Наша Элли

Первым из двоих мужчин сдаётся Кёниг, она слышит его протяжный стон на ухо и слегка дрожит от того, как он входит до самого основания и делает последние резвые толчки, кончая. Через пару секунд Никто переносит вес её тела на себя и даёт Кёнигу выбраться. Укладывает безвольное тело на живот и ложится сверху. Она чувствует как он медленно входит в её промежность для финального акта, его руки опускаются рядом с её головой на локтях. Сейчас из-за расслабления она кажется себе мягкой растекшейся лужицей, что расплылась под сильным мужчиной. От угла проникновения каждое его резкое и отчаянное движение, напоминающие те самые ещё в самом начале, отзывается приятной волной. Всей длиной он проводит по передней стенке влагалища и доводит её до иступления. Элли то ли кричит то ли стонет, закатывая глаза. Никто вбивается в неё бешенным темпом и не замедляется ни на секунду. Когда её обдает током и ноги уже начинают бесконтрольно дёргаться под ним, ища опоры, русский хватает её за горло и придушивает, перекрывая кислород. Она сипит, хватает ртом воздух и кончает именно в тот момент, когда кончает и он, замирая в ней. Девушка всё в той же сильной хватке Никто и из-за сильного оргазма даже не соображает сопротивляться. Она чувствует вторую руку на своей шее и хватка цепких пальцев наконец ослабляется, а знакомые подушечки Кенига мягко массируют появившиеся синяки. Она слышит тихие переговоры таких знакомых голосов, но сейчас вообще не способна их осмыслить. Только мельком может уловить интонации, одни агрессивные, другие извиняющиеся. Когда сознание более менее приходит в норму, она понимает, что её спину оглаживают знакомые пальцы Крюгера. - Себби... - Тише, Vogel, мы позаботимся о тебе. В следующее мгновение Элли слышит шум воды из ванной. Чувствует, как сильные руки переворачивают и поднимают к себе, прижимая к груди. Она утыкается носом в плечо Себастьяна и вдыхает такой знакомый аромат. Его аромат. Пот смешанный с запахом соснового леса по осени. В ванной её берет на руки его кузен, она трётся щекой о немного жёсткую бороду Кёнига, что пахнет кедром и засохшей коркой апельсина, и опускается на носочки, еле держась на ногах. Пока Кёниг удерживает её под грудью, обнимая всё тело сильными руками, Крюгер водит руками по телу, смывая все лишние жидкости. Её кожа из приятно липкой вновь становится мягкой и шёлковой. Элли стоит между двумя австрийцами и постепенно приходит в себя. Она поворачивает голову, укладывая её на грудь Кёнига и встречается взглядом с одетым Никто в дверях, что за ними наблюдает. Девушка по-доброму улыбается ему и протягивает руку, приглашая к ним. Он в ответ отводит взгляд и слегка качает головой. Всё, что она от него добивается после ласкового душа - это мягкое полотенце вокруг тела, которым он промакивает её кожу от влаги. Опираясь на его плечи, только одним взглядом показывает как сладко было с ним. Пока русский поддерживает её, ещё не способную самостоятельно ровно стоять на ногах, Кёниг накидывает на неё свой серый огромный халат и тихо говорит в сторону Никто. - Отнеси её на мою кровать. Никто кивает и плотнее оборачивает её в одежде, осторожно поднимает на руки. Несёт на постель, в которой уже лежит Крюгер в одних боксерах, широко улыбающейся ей. Мужчина кладёт девушку рядом с Себастьяном и наклоняется к самому уху, заправляя мокрые пряди её волос, пробегаясь массажным движением по коже головы. - Ты настоящее сокровище, милая, - маска Никто еле еле касается её щеки и она чувствует от него запах металла, потёртой ткани, дешёвых сигарет и ягодной жвачки. Его запах ненадолго пленяет, пока мужчина не отсраняется, отходя к Кёнигу, прислонившемуся к стене. Крюгер подминает девушку под свой бок, обнимает одной рукой и целует в лоб, не давая послушать тихие перешептывания, понаблюдать за взаимодействием её партнёров. - Ты в порядке, meine Kleiner Vogel? - Да, - она еле отвечает в его плечо. - Тебе понравилось? - Да, - говорит коротко и целует его ключицу не в силах ответить помногословнее. Себастьян тихо смеется и прижимает её к себе чуть ближе, выписывает узоры пальцами через ткань халата на её спине. Элли засыпает под его тихое спокойное дыхание, давая себе заслуженно отдохнуть после интенсивного сеанса.