Муза.

Дизайнер и модель.

Эндрю Миньярд всегда говорил, что вдохновение — это слабость. Это хаотичный, мимолётный процесс, на который нельзя полагаться. Однако его коллекции, с каждым разом всё более изысканные и утончённые, всегда начинались с одного — с Нила Джостена. Нил сидел на высокой табуретке в углу просторной студии, наблюдая, как Эндрю безупречным движением закрепляет булавки на ткани, которая позже превратится в идеальный пиджак. — Скажи мне ещё раз, — начал Нил, слегка склонив голову набок. — Почему я? Почему ты создаёшь только для меня? Эндрю не поднял глаз от своей работы. — Я уже отвечал. — Твои ответы ничего не объясняют, — не отступал Нил. Его голос был мягким, но в нём чувствовалась насмешка. — Уверен, ты мог бы найти кого-то другого. — Нет. Это «нет» прозвучало так уверенно, что Нил прищурился. Он соскользнул с табуретки, делая пару шагов ближе к Эндрю, который продолжал работать. — Ты даже не смотришь на меня, — сказал Нил. — Как ты вообще можешь утверждать, что я — твоё вдохновение? На этот раз Эндрю замер. Он медленно поднял взгляд, его холодные карие глаза встретились с глазами Нила. — Я помню, как ты выглядишь. — Ты помнишь, как я выгляжу? — Нил рассмеялся. — Думаешь, этого достаточно? Эндрю наклонил голову, его выражение оставалось непроницаемым, но в глазах блеснуло что-то большее. — Этого достаточно, чтобы я продолжал работать. Нил скрестил руки на груди, не сводя взгляда с Эндрю. — Я — модель, Эндрю. Моё лицо на обложках журналов, мои шаги на подиумах. Это моя работа. Но ты… ты делаешь это личным. Почему? Эндрю молча опустил взгляд на ткань перед собой. Его пальцы уверенно перебирали материал, но он говорил тихо, почти неразличимо: — Потому что никто другой не сможет стать этим. — Чем? — Нил шагнул ближе. Эндрю поднял взгляд, их лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — Всем, что я хочу выразить. Нил замер. В комнате повисла тишина, прерываемая лишь тиканьем старых часов на стене. Он не знал, как ответить, поэтому лишь шёпотом спросил: — Ты хоть понимаешь, как странно это звучит? — Странно? Да, — ответил Эндрю, поднимая ткань и изучая её, будто ничего особенного не сказал. — Но мне всё равно. Нил наблюдал за ним, его руки сжались в кулаки, прежде чем расслабиться. — Знаешь, однажды я, наверное, потребую объяснений. Настоящих. — Можешь потребовать, — спокойно ответил Эндрю, не отрываясь от работы. — Но они тебе не понравятся. Нил не мог сдержать улыбки. Он сел обратно на табурет и, опираясь локтями на колени, сказал: — Тогда, может, я просто позволю тебе делать своё дело. Эндрю ничего не ответил, но краем глаза он всё же посмотрел на Нила, и в его взгляде читалось больше, чем можно было выразить словами.