Donald's Birthday

Микки Маус и его друзья готовились к важному событию: поздравлять Дональда Дака. Минни и Дейзи занимались готовкой, Гуфи пытался развесить в доме украшения (в то время как Микки следил, чтобы его друг-недотёпа ничего не испортил), а дядюшка Скрудж тщательно упаковывал подарки. Билли, Вилли и Дилли бегали туда-сюда, помогая всем, кому могли, и часто напоминали о времени старшим. Наконец, в 11 часов утра приготовления к празднику были завершены. — Микки, — позвала Минни из кухни, — я вижу, что наши гости и именинник едут! Они уже почти на подъездной дорожке! — Так, все по местам! — возбужденно сказал Микки (до этого мышонок ещё успел выудить голову Гуфи из аквариума, он всё-таки умудрился туда упасть). Все столпились у входной двери, трое детишек встали впереди, в руках у них были подарки для любимого дядюшки, и собравшиеся стали ждать. Дверь открылась, и внутрь вошли три птицы. Первый был петух, на нём было ярко-красное чарро, широкополое сомбреро, а в кобуре были два пистолета. Другой зелёным попугаем, с модной тростью и старомодной сигарой между пальцами (или перьями?). А третьим предстал белоснежный селезень, одетый в легендарный синий матросский костюм, который был так узнаваем… —С днём рождения (дядя) Дональд! — громко закричали все, пуская в воздух конфетти. Виновник торжества покраснел от смущения и начал знакомить своих близких с друзьями-иностранцами: —Познакомьтесь, это Хосе и Панчито, которые входят вместе со мной в группу «Три кабальеро» — сказал селезень своим обычным, немного неразборчивым голосом, но, к счастью, многолетнего общения хватило, чтобы понять что прокрякал Дональд. —Йяахуууу! — крикнул Панчито, продолжив восклицать и кричать на быстром испанском, подбрасывая в воздух свое сомбреро и доставая из карманов конфеты. Билли, Вилли и Дилли были рады такому повороту событий, что их решили подкормить. Хосе затянулся сигарой, поприветствовав присутствующих на португальском и, улыбаясь выходкам своих друзей, подошел к Дейзи Дак и поцеловал ей руку. Вскоре все пожимали друг другу руки, смеялись и обменивались любезностями, и они перешли из парадного холла в гостиную. Скрудж Макдак, казалось, был особенно увлечен беседой с попугаем, чья трость, похоже, была сделана по старинному образцу, которого старый селезень не видел уже много лет. Минни упомянула, что нужно немного ещё поколдовать над тортом, и Микки предложил ей свою помощь. Гуфи последовал за ними (сказав, что поможет зажечь свечи, но на самом деле мышонок потащил его за собой, чтобы он смог приглядеть за своим старым неуклюжим другом). Так получилось, что гостиная была занята исключительно птицами —Макдаками, Даками и двумя латиноамериканскими гостями. Дейзи смеялась, глядя на Скруджа, спорящего с Хосе о том, чья трость ценнее, и на своих приёмных племянников, окруживших буйного петуха и оживлённо болтающих. —Вот, mi amigos, — неожиданно весело сказал Панчито детям, доставая из кармана чарро небольшой альбом, — здесь хранятся немного воспоминаний о вашем дяде, обо мне и Хосе. О наших днях, проведённых в Бразилии, Мексике, и других странах, как сувенир на память старине Дональду в день рождения, а? Он игриво толкнул утку локтем в бок (который в этот момент пытался спросить Дейзи, когда будет готов ужин, и тут же издал протестующий возглас). —Ха!» — рассмеялся Панчито. «Никогда не меняйся, mi amigo». —Я и не собираюсь, — проворчал Дональд себе под нос. — Ай-яй-яй, какая жалость, друг мой, — сказал бразилец, который уже прекратил дискутировать с самым богатым селезнем в мире и хитро поглядывал на друга из Америки. —Когда-то и ты говорил то же самое, а теперь ты посвятил своё время детям и познакомился с этой очаровательной bela moça — он любезно кивнул Дейзи, которая сжимала руку своего возлюбленного. — Что он имеет в виду, Дональд? — ласково спросила уточка. Мексиканец, всё ещё держа в руках мини-альбом, обменялся с Хосе озорными ухмылками. —О, ничего особенного, сеньорита, за исключением того, что твой парень был немного… как вы это называете? Каса…ка-за— пытался выговорить слово петух. —Ты хотел сказать Казанова, верно? — уточнил попугай в канотье, хотя и немного приглушенно, делая очередную затяжку сигарой. Дональд побледнел (если белая утка может бледнеть). Дейзи лишь сузила глаза. А вот племянники селезня в матроске разразились хохотом. —Дядя Дональд? Казанова? —Билли засмеялся да так, что у него потекли слёзы, лежа на полу и колотя по нему кулаками. —Дядя Дональд нравится только тёте Дейзи! — Вилли задыхался от хохота, хватаясь за бока. — Тебе придётся предоставить нам доказательства, чтобы мы тебе поверили, — улыбался Дилли ухмыляясь и прислонившись к креслу в гостиной, чтобы перевести дух. —Но они у нас уже есть! —Вы бы не поверили! — воскликнул Дональд, прикрыв рот рукой (э-э, клюв). —Amigo, cálmate, cálmate, это всего лишь забава, — успокаивающе (но с дразнящим блеском в глазах) сказал Панчито. Итак, кто хочет увидеть фотографии, на которых дядя Дональд бегает за красотками?» Все трое племянников разом закричали «да!». Дональд стал еще бледнее, потом порозовел, покраснел, стал ещё краснее, потом сменил оттенок на темно-фиолетовый… То, что последовало дальше, можно было назвать только хаосом. Селезень в матроске впал в ужасную, печально известную всем истерику, гоняясь за этим петухом по всей гостиной, а его племянники бегали за ним, заваливая вопросами: —Дядя Дональд, почему ты это от нас скрывал? —Так значит действительно фотки с доказательствами? Это уже компромат! —Почему нам нельзя на них глянуть? — Дядя Скрудж, а дядя Дональд действительно был Казановой? Скрудж усмехнулся и проговорил, что это не его дело и он не будет вмешиваться в этот балаган. Дейзи стояла неподвижно целую минуту, прежде чем крикнуть Дональду, чтобы он немедленно вернулся и всё ей объяснил. Хосе просто прислонился к стене, спокойно затягиваясь сигарой и лениво выставляя ногу, чтобы время от времени подставить друзьям подножку во время их погони. Пожилой селезень покачивал тростью и пытался приструнить своих внучатых племянников (он знал, что Дональду уже не помочь, если он разбушевался), но эту беготню надо всё равно прекращать. Микки и Минни, улыбаясь, вышли из кухни с огромным свежевыпеченным тортом, а Гуфи шел за ними, напевая про себя весёлую песню. Они замерли на месте, увидев перед собой хаотичную сцену. Попугай безмятежно улыбался им, казалось, не замечая их ошеломлённых выражений лиц. —Вот такие должны быть «праздники», верно? — бесстрастно сказал он, кивнув на это зрелище. —Я бы назвал это «хаосом», — заметил Микки, не сводя глаз с Дональда, который карабкался по камину, чтобы дотянуться до этого мексиканца, который сидел на высоких потолочных балках и дразняще размахивал мини-альбом, которую держал в руке. Хосе пожал плечами. — Разница невелика, во всяком случае, в моей стране. Гуфи громко расхохотался. —Боже мой, Мик, это действительно так и есть! Микки переглянулся с Минни. Они оба вздохнули и пожали плечами. —Думаю, мне лучше спрятать торт на кухне, пока с ним ничего не случилось, — деликатно сказала мышка, отступая на несколько шагов назад. —Осторожнее, — предупредил главный символ Диснея, качая головой на своих сумасшедших друзей. —Гуфи, постарайся успокоить Дональда, ладно?» — Конечно, старина, — важно ответил Гуфи, после чего вошёл в гостиную и был сбит с ног раскачивающейся (и очень злой) уткой на потолочном вентиляторе. Микки вздохнул. Возможно, гость из Бразилии был прав. Это было типичное «празднование» среди друзей, по крайней мере, друзей Микки Мауса и Дональда Дака…