Медиум

Чон хотел остаться. Хотел говорить, не о преступлении, а о том, что у них было за все эти годы. Юнги с момента переезда, был в его голове скорее образом, нежели воспоминанием о реальном человеке, ведь забылось даже слишком многое. Единственное, что Чонгук помнил хорошо, что после убийства двух маленьких мальчиков в их деревне, Юнги с матерью переехали. Сейчас это было легко объяснить волнением женщины за своего сына, но интуиция подсказывала, что всё куда сложнее. Как и в целом с Юнги сейчас. Что же он знает? Чонгук не мог ответить себе на этот вопрос, не поговорив со старым другом, вот только сейчас это было невозможно. День тянулся мучительно медленно. Опросы, отчеты, морг, участок.. Лишь к вечеру, когда выдалась наконец свободная минута, Чонгук отпустил собственные мысли, и те, подобно преданным зверям, тут же устремились к нему. Пропущенных звонков не было. Не сказать, что Чонгук ждал, но надеялся, что Юнги хотя бы напишет. Но нет. Возможно, ему общение с человеком из далекого прошлого попросту не нужно. Да, определенно. Правда, была ещё одна спасительная соломинка, уцепившись за которую можно было что-то прояснить. Чон набирает номер. - Хосок, привет. - Привет. - голос друга однофамильца и почти что брата звучал привычно бодро. С минуту они обменивались стандартными фразами на привычные им темы, прежде чем Чонгук решился. - Я тут Юнги встретил. - Какого Юн.. - Хосок замолк, и показалось даже, что звонок прервался. Но нет. Хосок был на несколлко лет старше, и лучше помнил те события. И лучше помнил Юнги. Вот только почти сразу стало ясно, что эти самые воспоминания у них двоих отличались. - Послушай мой совет, Гукки. Не связывайся с ним. Я серьёзно. Рядом с этим человеком всегда что-то происходит. И лучше тебе поверить, потому что люди умерли. - Что? - не веря не только своим ушам, но теперь ещё и воспоминаниям, переспрашивает Чон. - Слушай, я понимаю, ты полицейский и всё такое.. - Просто объясни. - Я сам не всё до конца помню, но проблемы начались, когда мать Юнги переехала в нашу деревню. И полугода не прошло, как пропал мальчишка, примерно моего возраста, на тот момент, он в начальную школу ходил. По итогу, хоть полиция на ушах и стояла, нашли труп, и то через месяц. Потом второй. Минов тогда никто не обвинял, во всяком случае, пока Юнги не стал странно себя вести. Как-то выбегает на остановку, кричит как ненормальный. И, представь, автобус только на мост выехал, и в воду. Много людей тогда погибло. После этого и стали говорить, что мамаша Юнги демонов скармливала. - И ты в это веришь? - Честно?.. Скорее нет. Но, знаешь, если есть человек, рядом с которым люди как мухи мрут, я не хочу докапываться до правды, какой бы она ни была. Винить Хосока за подобное отношение не получалось. Во всяком случае, люди всегда ведут себя так: пытаются найти объяснение, а когда это не получается, начинают фантазировать. Даже когда дело касалось ребенка, ни в чём не виноватого, но оказавшегося не в том месте и не в то время. Они еще немного поговорили, но разговор этот не принес так желаемой определенности. Скорее даже наоборот. Возможно, Хосок прав. Во всяком случае, в том смысле, что воспоминания не всегда представляют из себя объективную истину. И уж точно нет нужды цепляться за прошлое. Исчезновение мальчиков Чонгук помнил. Вернее, помнил, как все люди в деревне сплотились, чтобы помочь семьям и найти пропавших. Именно это вдохновило его на работу в полиции. Вот только.. Судя по всему, эти же самые люди также объединились, обвинив во всем мальчика, которому тогда и десяти не исполнилось, и его мать. Сама эта мысль была мерзкой, грязной, но прошлого не изменить. Отложив телефон подальше, Чонгук вернулся к работе, переключившись с загадок прошлого на дело, на которое ещё есть возможность повлиять.