Только друзья

      Что делать с деньгами, поступившими от Обухова, Вика не представляла. У нее сейчас не было желания пробежаться по магазинам и спустить всю немаленькую сумму. Немаленькую даже после выплаты адвокату, который безусловно стоил своего гонорара. Положить на счет? Купить какие-то акции? Да, это было возможно.       И Вика принялась изучать брокерское дело. Не то что бы она сама собралась играть на бирже, но представлять, как и куда вкладывать должна была. А уж потом решит, кому доверить свои капиталы.       Можно было бы конечно обратиться к Зорькину, но рисковать не хотелось. О него вроде бы наладилось всё с Леной, ни к чему привлекать к себе внимание лишний раз. Можно к Пушкаревой, но она вроде бы не именно этим занимается.       Закончив с делами фирмы, Вика принялась за свои. Встреча с партнером через два часа, она как раз успеет освежить материал по биржам в голове.       Спустя час она со стоном оторвалась от экрана. Как же сложно врубиться во все это! Мало знать названия компаний, акции которых можно было торговать! Надо было представлять и специфику торгов! Черте-что!       Ладно, надо дать новым данным как-то уложиться в голове, а пока… пока она еще раз просмотрит курсовую, защита которой состоится уже завтра. В первой половине дня, она уже отпросилась у Андрея.       Да, надо думать о защите. А потом сессия! Да, хорошо все складывается!       В связи с сессией она опять согласовала график работы на полдня. Официально написав заявление в отделе кадров, так что претензий к ней быть не может. Но надо было как следует подготовиться, Вика планировала снова сдать все заранее — или автоматом.       А еще звонил папа, присутствие которого во время расследования все же не понадобилось, но он сам изъявил желание приехать и увидеться с дочерью. Что ж, надо было подготовиться к встрече!       Остаток времени до встречи Вика посвятила подготовке к встрече с партнерами. К счастью, на такие мероприятия она всегда ходила в сопровождении Андрея или Киры. И сегодня была очередь Андрея ее сопровождать. — Ну, готова? — он забежал к ней перед выходом. — Да, готова. Поехали!       С Андреем действительно приятно было дружить и работать. Маркетинговую стратегию они пересматривали втроем — Андрей всегда с ними советовался. Вика вообще считала, что именно сейчас, после второго избрания Жданов стал настоящим руководителем. В нем больше не было самолюбования, игры на публику — или ровно столько, сколько требовала ситуация. В общем, начальник из Андрея получился просто идеальный, стоило только поработать на собой! Интересно, а каким начальником будет Воропаев после того, как станет президентом? А впрочем, это Вику уже не касается. Ведь она уволится к этому моменту! — Как дела у вас с Катей? — спросила Вика по дороге, просто чтобы спросить. На нее навалилась какая-то апатия. Наверное, устала от нервотрепки последних дней. Да и встреча с Кириллом напрягла, пусть в конце концов и расстались мирно. — Все хорошо кроме того, что мы пока не можем поговорить с ее родителями, — вздохнул Жданов. — Ну так надо же, наверное, как-то признаваться? Может, нам к ним втроем сходить? Ну, чтобы я засвидетельствовала, что мы с тобой только друзья? — Думаешь? — Ну да! Я скажу, что тебе была нужна поддержка, и я согласилась сыграть роль твоей возлюбленной на время? А потом ты Катю полюбил… — Ее мать знает о том, что я сделал Кате, — вздохнул Андрей. — И если сама Катя меня простила, то Елена Александровна — думаю, нет. — Но это ж Катькин выбор, не ее? — Так Катя-то и боится, что после этого нашего признания мать будет ей с новыми силами на мозги капать! — А, вот в чем дело? Ну тут уж ничего не поделаешь. И чем дольше вы тянете, тем сильнее эта мать будет на тебя обижаться за дочку. Хотя, конечно, то, что она прочитала личный дневник дочери — это неправильно… — Потому Катя и ушла из дома в свое время: Елена Александровна постоянно лезла к ней в душу, капая на больное. — Надо только подумать, почему мы все притворялись… — Это выводит нас на Сашку…       Вика замолчала. Нет, она понимала, что рано или поздно о нем и с ним придется говорить. Но что и как — она пока не знала. Прежнего возмущения и обиды уже не было. Пришло понимание того, что скорее всего Воропаев осознал, что ошибался в ней. Да, его дезинформирова Обухов, но даже если бы… если бы представить, что она действительно работала в эскорте, разве это повод унижать и относиться с презрением? Самому-то не противно было пользоваться услугами девочек? Мужской шовинизм Воропаева, помноженный на его выскомерие и снобизм бесили до невозможности. Раньше. Теперь… теперь Вика просто радовалась, что больше не является громоотводом для его отвратительного характера. Для нее Саша был в двух лицах: заботливый нежный любовник и пошлый хам, всегда готовый вытереть о нее ноги и растоптать чувства. Когда у них все начиналось, она ему сочувствовала и даже предполагала, что он просто не доверяет людям, потому и хамит. В качестве защиты. Но потом… потом она поняла, что он действительно ставил своего рода эксперимент: сколько он сможет сдерживаться, прежде чем вернуться к привычному стилю поведения. Оказалось, не так долго. — Эй, ты чего зависла? — шутливо поддел Андрей. — Я к тому, что может, нам вчетвером с Пушкаревыми поговорить? И кстати можно сперва с отцом, вряд ли ему Елена Александровна рассказала про дневник. — Кстати да, отличная идея! Только я не хочу, чтобы он думал, будто мы парами менялись… — Да понятно! Мой будущий тесть — мужик старой закалки и строгих правил! Как бы после этих признаний Катерину дома не заточил… А, хотя да, вроде бы мы это проходили уже… В общем, я так понял, что с Сашкой ты говорить не хочешь, да? — Нет, не хочу. Но наверное придется. — Ну, если встреча на четверых будет… Слушай, а может, нам сперва вчетвером посидеть, поговорить, что и как кому рассказывать? Ну, чтоб потом не засыпаться? — Да я не против. Но уже на следующей неделе. Завтра у меня защита, потом папа приедет на выходные… в общем, надо правда подготовиться. — Вот и отлично! С папой твоим мне нужно встретиться? — Не знаю. Я с ним сама сначала поговорю. Может, и поймет. Ну а если нет… я от него уже независима. Ругаться не хочу, но даже если придется — я готова… — Да с чего бы вам ругаться-то? У тебя хорошая работа, отличное карьерное продвижения… — Так-то да, но папа… он же меня давно не видел. И знает довольно хорошо. Не думаю, что он поверит. — А вот если не поверит — тогда и я поговорю. Можно еще Киру подключить, хотя в ее положении лишнее беспокойство — это действительно лишнее. — Да, Киру лучше не трогать. Она такая счастливая сейчас! — Вика улыбнулась. — Как-нибудь без нее справимся. — Она, кстати, с Сашкой помирилась, у них отношения налаживаются. — Да, она говорила. Это хорошо, а то чего они дуются друг на друга?       Когда разговор переводился на Киру, обоим было легче. Именно Воропаева стала тем связующим элементом, без которых была бы немыслима дружба остальных. А еще, говоря о Кире, можно было не говорить о Сашке. Ведь Вике до сих пор было больно…       Встреча прошла плодотворно: клиент был готов сделать пробную закупку, для чего завтра после обеда его пригласили непосредственно в «Зималетто».       Защита на следующий день тоже прошла блестяще, комиссия из трех преподавателей задавала вопросы, но Вика точно разбиралась в материале. Она получила «отлично» плюс ей сказали, что тема перспективная, и стоит разрабатывать ее и дальше. Это вообще было прекрасно! И заморачиваться на следующий год не надо!       В «Зималетто» возвращалась окрыленная, решила побаловать себя, заехала по дороге в любимую кондитерскую. И тут нахлынули воспоминания. О том, какой смешной был Сашка, когда лопал привезенные ею эклеры. Как уснул у нее в кресле. Как сидел на лестничной площадке…       Нет, эклеры она теперь не возьмет, хотя и любит их. А вот тортик… да, тортик — самое то. Киру и Андрея угостит!       Но в «Зималетто» ее поджидал сюрприз — папа приехал раньше, чем планировал. Потапкин сказал, что его проводили к ее кабинету. Но оказалось, родитель уже сидел в кабинете у Киры! Черт, не хотела же ее впутывать!.. — Папа? Привет! Ты же вечером собирался? Я бы встретила… — с порога сказала Вика, рассчитывая заболтать его и увести. Потому что сейчас наверняка начнет, как обычно, нотации читать, не стесняясь окружающих. — Да вот, решил приехать пораньше, чтобы застать недостроенные потемкинские деревни! — ухмыльнулся отец, оправдывая ее худшие опасения. — Прогуливаешь работу? Впрочем, я не удивлен…       На миг Вика почувствовала себя школьницей, которая прятал свой дневник, чтобы папа в нем не увидел очередную двойку. Но это чувство быстро прошло. Она даже ностальгически улыбнулась. — О, то есть ты уже узнал, что хотел? — вздернула бровь. — В таком случае, наш дальнейший разговор не имеет смысла. Пойду работать, тем более полдня я уже, как ты говоришь, прогуляла. Пригласить Федора проводить тебя на выход, папа? Мой рабочий день заканчивается в шесть…       Отец смотрел на нее круглыми, непонимающими глазами. Не ожидал такого отпора, видимо. Обычно Вика оправдывалась и лебезила. — Виктория, ты в своем уме? Ты как с отцом разговариваешь?! — выдал он, повысив голос. — А ты случайно не забыл, сколько мне лет и где мы сейчас находимся? — жестко ответила она. Хватит! Прошло то время, когда он манипулировал ее совестью и тщеславием. — Ты всегда останешься моей дочерью! И я имею право делать тебе замечания! — А также унижать меня подозрениями в глазах моих друзей, чтобы у них ни капли сомнения не осталось, что я никчемна? — Я такого не говорил! Определенные, минимальные задатки у тебя есть. Рад, что ты их наконец-то по делу используешь. Но я никогда не поверю, что тебе дали должность за твои умственные способности! Повезло тебе, что Кира на тебя не сердится за Андрея Павловича!       Вика совсем обалдела, перевела взгляд на подругу. Откуда у него столько специфической информации? Та пояснила: — Когда Аркадий Викторович пришел в «Зималетто», его вниманием завладела Тропинкина. Не переживай, ее уже Федор осадил, а Андрей перевел в общий отдел. Там ей быстро мозги вправят! — Что? Такие санкции у вас тут за правду? — удивился отец. — Нет, за сплетни, — пояснила Кира. — Мария ужасная сплетница и лгунья. И всегда завидовала Вике. В общем, долгая история. Я ведь вам уже рассказала, как дело было, зачем вы провоцируете конфликт, Аркадий Викторович? — Кира, вы свою подружку выгораживаете, я все понимаю. Но я-то ее как облупленную знаю! — Видимо, не очень хорошо знаете, — Кира улыбнулась. — Пойдем, провожу тебя до лифта, сказала Вика. — Вечером созвонимся — сейчас мне и правда надо работать. — Да, перемены налицо. Наглости у тебя точно прибавилось! — встал отец и покачал головой. — До твоей мне все равно еще далеко, — парировала дочь, и отец быстрым шагом прошел к двери и покинул кабинет. Вика отправилась за ним. — Можешь не утруждаться, я сам найду дорогу! — бросил он, не глядя на нее. — Да уж провожу, а то ты еще сплетен по дороге соберешь, — ухмыльнулась она.       На ресепшне осваивалась новенькая секретарша, отец зыркнул на нее, потом посмотрел на Вику. — По головам идешь, молодец! — саркастически сказал на прощание. Вика помахала рукой. Да уж, встреча с отцом прошла не так, как планировалось…       Она вернулась к Кире и позвала ее к себе в кабинет, там уже стоял тортик и был накрыт чай — Лену попросила. — Да уж, подруга, тебе надо подсластить сегодняшний день! — печально улыбнулась Кира. — Андрея позови! — Да, я позвонила, пока шла от лифта, — кивнула Вика. Жданов прибежал почти сразу. — Так, ты защитилась? — сходу спросил он. — Да, на «отлично»! — улыбнулась Вика. — Так это ж отличный повод! Уже и тортик разрезала? Молодец!       Когда съели по кусочку, Андрей сказал: — А теперь рассказывайте, откуда похоронный вид? Что случилось? Это как-то связано с Тропинкиной? — Случился мой папа. Сегодня. Внезапно, — мрачно ответила Вика. — Ага, пришел перед обедом и полчаса выспрашивал меня, что там у Вики с карьерой, — рассказала Кира. — Я ему выложила общую версию, что ты восстановилась в вузе и успешно учишься, что отлично работаешь и потому повышение. Он слушал и кивал. А потом ты пришла, и я просто не представляла, что он такое скажет. Вот честно, Вик! — А что он сказал? — В общем как обычно, — вздохнула Вика. — Он считает, что у меня мозгов вообще нет. Обвинил меня сходу, что я прогуляла половину рабочего дня. Потом — что по карьерной лестнице продвинулась, потому что тебя у Киры отбила. — А, то есть он Тропинкиной поверил, что ли? Правильно я ее перевел, значит! А мне-то Федор без подробностей сказал, что Машка к гостю прилипла и сплетни ему втирает про Вику. Мы с ним условились, что он следит, чтобы она больше не выступала. Но Федя просил дуру не увольнять, так и сказал, между прочим. Ну я и оформил перевод — она давно напрашивается. Да и мыслится мне, что с Малиновским у нее связь не потеряна, так что пусть подальше отсюда трещит. — Получается, что папа обо мне думает примерно так же, как и Сашка поначалу. Да какое поначалу — и сейчас… — Вика махнула рукой и замолчала.       Кира и Андрей переглянулись, он сказал: — Но это объясняет, почему ты его так долго терпела, вообще-то, — сказал Андрей. — Привыкла, видимо, к такому обращению! — Долбаный Фрейд! — буркнула Клочкова. — Вика, только очень небезразличные тебе люди могут сделать так больно, понимаешь? — мягко сказала Кира. — Ты сегодня жестко разговаривала с отцом, но совершенно правильно. Он наверняка задумается. Просто дай ему возможность убедиться самому, что ты изменилась.       «Как убедился в этом и Саша…» — подумала она, но вслух не сказала. Сейчас не время… — А если я не хочу, Кир? — неожиданно зло сказала Вика. — Не хочу как раньше оправдываться и что-то доказывать? Зачем мне менять его мнение обо мне? Он все равно не изменится! Он же постоянно будет у меня недостатки выискивать! Не нужно мне вот это! Ничего, потерплю. Погостит тут пару дней и свалит обратно. — То есть ты хочешь разорвать с ним связи? — Нет, зачем же? — она пожала плечами. — Меня вполне устраивало и устраивает расстояние от Москвы до Питера. Хорошая дистанция между нами! — А ему-то что нужно было? Зачем он приехал? Чтобы тебя в грязь лицом макнуть, что ли? — спросил Андрей. — Да запросто. В профилактических целях ткнуть носом в содеянное., чтобы впредь старалась лучше. — Ну а дальше-то что? Вы поссорились или как? — А мы постоянно ссоримся, когда встречаемся. Я потому и редко езжу к нему. А теперь и вовсе не буду. — Но пока он здесь — вы же будете общаться? — Придется. Лучший вариант — сразу при встрече спровоцировать конфликт, и он свалит! Не хочу его видеть! — Не накручивай себя, лучше съешь еще тортик! — улыбнулась Кира. — Ага, только это и остается, — вздохнула Вика, подвигая к себе блюдце. — Спасибо вам, что вы меня поддерживаете! — Ну а как иначе-то? Мы же друзья! — сказал Жданов, салютуя чашкой с чаем. Кира кивнула.