Regulus ga Kill!

      Мужчина средних лет, крепкого телосложения, с коротко стриженными волосами и густой щетиной, остановился перед неприметным зданием, чей фасад облез от времени.       Над входом, на скрипящей цепочке, болталась вывеска с изображением козы, покрытая потёртой синей краской.       Он долго разглядывал её, словно пытался найти в этом месте скрытый смысл, а затем медленно оглянулся на своих подчинённых. — На позиции, — коротко бросил он.       Голос его прозвучал низко, будто отрывистый удар колокола.       Один из солдат, высокий мужчина с грубыми чертами лица, сразу занял место у входа, сцепив руки за спиной и растопырив ноги в напряжённой стойке.       Его напарник — моложе, с хитрыми глазами и рубцом через всю левую бровь — направился в обход здания. Оба знали своё дело, и лишние указания им не требовались. — Всё чисто, командир Альбрехт. Можете заходить, — приглушённым тоном произнёс тот, что остался у двери.       Альбрехт хмыкнул, чуть приподняв уголки губ. Он любил, когда его приказы выполнялись без заминок.       Привычным движением, будто в тысячу первый раз, он поправил выправленный воротник своего мундира и вошёл внутрь, с лёгкостью открыв тяжёлую дверь.       В баре было сумрачно. Запах пролитого пива и дешёвого табака сливался с лёгким ароматом дерева, из которого были сделаны стойка и столы.       Свет едва мерцал под плафонами, создавая длинные тени на стенах. Посетителей было немного: двое мужчин играли в карты у окна, пара крепко сбитых грузчиков что-то бурно обсуждали в углу, а за дальним столиком сидел человек в длинном пальто, словно отстранённый от происходящего.       Альбрехт уверенно подошёл к стойке, за которой стоял бармен — худощавый мужчина с седыми висками и старым кожаным фартуком.       Его руки двигались машинально, будто он вытирал стаканы всю свою жизнь.       Бармен быстро оглядел вошедшего, задержав взгляд на военном мундире, и слегка напрягся. — Виски, — бросил командир коротко и резко. Тон был такой, что отказ казался невозможным.       Бармен, стараясь скрыть нервы, достал с полки стеклянный стакан и поставил его на стойку перед Альбрехтом. Его пальцы чуть заметно дрожали, когда он потянулся за бутылкой.       Тем временем Альбрехт слегка обернулся, оценивая обстановку.       Глаза его, серые и холодные, выхватили мельчайшие детали: трещины на полу, следы обуви у двери, даже отпечатки пальцев на поверхности ближайшего стола. Всё это укладывалось у него в голове, как фрагменты одной картины. — Хорошее место. Уютное, — сказал он себе под нос, скользнув взглядом по потемневшим деревянным стенам. — Как раз то, что нужно после трудного дня.       За дальним столиком «мужчина» в пальто чуть напрягся.       Он не двигался, но его взгляд, скрытый под широкими полями шляпы, внимательно следил за каждым движением Альбрехта.       На самом деле, это была Челси. Её Тэйгу позволял изменять внешность, и сейчас она выглядела так, будто была одним из тех молчаливых завсегдатаев бара, что приходят сюда просто переждать время. — Всё идёт не по плану, — мелькнуло у неё в голове. — Мирзам уже контролирует чёрный ход, а Дифда следит за людьми Альбрехта снаружи. Но пока они даже не подозревают, что я здесь.       Челси перевела взгляд на солдата у входа, потом на бармена, который, открыв бутылку, наливал виски в стакан.       Командир наблюдал за ним с лёгкой усмешкой, словно всем своим видом показывал, что держит ситуацию под контролем. — Хороший напиток, — произнёс Альбрехт после первого глотка, слегка сморщившись от горечи. — У вас, старина, есть вкус.       Бармен неловко кивнул, вытирая руки тряпкой.

***

      Мирзам скрывалась в густых кустах неподалёку от черного входа, стараясь слиться с окружающей тенью.       Она напряжённо наблюдала за парой солдат, которые, лениво перебрасываясь словами, стояли у двери.       Их массивные фигуры напоминали неподвижные глыбы, но девушка знала — эти амбалы могут быть смертоносно быстры, если заметят что-то подозрительное. — «Ну конечно, они и здесь! Даже у чёрного входа выставили охрану. Не верится!», — мысленно раздражалась Мирзам, стиснув зубы. — «Хорошо, посмотрю ещё немного и отступлю. Рисковать больше нельзя».       Но её планы нарушились мгновенно. — Эй, ты чего тут прячешься, малявка? — раздался грубый голос за спиной.       Мирзам резко обернулась, и сердце её ухнуло вниз.       Перед ней стоял ещё один солдат. Он был громадного роста, в типичных имперских доспехах, что поблёскивали в слабом свете луны. Его лицо перекосила ухмылка, от которой девушка почувствовала лёгкий укол паники. — Ну, большой парень, ты вовремя, конечно, — произнесла она сквозь зубы, медленно потянувшись к сумке. — Даже не думай, девчонка! — зарычал он, вытаскивая меч из ножен.       Но Мирзам не собиралась подчиняться.       Её пальцы сжали горсть земли, и, прежде чем солдат успел нанести удар, она метнула её прямо в его лицо.       Пыль и грязь осыпались в глаза противника, заставляя того издать злой рык, переходящий в болезненное шипение.       Он схватился за лицо, стараясь унять жгучее раздражение, а Мирзам, не теряя времени, вытащила из сумки несколько метательных ножей. — Не стоило тебе вмешиваться, — холодно прошептала она, и одним резким движением отправила клинки в полёт.       Ножи вонзились в шею, грудь и пах мужчины с хлёстким звуком. Солдат вздрогнул, его массивное тело пошатнулось, а затем обрушилось на землю, будто срубленное дерево.       Из горла вырвался хрип, превращаясь в бульканье, когда кровь начала заполнять его лёгкие.       Рука мужчины судорожно тянулась к горлу, другая инстинктивно сжимала нижнюю часть живота. — Буль-буль, — тихо прозвучало из его рта, прежде чем он затих окончательно.       Мирзам стряхнула грязь с ладоней и быстрым движением вытерла пот со лба. Густая растительность вокруг снова накрыла её, словно укрывая от возможных взглядов. — «Вот же чертовщина! Позицию теперь придётся менять», — раздражённо подумала она и, не оглядываясь на тело, нырнула в сторону, где тени становились гуще.

***

      Регулус сидел на крыше старого здания, устроившись на деревянном стуле, который скрипел под каждым его движением.       Он выглядел расслабленным, но каждый, кто знал его лучше, понял бы: эта небрежность обманчива.       На столе перед ним стояла бутылка коньяка, уже наполовину опустевшая, и стеклянный стакан, из которого поднимался лёгкий аромат крепкого напитка. — Надо пить поменьше, — пробормотал Регулус, рассеянно глядя на стакан. Он поднял его к глазам, рассматривая янтарную жидкость так, будто пытался найти в ней скрытую мудрость. — Надо пить не много… Пить не много… — Его голос стал тише, но он всё равно повторил, словно проверяя свои слова на прочность: — Надо пить.       С этими словами он одним движением опрокинул содержимое стакана себе в горло. Лицо слегка дёрнулось от горечи, но на губах появилась лёгкая ухмылка.       Он медленно поставил стакан на стол и, облокотившись на подлокотник стула, посмотрел вдаль.       Примерно в километре отсюда тускло светились огни бара. Даже отсюда можно было разглядеть несколько массивных фигур, стоящих у входа. — Ха, если эти шавки тут, то и их хозяин неподалёку, — проговорил Регулус, прищурив глаза. — Наверняка сидит в баре, греет свою задницу, гадёныш. Наверное, даже с довольной рожей виски прихлёбывает.       Он пощупал бутылку, будто взвешивая своё решение, а затем тяжело вздохнул. — Вот же дерьмо… Хотел всего четверть стакана. Чет-верть! А в итоге почти полбутылки ушло, — прошипел он себе под нос, раздражённо проводя рукой по лицу. — Почему так? Почему всегда так? Надо меньше пить, блять…       Регулус на мгновение застыл, глядя на свет бара, затем его рука поднялась, вытянувшись в ту сторону. Средний палец упёрся в большой, словно он готовился щелкнуть. — Одним щелчком, — произнёс он, голос наполнился тихой решимостью. — Одним щелчком убью его, и никто из наших не пострадает.       Он сузил глаза, сосредоточившись на своей мишени, словно видел прямо сквозь стены и фигуры. Большой палец резко оторвался от среднего, раздался громкий щелчок, разрезавший ночную тишину. Регулус улыбнулся уголком рта. — Ну что, гадёныш, как тебе мой подарок? — пробормотал он, откинувшись на стуле.       Регулус, закинув ногу на ногу, опёр кулак о щеку, глядя вдаль. Одним щелчком он мог стереть всё и вся. Между небом и землёй не было никого, кто сравнится с его силой.

***

      Альбрехт сделал небольшой глоток виски, наслаждаясь мгновенным теплом, разливающимся по горлу. Горечь напитка заставила его слегка поморщиться, но это была та самая горечь, которую он любил. Он потянулся к тарелке и взял небольшой кусок вяленой рыбки, закусив виски с хрустом.       Мужчина с удовлетворением откинулся на спинку стула, оглядываясь по сторонам. — Хорошо пошло, — прошептал он себе под нос, тихо усмехнувшись.       Однако в следующий миг всё изменилось. Всё вокруг словно рухнуло. Пол внезапно оказался у него перед глазами, а странное чувство пустоты охватило всё тело.       Его взгляд упал на пол, где он… увидел самого себя. Вернее, своё тело.       Голова его больше не была на месте, и он осознал, что смотрит на себя со стороны. Кровь быстро растекалась тёмной лужей, окрашивая потертый деревянный пол в алый цвет. — «Что за…?! Какого чёрта?!», — промелькнуло в его сознании. Но времени на осмысление не осталось: темнота накрыла его окончательно.       Тем временем в баре раздался оглушительный взрыв. Бутылки за стойкой одновременно взорвались, их осколки разлетелись по всему помещению.       Тяжёлые звуки стекла, разбивающегося о стены и пол, смешались с криками посетителей.       Некоторые из них упали, схватившись за лица, другие ринулись к выходу, опрокидывая стулья и столы.       Бармен, который ещё секунду назад вытирал стаканы, бросил всё и, не оглядываясь, побежал к двери, пригибаясь, чтобы не зацепиться осколками.       В дверях бара появились амбалы Альбрехта. Их массивные фигуры застопорились на мгновение, когда они увидели мёртвое тело своего командира. Один из них, более опытный, быстро осмотрел помещение, выхватив меч. — Что здесь произошло?! — гаркнул он, но никто не мог дать ответ.       Челси, всё ещё в облике мужчины, медленно поднялась из-за стола. Её лицо оставалось бесстрастным, но внутри всё дрожало от напряжения. — Пора сматываться… — прошептала она себе под нос, стараясь не привлекать внимания. — «Что, чёрт возьми, это было?!» — мысль пронзила её разум.       Едва сделав шаг, Челси почувствовала резкую боль в животе. Глаза её округлились, и она инстинктивно схватилась за рану.       Когда она подняла руку, ладонь оказалась покрыта кровью. Её сердце забилось сильнее, дыхание стало прерывистым.       Медленно опустив взгляд, она увидела, что из её живота торчит крупный осколок бутылки. Острый край блестел в тусклом свете лампы, а по стеклу стекала кровь.       Челси стиснула зубы, чтобы не закричать, и прижала руку к ране, пытаясь остановить кровотечение.       Она сделала ещё один шаг, пошатываясь, и осмотрелась в поисках пути для отхода. Паника, охватившая бар, давала ей шанс, но её тело медленно начинало подводить. — «Просто выбраться отсюда… ещё немного, и всё будет нормально», — мысленно убеждала себя Челси, хотя её взгляд снова упал на торчащий в животе осколок, и она почувствовала, как силы покидают её.