Проблемы с бритьем

Дасайке смотрит на свое заросшее лицо. Щетина была колючая и то и дело раздражала ещё чувствительную мягкую кожу, заставляя чесаться, отчего на лице появлялись красные пятна, будто у Дайсаке было акнэ или что-то в этом роде. Он правда хотел побриться, пытался учиться по видео в интернете, но толком ничего не выходило. Парень то и дело резал свои слегка пухлые щеки или скулы. Станок раздражал и без того измученную кожу, оставляя на той небольшие, едва заметные порезы, из которых мелкими каплями выходила кровь, а стоило попытатся убрать её водой, так сразу же Дайсаке чувствовал, будто на его щеки пролили кислоту и их начинало беспощадно щипать. «Папа, ну за что?» — проносится в голове парня, когда он упирается своим лбом в холодное стекло, вспоминая про то, как оба родителя очень много работали, дабы обеспечить Дайсаке чуть ли не беззаботную жизнь вплоть до смерти. Правда, из-за этого толком они с отцом не общались, и Дасайке не имел ни малейшего понятия даже в таких лёгких делах, как бритьё. Ещё подростком он надеялся, что сыграют мамины азиатские гены, но, к сожалению, победили папины. Дайсаке вздрогнул, вспоминая, насколько же волосатым был его отец. Кажется, было очень мало места, не покрытого густой, слегка рыжеватой, словно ржавчина, растительностью, которую тот никогда не хотел сбривать, потому на Хеллоуин ему, наверное, даже искать костюм оборотня или чубаки не пришлось бы. Дайсаке оставалось лишь тихо вздыхать и выбирать наиболее лучший вариант из худших: либо смириться с растущей бородой и стать похожим на капитана или Джимми, либо попытаться вновь побриться — пока что Дасайке решил бездействовать, ведь заиметь шрамы на лице желания особо не было.

***

Свонси, как обычно, решал очередной кроссворд, купленный на какой-то захудалой заправке и решеный почти наполовину. Возможно, Свонси решил бы его в разы раньше и быстрее, если бы его всё время не отвлекало щёлканье ручки Дайсаке, которое то и дело давило на нервы, мешая сосредоточиться, и это всё вперемешку с нытьём интерна. Свонси стиснул зубы от злости и сжал старенький простой карандаш, который, глядишь, и сломается вовсе, и в какой-то момент, когда до окончания обеденного перерыва оставалось чуть больше десяти минут, Свонси раздраженно крикнул на своего интерна: — Может уже хватит, а? Твоё нытьё у меня уже в печёнках сидит! — мужчина походил на раздражённого быка, готового в любую секунду броситься на несчастного парня. Дайсаке же сначала сглотнул, а после опустил голову, позволяя своим слегка отросшим волосам спадать с плеч. Свонси сильно удивился, ведь пред ним предстал не его вечно-весёлый оптимист-ассистент, любящий поиграть в свою любимую «Нинтендо» или же доставить на толстую задницу Свонси ещё больше мороки. Казалось, что на стуле возле него сидела лишь поникшая оболочка парня, походя на выцветшую на солнце и потерявшую былую яркость бумагу. Свонси почувствовал, как его сердце пропустило удар, а на лбу появились капельки холодного пота. Кажется, тревога о хоть и надоедливом, но всё равно дорогом для него сотруднике брала верх над мужчиной. Тот, хоть все так же хмурясь, но уже более мягким тоном, спросил: — Ты чего так поник? Что, «Нинтендо» сломалась? — хмыкнул старший, глядя на младшего, мысленно отмечая, что тому надо бы уже постричь ногти да побриться, а то Дайсаке уже на макаку походил. — Да не важно, — отмахнулся интерн. Последнее, чего бы он хотел, — так это сгореть со стыда, слыша смех шефа, узнавшего, что он в свои двадцать до сих пор не умел бриться. — Пф, да ладно тебе, починим мы твою игрульку, не раскисай давай! — Да не в игре дело! — воскликнул парень, но после сразу же отругал себя за это, видя, как Свонси, приподнимая бровь, смотрит на него, будто бы желая прожечь насквозь, как какой-нибудь супермэн. — Я это, — стыдливо начал Дайсаке, почёсывая свой затылок и отводя взгляд куда-то в сторону, — бриться не умею, а эта борода достала! Не пойму, как Кёрли и Джимми с ней живут! — Жаловался интерн, комично размахивая руками. — А тебя папаша так бриться и не научил что ли? — хмыкнул Свонси, смотря на товарища, но, получив отрицательный кивок, пробухтел: — А я-то думал, ты из полной семьи. — У нас все худые! — фыркнул Дайсаке. — Полная семья — значит, все члены здоровы и никто из неё не ушел, дебила кусок! — Свонси ударил себя ладонью по лицу, удивляясь глупости мальца. — Да никто и не уходил, — Дайсаке отвёл взгляд в сторону, — просто мои родители много работали, вот и времени на меня не было. Но они не плохие! Свонси отвёл взгляд в сторону, размышляя о чём-то своём, казалось, не замечая нависшее над ними неловкое молчание, а после, выдохнув и усмехнувшись, сказал: — Ладно, горе ты луковое, научу я тебя бриться! — увидев, что на лице интерна вновь сияет улыбка, Свонси и сам улыбнулся.

***

Свонси надеялся, что Дайсаке знает хотя бы основы, но когда он попросил у него пену, а интерн принёс монтажную вместо пены для бритья, механик, вздохнув и усмехнувшись, достал свою собственную. — А я-то надеялся, что ты хоть что-то знаешь, — издал смешок мужчина, протягивая пену своему помощнику, — я надеюсь, хоть бритва у тебя была не монтажная? Получив в ответ лишь нервное молчание, Свонси не выдержал и засмеялся, стуча по стене ванной, пока Дасайке в очередной раз махал руками, крича: — Да не было такого, честно! Я просто сначала не понял! — но смех Свонси не прекращался, от чего паренек недовольно надул губы, отворачиваясь от «учителя». — Да не дуйся ты, я же просто шучу! — хлопая того по плечу, воскликнул Свонси, на что получил лишь угуканье. — Так, повторяй за мной, понял? — получив кивок от интерна, Свонси сначала нанёс пену на своё лицо, а после проследил, чтобы и Дайсаке поступил так же. После чего взял бритву. — Так, мне бриться не надо, так что насадку я снимать не буду, а ты сними, — объяснял Свонси, на что получил уже немного нервный кивок от интерна. — Да не переживай ты так! Ты же бреешься, а не пистолет к виску подставляешь! — со смешком Свонси в очередной раз поддерживал Дайсаке в привычной ему манере. *** Прошло не больше десяти минут. Они бы закончили и раньше, если бы Дайсаке следил чуть внимательнее, но теперь тот довольный осматривал своё отражение в зеркале, гладя уже не волосатое лицо. — Ну что же, как всё остальное брить, я тебе показывать не буду, думаю, и сам догадаешься, — Свонси не успел договорить, как он оказался в чужих крепких объятьях. Свонси почувствовал, как его сердце пропустило очередной удар, да и на душе стало теплее, как будто бы сейчас обнимал его не интерн, а его собственный ребёнок. Наверное, стоило отодвинуть парня, но вместо этого Свонси обнял его в ответ, чувствуя, как на душе стало спокойнее, казалось бы, из-за такой мелочи, как бритьё.