Сладкоежка

макс тихо напевал слова, сидя на пороге дома семьи Бурчуладзе. Он постукивал ногой в такт, пытаясь скоротать время, пока ждал. Это было определенно необычное зрелище — видеть Макса, сидящего в одиночестве на чьем-то пороге и ничего не делающего, явно скучающего до чертиков. Но было вполне хорошее объяснение. Его девушка Настя, а заодно и ее мама, должны были вернуться домой от стоматолога в любую минуту. Насте сегодня удалили зубы мудрости, и, несмотря на ее храбрость, любой мог видеть, как она нервничала из-за всего этого. Она была встревоженной, как только ей сказали, что она должна пройти через это, особенно сегодня рано утром, когда ей нужно было уходить. Максим подошел, чтобы проводить ее, и она все время выглядела на грани слез. Конечно, ему было ее жаль, но он знал, что это к лучшему. Ее зубы мудрости уже некоторое время сильно болели. Операция давно назрела. Кстати об ангеле — пока он размышлял, он увидел, как знакомая машина мамы Насти остановилась. Какая удача! Макс был на ногах, как только увидел их, и был там, чтобы встретить их на подъездной дорожке, когда они подъехали. Конечно, он с нетерпением ждал встречи с Настей. Он хотел убедиться, что все пройдет хорошо. И как любой хороший парень, он хотел быть рядом с ней на каждом шагу выздоровления. Он знал, что она, вероятно, будет в дурмане и, возможно, даже не будет реагировать, но это было еще одной причиной, по которой он хотел быть рядом, чтобы помочь ей. Бедняжка, вероятно, была в ярости от этого веселящего газа. Он медленно открыл дверцу машины, не желая ее пугать. В конце концов, он не знал наверняка, что его ждет или что она переживает. Но ничего страшного. Он уже подготовился почти ко всему, так как планировал провести остаток дня с ней. Ему нравилось быть готовым к любой неожиданности, поэтому он решил надеть старую футболку и старые джинсы на всякий случай, если она обслюнявит его кровью. Макс никогда не удалял зубы мудрости лично, но он представлял, что это связано с большим количеством крови, слюны и кровавой слюны. Как только он открыл дверь, он улыбнулся от уха до уха. Там была Настя, прекрасная как всегда, ее голова покоилась на подголовнике сиденья. Ее глаза были стеклянными и поникшими, а ее лицо было опухшим и красным. Но для него? Она выглядела великолепно. Она никогда не могла не быть таковой. Сначала она не отреагировала, когда он открыл дверь, просто устало посмотрела на него. Бедняжка... Макс просто хотел подхватить ее на руки и уложить в постель. О: О, привет Макс! радостно поприветствовала тетя Оксана, хотя она тоже выглядела обеспокоенной за дочь. Она похлопала Насте по руке. О: Смотри, кис, Макс пришел навестить тебя! мягко сказала ей мама. Настя тупо уставилась на нее, прежде чем снова взглянуть на Макса. Она попыталась что-то сказать, но ее рот был так полон мокрой марли, что это вышло только как бульканье. Макс усмехнулся и наклонился, чтобы оказаться с ней на одном уровне. М: Привет, Насть тихо сказал он М: как ты себя чувствуешь? Настя выглядела озадаченной. Она повернулась, чтобы посмотреть на свою мать, которая неловко улыбнулась. О: Это Макс, Насть. Твой парень. терпеливо сказала Оксана. Это, должно быть, всколыхнуло память Насти. Она посмотрела на него широко раскрытыми сверкающими глазами и широко улыбнулась, натянутой на марлю, затем осторожно протянула руку, чтобы коснуться его лица. Она снова попыталась что-то сказать, и на этот раз ей это удалось. Н: он дома. вот все, что она смогла выдавить. Ее голос был приглушен марлей, и в процессе она залила слюной всю свою рубашку. Макс рассмеялся и покраснел. Как мило! Она была очаровательна. Оксана тоже рассмеялась, в то время как Настя выглядела очень сонной и смущенной. Она была прелестна. Он протянул руку и нежно сжал ее руку. М: Ты тоже красивая, Красотка. Он хихикнул над ее реакцией. Она так широко улыбнулась, что снова пустила слюни. Он поднял руку, чтобы вытереть ее с подбородка. Она ухмыльнулась и слабо сжала его руку в ответ. Она была слаба, и Макс мог сказать, что она изо всех сил пыталась держать глаза открытыми. О: Ладно, кис, думаю, пора идти в дом вовремя объявила мама Насти, собирая вещи. Она бы попросила Макса о помощи, но он, конечно, был на два шага впереди. Он наклонился и обнял Настю за спину, помогая ей встать. Конечно, она шаталась, но Макс постарался ее удержать. Последнее, что он когда-либо сделает, это позволит ей упасть. Настя споткнулась несколько раз, но они добрались до дома без серьезных проблем. Когда мама Насти поставила их вещи, она отвела Настю в свою комнату, чтобы привести себя в порядок и надеть пижаму. Макс смотрел им вслед. - Бедная Настя подумал он. Ему было жаль ее, а потом ему стало плохо от того, что ему было плохо. Он знал, что не стоит слишком сильно волноваться, в конце концов, она была сильной девочкой, но ему все равно было жаль ее. Он был ее другом, он не мог не суетиться вокруг нее. Но именно поэтому он был здесь, он хотел быть рядом с ней, когда бы она ни нуждалась в нем. Он не ожидал, что она будет сильной все время, и он был более чем счастлив быть плечом, на которое можно опереться, если она в этом нуждалась. Черт, если бы он мог, он бы взял всю ее боль на себя. Он так чертовски любил эту девушку. Всегда готовая мать, мама Насти уже приготовила Насте место на диване, где она могла бы прилечь. Она приготовила его этим утром, перед тем как они ушли. Максим занялся взбиванием ее подушки и поправкой одеяла, хотя в этом не было необходимости. Просто все, что могло бы быть полезным. Через несколько минут Насте, с помощью матери, вернулась. Как она шла, Макс не знал. Она выглядела мертвой на ногах. Тем более, что она переоделась в то, что выглядело как самая старая пижама во всем доме. Потрепанная черная майка и пижамные шорты, которые были такими старыми, что горошек на них почти выцвел. Она все еще была очаровательна, но это само собой разумеется. Она поплелась к дивану, измученная, ее руки были вытянуты. Макс едва успел встать, прежде чем она рухнула в его объятиях. Он рассмеялся. Это было трогательно. Он успокаивающе погладил ее по спине, пытаясь устроить ее поудобнее. Она была такой же вялой, как мокрая лапша. М: Как насчет того, чтобы мы легли? мягко спросил он. Она пробормотала что-то неразборчивое, поэтому Макс решил принять это как «да». Он медленно устроился, все еще держа ее в своих объятиях. Это было действительно легко, так как она почти ничего не весила, и она выглядела такой довольной. Ее глаза закрывались, и она начала пускать слюни. Макс откинулся на подушки и переместил ее так, чтобы она могла положить голову ему на грудь. Она глубоко вздохнула. М: Удобно? спросил Макс, хихикая. Настя даже не издала ни звука на этот раз. Она пускала огромную лужу слюней по всей его рубашке и начала храпеть. Это было восхитительно. Макс усмехнулся. Как вообще возможно, чтобы кто-то был таким драгоценным, как Настя? Она была идеальна во всех отношениях. Он был в восторге от нее. Она почти могла ввести его в транс. Вот как сейчас, например; Она спала так крепко, ее лицо было таким умиротворенным. Он не мог перестать восхищаться ею. Он просто обожал такие моменты. Просто лежать здесь с Настей, обнимать ее. Особенно, учитывая, что ей сейчас нужна была поддержка. Было приятно находиться так близко к ней. Для многих людей объятия были чем-то простым, но для Макса это значило целый мир. Устроившись поудобнее, Макс закрыл глаза и зарылся носом в ее волосы. И вскоре он тоже задремал. Когда Настя проснулась, она понятия не имела, сколько времени прошло. На секунду она едва осознала, где находится. Все, что она знала, это то, что она все еще была истощена, а ее рот болел как черт. Во рту был привкус крови, от которого ее немного тошнило. Она могла только представить, как ужасно она выглядела, с ее опухшим лицом и всем таким. Но, несмотря на все это, она тут же расслабилась, когда почувствовала знакомый запах. Ее голова все еще лежала на груди Макса, а его руки все еще обнимали ее. Он нежно гладил ее по спине. Как долго он уже здесь этим занимается? Настя понятия не имела, но определенно давно. Казалось, за окнами гостиной темнело. Небо начинало приобретать нежно-персиковый цвет. О, боже, должно быть, прошли часы... и он все еще был этим. Это было такое любящее занятие, что у нее в горле застрял комок. Лучшего парня, чем Максим Тарасенко, действительно не найти. Он был сливками общества. Все еще уставшая от лекарств, которые ей дал стоматолог, она расслабилась и быстро задремала. В конце концов, это было легко. Она чувствовала себя так комфортно. Она чувствовала себя такой любимой. Когда она засыпала, ее последняя мысль была о том, как ей повезло. Никто не мог заменить максима Тарасенко. Он был для нее всем. Последнее, что она чувствовала, был Макс, уткнувшийся в ее голову и напевающий знакомую мелодию.