Портрет повелителя Ветров

      Хэ Сюань жил. Хах, как странно! Стал демоном из-за того, что хотел отомстить тому, кто был повинен во всех его невзгодах! А отомстив, не развелся пеплом. Продолжил нести бренное существование на потеху Градоначальника Хуа и его мужа, который скорбно смотрел на него каждый раз, как видел. Как так вышло Повелитель Черных вод мало понимал, но имел смутные догадки и сомнения. Хотел отомстить? Он отомстил. Вот только со временем его желания поменялись, а сердце... А сердце и подавно не слушало своего обладателя. Если у демонов, вообще, есть это самое сердце.       Да и слово "жил" для него звучало уж слишком громко. Он скорее влачил свое бренное существование до современной эпохи, в которой мало хотел находится. Ему бы туда... В те времена, когда звонкий и задорный голос звал его ласково и нежно "Мин-сюн!".       Он убил Ши Уду. Да, он сделал это и не жалеет о его смерти, но жалеет об одном: Цинсюань увидел смерть своего брата. Светлый и оптимистичный Повелитель ветра собственными глазами увидел ужасную смерть своего брата от рук лучшего друга. По крайней мере именно так А-Сюань звал "Мин И". Абсурд!       Хэ Сюань мотает головой и вскидывает взгляд на полюбившуюся сердцу картину. Он вновь в музее древнего Китая. Он вновь напротив этой картины, рассматривает ее и усмехается, чувствуя как грудь сжимается от боли. С картины на него смотрели искрящиеся счастьем глаза. Лазурные глаза, которые когда-то смотрели на него с восхищением.       Сам же все разрушил. Ослепился гневом на, по сути, безвинного ветерка. Он не был виноват в том, что его брат поменял их судьбы. Не был виноват и в том, что к нему прицепился божок пустозвон. Он, в принципе, ни в чем виновен не был. Жаль, что для того, чтобы осознать это, потребовалось потерять его. Почему он не осознал раньше? Почему не понял тогда, когда все мог изменить?       Уже которое тысячелетие Хэ Сюань наблюдает за влюблёнными Хуа Ченом и Се Лянем, которые все так же живут подле друг друга и правят в призрачном городе. Занятно, что он все ещё существует, так же занятно, что и вера в "Их превосходительства Ночного Китая" все так же не утихает. Люди молятся Божеству в лице Се Ляня, а так же почитают и его мужа: полубога, околодемона. Кто его знает.       Сам же Черновод был глубоко несчастен более тысячи лет подряд. После того, как Ши Цинсюань умер - Хэ Сюань прекратил жить. Если до этого он мог приглядывать за нерадивым повелителем ветра, хотя, скорее, оборванцем с покалеченной судьбой, в разных обличиях, то после предания его тела земле... Сложно вспоминать, трудно объяснить свои чувства и эмоции. Тупая боль в груди все ещё служила ему напоминанием о вреде гнева: его Сюань отверг сразу же после обмена душ Цинсюаня и того оборванца с дороги.       Казалось, что он никогда не пожалеет о содеянном. Но нет, он пожалел: спустя две тысячи лет бесполезных скитаний, душевных терзаний и миллиарда выплаканых слез. Пожалел, что не смог простить его тогда. Жалеет, что не может отпустить его сейчас.       Укоризненный взгляд Цинсюаня с портрета делал бурю в душе сильнее. Смешно. Как же смешно смотреть на женское обличие Ветерка, которое он так любил, когда был богом. Смешно смотреть в лазурные глаза, которые принадлежат не истинной личине Циньсюаня. Чертовски смешно!       Черновод опустил глаза в мраморный пол, прислушиваясь к окружающим его звукам. Где-то голдели дети, которых привели сюда на экскурсию от школы, слышалась речь иноземных туристов, а рядом... Рядом стучало сердце, да так громко, что можно было оглохнуть. Хэ Сюань не сразу же понял, что рядом с ним на лавочку кто-то приземлился и теперь сверлил взглядом то его, то картину напротив. Пахнет свежестью: незнакомец пахнет так же, как когда то пах Цинсюань. Забавно.       - Вы вновь сидите тут один-одинешенек? - слышится до боли знакомый голос. Не может быть! Черновод вскидывает голову и во все глаза смотрит в лазурные, живые и горящие любопытством, знакомые глаза. Его Цинсюань... Прямо сейчас напротив него сидел Повелитель ветра! Черт, да разве такое может случиться? Ни в жизнь!       - Вроде того, - нерешительно бубнит Хэ Сюань и вновь смотрит на картину, с которой на него смотрел его Сюань... Но тот, что сидел рядом был похож и в то же время не похож на него. Как странно...       - Я работаю тут над дипломной работой, поэтому часто вижу вас в музее, - признается парень и улыбается, видя замешательство на мрачном лице незнакомца. Он машет в воздухе фотокамерой, намекая на то, что приходит сюда за референсами, а Черновод мрачно усмехается.       Видимо, судьба решила устроить ему злую шутку и столкнуть Хэ Сюаня с самым что ни на есть настоящим перерождением ветерка. Но как? Разве... Разве бывшие небожители способны перерождаться? Разве они могут? Ему необходимо поговорить об этом с Се Лянем. А пока он сканирует взглядом улыбчивого парня, коим и был его драгоценный ветерок и не может налюбоваться знакомыми чертами лица незнакомца.       - Вам так интересна эта картина? - вдруг спрашивает Цинсюань и смотрит на портрет "Богини Воздуха" перед собой. Он вертит голову то в одну, то в другую сторону, а потом и вовсе переворачивает ее так, чтобы смотреть на портрет снизу вверх. Хэ Сюань от такого поведения заливается тихим смехом и утвердительно качает головой.       - Да, этот портрет напоминает мне человека, который был очень дорог мне в прошлом, - в глазах демона тускнеют искорки веселья и их сменяют растерянность и тоска. Парень, что сидел рядом с ним, перевел взгляд на красивого юношу и улыбнулся       - Ваша возлюбленная? - бестактно спрашивает он, а Черновод про себя усмехается. Цинсюань всегда был слегка бестактен и прямолинеен. Даже его перерождение запомнило это. Тем не менее Хэ отвечает коротким отказом на вопрос парнишки, отчего тот хмурится. И вновь спрашивает - Тогда кто? - Сюань переводит взгляд на А-Цинсюаня и улыбается. Действительно: портрет и оригинал были похожи чуть ли не точь в точь. Демон мягко качает головой и роняет тихое       - Самый дорогой моему сердцу человек - мой давний друг, который погиб по моей вине, - парень напротив закрывает рот ладонью, а его лазурные, не типичные для Китая глаза, округляются. Так вот почему этот мрачный мужчина всегда такой грустный! Он винит себя в смерти своего друга!       - Вы уверенны, что виноваты в его смерти? - тихо переспрашивает Цинсюань и заглядывает в черные, словно омут, глаза. Хэсюань смотрит в яркую лазурь напротив и кивает, отворачивая голову к портрету - И... Как он умер? - вырывается изо рта Цинсюаня быстрее, чем он успеет осознать и обдумать вопрос. Тут же ладонь накрывает его рот и он мотает головой - Нет-нет, простите за бестактность! Я не должен о таком спрашивать и бередить старую рану! - старается оправдаться мальчишка, а Хэ Сюань мотает головой, показывая, что не против ответить на такой вопрос.       - Он погиб из-за бродячего образа жизни. У него не было дома, крова и тепла. Он был предоставлен воле Богов, и старался бороться за выживание. А я лишь смотрел на это со стороны, изредка стараясь чем-то помочь. А потом... Потом он умер у меня на руках от серьезного сепсиса в сломанной ноге, - Цинсюань охает и осторожно кладет руку на плечо мужчины перед собой, стараясь его успокоить и ободрить. История действительно звучит жутко, но это не значит, что мужчина должен себя винить в смерти близкого.       - Но ведь он сам выбрал такую жизнь, - мягко проговаривает парень и надеется, что этим успокоит мужчину перед собой. Тот, отчего то, казался ему таким знакомым, но вспомнить где он его видел, помимо злополучного музея, он не может.       - Не сам, - загробным голосом произносит Хэ и тяжело вздыхает - такую судьбу ему даровал я, - Циньсюань хмурится и качает головой, но повелитель Черных вод его останавливает - Веришь в богов? В Богов древнего Китая? - парень смеётся и хватается за живот. Он хохочет пару минут, но когда видит, что его собеседник остаётся серьезным, затихает.       - Вы серьезно? Боги, вроде Бога войны Се и ее мужа полубога Хуа? - уточняет и получает кивок - Молился госпоже Се о любви, она мне ее послала, - улыбается Сюань       - Так вот, - откашливается Черновод - слушай одну затерянную во времени легенду, юнец. А потом расскажешь мне, веришь ли ты в то, что я поведал, - парень кивает и откладывает фотоапарат на скамейку рядом с собой, оборачиваясь к мужчине и внимательно слушая. Незнакомец был странным: говорил так, будто бы был вовсе не из этого времени, но это будоражило юное сердце Сюаня - В далёкие времена, в эпоху древнего Китая, когда в небесной столице правящим богом был Цзинь У, жили на свете небожители и демоны. Тех демонов, что были сильнее остальных, прозвали бедствиями, всего их было четыре и одним из них был повелитель Черных Вод - Хэ Сюань. При жизни его преследовали неудача за неудачей: родители погибли, любимую невесту убили, а его самого кинули в тюрьму, где он и сгинул в темной пучине смерти. Но ему был подарен второй шанс - он явился миру в новом облике и стал повелевать водами близь острова, где погиб, - Ши слушал его внимательно, почти не моргая, и задержал дыхание, чем развеселил Черновода - Он прошел через испытание Горы Тунлу и стал непревзойденным демоном, а после стал хорошим знакомым другому бедствию - Соберателю цветов под кровавым дождем. По его поручению он пробрался в небесную столицу, где выяснил, что на деле его судьба была заменена судьбой одного небожителя - Повелителя ветров и брата повелителя Воды - Ши Уду. Он решил отомстить, - Циньсюань прикрыл ладонью рот и поправил выбившуюся из пучка прядь волос, заводя ее за ухо - Долгое время Черновод делал вид, что является другим человеком, а именно - повелителем Земли - Мин И. И сдружился с Ветерком. Да так крепко, что и сам не заметил. Вот только сам демон черной воды знал, что не друг он вовсе для ветерка, и всегда ему об этом говорил, на что тот обижался. И вот, пришло время, когда он смог исполнить месть - на Ши Уду снезашло испытание, во время которого "Мин И" совершил страшное - обезглавил его прямо на глазах у младшего брата. Тот плакал, умолял "Мин-Сюна" остановится, вот только обращался он не к тому. Мин И давно был мертв, а перед ним стоял сам повелитель Черных вод - Хэ Сюань. После он усыпил повелителя ветра и выкрал его, да так, что никто не мог найти. Даже его хороший друг - мусорный бог со своим возлюбленным, не могли дознаться где ветерок.       - Постойте, - останавливает Хэ Сюаня А-Сюань и хмурится - Мусорный бог? Серьезно? Звучит как бред, тем более с возлюбленным! - Черновод смеётся с комичности ситуации       - Ты и сам знаешь, кем являются этот мусорный бог и его любимый человек, просто не хочешь думать, - лукаво замечает Хэ и продолжает рассказ - Черновод в последний раз пробрался на небо, воспользовавшись неразберихой с Цзинь У, и поменял судьбу ветерка на судьбу бродяги, которому было предписанно страдать всю жизнь. Так, Повелитель ветра, некогда один из сильнейших богов небесной столицы, стал обычным бродяжкой с переломанными ногами и блохами, - Цинсюань сидел и хмурил брови, явственно показывая недоверие в отношении рассказа этого мужчины. Он сложил руки на груди, а губы сложил в трубочку, выдавая тяжёлые думы в голове - Черновод исполнил месть, и ждал, когда развеется прахом, вот только сердце его предало. Оно выбрало для себя другой способ выживания - оберегать ветерка во всех обличиях и перерождениях. Демон, желавший смерти, стал бессмертным из-за круга перерождения, на который отправится ветерок. Вот только бывшие небожители - не могут переродиться. Но случилось так, как случилось. Ещё семь лет повелитель Черных вод остерегал бродяжку, помогая ему издалека, а потом старался помочь в последние минуты жизни. Но не смог, он не божество, способное исцелить своей манной, он - демон, который ситуацию только усугубил. За считанные минуты ветерок зачах на руках демона черной воды, а сам он был вынужден веками скитаться по бренной земле в поисках утешения для сердца своего, - юный парень, что до этого слушал с недоверием, вдруг встрепенулся и закусил губу, так как ему было очень жаль этого глупого демона, что сам себя обрёк на вечные страдания - Так звучит легенда о сильнейшем из демонов, бедствии - Повелителе Черных вод и его судьбе. А теперь скажи мне, отрак, веришь ли ты мне? - Ши Цинсюань нахмурился, но кивнул       - Я верю тебе, Мин-сюн. И всегда верил.

***

Две тысячи лет назад. Могила Ветерка.

      Се Лянь оплакивал потерю своего друга и хорошего человека. Рядом с ним стоял его муж - Хуа Чен, и мягко обнимал супруга за талию. Ему и самому было безмерно жаль этого жизнерадостного мальца, с которым жизнь обошлась так несправедливо.       - Гэгэ, ты уже третий час в пустую льешь слезы. Повелитель Ветра точно не хотел бы, чтобы ты так сильно убивался о нем, - глава небесной столицы вскинул красные глаза на мужа и вымученно улыбнулся, обвивая его шею руками.       - Ты прав, Саньлан. Как же ты прав, - Хуа Чен кривит губы и зарывается рукой в мягкие волосы своего божества, стараясь тем самым его успокоить. Се Лянь стал дышать больше и размереннее, он успокоился и просто дышал любимым запахом тела своего супруга.       Вот только пока они стояли рядом, Градоначальник Хуа заметил маленький призрачный огонек, который поднялся над могилой Циньсюаня. Вот же живучий оболтус!       - Гэгэ, кажется, ваш друг не желает покидать этот мир, - нежно шепчет непревзойденный на ухо мужу, а тот резко отстраняется и оборачивается, замечая лазурный призрачный огонек, который тут же подлетает к нему и тереться о щеку.       - А-Сюань, - улыбается Бог войны и выдыхает, прижимая огонек ладонью к своей щеке - Не переживай, я буду рядом, пока ты не обретёшь воплощение, - сокравенно шепчет Се Лянь и улыбается, когда огонек легонько подпрыгивает на его ладони и выписывает круг на ней.

Триста лет спустя. Храм тысячи фонарей.

      - Так значит, ты теперь демон, - пораженно выдыхает Се Лянь и разливает чай по чаркам, смотря на Циньсюаня перед собой. Тот кивает и улыбается.       - Перед смертью рядом со мной был Хэ-сюн. Он старался мне помочь, облегчить боль но... У него не вышло, и я все равно сгинул. Вот только мое желание быть рядом с ним и донести до него, что я уже давно простил его и не держу на него зла позволило мне воплотиться в демона, - Хуа Чен вздыхает и отпивает чай. Его муж научился готовить достаточно сносно, поэтому он не переживал о том, что бедный нововоплощенный демон может пострадать. Сам он с удовольствием ел все, что готовит его супруг, вот только его должность главы Призрачного города возлагала на него обязанность заботится о демонах.       - Получается твое посмертное желание быть рядом с Хэ Сюанем? - Уточняет Хуа Чен, а бывший повелитель ветра кивает. Градоначальник усмехается: у обоих посмертные желания связанны с тем, чтобы жить и радовать друг друга. Уму не постижимо!       - Мы не знаем, где сейчас находиться Хэ Сюань, да и ты... Ещё слаб, - неловко прокашливается Се Лянь и накрывает холодную ладонь друга своей - Как только мы что то узнаем, скажем тебе и... - Циньсюань перерывает слова главы небесных чертог, вскинув ладонь.       - Я хочу, чтобы наша встреча произошла случайно. А пока я буду набираться сил и стану как минимум свирепым, - Ши подмигивает другу, а тот улыбается. Ну да... Для демона важно стать хоть на каплю сильнее рядовой нечисти.       - Главное не досаждай людям, друг мой. Иначе мне, как главе небесных чертог, будет не сладко, - Ши улыбается и кивает. Демоны Призрачного города уже давно признали его за своего, а добрые демоницы из квартала красных фонарей выделили ему комнату, где он сможет жить, если будет помогать им по дому.       - Я не буду, Се Лянь. Клянусь, - Хуа Чен хмыкает, но верит. Он знает, что порой демоническую сущность в себе контролировать сложно, но... Он надеется, что бывший повелитель ветра сможет перебороть сам себя.

Наше время. Музей древнего Китая.

      - Как ты меня назвал? - раскрывает рот Хэ Сюань, а парень перед ним улыбается.       - А ты слышал историю о блуждающие огоньке, который смог стать пятым непревзойденным - Повелителем Ветров северных врат? - Хэ открывает рот в удивлении. Неужели его Циньсюань стал демоном? А после смог стать непревзойденным? О боже!       - Циньсюань... - почти шепчет Черновод, а парнишка перед ним улыбается и заключает демона в крепкие объятия. Спасибо господину Хуа за то, что научил его принимать различные облики и имитировать сердцебиение. Черт, как же он рад увидеть Хэ-сюна!       - Ты рассказал свою историю, теперь позволь мне поведать тебе свою, - улыбается Циньсюань и, отодвинувшись от демона, опускает взгляд в пол - Как только я стал призрачным огоньком, меня на попечение взяли господин Хуа и Глава небесных Чертог. Знаешь же, что они женаты? - Хэ смеется, а Ши обиженно супиться - Не смейся, для меня это было открытием века! Я и подумать не мог, что отношения между господином Хуа и Его Высочеством Се... Имеют такой род. Двести лет я скитался в облике огонька, нежно обереганмым моим другом и его супругом. А потом произошла наша с тобой первая встреча. Ты пришёл в Дом Блаженства, исхудавший, не помнивший себя, и мне так хотелось показать тебе: вот он я, жив и буду рядом. И Бум! Я обрёл воплощение, как низший демон. После этого я жил в квартале красных фонарей, но быстро смог занять место левой руки градоначальника Хуа. Он дозволил мне бороться с демонами, которые идут против людей. Поэтому я быстро добрался до ранга свирепый. А потом произошла попытка побега Цзинь У из под "медной печи". Она открылась, и вновь демонов захлестнула лихорадка. И я смог отправится туда и помочь господину Се обуздать нрав Его Высочества принца Уюна. Но печь закрылась вместе со мной внутри. И пробить я смог её лишь спустя сотню лет. Так я стал непревзайденным. Поселился неподалёку от Тунлу и госпожи Юйшэ. Там смог вновь подчинить себе ветер. Так я и стал зваться Повелитель Ветра северных врат. Охранял владения Юйшэ, помогал Пэй Су и госпоже Баньюэ в аграрном деле, а после... Жизнь пошла своим чередом. Госпожа Юйшэ поднялась обратно в небесные чертоги, а землю передала мне. Города росли на глазах. Вот только землю, где жил небожитель и демон никто не трогал. И она по сей день обрабатывается мной, Баньюэ и Пэй Су, что спускается к нам из чертог, чтобы навестить. Такова моя история и история нового непревзойдённого, что всё это время ждал случайной встречи с Хэ Сюанем, чтобы поведать ему о том, что тот давно прощён. Что я не желаю тебе зла, лишь хочу быть рядом и показать счастливые моменты, коих между нами может быть безмерное количество. Позволишь ли ты мне сделать это, Хэ-сюн? - Хэ Сюань улыбнулся и мягко поправил волосы, что выбились из прически повелителя ветра... Нет, пятого бедствия, что повелевал ветром. - Позволю, - полушепотом произносит Черновод, ловя улыбку на губах Циньсюаня.