Жертва ради спасения

Лололошка стоял возле домика Беренгария, вокруг царила тишина, нарушаемая лишь еле слышными разговорами из соседних домиках. Перед ним на небольшом столике лежали ингредиенты для создания заветного порошка, способного излечить заражение скинтом. Здесь же лежали эльфийские наручи. Сам Беренгарий отправился к Альфреду и, судя по всему, не планировал возвращаться в ближайшее время. Это был шанс, единственный шанс. Ло знал, что рискует всем. Создание порошка требовало не только сложных манипуляций, но и его крови. Его энергии. Боль и слабость неизбежны, но что такое личная жертва ради спасения целого мира? Он посмотрел на свою пока что целую руку. Мышцы сжались от предчувствия. Это будет больно. Это опасно. Но что ещё он мог сделать? Он медленно надел эльфийские наручи, их холодный металл обжигал кожу, как будто предвещая, что его ждёт. Руками, дрожащими от напряжения, он взял лезвие. Оно сверкнуло в свете дня, и Лололошка без промедления сделал глубокий порез. Кровь начала капать в котёл. Густые капли, как алые росы, смешивались с ингредиентами, запуская процесс создания порошка. Этого было недостаточно. Он понимал что это опасно для него, но сознательно продолжал наносить всё новые и новые порезы, игнорируя ноющую боль, отрешённо наблюдая за каплями, скользившими по коже. Когда кровь больше не могла идти, он начал передавать энергию. Эльфийские наручи усилили поток, вытягивая из него последние силы. Но Ло уже почти не чувствовал своё тело. Боль стала нестерпимой, ноги подкашивались, а перед глазами мелькали тёмные пятна. Он пошатнулся, осознав, что долго не протянет. Ему нужно было добраться до своего дома. Каждый шаг отдавался в висках тупой болью. Дорога до дома казалась вечностью, но он каким-то образом дошёл. Стоило переступить порог, как силы окончательно покинули его. Он рухнул на холодный деревянный пол, его сознание померкло. *** Когда Джон вошёл в дом Лололошки, он ожидал найти своего альтер-эго за какими-нибудь очередными бесполезными занятиями. Вместо этого его встретила картина, от которой кровь застыла в жилах: Лололошка лежал на полу, его рука была исполосована в мясо, а кровь, хоть и замедлилась, всё ещё капала на пол. — Чёрт возьми, Лололошка… — выдохнул Джон, бросаясь к нему. Он проверил пульс — слабый, но он есть. Грудная клетка еле заметно двигалась. "Живой", — подумал Джон, но это не убавило его тревоги. Стараясь действовать быстро, он достал из кармана бинты, которые всегда держал при себе, и начал перевязывать рану. Обработать её было нечем, но остановить кровь было важнее всего. Закончив перевязку, он осторожно перенёс Ло на кровать. Сам учёный сел рядом, закрыв лицо рукой. — Идиот… полный идиот, — пробормотал он. *** Очнувшись, Лололошка увидел перед собой Джона. Тот сидел на стуле, неподвижно глядя на него. В его глазах был такой холодный, пронзительный взгляд, что Ло моментально понял: сейчас начнётся серьёзный разговор. — Ты полнейший идиот, — начал Джон, его голос был настолько серьёзен, что это даже пугало. — Джон, послушай… — начал Ло, но тот не дал ему договорить. — Слушать? Да что тут слушать? У тебя вообще мозги есть? Ты хоть понимаешь, что ты чуть не убил себя? Ло с трудом сел, опираясь на стену. Он был ещё слишком слаб, чтобы сражаться словами. — Я хотел спасти всех, Джон. У меня не было выбора. — Не было выбора? — Джон саркастично усмехнулся, подняв очки на лоб. — Мы вроде договорились искать Отца. Но нет! Тебе нужно играть в героя, ломать себя, чтобы сделать всё по-своему. — Я не могу просто стоять в стороне! — почти выкрикнул Ло, хотя сил на крик у него не хватало. Джон замолчал на мгновение, но затем продолжил: — Ты не можешь спасти всех. Это невозможно. Даже всей твоей крови не хватит, чтобы вылечить Архей. Ты убиваешь себя, пытаясь доказать что-то... что-то, что не под силу одному человеку. — Но если не я, то кто? — прошептал Лололошка, опуская взгляд. Джон вздохнул, сняв очки и протирая их, чтобы хоть чем-то занять руки. -Ты не понял главного. Ты важен не только для этого мира, но и для нас. Для меня. Если ты умрёшь, шансы спасти Архей станет спасти намного меньше. И не нужно быть героем ради всех. Подумай хоть раз о себе. Ло ничего не ответил. Он чувствовал себя виноватым. Его жертва, как он осознавал, могла оказаться напрасной. Джон был прав. Но самое сложное было признать это. Я больше не дам тебе так поступать. - заключил Джон, его голос звучал твёрдо. — Ты нужен мне живым. Не трупом. И Ло впервые задумался: возможно, быть героем это не только жертвовать собой. Может быть, это значит позволить другим помогать.