолько абстрагироваться от окружающего мира. Возможно, ему нужен был человек, который стал бы для него своего рода переключателем.       Сяо Чжань мысленно одернул себя. Нельзя было так откровенно пялиться на постороннего человека. К тому же на парня. Тот вполне мог неправильно его понять и навернуть скейтом за подобные поползновения в свой адрес. Сяо Чжань, конечно, ничего такого не делал, но по его взгляду все было заметно и без лишних действий.       И когда Сяо Чжань уже хотел отвернуться, на него вдруг посмотрели. Прямо, без стеснения или осуждения, глаза в глаза. Сяо Чжань сглотнул, оказываясь в плену цвета черного шоколада. Внезапно стало невыносимо душно. Или же это Сяо Чжань перестал дышать, потому что невозможно было так просто смотреть в эти глаза и оставаться абсолютно спокойным.       Парень ничего не делал. Казалось, он тоже завис. Пелена спала, губы сомкнулись в тонкую линию и он смотрел ясно, присутствуя здесь и сейчас уже не только физически.       Сяо Чжань чувствовал себя идиотом. Нужно было что-то сказать, ведь это его застукали только что с поличным, но во рту внезапно пересохло, а предатель язык, который обычно был у Сяо Чжаня без костей, как будто к небу прилип, не желая воспроизводить какие-либо звуки. Да и что он мог сказать? “Привет, я тут немного на тебя позалипаю, не обращай внимания. Просто ты каким-то образом успокаиваешь меня.” За такие слова его не скейтом огреют. Вышвырнут из вагона, как минимум.       Пока Сяо Чжань глубоко засел в своих размышлениях, поезд остановился, оповещая об остановке. Парень моргнул, выводя их обоих из оцепенения, и помчался к выходу. У него даже пробраться сквозь давку получилось легко и непринужденно. А вот Сяо Чжань, который с ужасом осознал, что ему тоже нужно выходить, выбрался из вагона знатно помятый и снова ужасно злой. Разумеется, парня в зелёной куртке он нигде больше не видел. Даже его рост не помог, разглядеть кого-то в бушующем потоке людей, было нереально.       Скейт-парк. Тем местом, куда заказчик перенес встречу, оказался скейт-парк. Сяо Чжань даже сообщение ещё раз проверил, вдруг что-то не так понял, но нет, локация была верной. Единственное, что радовало - практически полное отсутствие людей. В Сочельник едва ли кому-то хотелось кататься на скейте. Небольшая компания подростков кружила возле рампы, поддерживая кого-то, кто решил повыпендриваться и заработать себе на праздник перелом. Вот родителям будет подарок.       Его мысли прервал заказчик, который с виноватой улыбкой, пожал Сяо Чжаню руку, не переставая при этом извиняться.       - Ещё раз прошу прощения, что в последний момент изменил место встречи, - говорил он, когда они устроились на лавочке. Сяо Чжаню совсем не улыбалось сидеть на холоде неопределенное количество времени, но что поделаешь, работа есть работа. К тому же, как говорится? Клиент всегда прав? Сяо Чжань достал ноутбук, уложил на колени. - Пообещал сыну, что в Сочельник пойдем с ним в скейт-парк, но совершенно ничего не успеваю. Решил соединить два дела. Сами понимаете, праздники, начинается дурдом.       Сяо Чжань кивнул, даже лёгкую улыбку смог из себя выдавить. Но нет, он не понимал. Если в праздники начинается дурдом (вот здесь он, кстати, был согласен), тогда зачем нужно было тянуть до последнего с рабочими вопросами?       Заказчик быстро начал предлагать варианты семейного кафе, над дизайном которого работала фирма Сяо Чжаня. Сяо Чжань где-то кивал в знак согласия, где-то предлагал свои варианты, но в итоге сошлись на том, что понравилось обоим. Сяо Чжань уже хотел уходить, но ему вдруг принялись ездить по ушам, видно мужчине не хотелось возвращаться к сыну, окружённому другими подростками, а занять себя чем-то было нужно.       Сяо Чжань ужасно устал, день выдался не самый простой, а ведь он ещё не закончился! И за машиной нужно вернуться, а значит, снова спускаться в метро. Заказчик продолжал болтать, не замечая, поникший вид Сяо Чжаня. Он уже даже не скрывал, насколько сильно задолбался.       А потом он вдруг увидел его - свое спокойствие. Толпа подростков немного расступилась и Сяо Чжань увидел того, кого в самом начале счёл выпендрежником. Парень в зелёной куртке, точнее нет, сейчас он был без нее, та лежала в стороне, вместе с вещами остальных ребят. Он легко скользил на своем скейте, вытворяя невообразимые вещи на рампе. А когда приземлялся, его красивое лицо озаряла широкая, счастливая улыбка. Он так ярко сиял, что уголки рта Сяо Чжаня невольно потянулись вверх.       Сейчас он увидел ещё одну сторону парня. Отталкиваясь ногой от асфальта, тот рассекал воздух, ветер ерошил синие пряди, щеки раскраснелись, в глазах горел азарт. Он был самим воплощением необузданной свободы и юности.       Юности. С каких это пор Сяо Чжань стал стариком? Он ведь был старше этого парня от силы лет на пять. А ведь когда-то Сяо Чжань тоже был таким: свободным и ярким. Он веселился с друзьями, гонял на любимом велосипеде, был влюблен…       Ему отчаянно нравился одногруппник. Они дружили. Сяо Чжань знал, что тот был натуралом, поэтому всячески скрывал свой секрет. Но однажды его всё-таки раскрыли. Именно в Сочельник, когда Сяо Чжань пришел на вечеринку к своей симпатии и стал посмешищем, потому что тот, к кому тянулось сердце, оказался гомофобом и искренне считал геев больными людьми. Так закончилась его дружба, любовь, а вместе с тем и вера в магию праздника. Он перевелся в другой город, в новый универ, а после выпуска с головой ушел в работу, раз и навсегда запирая все чувства и воспоминания из прошлого, особенно о Рождестве. Его близкий друг Томас, с которым он познакомился после перевода, всячески пытался подбить его сходить на какую-нибудь вечеринку, или же отметить Рождество в компании друзей, но Сяо Чжань всегда давал категорический отказ. Ведь о своем прошлом старался никогда не вспоминать. И ему действительно удавалось прятаться в собственной раковине ровно до сегодняшнего дня. Потому что этот парень с синими волосами и озорной улыбкой, напоминал ему о том Сяо Чжане, которого он когда-то давно потерял, но отчаянно желал вновь обрести.       Он ещё долго наблюдал за скейтерами, точнее за одним конкретным. Рядом продолжал распинаться заказчик, кажется, он начал говорить о собственном сыне и его опасном увлечении, но Сяо Чжань слушал того вполуха. Ветер становился сильнее, но холодно не было. Было хорошо и очень тепло от того спокойствия, которое разливалось внутри, забираясь даже в самые потаённые уголки души.       Сяо Чжань всегда считал скейты чем-то из разряда машин для переломов в изощрённой форме. Но с этим парнем он бы без страха и сожалений встал на доску. И ровно в ту секунду, когда он об этом подумал, скейтер, словно почувствовав на себе пристальный взгляд, поднял голову. Он уже не катался, надевал куртку, да так и застыл, глядя все так же пристально и внимательно, как совсем недавно в метро.       А Сяо Чжаню казалось, что он тонет.       Грудную клетку сдавливало невидимыми тисками, лёгкие горели от нехватки кислорода, но он все равно продолжал смотреть. Ничему Сяо Чжаня жизнь не учила. Его вновь могли высмеять, врезать кулаком по лицу, но соблазн был слишком велик, и он, забыв обо всем на свете, поддавался ему.       Из оцепенения Сяо Чжаня вывел сын заказчика, который подбежал к лавочке и громко поздоровался. Сяо Чжань перевел на него ещё слегка затуманенный взгляд, кивнул в ответ, быстро попрощался с заказчиком, пожелав хороших праздников, и поспешил покинуть парк. Хватит с него на сегодня. Он не понимал собственную реакцию на совершенно незнакомого человека, пугался того ящика Пандоры, который вдруг вскрыло его сердце и ужасно хотел домой, чтобы спрятаться от всего мира. Снова.       Что ж, осталось только добраться до машины.

***

      Сяо Чжань был в таком раздрае, что его уже совсем не напрягала толкотня в метро, как и люди, что падали на него при каждом резком движении поезда.       Дойдя до парковки, он добрался до своей машины и только оказавшись внутри понял, насколько замёрз. Или же дело было вовсе не в погоде? На улице вон даже ветер уже стих.       Сяо Чжань завел машину и включил печку. Главное доехать до дома, при этом ни о чем не думая. Задача не из простых, но он справится. Должен.       Но у Вселенной либо были на него другие планы, либо чувство юмора так себе, потому что в какой-то момент машина Сяо Чжаня заглохла. Издала последний жалобный рык и остановилась. Сяо Чжань попытался сам разобраться с проблемой, но понял, что поломка довольно серьезная и под силу только техслужбе, в которую он, разумеется, так и не смог дозвониться. Праздники, чтоб их.       На то, чтобы кричать и материться не осталось абсолютно никаких сил. А когда на капот упало несколько снежинок, Сяо Чжань запрокинул голову к небу и, слегка безумно улыбаясь, спокойно проговорил:       - Дух, мать его, Рождества.       Стоять на месте не было никакого смысла, поэтому Сяо Чжань забрал сумку с ноутбуком, закрыл машину, бросил ключи в карман пальто и пошел куда глаза глядят. Попутно он сохранил в телефоне локацию, чтобы утром найти свою машину.       Немного осмотревшись, Сяо Чжань понял, что знает этот район. Он даже добрался до пересечения двух дорог: одна вела к метро, а вторая в парк. Сяо Чжань замер, решая, куда ему пойти. Ещё утром он бы без колебаний ступил на дорожку, ведущую к метро, но сейчас… За этот день он всколыхнул те воспоминания, которые надеялся запереть в глубинах своего разума, как минимум навсегда. Но сегодня что-то пошло не так. А точнее, кто-то проехался мимо его машины на своём скейте и за долю секунды перевернул все сознание Сяо Чжаня вверх тормашками.       Он бы мог поехать сейчас домой, открыть бутылочку вина и провести вечер в приятной компании алкоголя и одиночества. Но почему-то совсем не хотелось. Погода удивительным образом перестала напрягать. Снег продолжал кружить пушистыми хлопьями, покрывая землю лёгкой вуалью, тем самым смягчая мороз, который к вечеру начал крепчать. Сяо Чжань прикрыл глаза, набрал полные лёгкие воздуха. Хорошо...       Когда он в последний раз гулял? Вот чтобы просто пройтись по улице, без суеты и спешки, насладиться погодой, почувствовать себя свободным.       Сяо Чжань усмехнулся. Свобода, это не о нем. Его собственные мысли всегда были его главными стражами в темнице, куда он сам себя запер. Сяо Чжань открыл глаза и уверенно шагнул в сторону парка.       Вокруг все сияло яркими огнями, переливались деревья, окутанные гирляндами, приветливо улыбались прохожие. Несмотря на вечер, людей все ещё было достаточно много. Вот только в отличие от дня, сейчас они мирно прогуливались по парку, делали фото возле рождественских статуэток, наслаждались. Парочки искали омелу, а дети резвились с домашними питомцами, бегая за снежинками.       Вдруг Сяо Чжань услышал музыку. В парке отовсюду доносились самые разные звуки, но конкретно эта мелодия выделялась. Ноги сами понесли в сторону, откуда слышались резкие биты. На небольшой площадке возле фонтана, который сейчас не работал, но так же как и многое в парке, переливался яркими огнями, танцевала группа парней из пяти человек. На голове у каждого красовался ободок или шапка Санты. Они ловили прохожих и затаскивали в их круг. Люди с радостью соглашались, все танцевали и звонко смеялись. Здесь были как взрослые, так и дети. Снег прекратился, но никто этого не заметил, людям и без того было весело, все радовались празднику.       Затем один из парней предложил передавать эстафету в танце. Он начнет танец первым, а позже отдаст свой ободок с оленьими рожками тому, кого выберет и тот человек продолжит. Сяо Чжань так и замер, безошибочно узнавая в танцоре парня в зелёной куртке. На этот раз он был без своего скейта, а когда начал танцевать, весь мир вокруг схлопнулся в одном конкретном человеке. По крайней мере, для Сяо Чжаня точно.       Казалось, у этого парня не было костей. Он настолько великолепно владел своим телом, что Сяо Чжаню порой чудилось, будто он наблюдал за запрограммированным роботом, ведь обычные люди не были способны двигаться настолько идеально, подстраиваясь под биты. Хотя, это скорее музыка подстраивалась под каждое движение танцора. Но двигалось не только его тело. Лицо тоже передавало историю танца. Это абсолютно точно не было маской. В каждом своем сверкающем взгляде, мягкой полуулыбке, движении губ, что напевали слова песни, он был искренним. И когда Сяо Чжань думал, что увидел абсолютно все (и ему было вполне достаточно), парень улыбнулся. Широко, ярко, разливая по площадке концентрированное счастье.       Этому парню нравилось танцевать. Нет, он абсолютно точно жил танцами, поэтому с лёгкостью передавал свой задор окружающим. За это время к ним подошло ещё больше людей, на этот раз заворожённые мастерством танцора. Каждый, без исключения, пританцовывал, хлопал в ладоши и выкрикивал одобрительные слова. А вот Сяо Чжань, что все ещё стоял в стороне, так и не смог пошевелиться. Он наблюдал за тем, как развеваются синие пряди при каждом резком повороте парня вокруг своей оси, растворялся в его счастливой улыбке и понимал, что остаться в этом парке на всю ночь, пожалуй, не такая уж и плохая идея.       Сяо Чжань так засмотрелся, что не заметил, как парень перестал танцевать. Он внимательно оглядел толпу и, прежде, чем Сяо Чжань успел что-либо понять, подбежал к нему, протягивая ободок с оленьими рожками.       - Передаю эстафету этому красивому парню! - провозгласил он, а толпа подбадривающе захлопала в ладоши.       - Что? - ошарашенно воскликнул Сяо Чжань. Он попятился от ободка, как будто на него наставили пистолет, не иначе. - Нет-нет, я не стану.       - Почему? - подначивал парень. - Гэ не любит танцевать?       Сяо Чжаня внезапно обдало жаром от этого непроизвольного “гэ”. Он отчаянно замотал головой.       - Прости, диди, но этот гэгэ совершенно не умеет танцевать, - проговорил Сяо Чжань, пытаясь звучать так, чтобы его голос не дрожал. Затем он резко развернулся на пятках и двинулся в противоположную сторону. За спиной послышались разочарованные возгласы, которые заглушила веселая музыка.       Уже спустя десяток шагов Сяо Чжань начал себя корить. Но приступ самобичевания прервала чья-то ладонь, что крепко обхватила его запястье. Сяо Чжань остановился, обернулся, сглотнул. Перед ним стоял синеволосый парень. Огоньки гирлянд задорно переливались в больших карих глазах, сережки ловили разноцветные блики, а улыбка на красивом лице напрочь лишала рассудка.       - Куда собрался? - вскинул бровь тот. - Если не любишь танцевать на публике, всегда можно потусить вместе с ней!       И прежде, чем Сяо Чжань успел отреагировать, его потащили обратно. Больше он не сопротивлялся. Позволил втолкнуть себя в круг танцующих, осмотрелся, а после просто расслабился.       Парень, имени которого Сяо Чжань все ещё не знал, находился рядом. Он не давил на Сяо Чжаня, но сам двигался настолько легко и непринужденно, что невозможно было устоять на месте.       Спустя некоторое время Сяо Чжань обнаружил себя танцующим в толпе людей. Он впервые за долгое время искренне улыбался и смеялся. У него даже щеки начали болеть, так давно он не испытывал подобных эмоций. Люди веселились, оставив все заботы где-то очень далеко, позволяя сердцу быть лёгким, а разуму чистым. Сяо Чжань поддался этой эйфории и с головой ушел в праздник, который уже несколько лет искренне ненавидел.       Сяо Чжань видел только яркую улыбку напротив, сияющие неподдельным счастьем ореховые глаза, и пухлые губы, которые парень то и дело облизывал. Хотелось впиться в них поцелуем, попробовать на вкус, навсегда раствориться в этом человеке. Если бы только Сяо Чжань мог осуществить свое желание, он бы точно ни о чем не пожалел.       Постепенно люди начали расходиться, желая друг другу счастливого Рождества. Сяо Чжань улыбался и на автомате отвечал на пожелания тем же. Когда он в последний раз говорил эту фразу? А вот так легко и непринужденно танцевал с незнакомцами посреди парка? Вероятно, в прошлой жизни. Танцоры тоже собрали свою технику, поклонились напоследок и зашагали по одной из улочек парка.       Сяо Чжань поправил сумку с ноутбуком, которая перекрутилась во время веселья, не без печали осознавая, что сейчас ему действительно пора ехать домой.       - Так, значит, ты тот самый парень из метро и скейт-парка, - обратились к Сяо Чжаню. Он обернулся, сразу же встречаясь с уже такими знакомыми глазами.       На мгновение Сяо Чжань так растерялся, что вместо ответа лишь бестолково хлопал ресницами. Резкий звук на заднем плане вывел из оцепенения и он, наконец, сказал:       - А ты тот самый парень, который вместо ног использует скейт.       - Ну, - пожал плечами тот, - в метро я точно был на своих двух.       На мгновение наступила тишина. Они оба смотрели друг другу в глаза, а затем дружно рассмеялись.       - Ван Ибо, - отсмеявшись, протянул руку синеволосый.       - Сяо Чжань, - представился Сяо Чжань пожимая предложенную руку в ответ. Ладонь у Ван Ибо была широкая, сильная и теплая, даже несмотря на холод.       По телу побежали мурашки, запуская сотни электрических разрядов. Они разомкнули рукопожатие и Сяо Чжань расстроился.       - Я тебя, наверное, отвлекаю, - как будто смутившись, начал Ибо. - Сочельник, ты должно быть спешишь к семье. Я и так тебя задержал.       Глаза Сяо Чжаня округлились от удивления. Это ему сейчас таким очаровательно неловким способом пытались предложить провести вечер вместе?       - Нет, - уверенно покачал головой он. - У меня нет семьи. Точнее, есть родители, но у нас трудные взаимоотношения. Поэтому в Сочельник я обычно один. А что насчёт тебя? Я думал те парни-танцоры твои друзья.       Ибо кивнул. Он спрятал руки в карманы и перекатывался с пятки на носок. Словно нашкодивший малыш, который не решался признаться в своей шалости. Очаровательно.       - Да, это мои друзья, - ответил Ибо. - Мы впятером состоим в одной танцевальной команде. Ребята отправились по домам. Я единственный неместный, в Нью-Йорк приехал на учебу, но вернуться домой на праздники не получилось. Парни звали меня к себе, но Рождество семейный праздник, не хочу быть пятым колесом в телеге.       - Значит, в этот Сочельник мы с тобой оба одиночки, - констатировал Сяо Чжань.       - Выходит, что так, - подтвердил Ибо. Внезапно он замер, вскинул голову, посмотрел уверенно. - Раз уж нам не к кому спешить, может, выпьем какао?       - С зефирками? - улыбнулся Сяо Чжань.       - Само собой! - со знанием дела ответил Ибо.       Они взяли какао на вынос и пошли гулять. Непринуждённая болтовня не прекращалась, говорили обо всем на свете. Сяо Чжаню уже давно не было настолько комфортно с по сути незнакомым человеком. Ему казалось, будто он знал Ибо всю свою жизнь, но по каким-то причинам им пришлось расстаться на долгое время.       Ибо рассказал о том, что учится на хореографическом факультете и мечтает открыть свою танцевальную студию. Его друг Дилан, с которым он подружился как только поступил, сразу же затащил его в их танцевальную команду, о чем Ибо ни разу не пожалел. Сяо Чжань в свою очередь поведал, что закончил факультет графического дизайна и сейчас у него была своя небольшая фирма по той же специальности.       - Вау, - восхитился Ибо. - Чжань-гэ поможет мне разработать крутой дизайн, когда у меня будет своя студия?       - Если ты мне доверяешь, сделаю все от меня зависящее.       - Теперь я должен стараться усерднее, чтобы поскорее осуществить мечту, - потирая ладоши, заметил Ибо.       Какао постепенно заканчивался, как и время неумолимо приближалось к полуночи. Скоро им придется разойтись в разные стороны. И пусть Ибо предложил обменяться номерами, на душе все равно противно скреблись кошки, потому что уходить совсем не хотелось. Порой они случайно соприкасались ладонями, Ибо выглядел при этом невозмутимо, только кончики ушей краснели. Сяо Чжань все время списывал это на холод.       Позже снова пошел снег. Снежинки путались в синих прядках Ибо, практически сразу исчезая. Во всей этой атмосфере была некая магия. Сяо Чжань видел Ибо на протяжении целого дня. Не самого простого для. И именно Ибо был его спокойствием. Сейчас Сяо Чжань чувствовал те же эмоции и ужасно не хотел, чтобы вновь обретенный покой ушел из его жизни.       - Знаешь, я ведь увидел тебя ещё раньше, - вдруг заговорил Сяо Чжань. Он решил быть откровенным. То, что Ибо едва ли был натуралом, он уже понял, а значит, скейтом по лицу никто ему не врежет. - Я имею в виду, в метро была наша третья встреча. По крайней мере, для меня. Я в принципе ненавижу Рождество, а сегодня плюс ко всему был ещё невероятно тяжёлый день. Я застрял в пробке, из-за чего опаздывал на встречу с заказчиком, а потом вдруг ты появился. Ты стоял на тротуаре и чинил свой скейт. Вроде бы ничего такого, но ты помог мне отвлечься. А уже немного позже ты промчался по дороге, когда я стоял на светофоре. Ну, а дальше ты знаешь.       Ибо не выглядел особенно удивленным. Скорее слегка растерянным и чуточку виноватым.       - Если бы скейт не сломался, я бы этим утром пошел совершенно другой дорогой. Были проблемы с колёсиками, друг пообещал помочь, вот я поехал к нему. И по сути, именно этот маршрут повлиял на весь мой день.       - А ты повлиял на мой, - улыбнулся Сяо Чжань. - Точнее ты спас мой день. Или же это судьба что-то там задумала.       - Я уверен, что это она, - воскликнул Ибо. Смутившись, он продолжил: - По правде говоря, я тоже видел тебя раньше. Это было на прошлой неделе. Я тогда узнал, что на праздники придется остаться в кампусе. Ужасно расстроился. Ты стоял возле своей машины на парковке, говорил по телефону и пытался забросить в рот жвачку, но она пролетела мимо и упала на пол. - Ибо хихикнул, а Сяо Чжань закрыл ладонью краснеющее лицо. - Ты так забавно нахмурился, что я улыбнулся, а затем просто стал наблюдать за тобой. Жвачку ты оставил в покое, достал бутылку с водой, но когда открывал, та начала извергаться фонтаном. Тебя забрызгало и ты ужасно мило чертыхался, пытаясь найти в бардачке салфетки, которые по итогу тоже уронил.       - Все, хватит, - заныл Сяо Чжань. Он резко остановился посреди дороги. Они снова вернулись в парк, где людей оказалось не так уж и мало, несмотря на наступающую полночь. - Это был мой позор.       - Нет, - покачал головой Ибо, - это было очаровательно. В тот день я так хотел к тебе подойти, но пока решался, ты уже сел в машину и уехал. Представляешь мое удивление, когда я увидел тебя в метро? Я так опешил, что вместо того, чтобы познакомиться, просто сбежал.       - Я не лучше, - сказал Сяо Чжань. - Трижды убегал от тебя.       - Ничего, я быстро бегаю, - хитро улыбнулся Ибо. - Поэтому догнал!       - Догнал, - практически шепотом сказал Сяо Чжань. Зачем было лукавить, если все и без того было ясно по его лицу? Он пропал и это, кажется, не лечится.       Некоторое время они молча смотрели друг другу в глаза. Снег путался в их волосах, таял на ресницах, делая те влажными и слегка тяжёлыми. В какой-то момент Ибо перевел взгляд за спину Сяо Чжаня, а затем резко сорвался с места и куда-то помчался. Сяо Чжань повернулся, чтобы понять, что тот задумал. Ибо подбежал к собранной для праздника локации: небольшого городка из знаменитой рекламы Кока-Колы.       Сяо Чжань подошёл ближе, остановился возле фигуры белого медведя.       - Что ты там увидел? - спросил он.       Ибо снял с одной из скульптур веточку омелы и снова хитро улыбнулся. Он подошёл к Сяо Чжаню и, глядя ему в глаза, сказал:       - Смотри, омела. Если бы она висела у нас над головой, мы бы поцеловались.       Ибо сказал эти слова в шуточной манере, но в его широко распахнутых глазах пылал огонь уверенности и решимости. Однако больше он ничего не делал, позволяя действовать Сяо Чжаню.       А Сяо Чжань застыл, буквально прирос к земле. Разве подобное могло быть правдой? Неужели Вселенная, наконец, сжалилась над ним и услышала его желания? Ещё с утра Сяо Чжань просто смотрел на Ибо, боясь даже мысленно позволить себе что-то лишнее, ведь прекрасно знал, чем для него заканчивалась симпатия к парню. Но вот уже вечер, практически полночь, если уж совсем быть точным, Ибо стоял перед ним и абсолютно точно ждал именно поцелуя. Он не шутил и, уж тем более, не дразнил Сяо Чжаня. Он был искренним в своих чувствах и желаниях, поэтому Сяо Чжань решил, что пора перестать бояться. Чем бы ни закончились его следующие действия, он не станет жалеть, потому что сейчас тоже собирался поступить искренне.       Сяо Чжань уверенно забрал у Ибо омелу и поднял руку вверх. От был немного выше Ибо, так что магическое растение возвышалось прямо над ними.       - Теперь она над нами, - проговорил Сяо Чжань, глядя Ибо в глаза.       Они потянулись друг к другу одновременно. Губы Ибо оказались невообразимо мягкими и невероятно напористыми. Он сразу же перехватил инициативу, прижал Сяо Чжаня к себе за талию и уверенно углубил поцелуй.       Веточка омелы полетела вниз, когда Сяо Чжань обхватил ладонями широкие плечи Ибо, тонкими пальцами комкая мягкую, дутую куртку. Ему уже очень давно не было так хорошо. А, возможно, и никогда до этого момента.       Когда они отстранились друг от друга, чтобы вдохнуть воздуха, где-то в парке часы пробили полночь.       - Я не знаю причины, по которой ты не любишь Рождество, но готов скрасить каждое последующее, - пообещал Ибо. Его лицо было серьезным, он не врал и не пускал в глаза пыль красивыми речами. Этот парень на сто процентов был соткан из искренности, поэтому все его эмоции читались без особого труда.       Сяо Чжань широко улыбнулся.       - Отныне я обожаю Рождество! - провозгласил он. Его руки перекочевали с плеч на шею Ибо, обвивая горячими ладонями. - И прямо сейчас я хочу свой подарок.       Серьезное выражение на лице Ибо вмиг сменилось хитрой улыбкой. Он крепче обхватил Сяо Чжаня за талию.       - Свой я уже получил, - сказал он, облизывая губы. - Поэтому любое твое желание - закон для меня.       Затем он подался вперёд, на этот раз целуя нежно, едва касаясь губ. Сяо Чжань легонько надавил ладонью на затылок Ибо, делая их поцелуй более интимным, проникая языком в горячий рот, осторожно изучая новую для него территорию. И ему позволяли абсолютно все, потому что этот поцелуй был подарком для Сяо Чжаня, потому что таким образом Ибо отдавал ему всего себя.       Они продолжали целоваться, полностью растворившись друг в друге. Снег путался в их волосах, таял, скрываясь под новыми белоснежными хлопьями.       Со стороны за самозабвенно целующейся парочкой наблюдали две фигуры. От них исходило яркое сияние, но редкие прохожие, как будто не замечали двух людей с ангельской аурой.       - Сломать скейт было опасной идеей, - сказал, наконец, Томас.       - Не менее опасной, чем сломать посреди дороги машину, - выразительно посмотрел на него Дилан.       - Ладно, хорошо, я чуток перестарался. Но как я должен был заставить этого застрявшего в прошлом сноба пойти в парк? - вскинулся Томас.       - Не психуй. Самое главное, что в итоге мы справились. Благодаря поломке скейта, Ибо выбрал другой маршрут, из-за чего оказался на дороге, где застрял в пробке Сяо Чжань.       - Пришлось немного влезть в дела заказчика, но он в итоге был даже рад, что встречу перенесли в скейт-парк. Зато с ведущим на радио получилось очень даже натурально.       Дилан подмигнул, выставляя вперёд ладонь.       - Всё-таки мы отличная команда.       - Команда! - согласился Томас, отбивая коллеге “пять”. - Я вот только одно понять не могу, почему наверху так долго медлили? Нас отправили сюда несколько лет назад. Хотя эти двое и без нас отлично справлялись. Постоянно пересекались.       - Пересекались, но не замечали друг друга, - заметил Дилан. - Поэтому нужно было немного их подтолкнуть. А для начала помочь освоится на новом месте.       - Эх, в какой-то степени мне даже жаль, что наша миссия закончена, - тяжело вздохнул Томас, глядя на Ибо с Сяо Чжанем, которые взявшись за руки, пошли вдоль припорошенной снегом улочки. - Я буду скучать по снобизму Сяо Чжаня и его безумно вкусным блинчикам. На работу он всегда носил исключительно домашнюю еду.              - Я тоже буду скучать по Ибо, - согласился Дилан. - За эти годы он стал для меня настоящим бро. Но наша главная миссия, как ангелов Рождества, сделать так, чтобы одинокие люди обрели друг друга и были счастл ивы.       - И они счастливы, - продолжая смотреть на едва виднеющиеся вдали фигуры Ибо и Сяо Чжаня, улыбнулся Томас.       - И они счастливы, - прослеживая его взгляд, подтвердил Дилан.