Только друзья

      Решение забрать вещи из квартиры Клочковой пришло после долгих размышлений. Александр понимал, что его затягивает все больше. И он все чаще совершает нелогичные, даже неадекватные поступки. Он быk готов признаться, что полюбил Вику. Но только себе, никак иначе. Ей об этом знать не обязательно. Да и вряд ли она-то к нему испытывает то же самое. Скорее, просто затаилась, притворяется, что ей не нужны его деньги, даже не реагирует на грубость! Просто ждет, когда у него совсем поедет крыша, и он подсядет на близость с ней окончательно. Вот тогда она и развернется, и хорошо, если деньгами ограничится! А ведь у него еще есть и ценные бумаги, и недвижимость! Нет, надо рвать, пока не стало слишком поздно!       Подведя под свои действия вполне приемлемое логическое обоснование, Воропаев поехал в воскресенье вечером к ее дому. Забрать вещи. Если будет трудно сделать это спокойно — нахамить. Так, чтоб сама их ему выкинула. Он припарковался, и каково же было его облегчение, когда увидел ее, выходившую из подъезда и садившуюся в машину. При параде, значит, к кому-то на встречу. А и хорошо! Теперь-то его совесть точно будет чиста перед ней!       Подождав, пока автомобиль Виктории выедет со двора, Александр поднялся в квартиру. Быстро собрал вещи, вплоть до зубной щетки и геля для душа. Подумывал оставить записку, но потом решил, что не стоит давать ей такой компромат. Просто положил свои дубликаты ключей на журнальный столик и вышел за дверь, захлопнув ее на собачку. Да, теперь точно всё! Он правильно поступил.       Но на душе было погано. Как на зло, в голову лезли воспоминания о том, как он просыпается с ней рядом. Как она ему улыбается, только открыв глаза. Да и вообще… Хороша, стерва! Еще немного — и он бы попал, как кур в ощип! Нет, хватит! Забыть — и дело с концом!       Дома уснуть никак не удавалось вплоть до трех утра. До двенадцати он ждал, что Вика позвонит и начнет истерить, обвинять его. Потом бесился от того, что она не позвонила. В общем, выспаться не удалось, на работу поехал злой как черт.       Ближе к обеду возникла мысль посмотреть, как там дела в «Зималетто», но Воропаев принял волевое решение не ездить туда, ограничился звонком Урядову. — Александр Юрьевич, работаем! — бодро отчитался кадровик. — Сегодня в усеченном составе, но уже завтра все отсутствующие будут на местах! — А кто отсутствует? Что-то серьезное? — заинтересовался Александр. — Кира Юрьевна сообщила, что будет после обеда, в магазины с утра поехала, в Подмосковье. Андрей Павлович в Лондоне, Маргарита Рудольфовна немного приболела, но там все в порядке, президент будет завтра как штык, звонил. А Роман Дмитриевич тоже, по его словам, приболел. — Думаете, просто прогуливает? — Пока ставлю прогул, а там как решит Андрей Павлович. — Выходит, два отдела без начальства у нас? — Никак нет, сэр! Виктория приступила к работе в должности заместителя начальника отдела маркетинга и рекламы. Ну и функционал по отделу продаж все так же у нее. — Одна Клочкова на два отдела? Думаю, выход из кризиса затянется… — Да не думаю, Александр Юрьевич, — спокойно отозвался Урядов. — Виктория уже давно работает за двоих. Роман Дмитриевич и до этого… не слишком много времени уделял своим рабочим обязанностям. Андрей Павлович велел все отмечать и ставить прогулы, если что. Вот, к концу месяца посмотрит статистику и проведем беседу. А уж как дальше сложится — я не знаю. — Вот оно что. Выходит, друг оказался вдруг… — протянул Воропаев. — Ну, это уже личное, тут я даже не знаю… — Да понятно все! Вика сейчас в фаворе, так что наберет опыта, а там Малиновскому ручкой помашут. Хорошая кадровая политика! Но ладно. В конце концов, я обещал не вмешиваться, вот и не буду. Но вы уж пожалуйста держите руку на пульсе, Георгий Юрьевич. Я на вас только надеюсь! — А Николай Антонович? Он прекрасно работает! По сути все важные сейчас для компании действия предпринимаются как раз в области финансов, так что ситуация под контролем! — Да, хоть кто-то работает. Спасибо, Георгий Юрьевич! Всего хорошего! — И вам всего хорошего, Александр Юрьевич!       Интересные новости следовало обдумать. Вика действительно работает? И Урядов говорит это без намеков, экивоков и скрытой иронии? Очень, очень странно! Но он уже знал, что она успешно учится. И работает, значит, тоже. И правда есть способности? Эх, позвонить бы сейчас Зорькину, чтобы проверил ее, но… Но он же помнил, что Николай сам имеет виды на Викусю. А толкать его ближе к ней, да еще и в отсутствие Жданова… Чревато! Черт! И ведь опасная ситуация-то! Никто ведь теперь им двоим не помешает! И Вика конечно поняла, что свободна от каких-либо обязательств по отношению к нему, Александру…       Разволновавшись, Воропаев бросил трубку, попытался успокоиться. Он же сам принял решение порвать с ней! Неужели зависимость уже сформировалась? Нет, не думать! А еще лучше — заняться чем-нибудь другим. Или… кем-нибудь другим! Стоп! У него же есть Катя! С ней можно, например, пообедать. Это отвлечет его, сто процентов! И он набрал офисный телефон Пушкаревой…

***

      В понедельник Андрей позвонил ей в девять утра, подтвердил, что собирается вернуться вечером. Велел не скучать. А как тут заскучаешь, если в половине первого позвонил Воропаев и пригласил на обед? В общем-то Катя и не собиралась отказываться. На этот раз был «Бон аппетит». Для разнообразия. — Я вообще люблю французскую кухню, — объяснил Александр, когда им принесли меню. — А в «Лиссабоне» мы уже достаточно часто бывали, чтобы нас срисовали как пару. — Ну и ладно, — согласилась Катя. — Тут и правда приятное место. — Летом выставляют столы на веранду, бывает еще приятнее. Сходим как-нибудь? — улыбнулся Александр. — Обязательно сходим, — кивнула она, изучая меню. Выбрала бизнес-ланч. Воропаев тоже, но другой вариант, тут было несколько. — Рассказывай, как провела остаток выходных! — спросил он, когда официант ушел выполнять заказ. — Прекрасно! Вчера вот с Зорькиным встречалась. — Да ты что? Помирились, выходит? — под вежливым удивлением он умело маскировал сильное беспокойство. А вдруг она узнает, что он ему все рассказал? — Ну да. Просто теперь мы уже не так хорошо понимаем друг друга, — вздохнула Катя. — А в чем не сошлись-то? — В ситуации с родителями. Я попыталась высказаться. Обычно он всегда выслушивал, что у меня накипело, а тут… ну прямо не скрывал, что ему неприятно. — Он считает, что ты должна вернуться домой и попросить прощения? — Да, но не в этом дело. Он считает, что я не должна ему высказывать свои эмоции. А так да, считает, что я раздуваю конфликт. — Ты правда думаешь, что твой отец будет физически препятствовать твоему уходу, если ты вдруг их навестишь? — Я не сбрасываю такую вероятность со счетов, — она покачала головой. — Я сегодня с ним поговорю. Только не знаю, он в «Зималетто» или дома. — Вот и я тоже не знаю, — она печально вздохнула. — Да не кисни ты! Узнаю сам и поговорю! А уж потом вместе к ним домой наведаемся. Договорились? — Да, спасибо. На Колю особой надежды нет. Он на мою сторону не встанет, если речь идет о моих родителях. — Он к ним привязан больше, чем к тебе, получается? — Да, с удивлением это констатирую, — улыбнулась Катя. — Да, интересные у вас отношения. Получается, он как бы тоже член семьи? — Да, так исторически сложилось. Но я рада, что он их не оставляет. Им же надо о ком-то заботиться… — Подари им щенка! — усмехнулся Александр. Катя задумалась. — А и правда!       Они оба рассмеялись, понимая, что насчет щенка — это конечно шутка. В качестве оптимальной замены Кати родителям подойдет только внук или внучка. К которым Катя просто еще не была готова…       После обеда, закинув Катю в офис Юлианы, Александр все-таки поехал в «Зималетто», благо на работе ничего срочного не было. Пришлось потревожить Урядова еще раз, чтобы узнать, на месте ли Пушкарев. Оказалось — да, на месте. Теперь главным было пройти прямо в нужный коридор, не сворачивая в другой, по привычке. Удалось! — Здравствуйте, Александр Юрьевич! — секретарша финансового отдела выпучила глаза в удивлении. Секретарши Урядова на месте не было. Наверное, добирает объемы дополнительным обедом в курилке. Лучше бы этой отдала, вот ей бы как раз не помешало! — Добрый день. Могу я узнать, ваше начальство на месте? — Николай Антонович вышел, а Валерий Сергеевич на месте. — Отлично! Он-то мне и нужен! — Я сейчас сообщу! — Будьте добры, — он выдал вежливый оскал, и Светлана Федоровна активировала селектор. — Алё! — услышали они громкий голос полковника. — Валерий Сергеевич, к вам пришел Александр Юрьевич Воропаев. — Да? Ну так… это самое… пусть заходит! — Премного благодарен! — Александр отвесил секретарше карикатурный поклон и быстрым шагом вошел в кабинет.       Пушкарев приветствовал его стоя. Да, Александр знал, что умеет эффектно появиться. — Добрый день, Валерий Сергеевич, — без тени улыбки произнес Александр. — Здравствуйте, — отозвался тот, настороженно глядя на визитера. Руки не подал. — Присаживайтесь, что ж теперь стоять-то… — Благодарю, — Александр сел на диванчик рядом со столом главбуха. — Итак, нам с вами надо поговорить. Предлагаю так: я начну, и если у вас останутся вопросы, я на них отвечу. Согласны? — Так чего ж нет-то? Согласен, конечно, — кивнул Пушкарев. — Отлично. Итак, что касается нас с Катей. Мы с ней находимся в хороших дружеских отношениях. Ничего более. Не стоит верить тому, что пишут в глянцевых журналах. И тем более сплетням, который с великой радостью разносят секретарши этого этажа. Далее. Мы с ней решили притвориться парой после того, как она узнала, что у нее, оказывается, появился жених, а она не в курсе. У меня репутация довольно жесткого человека, поэтому никакая особь мужского пола, скажем так, не посмеет бросить мне вызов и обидеть Катю. Ну и я, конечно, обижать ее не собираюсь. Она прекрасный человек и хороший профессионал. Я очень ценю и уважаю ее. Никаких женихов у нее не будет, пока она сама не захочет этого. В то же время я не собираюсь ее контролировать и упаси бог читать ей морали. Она взрослая девушка и имеет полное право на свой выбор. Места жительства, круга общения и конечно же мужчины рядом. — Будто мы ее контролировали… — буркнул Пушкарев. — Мы просто хотим знать, где она и что с ней! Что у нее все в порядке! — Она говорила, что звонит вам. У нее действительно все в порядке. Я хотел узнать, вы сможете поговорить с ней спокойно? Без обвинений? Просто рассказать, как дела, послушать ее? — А вам-то какое дело, раз вы с ней… друзья и только? — хмуро спросил Пушкарев. — А разве о друзьях нельзя позаботиться? Вот я и пытаюсь. Пожалуйста, не давите на нее. Она ни в чем перед вами не виновата, а что хочет жить отдельно — так это понятно. Взрослая уже! — Взрослая, как же! — продолжал ворчать Валерий Сергеевич. — Я и сам собирался ей позвонить. Не стоило мне такими обвинениями разбрасываться. — Поверьте, ей будет очень приятно просто поговорить с вами. Она скучает. — Да понял, понял! Не буду нотации читать! Тут ведь еще в чем дело? Мать хочет, чтобы Катерина домой вернулась. Пилит меня постоянно, остановиться не может. Как Катя позвонит — сразу начинается! — А Катя, знаете ли, боится, что вы ее насильно дома задерживать будете, — признался он. Пушкарев аж за сердце схватился. — Это… с какой стати? Да я ее никогда и пальцем не тронул! — Она припомнила события своего восемнадцатилетия, когда вы грозились на плече ее унести из общежития… — Что?! — он вскочил. — Да она… да что ей там было делать, в этой клоаке?! Она была ребенком! И не какой-нибудь беспризорницей! Какое ей общежитие?! — Вот такой реакции она и боится. До сих пор, — отозвался Воропаев. — Ну, Катерина! — выдохнул Пушкарев, качая головой. — Дожили! Отца родного боится! — Она не вас боится. Не хочет создавать конфликтную ситуацию. Но я ей передам, что вы конечно же сейчас так не поступите, да? — Я бы и тогда так не поступил! — И это очень хорошо. Я могу устроить вам встречу. Или вы ей сами позвоните? — Позвоню. Я и сам собирался… — кивнул Пушкарев. — Надо же было до такого довести! Можно же было сразу сказать! Что вы друзья! — Да я тоже не сразу сообразил, что вы как-то превратно воспримете, — Воропаев усмехнулся. — А знаете, что? Вы с ней к нам домой приходите! — Спасибо, думаю, это будет оптимальный вариант. — Может, сегодня тогда? — Увы, нет. Сегодня никак не могу. Работы непочатый край. А вот завтра — с удовольствием. — Вот и договорились!       Расстались довольные проведенной беседой. Воропаев радовался, что не давил и не завалил эти переговоры к чертям. Катин папенька оказался вполне вменяемым мужиком. Дочку любит, это очевидно. А то, что обвинил ее… Так сгоряча ляпнул, не подумав. Сам обидел, потом сам же и обиделся. Бывает.       Александр покинул кабинет так же стремительно, как и зашел туда.       Направился к выходу, но не успел пересечь холл, как его окликнули: — Саша, ты какими судьбами здесь?       Кира. Забыл про нее совсем. — По делам. Не смею задерживать, — буркнул он и все же добрался до лифта. Вызвал кабинку, приготовившись к расспросам. Но к счастью их не было. Уже в лифте обернулся — сестры не было. И хорошо! А еще лучше, что в холле не было Вики…