Дождь и воспоминания

Дождь стучал по стеклу с удвоенной силой, превращая улицу за окном в размытое полотно. Аня сидела в гостиной Макара, пытаясь выглядеть как можно спокойнее, но всё внутри нее кипело. Её каштановые волосы слегка намокли от дождя, пока она спешила в дом, а мокрые ботинки стояли у двери. Родители Макара и её мама с папой уехали на общую встречу, оставив их одних. Они обещали вернуться через пару часов, но сейчас, по телефону, сообщали, что их машина сломалась где-то возле дома Ани, и теперь они ждут помощи. Аня осталась здесь, вдали от города, в доме Макара — с ним. Он стоял на кухне, лениво помешивая чай. Светлые кудри слегка падали на лицо, а его сильная фигура казалась ещё внушительнее в простой серой футболке. Он был выше неё на полголовы, и даже сейчас, не говоря ни слова, заполнял собой всё пространство. Они не общались уже несколько месяцев. Летняя интрижка, начавшаяся как невинная шутка, переросла во что-то большее. Тогда это казалось магией: прогулки до рассвета, смех, украденные поцелуи. Но всё закончилось так же быстро, как и началось. Они разошлись без слов, будто боялись признать, что это было важно. Теперь они снова оказались в одном доме. И тишина между ними казалась громче дождя. — Тебе с чем чай? — наконец спросил он, даже не глядя на неё. — Просто чай, — коротко ответила она, стараясь не показывать, как её голос дрожит. Макар подошёл к столу и поставил перед ней кружку. — Здесь прохладно. Если хочешь, могу разжечь камин, — предложил он, глядя на неё своими зелёными глазами, в которых не читалось ни капли враждебности. — Не нужно, — покачала головой Аня, отводя взгляд. Он сел напротив, скрестив руки на столе. — Аня, — вдруг сказал он. Она подняла на него глаза. — Мы же не можем делать вид, что всё в порядке, — продолжил он. — После того лета… — После того лета ты просто исчез, — перебила она, сжав кружку в руках. Макар нахмурился. — Это было не так. Я просто… не знал, как всё продолжить. — Мог бы хотя бы объясниться, — бросила она, чувствуя, как старое разочарование всплывает вновь. — А ты? Ты ведь тоже молчала, — резко ответил он. Они замолчали. Только дождь заполнял эту паузу. — Я не хочу ссориться, — сказал он мягче, опустив взгляд. — Всё это в прошлом, но… я рад, что ты здесь. Аня вздохнула. Её злость понемногу уступала место другой эмоции — тоске по тому, что они потеряли. — И что теперь? — спросила она. — Может, начнём с того, что перестанем уклоняться друг от друга? — Макар чуть наклонился вперёд. — Ты можешь оставаться здесь сколько нужно. Она кивнула, не зная, что сказать. ### Позже Вечер застал их врасплох. Родители всё ещё не могли уехать, а дождь только усилился. Свет в доме был мягким, камин всё же пришлось разжечь, и в комнате стало тепло. Аня сидела на диване, завернувшись в плед, а Макар устроился в кресле напротив. Он что-то рассказывал, лёгкая улыбка играла на его лице. Но Аня почти не слушала. Она смотрела на его руки, на сильные плечи, на эти кудри, которые когда-то так любила трогать. — Ты в порядке? — вдруг спросил он, уловив её взгляд. — Да, — быстро ответила она. Макар встал, подошёл к ней и сел рядом. Дождь за окном на время стих, но внутри все только начиналось. Ночь постепенно накрыла дом Макара, наполняя его теплом от камина и мягким светом лампы. За окном всё ещё шумел дождь, но он звучал как фон, укрывающий их двоих от остального мира. Аня чувствовала, как её сердце колотится. Она ещё не знала, что сказать, но всё в его взгляде, в его мягких прикосновениях к её руке кричало о том, что он искренен. — Почему ты всё это время молчал? — её голос прозвучал тише, чем она ожидала. Макар немного нахмурился, словно сам не был доволен собой. — Я испугался. Тогда летом... всё было слишком быстро, слишком ярко. Я боялся, что, если попробую удержать тебя, всё разрушится. Она замерла, слыша в его словах ту же боль, что носила в себе всё это время. — И поэтому ты просто ушёл? — её голос дрогнул. Он наклонился ближе, его светлые кудри оказались почти рядом с её лицом. — Я понял, что сделал ошибку. Сейчас я хочу всё исправить, Аня. Его слова прозвучали тихо, но в них было больше чувства, чем в любых громких объяснениях. Она не успела ответить. Его рука осторожно коснулась её лица, а губы мягко накрыли её. Её первая реакция была — отстраниться, но это длилось лишь мгновение. Все воспоминания о том лете, о том, как он держал её, как смотрел на неё, вспыхнули с новой силой. Она ответила на поцелуй, ощутив, как его сильные руки обнимают её, притягивая ближе. Их дыхание смешивалось, казалось, мир вокруг перестал существовать. Он целовал её с той самой нежностью, о которой она успела забыть, и с той решимостью, которая говорила, что теперь он здесь, и никуда больше не уйдёт. — Макар… — прошептала она, когда их губы наконец разомкнулись. Он посмотрел на неё, проводя пальцами по её волосам. — Я не отпущу тебя, — сказал он твёрдо, будто это было обещание. Они сидели близко, на одном диване, забыв о времени, о дожде за окном, о ссорах и обидах. Его объятия, его тепло сделали этот момент особенным. Ночь накрыла их своим покоем, и казалось, что эта встреча — то, что должно было произойти. На следующий день, когда дождь прекратился, Аня знала, что теперь всё будет по-другому. Теперь она верила ему.