Как девочки из аниме

— А ты м-можешь… — Сонхва стесняется, но лучше уже сказать, — можешь закатить глаза?.. — Что?.. Хонджун переспрашивает не потому что просьба кажется ему абсурдной. Хонджун переспрашивает потому что сейчас уже мало что понимает… Хонджуну жарко. Немного страшно. Самую капельку стыдно и очень, очень хорошо… В созданной ночью и ночником розоватой вязкой полутьме Хонджун трогает свой, — Сонхва думает, — идеальный маленький член своими идеальными маленькими пальцами, второй рукой ласкает свои, — Сонхва знает, — невероятно чувствительные, давно твёрдые соски, и часто, тяжело дышит. Хонджун делает это для него. Дрочит себе, сидя на кровати напротив. Шепчет «хорошо…» Шепчет «Сонхва…» Держится изо всех сил, чтобы не сорваться на стоны в голос. Нельзя. Ни в коем случае нельзя. У Хонджуна дрожат бёдра. Хонджун уже близко. Снова полушёпот: — Я сейчас… Я кончу… Хва… — Закати глаза, п-пожалуйста… Хонджун зажимает головку члена, смотрит затуманенным взглядом, чуть морщится-хмурится. Ещё раз переспрашивает: — Что?.. Хва тихо чертыхается. Встаёт, делает пару шагов. Опускается рядом. Выдыхает любимому на ухо: — Закати глаза, как… — Сонхва сейчас тоже соображает не очень, единственное, что приходит ему в голову, это… — Как девочки из аниме, вот так… — С секунду демонстрирует, что именно нужно сделать. Тоже уже дрожит… — Очень хочу увидеть, Хонджун, пожалуйста… Где-то на границе сознания Хонджуна проносятся «блять» и «какого хуя?», но тело реагирует быстрее, тело автоматически выполняет запрос Сонхва. Хонджун — наконец, — закатывает глаза, судорожно хватает ртом воздух… Тепло. Хорошо каждой клеточкой существа. Кружится голова… — Я сейчас… Хва… Какой же Хонджун нереально красивый, когда вот такой. Максимально уязвимый. Горячий — во всех возможных смыслах. Любимый, самый любимый на свете. И это выражение лица… Блять. Да. Да. Это именно то, что нужно. Лучше, чем Сонхва мог представить — а он много о подобном фантазировал. Белки глаз, приоткрытый рот, взмокшие волосы, тяжёлое дыхание… Хонджун — ангел. Его маленький развратный ангел…  Красивый. Самый красивый… — Хва… — Тише… — Я больше не могу… Хонджун выгибается и кончает. Зажимает себе рот рукой, но несколько тихих стонов проскальзывают меж пальцев. Жарко, жарко, жарко… Хонджун падает на кровать, спиной, чтобы не испачкать простыни, тихо всхлипывает. Сонхва склоняется над ним, ловит губами каждый резкий выдох… — Спасибо… — Коротко целует, гладит по волосам, — Джун… Боже… Спасибо… Сонхва тянется ниже, сцеловывает сперму с живота и бёдер Хонджуна прежде, чем тот успевает вытереть её заготовленными для этого салфетками. Хонджун почти всегда кончает обильно… Сейчас тоже. Хонджун закрывает лицо руками. Сонхва знает, что у него сейчас красные и горячие щёки, знает, что его очень смущает такое, и всё равно не оставляет ни капли. Осторожно проводит языком по уже опавшему, мягкому члену. Хонджун протестующе скулит: хватит… И Хва ложится рядом, игнорируя собственный стояк, вдыхая запах кожи, растворяясь в нём. Пару минут они молчат, вслушиваясь в дыхание друг друга. По-хорошему встать бы часа через четыре. И душ принять надо. — Какие ещё… Девочки из аниме?.. — Хонджун — тоже «почти всегда», — долго отходит от оргазма, и всё ещё чувствует это всепоглощающее «хорошо», но ещё чувствует, как подступает смех, — Хва-я, ты дрочишь на хентай?.. — Ох-х… — Да? Хва утыкается ему в плечо, будто пытаясь спрятаться. «Девочки из аниме», какой кошмар… Он действительно это сказал? — Нет, я не буду тебя… Осуждать… — Хонджун хихикает, что идёт немного вразрез с его словами, — Но, типа… Ты заставил меня сделать ахегао фейс?.. Так это называется? — Я не заставлял! — Сонхва густо краснеет, крепче вжимаясь в Джуна, — Прости… — Тебе такое нравится?.. Сонхва молчит, и Хонджун смеётся громче: господи, Хва, какой кринж… — Тише! Да, нравится, что не так? — Бо-о-же… Хонджун зарывается лицом в подушку и хохочет. Хва рядом, весь красный, шипит и пихается. Сквозь смех Хонджун думает: нет, наверное, нет ничего необычного в том, что парень, который любит типичные нёрдовские фильмы и видеоигры, парень, проводящий часы за сборкой «Лего», его Хва, к прочему, дрочит на хентай, но бля-я-ять… — Прости… Тебе некомфортно?.. — Всё в порядке, просто это правда очень смешно… И я же реально сделал… А что ещё тебе нравится? Чулочки? Костюмчики горничных? — Хонджун-а! Перестань! Хонджун наваливается на Сонхва всем телом, пытается пощекотать его, мягко — следов оставлять нельзя! — кусает его шею, смеётся и смеётся… Больше беззвучно, но отдельные «хах» и «хихи» всё же срываются с его губ. Сонхва прижимает парня к себе ближе: «тише, тише, пожалуйста, Джун», Сонхва горит от стыда, но тоже улыбается: на один секрет меньше, это хорошо… И, блять, увидеть то, что он сегодня видел, стоит всего позора. Правда. Стоит. — Ты такой дурацкий, Хва-я. Я люблю тебя, — Хонджун целует его в губы, — я люблю тебя… — Пойдём в душ. Мы липкие. — А ты меня любишь? — Очень. — Чёрт, ты же… Ты кончил?.. — Джун ёрзает на нём, чувствует его всё ещё твёрдый член, снова склоняется ближе. — Блять. — Всё в порядке. Пойдём в душ. — Дашь мне там сделать тебе приятно?.. — Угу. Не смейся надо мной только больше. — Ты иногда просто ужасно нелепый… — Наверное. — Я тебя обожаю. — Пойдём. Я тебя тоже. Пусти. Они ложатся спать уже совсем под утро — блажь, за которую скоро придётся расплатиться, — «приятно» в душевой затягивается. Ложатся вместе, на кровати Хва. Хонджун привычно выставляет будильник на двадцать минут раньше общего подъёма — чтобы успеть отлипнуть друг от друга и нацеловаться на день вперёд. Расписание, расписание, расписание… Хонджун привычно прокручивает в голове всё, что ждёт их по пробуждению. Сонхва устраивается позади, обнимает, шепчет «не грузись» и «люблю». И Хонджун широко улыбается. …и представить ещё не может, что, спустя время — после первого полноценного секса, после того, как их секрет перестанет быть секретом для группы, после множества приятных и не очень приятных моментов, после десятков таких вот бессонных ночей, — он сам начнёт закатывать глаза, специально и не только. И «чулочки» наденет однажды. И бельё женское. Кружевное. И сложно будет сказать, кому это нравится больше — Сонхва или самому Хонджуну. Но дрочить на хентайное аниме, конечно, пиздец кринж. …думает Хонджун сейчас, засыпая. Особенно с какими-то там «девочками».