Наша Элли

Эл слегка дёргается, пытаясь отстраниться, когда слышит щелчок закрывающейся двери. Похоже эти двое не постеснялись войти как раз в разгар её единения с Крюгером. Но прервать ласку не дают сильные руки. Себастьян сильнее вжимает её бедра в своё лицо и, как наказание, слегка прикусывает клитор. Новая волна возбуждения охватывает с головой и она прикрывает рот рукой, чтобы не стонать. Глаза закрываются, чтобы не отвлекаться. Мужчины сзади молчат и слышно только влажные звуки кунилингуса от неё и шелест тканей от них. Её коленки слегка касается чья-то рука в перчатке и она приоткрывает глаза, чтобы встретиться с ледяным взглядом Никто. От того, как он изучает её лицо, мурашки бегают по спине. Элли знает как выглядит. Прикрытые глаза, раскрытые губы, ртом ловит короткие вздохи, щёки раскраснелись от возбуждения. Никто сидит рядом, еле поглаживает её колено и не отрывает глаз. Скользит дальше по её телу, подмечает как вздымается грудь, как затвердели соски, которые теребит Себастьян. Проходится жадным взглядом ниже и замирает на точке, где всё происходит. От лица Никто. Без единого слова или какой-то эмоции в глазах он изучает, как язык и губы Крюгера проходятся по её промежности, как бёдра Элли трутся о чужой подбородок и как её лобок вжимается в нос друга. То как она стонет, выглядит, как смотрит ему в глаза, заводит до предела и Никто расстёгивает ширинку и сразу же достаёт член. Не может больше терпеть, хочет взять всё от этой встречи. Замечая её взгляд на своих руках, он медленно проводит по всей длине, начиная с головки, сжимая пальцы так, чтобы собрать крайнюю плоть вниз. Потом снова поднимает руку вверх и нажимает пальцем на уретру. Рука всё ещё в перчатке, прикосновение грубое и твёрдое. Медленное. Он представляет, как бы она передёргивала ему вот так же в перчатке на какой-нибудь миссии. - Никто, я могу- - Нет, - он твердо прерывает её тихий голос, не желая сейчас отвлекаться от своей фантазии. Глаза бегают по всему её телу, не зная где лучше сосредоточиться. На этих приоткрытых губах или на едва качающейся груди? А может на пальцах, что сжимают волосы Крюгера? Или на этой сладкой промежности, что заливает чужое лицо соками? Как бы он хотел искусать каждый сантиметр этой мягкой кожи там. Грубо и до кровоподтёков. Рука чуть ускоряется, погружая его в больные мысли. Девушка стонет всё громче, явно приближаясь к оргазму. Себастьян сильнее прижимает к себе, оставляя на ягодицах красные следы. Сам Никто оставил бы фиолетовые. Его уже трясет, только от вида девушки. Еле терпит, ожидая своей очереди. Её глаза закатываются и с протяжным стоном она оседает на кровати, пока Себастьян чуть приподнимает её бедра, чтобы выбраться. Никто уже тянется к мягкому телу Элли, когда Кёниг грубо бросает в него контрацептив и смазку. - Ты будешь трахаться в презервативе. Давно анализы не сдавал. Никто бросает на него злобный взгляд и быстро переводит глаза обратно на девушку, что еле держится на кровати в сидячем положении, пока Крюгер что-то шепчет ей на ухо и поглаживает её бока и груди. Мужчина быстро натягивает презерватив, добавляет немного смазки и тянется к девушке, хватая её за талию и выуживая из рук Себастьяна. Он смотрит ей прямо в глаза, пока усаживает на себе, нажимает головкой на горячий клитор, одной рукой полностью обхватывает её талию и прижимает вплотную. От ощущения её рук на своих плечах сознание плывёт и мужчина сажает её на член одним рывком до самого основания. Его глаза закрываются под её громкий стон от неожиданности движения. Никто сжимает её бок одной рукой и ягодицу другой и импульсивно сажает на себя, утыкаясь маской в её грудь. Его останавливает твёрдая рука Кенига на плече и приказной тон. - Не торопись. Никто приоткрывает глаза, поднимает взгляд на её лицо. Видя, проступившие слёзы в уголках глаз Элли, он чуть ослабляет хватку пальцев и позволяет ей двигаться самостоятельно. Как хочется ей. Из открытых участков кожи у него только глаза да член в защите. Но ему нравится и надеется, что девушке этого достаточно от него. Он прижимается ближе к её телу, глаза слегка прикрываются от приятных ощущений, когда она так медленно движется на нём, царапает грудь о его маску, нежная кожа трётся о грубую ткань костюма и перчаток. - Элли, - он еле хрипит под ней удивительно нуждающимся тоном и прижимается ещё ближе, хотя вроде бы уже некуда.