Ягодный переполох

– Ничего себе! – присвистнул Баки, пораженно рассматривая лабораторию «Гидры» в тусклом, периодически мерцающем освещении – на большее бьющегося в припадке генератора не хватало. – Какого черта здесь произошло?.. Судя по всему, раньше это помещение использовалось для исследований – множество непонятной аппаратуры, разномастные склянки и пробирки, койки с ремнями, дабы подопытные не смогли избежать своей трагической участи… Но теперь оно был переквалифицировано то ли в госпиталь, то ли в морг: стол завалили шприцами с мутным содержимым и зловещими грязными инструментами – их даже для вида не пытались дезинфицировать. У дальней стены штабелями лежали вскрытые тела, у многих отсутствовали органы, на полу тоже умостилось пяток трупов в халатах и немецкой форме. Такие находки встречались по всей базе, похоже, ее обитатели скончались здесь в адских мучениях. Амбре от гниющих мертвецов – умерли они точно не вчера – стояло еще то, поэтому Баки натянул горловину свитера до носа, жалея, что накануне выложил из подсумка противогаз. Стив же, несмотря на куда более острое обоняние, подобных проблем явно не испытывал. Его модернизированный организм не уставал удивлять, демонстрируя впечатляющие возможности. – Чертовы садисты, они что, ставили опыты на своих же? – удивился Стив. Он все еще питает иллюзии по поводу этих беспринципных уродов? – Сами себя истребляют, нам же лучше, – пробормотал Баки. Его мутило, и не только от запаха и зрелища ползающих в глазницах паразитов – на войне к такому быстро привыкаешь, – но и сама атмосфера этому способствовала. После плена любые лаборатории нагоняли на него жути, а эта и вовсе собрала большинство штампов дешевого фильма ужасов. На миг он словно опять оказался пристегнутым к столу в Аццано, с плывущим сознанием, совершенно беспомощный перед надвигающимися пытками… Баки покачнулся и ухватился за стену, силясь прийти в себя. – Бак? Ты в порядке? – встревоженный голос Стива вернул его в реальность. – Это моя реплика, – вымученно хмыкнул Баки, сжав в кулаке ремень винтовки – она придавала ему уверенности. Новому, блистательному Роджерсу нужно было соответствовать, и он лучше сдохнет, чем покажет, как страшится очутиться в лапах «Гидры». – Будь начеку, эти ублюдки обожают преподносить неприятные сюрпризы, у меня до сих пор перед глазами стоит тот псих без кожи в Аццано. Он так гордился своей красной мордой, хоть бы задумался, что дамочки ему больше никогда не дадут. – Вот в таком контексте я о нем точно вспоминать не хочу! – возмутился Стив, как всегда смущаясь от одного лишь намека на секс. Баки незаметно усмехнулся: уловка сработала, Роджерс тут же переключил внимание, забыв о его секундной слабости. – Давай осмотрим шкафы, могу поспорить, здесь много полезного, – предложил Баки, подозрительно покосившись на темный проем вентиляции. Он искренне надеялся, что оттуда к ним не вылезет очередной шедевр «Гидры» в форме зубастого мутанта – этим ученым маньякам дай только волю поэкспериментировать, и пофиг, что сами скопытятся при этом. Скривившись, он осторожно потрогал ближайшего мертвеца носком ботинка, но труп вел себя мирно и не пытался встать или отгрызть ему ногу. И на том спасибо. Стив системно обшаривал полки и ящики, Баки же то и дело прерывался, бдительно прислушиваясь к окружению. Тот факт, что они застряли здесь на несколько часов, вгонял его в уныние – вонь будто бы нарастала, вытесняя кислород, дурное воображение рисовало, как его оплетает незримое щупальце и с каждой проведенной в этом стремном месте минутой сдавливает все сильнее, мешая дышать… Так не пойдет, надо брать себя в руки. – А они славно повеселились перед кончиной, – нарочито весело прокомментировал он найденные за перевернутым столом тела. – Не хочу знать, где их штаны и почему они… фу, блять! Стиви, эти козлы даже после смерти мне моральную травму организовали! – Надо же, я думал, тебя таким не пронять, – подколол Стив, запихивая в вещмешок пухлые папки, содержимое которых еще предстояло изучить. Заинтересовавшись последним вытащенным из ящика стола документом, он всмотрелся в него и нахмурился. – Пф, я, конечно, кое-что смыслю в любовных утехах, но это перебор! – откликнулся Баки. – Стив, если я кони двину, убедись, что я это сделал в приличной позе! – Типун тебе на язык! Его постепенно отпускало, стены переставали давить, поэтому Баки наклонился, собираясь обшарить карманы единственного в помещении суицидника – тот откинулся на своих условиях, прострелив себе голову. Баки справедливо рассудил, что предсмертная записка могла бы пролить свет на случившийся здесь кошмар, но стремительно подскочивший к нему Стив обхватил его за талию и бесцеремонно оттащил на пару шагов назад. Выражение лица у него было совсем странным: – Мы уходим, – отрывисто скомандовал он. – Ты чего, мы же даже половины не осмотрели! – поразился Баки. – Сержант Барнс, на выход. Это приказ, – добавил стали в голос Роджерс. Спорить резко расхотелось, по виду Стива было ясно, через мгновение он сам выволочет его наружу. – Так точно.

***

Баки, вытянув ноги, привалился к плечу Стива, бездумно пялясь в костер. Двухдневный переход по пересеченной местности, кошмарная база и мытье в ручье – Стив сразу, как они до него добрались, пинками погнал мыться, напрочь игнорируя, что вода была ледяной, а некоторые присутствующие чувствительны к холоду, – выпили все силы. Баки всю дорогу ловил на себе тревожные взгляды, объяснения которым не находил, а Роджерс отделывался ничего не значащими фразами. Он словно сделал вывод, что Баки увлекается мародерством, и теперь подозревал его почем зря. Неужели из-за этого он так быстро свернул операцию? Расслабился и повеселел Стив только после того, как они устроились на отдых, а Баки, наоборот, стал клевать носом. – Не спи, ужин на подходе, – напомнил уткнувшийся в трофейные бумаги Стив. Баки сперва тоже долго в них тупил, но пространные размышления о вирусах и всякой заразе показались редкостной нудятиной. Вникать в заумные эпитеты было тяжело – усталость туманила разум, – так что он в итоге сдался, пообещав себе потом выудить из Стива краткую выжимку. – Не, я пас, – отказался Баки. В походном котелке завлекающе булькала каша, но есть после увиденного совершенно не хотелось. Конечно, в военное время не принято разбрасываться драгоценной тушенкой, но Баки с удовольствием обменял бы свою долю на парочку сигарет. – Настолько вымотался? – сочувственно спросил Стив. – Не все же такие двужильные, как ты, – зевнул Баки. Спустя пару минут Стив заявил, что блюдо готово, засуетился, раскладывая еду по мискам, и все-таки сунул Баки его порцию. – Поешь хоть немного, – попросил он. Баки опустил взгляд, рассматривая куски мяса. Стив явно постарался положить ему самые аппетитные кусочки, и он оценил заботу, правда, но при виде них желудок сделал кульбит: Баки все еще находился под впечатлением от копошащихся во вскрытых животах опарышах. Как наяву почудилась та невыносимая вонь, и он резко позеленел. – Что-то мне нехорошо, – он отложил еду и попятился. – Я малясь проветрюсь, мне не оставляй. – Баки, постой! – с беспокойством донеслось ему вслед, но Баки лишь прибавил шагу.

***

Баки задержался подольше, чтобы Стив успел и поесть, и вымыть посуду без лицезрения его кислой физиономии. Приятным бонусом от незапланированного блуждания по буреломам стал пышный куст черники – небывалая удача для закончившегося сезона. Он сорвал все до единой ягодки, большую часть умял на месте, но сумел вовремя притормозить и отложить немного Стиву. Нести их было не в чем, ночь выдалась на удивление теплой, поэтому куртка вместе со свитером остались рядом с рюкзаком. Пришлось тащить добычу в руке. Но, как назло, на обратном пути луна скрылась за тучами, забрав с собой последние крохи света, и подвернувшаяся под ноги коряга стала роковой: споткнувшись, Баки рефлекторно сжал кулак в попытке сохранить равновесие. Удержаться от падения ему удалось, но вот сладкий презент мгновенно превратился в кашицу, которую он слизал с ладони. – Я уже думал идти тебя искать, – поприветствовал его Стив. – Как ты, все нормально? – Отлично прогулялся перед сном, – улыбнулся Баки, с удовлетворением отмечая, что вся утварь убрана – не хотелось бы блевануть от вида каши, Стив же старался, готовил. Он сел на свой спальник и довольно потянулся. – Ты все с бумажками возишься? – Ты же сам видел, там очень важ… Баки, что это?! – Где? – не понял Баки, а потом сообразил, что Стив пялится на его руку, пострадавшую от чересчур близкого знакомства с черникой. – А, это. Испачкался. – Где в лесу можно так измазаться? – тихо спросил Стив. – Ну… – признаваться, что в одну харю обглодал целый куст ягод, а Стиву даже жалкую горсточку не донес, было неловко. – Нашел вот… чернику… – промямлил он. – Покажешь? – прищурился Роджерс. – Я уже не помню, где она там росла, да и темно очень, – пристыженно потупился Баки. – Нет ведь там никаких ягод, да? – безнадежно уточнил Стив. – Нет, извини, – вздохнул Баки. Вряд ли им посчастливится найти еще, а тот невесть как сохранившийся куст он полностью ободрал. – Глупо получилось. – Глупо… – эхом повторил Стив. Внезапно он рухнул перед ним на колени и сгреб в объятия. – Это из-за меня, я не должен был тебя туда тащить… – прошептал он, часто моргая. – Чего? – опешил Баки. – Прости, прости меня, я все исправлю, слышишь? – Стоп, – Баки отстранил поникшего Стива и с досадой осознал, что тот сейчас не способен внятно поведать, что его расстроило, легче и быстрее будет выяснить самому. – Боюсь представить, чего ты там начитался на ночь глядя, что тебя так развезло. – А то ты не знаешь… Баки покачал головой и, заприметив придавленный камешком лист бумаги, – видимо, Стив отложил его как наиболее важный, – схватил его и вновь уселся рядом с другом. Он пробежался глазами по тексту, вычленяя из него главное, благо, это оказались записи ведущего ученого, и расписано все было доступнее, чем в предыдущих документах. – Искусственно выведенный вирус… заразный, неконтролируемо распространился… Летальный исход… вот чего они все там ласты склеили… Ты решил, что у меня это проявляется?.. Почему? Так, симптомы… усталость и спонтанная слабость… – Тебе стало плохо в лаборатории. – Все-то ты замечаешь, – насупился Баки. – Уже споткнуться нельзя, сразу в смертники записываешь. Что еще? Потеря аппетита и отвращение к некоторым продуктам… Ладно, согласен, это выглядело подозрительно, но как вообще можно есть после той лаборатории? Дальше… Губы меняют оттенок на фиолетовый или синий, и на теле появляются пятна соответствующего цвета. Аааа, вот в чем дело… – Баки дружески пихнул Стива плечом. – Нашел из-за чего загоняться! Стиви, ну чего ты себе напридумывал? Ничем я не болен и помирать в расцвете лет не планирую. Ерунда это. – Ты сам признался… Я понимаю, почему ты не хочешь говорить, но, Бак, я не допущу, чтобы с тобой произошло то же, что с теми людьми, – вскинулся Стив с той неудержимой решительностью, что заставляла его собирать все драки на районе. – Не парься, это обычная черника, чего ты всполошился? Подождем до утра, и сам убедишься. Ну даже если заразился, что теперь? Лечиться все равно нечем, разве что подорожник приложить. – Способ есть, ты же сам знаешь, потому и придумал теорию с черникой, – тяжело уронил Стив, вперив взгляд в землю. – Вариант дождаться утра исключен. Баки, семь часов после заражения, и даже этот метод уже не поможет. С посещения базы прошло пять. Да что там за лечение такое? Лишь бы не кровопускание! – Лекарством является декаме… метокси… тьфу, блять, язык сломаешь, пока выговоришь, в общем какая-то жуткая кислота, – прочитал Баки. – Также эффективно помогает народное средство: необходимо поместить сперму здорового человека в прямую кишку зараженного, так как в ней содержатся элементы, способствующие… Чего, блять? Баки выпучил глаза и вчитался внимательнее, искренне полагая, что в отблесках пламени что-то неверно увидел. Еще полминуты потребовалось на осознание. – Да если бы это помогало, они б не передохли там все! – заорал он. – Они поздно об этом узнали. Я такой ошибки не совершу. – Что значит, не совер… Все, Стив, посмеялись, и хватит, я не намерен участвовать в этом цирке. Я спать, чего и тебе желаю. Баки успел снять один ботинок и расшнуровать второй, когда Стив резко на него навалился, прижимая к спальнику своим сильным телом. Весил он немало, и на несколько секунд у Баки аж дух вышибло, потом он забрыкался, но проще было скалу сдвинуть, чем Стива. – Ты что творишь?! Отцепись, придурок! – Прости, но я не могу пустить все на самотек, на кону слишком многое, – пропыхтел Стив, удерживая его в горизонтальном положении. – Да не заразился я, это гребаная черника! – Я не буду тобой рисковать! – Ты сбрендил! – Баки воспользовался тем, что Стив чуть сместился, и пнул его ногой, рассчитывая вскочить и дать деру в лес – всего-то и надо переждать пару часов, а там даже Стиву станет очевидно, что его выводы ошибочны и Баки ничего не угрожает. Как бы не так. Стив, суперсолдат хренов, удара не почувствовал, а вот ногу поймал и стащил с нее ботинок. – Пошли к ручью, я докажу! Смыть следы от черники не представлялось возможным – точно не в ледяной воде с их подобием мыла, но это помогло бы выиграть время. – Баки, пожалуйста, пойми, у нас нет выбора, – взмолился Стив и ловко перевернул его на живот, заламывая руки за спину. Баки испуганно пискнул. Его что, прямо сейчас поимеют? Вот так сразу? И никаких тебе предварительных ласк, раз уж они и правда до этого дошли? Баки забился с удвоенной силой, но Стиву это не помешало стянуть с его брюк ремень и крепко затянуть его на запястьях. После он так же невозмутимо избавил его от штанов и снова перевернул на спину. Пусть Баки частенько посматривал на Стива куда откровеннее, чем следовало бы, но такой поворот событий шокировал. И черт бы с тем, что лучший друг собирался трахнуть его в лесу без подготовки, надо бы все-таки Стиву намекнуть, что в кармане куртки завалялась баночка вазелина – Баки применял его от обветренности губ – война или нет, надо всегда выглядеть достойно. Но как насчет ответных чувств? Последствий? Да начать хотя бы с того, что повод, мягко сказать, хуевый! Это же напрочь порушит их дружбу, Стив потом смотреть на него не сможет и из отряда на фиг выпрет! Впрочем, он благородный, сам уйдет… Тьфу, блять, надо его остановить, пока не поздно! – Я тебя знаю, ты этого не сделаешь, – заявил Баки. – Не сделаю? – Нет. – Тогда полежи смирно. Баки аж онемел от такой наглости, а Стив склонился над ним, выцеловывая шею, прикусывая кожу и кружа кончиком языка по этим укусам. Баки досадливо выдохнул: всего разок рассказал ему, как таял, когда девчонка так сделала, а эта зараза запомнила и обратила против него. А он даже оттолкнуть Стива не может! И с каждой секундой хочет этого все меньше, а это плохо, очень плохо, чтобы сохранить дружбу, надо быть хладнокровнее. Стив задрал его майку и оглаживал грудь, бока, задевал соски, заставляя Баки со свистом втягивать воздух. Будь на его месте кто угодно другой, Баки вряд ли возбудился бы и сопротивлялся бы до последнего, но это же Стив! Стив, которого он хотел хрен знает сколько лет и о котором мечтать себе запрещал! Стив словно знал, что ему нравится, и умело этим пользовался. Баки незаметно для себя расслабился и плавно качался на волнах удовольствия, в штанах чувствовалось приятное оживление. Барнс, приди в себя! – Ты сам потом пожалеешь! – еще одна попытка достучаться разбилась о железобетонную непоколебимость Стива в своей правоте. – Никогда. Ты меня возненавидишь, но зато жив останешься, – буркнул Стив, спустился ниже, и место рук заняли губы: он вычерчивал узоры по груди и животу, лаская то дыханием, то языком. От удовольствия сжимались пальцы на ногах, но Баки держался. Раньше Стив заливался краской даже от шуток о близости с девчонкой. Что же изменилось? Почему его абсолютно не смущает, что придется заняться сексом с парнем? Чем они там с Эрскином занимались?! Только вот он забыл об одном таком немаловажном факте, и Баки поспешил его озвучить: – Как ты собрался в меня хрен пихать, у тебя же на меня не встанет! – У меня, Баки, – необычайно серьезно ответил Стив, – на тебя стоит всегда. – Чего? – Баки даже замер на секунду, прекратив безуспешные попытки ослабить ремень на запястьях. – А Пегги? – А что Пегги? – Стив увлеченно поглаживал его пока еще скрытый тканью трусов член. – Ты же с ней… ну… высокоморальный Стив Роджерс готов изменить своей девушке? – Ты с дуба рухнул, какой девушке? Как можно на кого-то запасть, когда есть ты? – поинтересовался Стив, посмотрев ему прямо в глаза. Не врет. – Погоди! Это что было? Ты мне так по-идиотски в любви признался?! – Как умею, так и признаюсь, – уязвленно буркнул Стив. – Я об этом моменте всю жизнь мечтал. Ну, не так, конечно, но… Можешь презирать и записывать в извращенцы, мне терять уже нечего. После его слов на душе у Баки стало легко, солнечно и запели метафорические птички. Все сомнения отпали. Ну, кроме места действия, но что уж теперь. Спасибо, комаров и клещей нет, за жопу не кусают. – Да я как бы тоже в этом списке… Не могу поверить, что наш первый раз случится так тупо, из-за какой-то черники! – заржал Баки и сам подался навстречу, прижимаясь к нему теснее и побуждая энергичнее работать рукой. – Баки? Это… это правда? – В следующий раз тебе придется хорошенько постараться, чтобы реабилитироваться. Как минимум ожидаю мягкую кровать. И горячую ванну! Также хочу шампанского, ну или хотя бы вина, – с улыбкой потребовал Баки. – Есть, сэр! Все будет! – просиял Стив, хоть батарейки от него заряжай. – Не понял, почему я раздет, а ты нет? – продолжил командовать Баки. – И ремень тут лишний. А где мой законный поцелуй? Стив лукаво улыбнулся и стащил с него белье. Баки было возмутился – принять активное участие в процессе теперь страсть как хотелось, – но не успел, так как Стив глубоко, до горла вобрал его член в рот. Он точно сверхчеловек… Улетая в нирвану, Баки рассеянно подумал, что утром найдет тот злосчастный… хотя ладно, что уж греха таить, благословенный куст и еще долго будет припоминать его Стиву. Чисто из вредности.