Prophetic Dreams Are the Worst/Вещие сны — самые худшие

Посейдон моргнул. Он был не в Атлантиде, и не на Олимпе тоже. Он был... в автобусе? В автобусе смертных. Переполненном детьми и взрослыми, которых было недостаточно, чтобы справиться с этими маленькими негодяями (И да Посейдон считал детей — негодяями. Его дети тоже в этом числе. Вообще-то, в особенности его дети. Даже с Род может быть сложно, когда она расстроена, а она ведь самая спокойная из его детей. И всё же, Посейдон их любит) Почему он здесь? Он прокашлялся, пытаясь привлечь внимание, но никто не отреагировал на это. Почувствовав раздражение, он только собирался открыть рот, как что-то пролетело в воздухе и приземлилось на кудрявую голову. Это было не случайность, тот кто сделал это попал именно в того, в кого целился. В мальчика который сидел рядом. Развернувшись, Посейдон увидел двух мальчишек. И один из них подозрительно был похож на него самого. В конце концов, как мог Посейдон забыть собственное лицо? Конечно, тот, кого он увидел, был он если бы принял форму ребенка, значительно смягчив божественность и добавив немного смертного несовершенства. Но эти глаза? Определенно его. — Я её убью. — Да всё нормально – попытался его успокоить другой ребёнок. Нет, Сатир. – Я люблю арахисовое масло. В своих волосах?! – с отвращением подумал Посейдон. Даже у Пана в самом пьяном состоянии (хотя его бы быстро нашли и привели в трезвость) не такой дурной вкус. Сатир увернулся от очередного снаряда. — Ну всё, хватит. – мальчика уже собирался встать, но Сатир усадил его обратно. — Ты уже на испытательном сроке. – напомнил тот – Сам знаешь, кому в случае чего попадёт. Его глаза были полны ненависти. Такой же взгляд бывал у Посейдона, когда шутки Гермеса и Аполлона заходят слишком далеко. — Перси? — спросил Посейдон и мысленно упрекнул себя. Конечно, это был его Перси. Его сын. И его бессмертное сердце подскочило прямо к горлу. Перси был на него очень похож. Даже слишком, чтобы эму это нравилось... потому что это значит, что его братья узнают, что Посейдон нарушил клятву, и это значит, что жизнь Перси будет в опасности. История героев никогда не заканчиваются хорошо. (Если только их имена не Персей или Одиссей. Но это скорее исключения чем правило) Посейдон потянулся к своему сыну, но обнаружил, что его рука прошла сквозь него, словно туман. Сон? Видение? Может ли понять это Божество? Неуверенный в корне в... чтобы это ни было... Посейдон может лишь наблюдать. Видеть, как Перси пытается удержаться от избиения сучки, пока она не поймёт где её место, одновременно пытаясь защитить своего друга сатира. Наблюдать, как Перси пытается узнать больше о греческом мире — их мире — но уродливая сука и СДВГ усложняют задачу. Посейдон замечает, что одним из учителей в инвалидной коляске является Хирон. В своей обычной смертной маскировке. А вот другая… он думает, что видел ее раньше, но где...? — Ты заткнёшься?! – тут его сын сорвался. К несчастью для него, он произнёс это слишком громко в слишком тихой галерее. И оказался в центре внимания. Перси покраснел, когда Хирон спросил, есть ли у него что сказать, и отрицал это. — Может быть, вы расскажете нам, что изображено на этой картине? –Хирон указал на стéлу. Посейдон посмотрел на картинку и застонал. Хирон, во имя богов. Почему из всех картин и историй именно эта? — Это Кронос пожирает своих детей, да? Технически это было, когда мой дорогой старик папаша собирался проглотить камень который, как он думал был Зевсом. Посейдон старался не вспоминать буквально темные времена. Хорошие вещи. Забавные вещи. Сосредоточься на этом. Хотя как он мог спутать ребенка с камнем... либо мой младший брат был очень похож на камень, когда был младенцем, либо он был мертвецки пьян и уверенн, что мать не будет с ним драться и прочее. Да, — подтвердил Хирон. – И он сделал это, потому что… — Ну… Перси довольно мил, когда его лицо было сморщено, пытаясь вспомнить урок. – Кронос был верховным богом, и… Сынок. Пожалуйста. Это существо и я оба бессмертны, но я предпочитаю не попадать под одну группу с этим монстром, — взмолился Посейдон. — Титан, – Хорошо. – И… он не доверял своим детям, которые были богами. Вот он, хм, Кронос и съел их, да? Посейдон закрывает глаза и напоминает себе, что он был свободен. Он не был внутри этой тюрьмы. Он был свободен. — Но его жена спрятала младенца Зевса и вместо этого дала Кроносу съесть камень. А позже, когда Зевс вырос, он обманом заставил своего отца, Кроноса, выблевать его братьев и сестер... — Фу! Попробуй быть выблеванным. Посейдон содрогнулся от отвращения. Внутренне поблагодарив судьбу за то, что он приземлился в океане. Это смыло бóльшую часть рвоты. — ...и вот произошла великая битва между богами и титанами, и боги победили. Слишком упрощено, но тут ты не ошибаешься, — заявил Посейдон. Не то чтобы вам нужно было знать подробности. Это было больно, и я надеюсь, что мне больше никогда не придется видеть моего дорогого старика отца. Картины и так уже более чем достаточный источник кошмаров. Он ненавидел замкнутое пространство в течение следующих нескольких месяцев после своего освобождения. Или лет. Быть запертым в проклятом желудке Титана— это почва для клаустрофобии. К счастью, потом была только короткая болтовня, а потом обед. (Фу. Кто может переварить еду после этой истории? Смертные.) Посейдон наблюдает, как Перси и его защитник-сатир сидят у фонтана и что-то обсуждают. Посейдон нахмурился, когда понял что сатир, по-видимому, пытается отрицать существование магии или просто держит Перси в неведении. Что странно. Там Хирон. Конечно, ничего не может пойти не та— Этот наглая дура снова появилась и разозлила Перси настолько, что он использовал свою силу, чтобы стащить ее в фонтан. …или, может быть, у Сатира возникла блестящая идея держать Перси подальше от греческого мира. Посейдон взглянул наверх. Зевс его пока не сразил, так что... времени еще достаточно? Но другая учительница наблюдающая и фактически приказывающая Перси следовать за ней (она просто не может быть человеком) Посейдон едва не получил сердечный приступ, когда увидел, как существо сбросило человеческую личину. — Аид! — завопил он. Отлично. Он был так занят тем, как отреагирует Зевс, что почти забыл о своем старшем брате. Своем старшем брате, который послал всех трех Фурий и практически всю стаю Адских гончих за дочерью Зевса. Чёрт! Посейдон попытался заблокировать Фурию, но она прошла мимо него, словно он был дымом — будь проклято это, что бы это ни было! Единственная хорошая сторона — это то, что Хирон вкатился внутрь и бросил Перси клинок... Перси вообще знает как пользоваться оружием?! Хирон! Там ребёнок с острым оружием! Не смотри просто так! Да сделай ты хоть что-нибудь! Перси в панике принял нелепую позу (часть Посейдона, то есть Нептун, цокнула в сторону незрелой формы: «нужно больше тренировок, чтобы это исправить», и мысленно придумала план тренировок), и когда Перси взмахнул им вниз— Посейдон распахивает глаза и смотрит в потолок своей комнаты в Атлантиде.