Без тьмы не видно света

Они решили назвать новую обитель эльфов Имладрис. Века спустя это место будет известно народам Средиземья под названием Ривенделл. Все заботы по обустройству нового пристанища эльфов из павшего Эрегиона взяли на себя Элронд и Гил Галад. Галадриэль все еще не до конца оправилась от ранения. Да, физически все было хорошо - рана больше не гноилась и даже почти затянулась, на месте прокола зубцом проклятой короны оставался только тонкий шрам, напоминающей своей формой глаз. Однако, ментально Галадриэль теперь всегда чувствовала внутри себя непонятные потусторонние холод, тоску и одиночество. Эльфу казалось, что тонкие ледяные пальцы держали ее за душу и утягивали на глубину, в темноту, на самое дно. Бесконечная тоска тяжелым грузом теперь всегда лежала на ее и так израненном сердце. Тем не менее Галадриэль не сдавалась и боролась с последствиями ранения как могла, взяла на себя заботу о раненых. В чем ей неустанно помогала ее Нэнья. Её кольцо. Эрегион смогли покинуть многие эльфы, огромная часть - благодаря ей. Она лечила травмы и облегчала душевные терзания, заботилась обо всех как могла. Только вот кто бы мог позаботиться и о ней самой… Нет, конечно, Элронд, ее дорогой друг, всегда был рядом, разговаривал с ней и пытался как мог помочь и облегчить ее душевную боль. Но они с Гил Галадом были слишком заняты обустройством новых жилищ для беженцев и подготовкой территорий для застройки. А эльфийская принцесса постоянно ощущала бесконечное, даже какое-то иррациональное и противоестественное одиночество. Поэтому Галадриэль бродила от одного эльфа к другому, оказывая посильную помощь. Внешне она была обычной светлой Леди Галадриэль, Артанис, всенародной любимицей. Только что-то в ней оборвалось. Она стала спокойнее и размереннее. Кажется, что где-то внутри нее умерла бравая и дерзкая Галадриэль из Нолдор, Командующая Северными армиями. Но и новая Галадриэль в ней пока еще не родилась. Дни тянулись за днями. Месяца за месяцами. Что месяц в бесконечной эльфийской жизни? Мгновение! Эльфийка и правда неплохо справлялась. Всей душой она тянулась к свету. Старалась сделать все как можно лучше. Даже холод внутри ее раны спустя некоторое время будто бы притупился и стал не таким невыносимым. Единственное, что мешало ей жить - это ночные кошмары, которые иногда были не такими уж кошмарными… Все началось примерно год спустя, по человеческим меркам. В один из золотых солнечных дней, Галадриэль как всегда обходила жилища своих новых подопечных, справлялась об их здоровье, настроении, нуждах и переживаниях. И когда она покинула последнее временное жилище одного из эльфов, больше похожее на беседку из листьев, чем на шалаш, она краем глаза заметила непонятное шевеление на низко раскинувшейся ветке древнего вяза. Сначала, Галадриэль подумала, что это Элронд, как всегда уединился в тени дерева, чтобы отвлечься и чуть почитать очередной полезный для их дела труд. Однако, как только она повернулась к дереву, шрам на ее груди внезапно пронзили ледяной холод и боль. Эльф уставилась на дерево: обычный раскидистый вяз с низкой, такой удобной для сидения на нем веткой, на которой часто сидели обитатели Имладриса. Которая сейчас была абсолютно пуста. Галадриэль схватилась за то место, где когда-то была черная рана, и попыталась перевести дыхание. Она отвела взгляд от вяза. И снова, краем глаза, ей померещилось какое-то шевеление в тени золотой листвы. - Галадриэль. Её собственное имя с мягким, будто перекатывающимся на кончике его языка “р” прозвучало в ее голове. Таким знакомым, но холодным сейчас голосом. Холодным, как тогда. Эльф застыла, как вкопанная. Боль в её груди стала почти невыносимой, но сил не было даже, чтобы хотя бы сдвинуться с места и уйти отсюда прочь. - Галадриэль! Эльф пыталась отмахнуться от наваждения. Мир вокруг сюрреалистично поплыл. Девушка пыталась сопротивляться изо всех сил. - Убирайся из моей головы, Саурон. Воздух вокруг нее рябился и странно искажался, как в минуты летнего зноя. Чье-то присутствие на ветке стало более осязаемым. Краем глаза Галадриэль увидела более очевидное и плотное шевеление. И почти что почувствовала всем своим существом нахальную ухмылку. - Из всех моих имен, ты выбрала самое мной ненавистное. В ее подсознании раздался кривой смешок. - Зато самое подходящее тебе. Видение на ветке зашевелилось. Листья вяза зашуршали, краем уха Галадриэль слышала, как трава сминается под чьими-то неспешными шагами. Рана в груди заныла почти нестерпимо и эльф была вынуждена упасть на колени. В голове ее несся ворох мыслей: “Нет, конечно нет, он не мог быть здесь. Эльфийские кольца охраняли и обороняли Имладрис от его присутствия. Это иллюзия. Очередная его иллюзия…” - …даже если и так? Неужели ты не хочешь увидеть меня. Посмотри на меня! Последний восклик раздался многократно усиленным. И звучал почти по-звериному. По ощущениям он стоял прямо над ней. Прямо за ее спиной. Холод и боль в ране почти полностью наполнили все ее тело и душу. Одной рукой эльф цеплялась за траву, а второй сминала ткань белого платья, в том месте, куда он ранее пронзил ее короной Моргота. - Галадриэль… - Исчезни, прислужник Моргота! - Галадриэль, тебе больно, потому что ты сопротивляешься. Я не хочу причинить тебе боль. Ты сама себя заставляешь страдать. Его тон спокойный и вкрадчивый. Он говорит тихо и мягко. Говорит, почти как Халбр… - Убирайся, Саурон! Легкий ветерок прошуршал по поверхности травы, принеся пару листьев с вяза. Боль отпустила так же внезапно, как и пришла к ней. Галадриэль сидела на траве пытаясь отдышаться. Сознание ее прояснилось. Ярко светило солнце. Неподалеку раздавались смех, звон магии и стук молотков эльфов, занятых на стройке. Она обняла себя руками и радовалась новообретенному ощущению реальности. Она обняла себя руками и грустила о том, что к ней вернулось тошное ощущение одиночества. *** Галадриэль ничего не рассказала о происшедшем Элронду и Гил Галаду. Объективно, она понимала, что первым делом должна была бежать к ним и поделиться своим ужасом со своим командующим и своим Королем. И все же она не смогла: стыд, страх и какое-то пока ей неясное что-то еще сковали ее. Да, Галадриэль совершала уже эту ошибку однажды и теперь совершает ее снова. Однако она опять не смогла перешагнуть через себя. Через свою гордость. И дни полетели дальше, быстрее, чем раньше. За днями недели. За неделями месяцы… Саурон больше не появлялся. Эльфийская память никогда не тускнеет, но тем не менее по прошествии времени, Галадриэль почти убедила себя,что все, что произошло - плод ее воображения. Очередной кошмарный сон. Эльфийская принцесса снова вернулась к обычным делам. И даже больше - стала помогать Элронду и Гил Галаду в обустройстве их нового пристанища. С помощью эльфийской магии и магии колец они начал возводить прекрасные постройки еще быстрее. Теперь в Имладрисе даже было некое подобие дворца и прекрасный цветущий сад. Жизнь шла своим чередом и начинала казаться прекрасной. Однажды ночью Галадриэль возвращалась в свои покои из сада, где занималась посадкой цветов и новых деревьев. Тот вековой вяз с удобной веткой конечно оставили - эльфы не уничтожают детей Йаванны, кроме случаев редкой, самой крайней нужды. Пусть это дерево и вызывало теперь в эльфийке тревожные чувства, да и выглядело оно ночью довольно жутко, но все же это древнее древо достойно жизни в Имладрисе. Ночь была свежей и прозрачной. Луна и звезды светили как никогда ярко. В серебристых пятнах их света сад казался еще более волшебным, чем был. Где-то в роще кричали ночные птицы, ветерок ласково трепал листья и траву. Когда Галадриэль проходила мимо старого вяза, ей снова привиделось тревожное шевеление в его тени. Лунные блики играли на темных листьях создавая причудливые фигуры. Рану на груди, как и в прошлый раз, пронзили боль и холод. В этот раз эльф не стала дожидаться продолжения и решила выступить первой: - Убирайся! - Галадр… - Я сказала, убирайся! Хватит докучать мне, Саурон! Боль становилась почти нестерпимой, но дочь золотого дома Финарфина стояла прямо, не глядя на злополучный вяз. Она также хваталась рукой за место, где он пронзил ее проклятой короной, но изо всех сил пыталась не показать своей слабости. - Не начинай… Это раздалось прямо у нее за спиной. Прямо над правым ухом. Галадриэль даже показалось, что она почувствовала, как зашевелились от его дыхания волосы на ее виске. От знакомой фразы, знакомого голоса, и знакомой интонации у нее чуть подогнулись колени, а в груди на мгновение стало теплее и не так больно… Но, нет! Нет, она не поведется на это снова! - Прочь, отродье Тьмы! - она крикнула вслух. - Галадриэль, я пришел просто поговорить. Ну же, посмотри на меня. - Нам не о чем с тобой разговаривать, - эльф категорично поджала губы. - Если ты раньше себя вела, как жеребенок, который скачет и ничего не видит прямо перед собой, то теперь ты ведешь себя, как упрямый мул, который застыл на месте и не хочет двигаться! - в его голосе слышалась насмешливость, даже почти добрая. Почти, как в тот раз. Галадриэль не выдержала, ее гордое сердце не терпело насмешек: - Халбранд! Я еще раз повторяю, хватит сравнивать меня с домашним скотом и лошадьми! Она зажмурилась, когда осознала, что именно она сказала. Где-то рядом с ее лицом немедленно раздался веселый смех. Почти человеческий смех. В месте на груди, где теперь белел шрам, почему-то вдруг стало совсем тепло и совсем не больно. Она сердито, даже не зло, распахнула глаза. И увидела его. Он стоял в тени вяза, едва различимый в тусклом лунном свете. Скрестил руки на груди и облокотился об мощный ствол дерева. Серебристые блики играли в каштановых волосах и бликовали в глазах… зеленых, как она помнила. В сумраке, она даже различала знакомую ей ухмылку. Галадриэль замерла, сердце бешено колотилось, девушка из всех сил старалась не всматриваться в его лицо, не искать почти ставшие когда-то родными ей черты, она с трудом взяла себя в руки. И даже рассердилась. Он снова использует тот же прием! Как тогда, на той дурацкой скале! Да будь он проклят, она прекрасно знает, как он теперь выглядит! Позер. Даже ее гнев как-то поугас, осталось только раздражение. Галадриэль фыркнула: - К чему этот маскарад, Саурон? - “Халбранд” мне нравится больше, - он оттолкнулся плечом от дерева и подошел чуть ближе, но все еще скрываемый тенью дерева. - Мне он тоже больше нравился, - она фыркнула снова. - Он и есть я, Галадриэль. Эльфийка скривила губы: - Ложь. Очередная твоя иллюзия. Как и сейчас, - ее лицо вдруг исказилось тревогой, - Тебя ведь здесь нет? - Галадриэль уточнила с сомнением. - Нет, меня здесь нет, - он склонил голову на бок, - Ну, точнее, как тебе сказать… Я здесь есть, но… Покуда ты мне позволяешь… - Я тебе НЕ позволяю! - Правда? - она по положению его головы поняла что он насмешливо поднял бровь, лунный луч скользнул по щеке, показывая ей рыжеватую щетину(засранец, в этот раз он хотя бы постарался и принял тот самый вид), - Тогда почему тебе теперь не больно? Я же сказал, что это только от того, что ты сопротив… - Прочь! -Галадриэль крикнула это настолько громко, что с ближайших деревьев недоуменно вспорхнули ночные птицы с возмущенным щебетанием. Грудь пронзило новым приступом боли и холода. Эльфийка не выдержала и упала на колени. Такой ее и нашел Элронд. И она опять ему ничего не рассказала. *** Несколько последующих месяцев все было спокойно. Ну, кроме разве, что снов. Но сны мучили Галадриэль и раньше. Жуткие кошмары. Иногда ей снился Финрод, ее погибший брат. Иногда Келебримбор. Горящий Эрегион. Потерянный муж, Келеборн. Бесконечная битва против Моргота. Кровь, стыд, боль… Погибшие друзья и близкие являлись ей бесплотными призраками и тянули к ней свои иссушенные руки, царапали ее ногтями, будто бы пытались стянуть с нее кожу и забрать Галадриэль с собой. Иногда ей снился и Саурон. Огромный темный силуэт в железном доспехе - шагает по полю боя, раскидывая ее соратников огромной булавой, будто тряпичных кукол. Или прекрасный холодный эльф с мертвыми глазами, стоящий на башне Эрегиона или пронзающий ее сердце Проклятой Короной. Всякий раз Галадриэль просыпалась после этих кошмаров, дрожащая, плачущая, с болящей и источающей холод раной на груди. Но иногда сны были другие: цветущие луга Валинора, поездка на лошади по песчаному пляжу, когда встречный ветер обдает лицо морскими прохладой и солью. Прекрасные дворики и арки Нуменора. Запах огня и раскаленного железа. Задор в ее глазах и сердце, когда она учит этих наивных юнцов сражаться. Насмешливый взгляд зеленых глаз украдкой, наблюдающих за ней… А потом - азарт погони и запах битвы. Но уже не такой, другой, не как в ее кошмарах. Теперь она наконец-то не одна! Рядом есть плечо, на которое можно опереться. Они - единое целое. Они - единый разум. Они дополняют друг друга: белокурая, упрямая, спорая на слово и действие эльфийская принцесса и вдумчивый и расчетливый, но бесстрашный человеческий король с зелеными глазами и… После таких снов Галадриэль просыпалась с чувством стыда и непонятной легкостью на сердце. И без всякой боли. Она знала, знала, что не должна скучать о тех временах. Она гнала эти мысли от себя, как назойливых мух. Но ее подсознание раз за разом ее подводило. *** Этот сон, в целом, был похож на другие. Галадриэль пробиралась сквозь метель по безжизненной ледяной пустыне. Ветер звенел кольцами на ее бармице и делал доспех еще более холодным, чем он есть, заставляя леденеть даже кости. Шаги давались трудно, но эльф упорно пробиралась и пробиралась через сугробы. Она бывала уже здесь. Фородвайт. Последнее пристанище Саурона. Галадриэль обернулась через плечо. Да, она была одна в этот раз. Без предавшего ее однажды отряда. Эльфийка сделала последний рывок и… как это бывает в снах, вот она уже внутри. Бредет по промерзшей каменной пещере. Каменная и ледяная крошка гулко хрустит под ногами, эхом разносясь по бесконечным коридорам. Галадриэль скинула шарф и откинула бармицу на плечи: здесь не было ветра и было намного теплее. Он шла с факелом в руках и причудливые тени на стенах нет-нет заставляли ее вздрагивать. Да она уже была здесь. Еще один пролет - и она окажется в главном горниле врага. В кузнице. С останками орков в темноте, пятнами черной крови и покрытой льдом наковальней. Вот она делает шаг и… Здесь не темно. В горне ярко и шумно пылает огонь, отбрасывая причудливые блики на каменные своды. Верстак с инструментами выглядит очень… живым: инструменты начищены и аккуратно прибраны. На полу нет пыли. На стенах нет останков орков и паутины. Нигде не видно пятен крови. Сердце Галадриэль пронзило неистовой болью и ей стало холоднее, чем было там, в метели. Эльфийка замерла. Он стоял к ней спиной, склонившись над наковальней. Всей своей фигурой символизируя ужас и безмолвную угрозу. Идеально прямая спина. Длинное черно-золотое одеяние с замысловатым узором. Длинное тело, отбрасывающее еще более длинную тень на нее же самою. Светлые волосы с… Еще один резкий приступ боли в груди. Это не просто сон. Галадриэль еще раз посмотрела на его волосы и невольно хихикнула. Бантик? Серьезно? Из всех возможных вариантов… бантик? То ли ее разум окончательно помутился, то ли это защитные свойства психики перед всеми ужасами, которые она уже пережила и еще, вероятно, переживет, но Галадриэль начала смеяться. Его плечо при этом дернулось, но он не обернулся. Чем дольше она смеялась, тем смешнее ей становилось. От нелепости самой ситуации, от нелепости этого… аксессуара в его образе. В какой-то момент, она начала громко хохотать и звуки ее смеха многократно увеличивались эхом. Галадриэль же могла только стоять и утирать тыльной стороной ладони смешливые слезы. Саурон наконец обернулся. Его тихий голос, с небольшим синдаринским акцентом разнесся по пещере. - Что, вообще не впечатлил? - его лицо в этот момент было таким смешно-растерянным, что Галадриэль стало еще веселее, она согнулась пополам, вытирая уже потоками бегущие слезы. И все, что она могла сделать в ответ на его вопрос, только помотать головой. Эльфийка с трудом справилась с собой, и сквозь смех выдавила: - Б -бантик, серьезно?! Выражение лица Саурона стало еще более растерянным. Он смотрел на нее на удивление живыми, но щенячьими глазами. От этого вида Галадриэль приходилось сдерживать новые взрывы хохота. Рана ее, на удивление, болеть перестала. - Ну, я подумал, что раз я Повелитель Даров, Лорд Подарков то… - Да уж, Саурон, ты тот еще подарочек!.. - она была зла на него. За Финрода, за Келеборна, Келебримбора, Эрегион, мучения народов Средиземья и даже за Адара, но сейчас она могла только пытаться подавить улыбку и стараться не смеяться, что ей, в принципе, не удавалось. Поэтому эльфийка снова взорвалась хохотом. - Проклятье, Галадриэль! Ты невыносима, знаешь? Ты никогда не пытаешься сделать вещи проще и… - и он уставился на нее немигающим взглядом, в спустя мгновение начал смеяться сам. Он и правда, искренне, если это слово имеет смысл в отношении Саурона, сдерживался. Хоть, искорки веселья уже блестели в его не таких уже и мертвых неподвижных глазах. Но теперь его красивое гладкое лицо осветила сначала сауроновско-сдержанная кривая ухмылка, а после широкая и белозубая улыбка. И он почти стал похож на Халбранда… А может Галадриэль это показалось И вот они стояли друг напротив друга и смеялись, как никогда не смеялись вместе раньше. Что-то стало меняться, воздух зарябил, своды пещеры стали подрагивать и таять. Галадриэль моргнула. А когда она открыла глаза окружение уже изменилось. Это тоже была кузница. Но в этот раз другая. Более тесная, более уютная. Более знакомая. В очаге ярко светил огонь, поблескивали на столаха и верстаках инструменты и готовые изделия. Кузница в Нуменоре. Он также стоял напротив нее. Но в этот раз лицом к ней, скрестив руки на груди и небрежно облокотившись о верстак. Он изменился: блики огня играли в его каштановых волосах и на отросшей щетине на лице. - Ну и зачем ты перенес нас сюда? - Это не я. Это же твой сон, - он усмехнулся, оттолкнулся спиной от верстака и подошел чуть ближе, но все еще соблюдая дистанцию. Галадриэль хотела было выхватить меч и с угрозой направить его ему на грудь, рука дернулась к бедру и… схватила пустоту. Она осмотрела себя: она больше не была одета в доспех, теперь она стояла в легком летящем голубом платьей. Как тогда, в Нуменоре. - Прекращай эти свои фокусы, Саурон. - Галадриэль… - Не подходи ко мне! - закричала она, хотя он не сдвинулся с места ни на сантиметр. - Это твое подсознание, понимаешь? Я просто… ну, подстраиваюсь под атмосферу, - он обвел руками нуменорскую кузницу, - Тем более, что этот мой вид тебе нравится, кажется, больше, - Халбранд криво усмехнулся - Мне никакой твой вид не нравится, прислужник Моргота! - Ой, только не начинай все по кругу. Я пришел поговорить. Тем более, ты сама любезно впускаешь меня в сны… - Ложь! - Дверь все еще открыта, Галадриэль, - ухмыльнулся он немного по-змеиному Галадриэль метнулась к ближайшему столу, выхватила нож и ринулась на Халбранда? Саурона? Как бы то ни было, мужчина, как и было уже когда-то, легко перехватил ее запястье. - Ты правда все еще веришь, что можешь причинить мне какой-то вред? - он сжимал запястье эльфийки даже особо не напрягаясь, хотя она скривилась от боли и в итоге выронила нож, - Я пришел просто поговорить. Как и в нашу последнюю реальную встречу, - он ослабил хватку и держал теперь ее руку почти… нежно? - В последнюю нашу реальную встречу, ты чуть не убил меня, пронзив короной Моргота! А потом столкнул с обрыва! - Что? - в этот раз на его лице появилось неподдельное удивление, - Столкнул?! Тебя?! Да ты сама сиганула с этой скалы! Я, между прочим, даже испугался! Мне пришлось силу применить и замедлить твое падение, чтобы твой дружок и этот бестолковый королишко нашли тебя живой, а не собирали твои мозги по кусочку по округе! - Ложь, - Галадриэль сказала это, но с сомнением в голосе. - Думай как хочешь, - он раздраженно отпустил ее запястья и даже как-то обиженно снова облокотился о верстак. - В первый раз ты меня чуть не утопил! - Галадриэль! В том ручье воды было по лодыжку! И ты лежала на спине, даже не лицом в воде! Неужели ты думаешь, что я бы… - Но корона! - Ну, тут да, виноват, - он посмотрел на нее исподлобья, - Но ты меня разозлила! Разбила мне сердце! Я был расстроен и взбешен! - Короной Моргота?! Чтобы утянуть меня в Невидимый мир, где ты властвуешь? Из-за того, что ты был просто… расстроен? И не лги, у тебя нет сердца! - Ну… - он развел руками и болезненно скривился, на ее замечание о его сердце, - Я вспыльчивый. Я злюсь, когда все идет не так как я задумал. И тогда я злился, что ты меня отвергла. Опять! Еще и по лицу с ноги… - Ты тоже толкнул меня в живот! И порезал! - Ты набросилась на меня как дикая кошка! Я даже биться с тобой не пытался! Парировал удары, задел пару раз, чтоб ты успокоилась, но тебе же все равно! Если в твою прекрасную головку закрадется какая-то идея, ты не перед чем не остановишься и даже по трупам пойдешь, лишь бы свое получить! Тем мы с тобой и похожи, собственно. - Мы НИЧЕМ с тобой не похожи! - Да ладно? - он склонил голову и пристально посмотрел ей в глаза. Галадриэль моргнула. А когда открыла глаза, пространство вокруг них снова изменилось: шумела листва, под ногами зеленела трава, их окружали вековые деревья. Они оба снова, как тогда, сидели рядом на поваленном бревне. - Биться с тобой плечом к плечу… - начал было Саурон. - Заткнись, - она резко оборвал и посмотрела на него сбоку, - мы это уже проходили. Он вздохнул, очень устало, по-человечески вздохнул. - Это было правдой, Галадриэль. - Я тебе не верю. - Ты мне веришь, глубоко в сердце ты знаешь, что это правда. Иначе бы тебе не снился снова и снова этот момент. Проклятье, эльф! Если б тот дурацкий нуменорец не приперся тогда к нам, я бы тебя поцеловал! Галадриэль поперхнулась. Смотрела на него огромными глазами и не говорила не слова. Он поднялся и рассеянно растрепал себе волосы на макушке. - Только не лги мне, что тебе самой этого не хотелось тогда. Взгляд эльфийки невольно пробежался по его губам, но она не ответила. - И с короной этой… Я сам жалею, что так поступил. Но ты сделала мне больно! Мне так хотелось, тебе сделать больно в ответ! Мне так хотелось, чтобы ты была моей, что я привязал тебя к себе своей кровью. Ну, - он усмехнулся и посмотрел на нее искоса, - если ты не знала, по сути, мы теперь женаты, потому что брачные ритуалы обычно закрепляются кровью и мы с тобой теперь… - Что!? - Галадриэль вскочила на ноги, с нее было достаточно, - Да пошел ты! Убирайся из моего сна! *** Она проснулась и села на кровати. На удивление, рана на груди в этот раз не саднила. Сердце Галадриэль бешено колотилось, она потерла лицо, пытаясь обрести связь с реальность. Это сон, очередной глупый сон. В синдарине нет обсценных слов выражающих досаду, поэтому она выругалась не всеобщем. Женаты… ну надо же, придумает же спящий мозг такое! *** И в этот раз она не рассказала ничего Элронду и Гил Галаду. Ну, подумаешь какой-то очередной дурацкий сон, с кем такого не бывает. Галадриэль вернулась к своим обязанностям, помогала в благоустройстве Имладриса. Она пыталась отбросить воспоминания об этом сне, но невольно возвращалась к нему снова и снова. Эльфийка помнила, что ей абсолютно не было страшно. Даже больно почти не было… и после сна этого боль в ране будто отступила. Да, метка болела, но не так как раньше, приглушенно, где-то фоново и глубоко. Она снова и снова возвращалась к их разговору. Саурон ведь и правда никогда не пытался ее убить. Почему? Галадриэль гнала от себя эти мысли и вопросы, но ей это не удавалось. После этого случая, сны ей будто вообще перестали сниться. Да и сам он перестал пытаться выходить на контакт. И снова полетели недели, за ними месяцы. Жизнь шла свои чередом. Имладрис цвел и разрастался. Кажется, покой наконец-то пришел в новую резиденцию эльфов. Да тень врага маячила на горизонте, битва была неизбежной, но пока в сердцах обитателей Имладриса поселился временный покой. После тяжелого утра, наполненного заботами о об подопечных и садах, Галадриэль пришла в свои покои незаметно для себя уснула за книгой, полулежа на кушетке. *** Галадриэль шла по темному, наполненному жуткими шорохами подземелью. Единственным источником света были редкие факелы, воткнутые в ржавые сырые кольца, вбитые в каменные стены. Где-то капала вода. Ее шаги гулким эхом разносились в бесконечных темных сводах. Откуда-то раздавались жуткие крики и шипение. Что-то мерзкое и черное, кажется, копошилось в темных углах и безмолвно наблюдало за ней. Она не была в этом месте раньше. Но слышала о нем. Ангбанд. Логово тьмы. Обитель Моргота. Галадриэль поежилась, холодок прошел по ее позвоночнику. Она не понимала почему она здесь, куда она идет. Жуткое предчувствие беды висело над ней как грозовая туча. Тревога затмевала разум. Она не знала пути, но делала шаг за шагом, хотя руки ее тряслись, а тело окутывало холодом. - Галадриэль… Его голос раздался в голове. Как и много раз раньше. Но сейчас что-то было иначе. Он звучал по-другому. Не настойчиво, но просяще, почти умоляюще. Болезненно. - Галадриэль, пожалуйста… Эльфийка продолжила медленно шагать вперед, камешки на полу тихо шуршали под ее легким шагами. Рана ну груди пульсировала и добавляла этим к тревоге и страху. Она должна выйти отсюда. Должна уйти как можно скорее. Плевать, чего он от нее хочет. Она не должна здесь находиться. - Галадриэль, пожалуйста, не бросай меня… Ей послышалось, что его голос надломился. Это что, слезы в его словах? Ему больно. Ему больно так сильно, что она даже чувствует эту боль. Сердце ее сжалось. И нет, не от страха в этот раз. Она никогда не слышала его таким раньше. Ей стало… жаль его? Галадриэль стояла на месте и тяжело дышала. Наконец, собралась с силами. - Где ты? - Я…я не знаю… здесь темно и…шшшп…проклятье… Его голос надломился. Он явно зашипел от нового приступа боли. - Я иду. Эльфийка прибавила шагу. Теперь она не медленно перебирала ногами, а фактически неслась по коридору. Белое пятно в летящем платье на фоне черноты и ужаса. Она сама не знала, как понимала куда идти. Но чувствовала, что все ближе к цели. Она чувствовала где он. Поворот, еще поворот, небольшой спуск по лестнице. Еще. Ниже. Ниже… Галадриэль схватила факел со стены и спустилась крохотное темное подземелье… Тишину нарушали только звук стекающей по стенам воды, треск факела и ее тяжелое дыхание. Где-то у дальней стены послышался стон. Она подняла факел повыше и ринулась на звук. Он выглядел иначе. Таким она его никогда раньше не видела. Рыжие волосы, незнакомое круглое лицо. Но она знала, что это Он. Саурон был прикован цепями к стене, на губе порез и капли крови, синяки и гематомы на лице. На шее жуткий железный ошейник, под которым уже сочилась кровь. Он был в каких-то лохмотьях, тощим, все тело в ссадинах и следах плети. - Кто это с тобой… - Тссс… - шепотом протянул Саурон, пересиливая стоны боли, - ОН может услышать. Галадриэль воткнула факел в ближайший держатель и подлетела к нему. Оторвала кусок подола и вытерла черную кровь с губы. Он поморщился от боли и… лицо его стало меняться. Вот уже перед ней светловолосый изможденный эльф, такой, каким она видела его в последний раз. Только из глаз пропала жестокость, а с лица жуткая алчная ухмылка. - Не только тебе снятся кошмары, эльф, - он усмехнулся, но не криво, болезненно. Грустно. - Тихо, - Галадриэль осмотрелась, ища глазами что-то, чем можно было бы подцепить замки на наручниках и ошейнике. Увидела в углу клещи. С трудом притащила их с большим усилием, но смогла освободить его руки. Он безжизненной кучей скатился по стене и осел на полу. Галадриэль упала перед ним и положила его голову к себе на колени. Аккуратно убрала светлые пряди с лица. Он лежал, прикрыв глаза, его грудь трепетала от его рваного дыхания. - Я… я позвал тебя и ты пришла… - Что? - растерянно спросила эльфийка, пытаясь очистит порез на его скуле от грязи. - Это моя грёза, Галадриэль, мой вечный кошмар. Но сегодня мне было так невыносимо. Так плохо. Мне так нужен был свет, что я решил рискнуть и позвать тебя. И вот ты здесь… - Я не могу ходить по твоим снам, Саурон. - Дверь открывается в обе стороны, Галадриэль, - он попытался сесть, но она мягко придержала его за плечи. С трудом расстегнула ошейник и отбросила его в сторону, куча железа упала на пол, глухо звякнув. Она оторвала от подола еще кусок и начала мягко протирать его лицо, вытерла кровь с его шеи. Ей было жаль его. Галадриэль чувствовала его боль. Саурон лежал прикрыв глаза, мягкая улыбка освещала его лицо, когда она случайно задевала его кожу кончиками пальцев. - За что он так?.. - Галадриэль спросила, пытаясь распутать длинные светлые пряди его волос. Он наконец собрался с силами и сел напротив нее. Взял ее маленькие ладошки в огромные свои. Эльфийка даже не сопротивлялась - Тол Сирион. Ты знаешь эту историю: родственница твоего дружка, Лютиэн вместе со своим блохастым псом, обвела меня вокруг пальца и я сдал стратегически важную крепость. Мелькор никогда не прощает ошибок. - Лютиэн. Ну конечно, - она вздохнула, - но почему я? Почему ты позвал меня? - А кого еще? - по его лицу пробежала такая халброндовская улыбка, что она невольно улыбнулась в ответ, - Ты - мой свет, Галадриэль. Она всматривалась в его черты лица. Да, сейчас он был в эльфийском обличье и… да будь он проклят, он был красив! Ему шел этот образ. Эти светлые пряди свисающие вокруг лица, зеленые пронзительные глаза. Еще более зеленые чем всегда. Высокие скулы, гладкие щеки. Она невольно любовалась. Галадриэль с трудом отвела взгляд. Их руки все еще были сцеплены. И… и ей казалось это странно нормальным. - Твое лицо, когда я пришла… - Да. Так я выглядел… раньше. - Почему ты изменился сейчас? - Во сне или вообще? - Пока во сне, - она высвободила свои руки из его, по его лицу скользнула гримаса разочарования. - Не знаю, может, это подсознательно, - он попытался закутаться поплотнее в обрывки своей одежды, это ему почти не удалось, - Твое или мое подсознательное - я не знаю. Я сам не до конца понимаю, как эта связь работает. Галадриэль посмотрела на него задумчиво, но не продолжила диалог. - Вставай, нам нужно вытащить тебя отсюда… - она подала Саурону руку и, и когда он ухватился за нее, закинула на свое плечо. Саурон с трудом поднялся и облокотился о нее. Галадриэль невольно охнула. - Груз тьмы…- прохрипела она, - тяжелее, чем я себе представляла. Он невольно усмехнулся в ответ. - Ты не представляешь себе, как долго я мечтал, хотя бы коснуться тебя. И вот, сама Артанис из золотого дома Финарфина, тащит меня, Саурона, Великого Обманщика, по мрачным коридорам Ангбанда. Не о том народ слагает легенды, не о том… - он издал болезненный смешок и поморщился. - Ты сегодня даже не пытаешься прикинуться Халбрандом. - Я и есть Халбранд, Галадриэль, как ты не поймешь. Это часть меня. Возможно, лучшая часть меня. Которая все еще жива, только благодаря тебе - Ой, ну прекращай уже, - ворчала Галадриэль уверенно двигаясь вперед, он следовал за ней, все еще опираясь о нее. Она чувствовала, что он действительно слаб и изможден. Вдвоем они долго и медленно, стараясь не шуметь, брели по мрачным коридорам. Путь был бесконечным. Вечным. Галадриэль казалось, что они бродят часами. Темные коридоры с запутанными выходами, наполненные мрачными звуками, криками и пугающими шорохами. Тьма клубилась по углам и была почти осязаемой, будто внимательно наблюдала за ними. Саурону, вроде бы, стало чуть лучше и он уже не облокачивался об эльфа всем весом, но по-прежнему держал ее за руку. Галадриэль не могла бы ответить, делал он это от слабости или просто из своей прихоти, но ей было так страшно в этом мрачном лабиринте, почти без света, что она даже была не против, чувствовать его касание. Постоянная темнота, капанье воды и пляшущие отсветы пламени редких факелов начинали сводить с ума. Грудь сжималась от нависающей будто прямо над головой угрозы. Галадриэль нервно сжала его ладонь еще теснее, он подбадривающе пожал ее руку ответ. Жест был машинальным, а от этого каким-то даже интимным. Будто бы они правда давно женатая пара. Эльфийка тихо кашлянула и тревожно огляделась. - Почему этот твой кошмар никак не заканчивается, все рано или поздно просыпаются от снов… - она спросила шепотом. - В том и дело, - тихо ответил Саурон, все еще морщась от боли при каждом шаге, - я майа, я никогда не сплю, мои кошмары… иные. - Иные? Это что, сейчас по-настоящему? - почти пискнула в ужасе Галадриэль. - Не совсем. Это воспоминания… мы с тобой, - он вздохнул и снова поморщился, - по сути, мы с тобой сейчас бродим по закоулкам моей души. - Отлично, именно так я и планировала провести послеобеденный отдых, - она вздохнула заходя в новый поворот, - И как нам выбраться отсюда? Он остановился и за руку подтянул ее чуть ближе к себе. Блики пламени играли в его глазах, он смотрел прямо на нее не моргая. Галадриэль шумно втянула сырой затхлый воздух носом и тоже уставилась на его лицо. Он был красив, даже такой измождённый, с ссадинами на лице, разбитой губой и волосами, паклей свисающими вокруг его лица. Он смотрел ей прямо в глаза, неотрывно, было в нем что-то магнетическое, но сейчас Галадриэль не чувствовала угрозы. Только печаль, его боль, и не только физическую, и что-то еще. Что-то шевелилось на дне ее собственного сердца, и она знала, чувствовала, что и его сердца тоже. - Ты должна вывести меня отсюда, Галадриэль, - сказал он тихо. Свободной рукой, кончиками пальцев, бережно, будто держит самое большое сокровище в мире он убрал прядь волос за ухо, украдкой коснувшись кончика ее острого уха. Жест был более, чем интимным. Нежным. - Я? - переспросила она рассеянно, широко распахнув голубые глаза. - Ты. Ты - мой Свет. Моя королева. Мояжена. Я говорил тебе. И я никогда, никогда не лгал тебе, Галадриэль. Только ты можешь вытащить меня отсюда. Из тьмы и мрака. Ты мой путеводный луч. Галадриэль моргнула. Наваждение немного спало, но волшебство момента никуда не ушло, она тихо, мягким голосом ответила: - Ты опять несешь высокопарную чушь. Саурон усмехнулся и снова стал похож на Халбранда. - Я, конечно, склонен к некоторой экспрессии, но я сейчас говорю абсолютно серьезно. Меня спасти можешь только ты. Ты нужна мне, как и я нужен тебе. - Ты мне не нужен, Саурон. Меня вообще сейчас не должно быть здесь, - она опустила глаза, но Великий Обманщик кончиками пальцев приподнял ее подбородок и заставил ее смотреть прямо на него. - Но ты сейчас здесь. И ты пришла сама. Добровольно. - Я… - Галадриэль растерялась и не знала, что сказать, - ты лжешь, ты заманил меня сюда. Это все твои иллюзии или магия, я не знаю… - Нет, моя леди. Я тебя просто попросил. И даже я сам задаюсь вопросом, почему ты согласилась? - он не сводил глаз с ее лица. Будто пытаясь впитать каждую деталь. - Ты… - она вздохнула, - Тебе было больно, мне стало жаль тебя. Тебе было так больно, что стало больно и мне. - Это… - его очередь отвести глаза, - прости меня. Это последствия ранения короной. Мы теперь связаны еще сильнее. Я не хотел… - Что уж теперь, - она сама удивилась, как легко его простила, потянула его за руку, - потом с этим будем разбираться. Сейчас нам нужно выйти отсюда. Галадриэль продолжила путь. Ее шаги были легкими и быстрыми. В голове ее несся ворох мыслей: почему она здесь? Почему, несмотря на всю ситуацию и ужас происходящего, ей сейчас… нравится быть с ним? Он не пугает, не вызывает раздражения, ей приятны его прикосновения. Но это же неправильно! Очередная его ложь? Манипуляция? Как бы она не хотела списать на это, она понимала, что лжет сама себе. Она… она что-то чувствовала к нему. Не к Халбранду, которого он создал для нее. К самому Саурону. И… он не лгал ей, Халбранд и есть Саурон. Он есть в нем. И она видела его. Коридоры продолжали змеиться и клубиться. Кажется, факелов стало меньше и становилось все темнее. Земля под ногами была уже не ровной: на каждом шагу путь усложнялись бугры и ямы. Они пробирались в темноте крепко держась за руки. Воздуха становилось все меньше, воняло гнилью и тленом, и дышать было все тяжелее. Факелов на их пути больше не было, поэтому они брели в кромешной темноте. - Нам не выбраться отсюда, - откашлялась Галадриэль. Дышать было так тяжело, что легкие сжимались в груди, - если это твоя душа - нам никогда не выйти к свету. - Мы выйдем. Ты найдешь путь. - Ты слишком в меня веришь, - она горько усмехнулась, - Эру Великий, за что мне это? Почему ты… Их шаги разносились все тише. Коридоры становились все уже, а путь все более извилистым. Местами, они скреблись плечами о влажные шершавые стены. Саурон тоже дышал все чаще и сбивчивее. Даже ему, майа, не хватало воздуха. Галадриэль остановилась и отчаянно всплеснула руками. - Я не знаю путь! Я не знаю как выйти отсюда. Он обхватил ее лицо ладонями и повернул к себе. В кромешной темноте она различала только блеск его глаз. Он наклонился к ее уху, его дыхание щекотало ее висок, по спине пробежали неуместные мурашки. - Чтобы прийти к свету, нужно сначала коснуться тьмы, - прошептал он. - К чему это сейчас? Мы и так на самом дне тьмы. Куда еще больше? - Ты знаешь, - Галадриэль не увидела, но почувствовала его ухмылку. - Сейчас? Здесь? Даже не мечтай! - Галадриэль… - Нет! - Это последний шанс. Воздуха все меньше. Еще немного и мы зароемся в такую дыру, что точно никогда не выберемся. - Да будь ты проклят, - она проворчала. - Я уже… Она почувствовала его пальцы на своих щеках и его дыхание на своей коже. А потом, его сухие губы на своих. Галадриэль не хотела отвечать на поцелуй, но тело предало ее - она жадно впилась в его рот своим. От интенсивности поцелуя, ранка на его губе вскрылась и она чувствовала, как его кровь проникает в ее рот. Это должно было оттолкнуть ее, но только еще больше раззадорило. Пробудило в ней жажду. Похоть. Его черная солоноватая кровь пробудила в ней что-то звериное, не свойственное эльфам. Его рот жадно впивался в ее, их языки переплелись, а дыхание смешалось. Воздуха не хватало и голова кружилась, земля казалось уходит из под ног. Они могли погибнуть здесь, но Галадриэль было уже все равно, в ее вселенной сейчас существовали только он и его требовательные губы. И бережные чуть дрожащие руки держащие ее лицо. Если она должна погибнуть вот так, то гори оно синим пламенем. Она притянул его ближе и зарылась руками в его волосы, почти вырывая некоторые пряди. Он застонал ей в рот и отзеркалил ее движение. Время, казалось, остановилось. Они могли стоять так минуту, а могли вечность. Весь мир исчез остались только они двое, будто бы пытающиеся растворится друг в друге. Пространство поплыло, пол будто бы плавился и стекал под их ногами, стены исчезали. Тьма рассеивалась кривыми солнечными лучами… Когда они они наконец оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, мир вокруг них изменился: под ногами зеленела сочная весенняя трава, в ярко-синем небе парили соколы, воздух пах цветами и речной водой. Ярко светило солнце и их волосы трепетал ветер. Галадриэль посмотрела на Саурона - он тоже изменился. Не сильно, но… Раны и ссадины исчезали. Волосы его стали чуть рыжеватыми, лицо смягчилась, а в зеленых глазах появился золотой блеск. Он казался каким-то более юным, более весенним. И тоже стоял и растерянно озирался. - Это же… - выдохнул Саурон. - Валинор, - закончила за него Галадриэль, она чуть прищурилась, - я помню тебя, Майрон. Лучший ученик Ауле. - А я помню тебя, Артанис из Нолдор. Когда ты приходила в кузницу, свет твоих волос затмевал лучшие самоцветы, а твой смех заглушал звон кузнечных молотов. Моя работа останавливалась, я замирал и мог смотреть только на тебя. Что прекрасного я мог сотворить, если все совершенство мира было перед моими глазами? - Халбранд…- она сама не знала, почему она назвала его так, но «Саурон» был неспособен сейчас выговорить ее рот, - ты наблюдал за мной? - Всегда. Она коснулась его щеки и, встав на носочки, поцеловала еще раз. Теперь не так жадно, не так отчаянно, но нежно и мягко. Он ответил на ее поцелуй, трепетно кончиками пальцев едва касаясь ее лица. Краем уха Галадриэль уловила шум. Будто где-то далеко кто-то выкрикивает ее имя и дергает дверную ручку. - Мне пора, - прошептала она в его губы. - Не уходи, - он почти простонал и притянул ее ближе, - не сейчас. - Так надо. Ты знаешь. - Галадриэль… *** - Галадриэль! В момент, когда эльфийка открыла глаза, дверь в ее покои с треском распахнулась и в комнату ворвался Элронд с испуганным лицом. Она растерянно села, книга упала с ее колен. Галадриэль пыталась прийти в себя и ошеломленно хлопала глазами. Ее друг подлетел к ней и упал у ее ног на колени, взял ее руки в свои. - Слава Эру, ты в порядке! Ты не вернулась к обеду, а потом не пришла к ужину и… - Ужину? - Галадриэль оглянулась и поняла, что на Имладрис и ее покои опустилась ночь, - Прости, я задремала за книгой и… - Я испугался, что что-то случилось. Ты не отзывалась на стук и голос. Дверь была заперта и мне пришлось сломать замок, - Элронд выглядел немного смущенным, она ласково погладила его щеку. - Все хорошо, это ты меня прости, я не ожидала, что усну так надолго. - Главное, ты в порядке, - он улыбнулся и поднялся на ноги, - что-то хорошее снилось? - Да. То есть нет. То есть… - она невольно коснулась шрама на груди и улыбнулась, - я еще не знаю. - Ну, хорошо, ты отдыхай. Ты много сил в последнее время вкладываешь в строительство. Не удивительно, что ты устала, - Элронд погладил ее щеку, - Отдыхай. Полуэльф вышел из покоев и прикрыл за собой дверь. Галадриэль поднялась на ноги и начала нервно ходить по комнате, задумчиво кусая костяшки пальцев. Лунный свет, рассеивающий темноту, пробивающийся сквозь высокие окна, плясал пятнами на ее лице. Этот сон… Почему, почему ей так хорошо от воспоминания об ощущении его губ на своих. Почему ее теперь так к нему тянуло? Он враг! Он лжец! Он убил ее брата и Келебримбора, а теперь… - Не мельтеши. Галадриэль подняла глаза. Саурон сидел на ее кушетке, закинув ноги на подлокотник, и листал ее книгу, подставив под лунный луч. - Ерунда, медь никогда нельзя смешивать с никелем в такой пропорции, - он отбросил книгу и уставился на Галадриэль. - Ну это уж слишком, - она подняла книгу и положила на столик, - уходи из моих покоев! И моей головы! Он усмехнулся, весело, шутливо. - А меня здесь нет. А из головы… ну, ты сама опять меня позвала. Так громко думала обо мне… - Хватит! - она уставилась на Саурона, - Что тебе здесь надо? Он поднялся, грациозно перекинув длинные ноги с кушетки на пол и плавно подошел к ней вплотную. - Мы с тобой не договорили. - Не о чем нам с тобой разговаривать, - Галадриэль отвела глаза. Пусть его здесь не было, но стоял он слишком уж близко, заставляя ее сердце колотиться. Отличная иллюзия, Саурон. Воистину Великий Обманщик. - А поцелуй? - он смешно склонил голову на бок с таким невинным видом, что она еле сдержала улыбку. - Забудь этот аттракцион невиданной щедрости, тем более ты меня вынудил. И ты поцеловал меня сам. - А второй? - Я сказала - забудь. Тем более это было во сне, так что это не по-настоящему и не в счет. - Ну, мы можем это сделать и по-настоящему, если ты настаиваешь, - он говорил со смехом в глазах и котовьей улыбкой, заправил прядь ей за ухо, снова коснувшись кончика ее уха. Галадриэль не сдержалась и прикрыла глаза. - Где ты сейчас? - спросила она внезапно для себя. - Недалеко, - его пальцы гладили ее лицо и шею. - Готовишь очередные черные планы по захвату Средиземья? - она почти дрожала, ощущая его пальцы на своей коже. - Не угадала, - он подошел еще ближе, фактически прижался к ней, это иллюзия да, но он очень талантлив в этом, - готовлю светлые планы по захвату тебя. - И пусть весь мир подождет? - она вздохнула чуть глубже, чем хотела бы. - И пусть весь мир подождет, - он наклонился и запечатлел целомудренный поцелуй на ее лбу, - в конце концов у меня есть жена, а я ее нормально не целовал еще даже. - Я тебе не жена, - она посмотрела ему в глаза. - Обманывайте себя сколько хотите, моя королева, - он нежно провел по месту шрама на ее груди. От его прикосновения внутри нее разлилось уютное тепло. - Почему я? - Потому что всегда - ты. Тысячелетиями я наблюдал за тобой издалека. Еще в Валиноре… А уж когда судьба свела нас вместе, когда я коснулся тебя, твоего света… я стал ненасытным. Я не могу без тебя. Без тебя, я тону. Без тебя, я как потерянный путник в пустыне, жаждущий глотка воды. И я знаю, я нужен тебе. Иначе бы меня здесь не было, - он нежно провел кончиками пальцев по ее волосам. - Ты развращаешь меня, это все обман, - она закрыла глаза и уткнулась лицом ему в грудь, он растерялся на мгновение, но обхватил ее руками и прижал к себе. - Ты же сама знаешь, что нет. Тебя тоже ко мне тянуло. Может, не всегда, не так долго, как меня к тебе. Но с момента первой встречи лицом к лицу, у нас с тобой была особая связь. - Ты всегда шутишь надо мной и издеваешься. Я уже не знаю, чему верить. Даже тогда, на плоту в Расколотом море, - она отступила на шаг и посмотрела на него. Он снова выглядел как Халбранд - каштановые растрепанные волосы, ухмылка. - Я только услышал твой голос и понял, что это ты. А когда увидел тебя так близко, понял, что пропал. А подшучивал… Галадриэль, ты видела себя тогда? Комок ярости и упрямости в прозрачном мокром платье. Знаешь, как было тяжело сдержаться и не… не… Она была удивлена, когда заметила тень смущения на его лице. - Не что? - Галадриэль вскинула бровь, теперь была ее очередь шутить над ним. Это ее маленькая месть. - Да будь ты проклята, - он пробормотал. - Я уже, - ответила она его же словами и коснулась шрама на груди. Галадриэль моргнула и вот перед ней уже не Халбранд, а невозмутимый Саурон, с этими его светлыми волосами и не моргающими глазами. Эльфийке даже стало жутко на мгновение, но майа мягко улыбнулся и погладил ее щеку. - Не овладеть тобой прямо на этом дурацком плоту посреди моря. Прямо на глазах у Валар. - Ну, спасибо, что не покусился на мою честь, - она фыркнула, а Саурон усмехнулся. - Куда спешить, у нас впереди Вечность! Галадриэль с великим усилием воли, однако убрала его руку от себя. Отошла на несколько шагов и села на кушетку, подогнув под себя ноги. - И не мечтай даже, - проворчала она и отвела взгляд, посмотрела в окно, где ленивые облака слегка затмевали полную луну. Саурон повернулся к ней, откинул волосы со своего лица и подошел чуть ближе. Его бледная кожа, казалось, светилась в этом тусклом сиянии. - Галадриэль, меня все называют Великим Обманщиком, но до тебя мне еще далеко, знаешь ли. Ты обманываешь даже саму себя. Не лги мне, что ты никогда не хотела меня. Я знаюкакты смотрела на меня. И смотришь сейчас. Эльфийка чуть смутилась, но не подала вида. Она устало вздохнула и наконец посмотрела на него. - Послушай, почему ты просто не оставишь меня в покое? - этот вопрос всегда её мучил. - Это не в моих силах, - Саурон грустно улыбнулся. - Ты лжешь. - Галадриэль, - он встал перед ней на колени и взял ее маленькие ладони в огромные свои, мягко переплел их пальцы, - мы связаны, мы обручены кровью, пока мы не будем вместе, нам не будет покоя. Я знаю что ты… чувствуешь ко мне то же, что и я к тебе. Я вижу твои мысли. Мне нужен твой свет, чтобы исцелиться, а тебе нужен я, чтобы организовать твой душевный беспорядок. Ты же понимаешь, мы оба продолжение друг друга. Две стороны одной монеты. - Саурон, Халбранд… Ох, Эру Великий, определись уже с именем, а? - она усмехнулась и покачала головой, - Ты утянешь меня во тьму. С тобой просыпаются все самые темные части моей души. - Нет, нет! - он пододвинулся чуть ближе, в его глазах было отчаяние, - Никакой тьмы! Не с твоим светом! Галадриэль вскочила на ноги и начала опять нервно ходить по комнате, а он так и остался на полу, глядя на то место, где она только что сидела. Эльф понимала, что Саурон прав. Она знала это. Знала всегда. Но быть с ним - означало стать вечной изгнанницей. Она потеряет Элронда, ее друг полуэльф никогда не примет ее поступок. От нее отвернется Гил-Галад, ее король. Ее отринут эльфы и никогда она не вернётся в Валинор. Но… она и так чувствует себя здесь чужой. Неуместной. Одинокой. А Валинор… Галадриэль никогда не считала себя достойной. Но Саурон… ведь он уничтожил ее жизнь! Убил ее брата, на войне с ним пропал ее муж, уничтожил Келебримбора и Эрегион и сотворил столько ужасных вещей, что все и не упомнишь! Однако, может быть он и прав, может с ее светом он сможет исцелиться? Избавиться от тьмы? Может с ним рядом она сможет примирить бурю в своей душе? Может, они должны быть вместе, чтобы обоим искупить свои грехи? Она обуздает гордыню, а он вернётся к свету… Галадриэль посмотрела на Саурона, майа так и сидел на полу, опустив глаза. Светлые пряди скрывали его лицо, а свет луны из окна очерчивал контуры его тела. Он казался странно хрупким сейчас. Хрупким, маленьким и ранимым. Сердце эльфийки заныло. Ей хотелось упасть перед ним, прижать его к груди и укачивать, укачивать… Галадриэль прочистила горло, голос ее дрогнул. - Где ты сейчас? - повторила она вопрос. - Недалеко, часа три пути верхом, чуть западнее Имладриса - ответил он глухо, не поднимая головы, - небольшая заброшенная деревня. - Ты совсем один? - в глазах Галадриэль противно защипало. Саурон только кивнул не отвечая. Что-то в ней надорвалось. Она метнулась к двери и на цыпочках понеслась по коридору из белого мрамора. Шаги ее были беззвучны, золотые с серебром волосы сияли за спиной, охваченные лунным светом, падающим из огромных стрельчатых окон. Замок спал. Не было никого, кто мог бы ее увидеть или остановить. Но она ступала тихо, стараясь не создавать шума и боясь встретить кого-то, кто начнет задавать вопросы. Галадриэль птицей выпорхнула из замка и побежала к конюшне. Тихо открыла дверь и нашла свою лошадь: конечно, белоснежную кобылицу. Эльф ласково погладила животное по морде, дала горсть овса. А после аккуратно отвязала и вывела под уздцы из загона. Вместе с лошадью они вышли в залитый лунным светом сад. Было тихо и пусто. даже ночные птицы решили помолчать в эту ночь. Галадриэль вставила ногу в стремя и уже даже успела сесть в седло, когда услышала тихие шаги за спиной. - Я должна, Элронд, - тихо сказала она, не оборачиваясь. - Я знаю, - также тихо и печально ответил он. - Ты был прав, он всегда со мной и… - она коснулась груди, там где сердце, ее голос дрогнул. - Namarie, Галадриэль. - Namarie, друг мой, - она ударила пятками по бокам лошади и понеслась навстречу лунному свету. *** Ночь была холодной и светлой. Галадриэль гнала кобылицу галопом, мерный стук копыт разносился в звенящем морозном воздухе. От дыхания самой эльфийки и животного в воздух вырывались облачка пара. Но Галадриэль было все равно, она не чувствовала холода. Она неслась к своей цели и с каждым километром в сердце ее все сильнее разгорался огонь. Подковы стучали по утрамбованной дороге и это было единственным звуком нарушающим покой ночи. Галадриэль уже была на половине пути, когда вдруг услышала своим тонким эльфийским ухом стук копыт вдалеке и увидела на горизонте черную точку, которая с каждым шагом лошади все приближалась к ней. Они встретились на узеньком каменном мосту, перекинутому через быстрый холодный ручей. Саурон спешился со своего черного мерина, а Галадриэль плавно выскользнула из седла и опустилась на землю. Он немного изменился: выглядел чуть иначе, чем его приукрашенный двойник в иллюзии, он похудел, осунулся, его волосы тускло сияли в свете луны. Весь он казался очень уставшим, очень древним и очень печальным. Но надежда светилась в его глазах, когда он смотрел на Галадриэль. - Это правда ты? - тихо, чуть хрипло проговорил он и сделал неуверенный шаг ей навстречу, - Это не наваждение? Не очередная греза? - Это я, Саурон, - она тоже неуверенно шагнула к нему. Сердце ее гулко колотилось в груди, стремясь, видимо, проломить ее грудную клетку. Шрам горел огнём, но это было не больно, даже приятно. - Галадриэль… - он облизал губы и дрожащий рукой потянулся к ее лицу. Это ее сломало, она шумно втянула воздух и, не веря, что делает это сама и добровольно, кинулась к нему на шею. Саурон опешил, но крепко прижал ее к себе, зарылся носом в ее волосы и жадно втягивал ее запах. Он и сам пах так маняще. Огнём и железом, мускусом и пряными травами, медью и кожей. - Ты пришла, пришла, - шептал он будто все еще не веря в реальность происходящего. - Как ты узнал, что я приеду, - она чуть отстранилась, и он неохотно отпустил ее. - Я не знал, я… я поскакал навстречу, потому что просто физически хотел быть чуть ближе к тебе. Ты ушла так внезапно, я подумал, что это конец и я запаниковал, сорвался. Не знаю, чем я думал и что собирался делать. Бродил бы, наверное, вокруг Имладриса, нервируя ваших лучников, - он усмехнулся, - хотя, я многое отдал бы, чтобы увидеть лицо твоего королишки, Гил-Галада этого, когда ему донесли бы, что сам Сам Саурон, Великий и Ужасный, пожаловал к воротам. Галадриэль ничего не смогла с собой и улыбнулась. - О, он бы был в растерянности, наверное, нервно бы распил бутылку вина… Ходил бы весь надутый, собирал армию… - Почему ты пришла? - Саурон смотрел на нее, жадно впитывая все черты ее лица. Галадриэль поежилась от холода. Теперь, когда она достигла цели, реальность обрушилась на нее и морозная ночь пробирала до костей. Эльфийка пожалела, что не накинула хотя бы плаща. Саурон заметил это, прижал к себе и обхватил руками. Его тело источало такой жар, что жерло вулкана чувствовало себя, должно быть, жалким очагом на его фоне. - Я сделала выбор, - тихо проговорила она, зарываясь носом в его грудь. Его длинные светлые волосы приятно щекотали ее нос. - Ты уверена? - он нежно гладил ее по волосам, любуясь, как лунный свет играет в ее прядях. - Конечно нет, - она чуть отступила и посмотрела на него, - ты разрушил мою жизнь, убил моего брата и моего друга. Разрушил половину Средиземья. Я зла на тебя! И больше скажу, я тебя ненавижу, но… Саурон растерянно смотрел на Галадриэль. Конечно, она права. Но если она сейчас отступит… В нем что-то неудержимо закипало. Ярость, злость, обида, отчаянье. Если она сейчас отступит, он разнесет все Средиземье не оставив камня на камне. Да и себя самого разрушит до состояния бестелесного духа. - Но? - очень тихо, дрожащим от ярости голосом проговорил он. - Я не могу без тебя, - выдохнула эльфийка устало, - мы наказание друг другу. - Нет, мы награда друг другу, - облегченно поправил он, злость схлынула так же быстро, как и пришла. - Посмотрим, - Галадриэль снова поежилась, - Холодно. Надеюсь, у тебя есть место, где можно согреться и… у тебя вообще есть жилище? Саурон вздрогнул от резкой перемены темы и смены ее тона. Растерялся немного. - О, да, я занял дом в той заброшенной деревне. Жалкая лачуга, не достойная королевы, но там есть очаг и кровать. Для тебя! - он резко добавил, когда увидел ее взгляд, - Я не сплю, помнишь? Я не претендую на твое ложе. Пока, - добавил он не сдержавшись. - Ох, ты называешь меня королевой, но не обеспечил мне даже дворец, - она усмехнулась. - Ну, начнём с рая в шалаше, а потом посмотрим на твое поведение, - Саурон усмехнулся, ему стало намного легче, когда он понял, что она не собирается опять убегать от него. - Сначала плот, потом трюмный гамак, потом тюремная койка, а теперь вот хижина. Да ты меня балуешь, знаешь ли? Он рассмеялся. Легко и весело. И снова стал похож на Халбранда. Нет, он не менял внешность, он и был Халбрандом. *** Когда они достигали заброшенной деревни, уже начало светать. Саурон привёл Галадриэль к единственному дому, из трубы которого шел дым. Домик был неказистый, но над ним явно поработали: были починены ступени и укреплено крыльцо, на крыше местами новая солома, аккуратная дровница вдоль стены. - А ты обжился, я смотрю, - удивилась Галадриэль, когда она привязывали лошадей, - дровница? Серьезно? - Я люблю порядок, ты знаешь, - пожал он плечами. Когда они проходили мимо импровизированной полки с инструментами эльфийка заметила, что топоры, пилы и молотки были аккуратно сложены и начищены до блеска. Саурон завел Галадриэль внутрь дома, горел очаг, было тепло и очень чисто. Даже уютно как-то. Не это она ожидала увидеть в логове Темного Лорда. Он заметил это на ее лице. - Что? - только и спросил он, подкидывал поленья в огонь. - Я просто… ну не могу представить, как ты тут наводишь порядок и колешь дрова в этом… образе, - она нервно облизала губы и он на мгновение зачарованно уставился на вид ее розового язычка. - Вот завтра и посмотришь, мы тут будем еще пару дней, - наконец он пришел в себя. - А потом? Саурон устало сел на стул напротив нее, он скинул верхнюю одежду и остался только в штанах и рубахе. Вся его величавость куда-то сразу исчезала. - А потом двинем на Юг, у меня там народ, помнишь? - Это не твой народ, - Галадриэль опустилась на край кровати и посмотрела на него недоверчиво, - все это было фарсом, твоей ложью. - Твой ложью, Галадриэль, - поправил он, - Ну, и теперь это уже мой народ. Не бросать же их на произвол судьбы? Надо построить новые города, засеивать поля. С вулканом этим разобраться. Замок вот королеве моей преподнести. Работы много. - А как же исцеление Средиземья? Как же… кольца? - она смотрела на него теперь с любопытством. - Гномские останутся у гномов, как эльфийские у эльфов. Девять я уничтожил. - Что? - Галадриэль ушам своим на верила, смотрела на него огромными глазами. - Когда ты ушла, у меня было много времени, чтобы подумать Галадриэль. И над твоими словами, что мне сначала исцелить надо себя самого, и над словами Келебримбора, о том, что я пленник этих колец и власти… Ты можешь мне не верить, но я не хотел его убивать. Он был мне другом. - Но убил. - Я не мог иначе, - Саурон опустил глаза - Мог. - Если бы ты была там, со мной, все было бы иначе… - Не перекладывай на меня ответственность! - Галадриэль вскочила на ноги. Она будто стала выше и больше, волосы трепались на невидимом ветру. Глаза ее почернели и вся она… потемнела. На секунду буквально. Но Саурон отпрянул, чуть не перевернувшись вместе со стулом. - Тише, моя королева, тише. Поговорим об этом позже, да? - он смотрел на нее растерянно, пытаясь осознать, какой еще урон ей могла нанести корона Моргота, которая, сейчас как и его меч, лежала прямо под кроватью. Придется с этим тоже позже разобраться. Да и уничтожить эти темные артефакты тоже не помешало бы. - Хорошо, - Галадриэль вся осунулась и вяло села на кровать, - я устала. - Конечно, ложись, отдыхай, - он встал перед ней на колени и нежно снял с нее сапожки. Аккуратно за лодыжки поднял ее ноги и уложил ее в кровать. Укутал одеялом. Саурон смотрел на эльфа, как на самое важное сокровище в его жизни. Галадриэль уснула моментально, а он просто стоял там еще какое-то время и смотрел, как она спит. Не веря своему счастью, что вот она здесь, вся его. Его… жена. *** Галадриэль проснулась через несколько часов и не сразу осознала, где она. Растерянно села на кровати и озиралась по сторонам. В окно ярко светил солнечный свет. Пылинки играли в его лучах. Дом был маленьким: только кровать, стол, пара стульев и камин. Но здесь было очень светло и приятно пахло свежеоструганными досками. Все вчерашнее казалось эльфийке сном поначалу, но теперь она все вспомнила и осознала, что жизнь ее круто перевернулась. Галадриэль опустила ноги на пол и, как была, босиком пошла к выходу. Со двора раздавались мерные глухие звуки топора. Она тихо спустилась по ступеням и увидела Его. Саурон стоял к ней спиной, светлые волосы собраны в небрежный пучок, он был без рубашки и солнце блестело в капельках пота на его его мускулистых плечах и руках. Он мерно работал топором и мышцы красиво перекатывались под бледной кожей от каждого его движения. Галадриэль замерла любуясь этой картиной. Он почувствовал ее присутствие, обернулся с широкой улыбкой. - О, она жива! - усмехнулся он, отложил топор и отер лицо своей смятой рубашкой. Подошел ближе, - Доброе утро, моя королева! Галадриэль вздохнула шумнее, чем ожидала. От него немного пахло потом и теплом, но это не было неприятно. А еще он был красив, чертовски красив. Особенно в сочетании этой вот простоты, небрежности и эльфийской внешности. Она не могла оторвать взгляда от его груди и мощных рук. Прочистила горло, наконец. - Хватит меня так называть, - пробормотала она и смущенно, но неохотно отвела взгляд. - Я принёс тебе воды, там в доме, если ты захочешь умыться. И еда, жареный кролик, поймал пока ты спала. Я почти не ем, так что… - Ох, еще и это. Ты не спишь, не ешь, что ты еще “не”? - Галадриэль закатила глаза и скрестила руки на груди. - Не могу оторвать от тебя глаз, - он улыбнулся и погладил своей горячей чуть мозолистой ладонью ее щеку. Галадриэль не сдержалась и прижалась к его руке. - Не начинай, - тихо вздохнула она. - Что именно, - он задумчиво теперь играл прядями его волос, а она как зачарованная пялилась на его грудь, блестевшую бисеринками пота. - Всю эту… романтику. - Моя прекрасная королева не любит романтику? - он вскинул бровь, - Ты же эльф! - Люблю, но… Хватит называть меня королевой! - А как тогда? Моя дорогая женушка? - в глазах Саурона блестел смех и Галадриэль снова невольно подумала о Халбранде, но издевку она принять была не готова. - Я тебе не жена! - Мы сочетались кровью! Ты теперь моя, МОЯ! Он взревел. Саурон вскипел за секунду, внешность его изменилась, в глазах появились вертикальные зрачки, вокруг глаз темные прожилки. Весь он стал похож на животное. Галадриэль отпрянула. Саурон тут же вернулся в нормальное состояние, лицо его было растерянным. Майа подошел к ней ближе, обхватил трясущимися руками ее лицо и стал осыпать ее щеки поцелуями. - Прости, прости меня, как только я думаю, что снова потеряю тебя, что ты опять отвергнешь меня и убежишь, во мне взрывается что-то, прости… - он нашел ее губы своими и запечатлел на них долгий поцелуй. Галадриэль ответила, ни секунды не колеблясь, она прижалась к нему всем телом и жадно впилась в его рот своим. Наконец-то это не иллюзия. Наконец, он целует ее по-настоящему. И это иначе. Ярче, интенсивнее. Что-то проснулось в Галадриэль, по низу спины побежали мурашки, а внизу живота разгоралось животное пламя. Она чувствовала, что это же происходит и с ним. Его руки опустились на ее бедра и он тесно прижимал ее к себе, сминая ткань тонкого белого платья, оставляя на коже следы от пальцев. Галадриэль наконец оборвала поцелуй, чуть отстранилась. - Вот теперь, можешь называть меня женой. Теперь ты скрепил наш союз. Поцелуем и кровью. Она тяжело дышала, он тоже, вжался лбом в её, для этого ему пришлось согнуться в три погибели, но Саурона это не смущало. Его грудь часто вздымалась, а руки все еще блуждали по ее телу. - Моя… моя жена, - выдохнул он, неохотно и мучительно отстранился, у них теперь все время мира, - Иди, поешь и приведи себя в порядок, я дорублю это бревно. Он отвернулся, явно пытаясь прийти в себя и успокоить сердечный ритм. Галадриэль вернулась в дом, нашла ведро с водой, поражаясь его заботливости. Она умыла ключевой водой лицо и шею, что немного остудило жар в ее теле и успокоило внезапное возбуждение. Нашла на столе приготовленного уже кролика, поклевала немного и задумчиво уставилась в окно. И это теперь ее жизнь? Вот такая, простая, со скудным бытом, с Темным Властелином, рубящими дрова во дворе, как простой деревенский парень? Она усмехнулась. И удивилась сама себе, но ей это нравилось. Не надо думать о войнах, не нужно переживать о судьбах мира. Пусть это всего на пару дней, но это тот долгожданный покой, которого они оба искали. Да, скоро они вернутся в Южные земли. Им предстоит много работы, нужно собрать вместе разрозненные народы, нужно строить новое государство. Саурон и правда держит обещание, делает ее своей королевой. Плечом к плечу, они смогут навести порядок, как он и говорил. Может оно и к лучшему? Может они правда могут сделать друг друга лучше? Погрязшая в своих мыслях она не замела, как Саурон вернулся. Поняла это только когда он подошел сзади и нежно погладил пальцем её шею. Галадриэль обернулась, он был все еще без рубашки и, видимо, окатился водой, потому что с его волос капала вода, оставляя на полу и ее платье, темные следы. - Ну как, разобрался с этим деревом? - спросила она, беря в руки его ладонь и прижимая к своей щеке, - зачем тебе столько дров, если мы скоро уедем? - Не люблю сидеть без дела, - он накручивал на палец прядь ее волос, - здесь рядом была сгоревшая кузница, в одном из домов. Я пытался восстановить ее, но мои труды не увенчались успехами, слишком большой урон. - Это твои орки выжгли эту деревню, - глаза Галадриэль потемнели. - Мои. Но теперь все будет иначе. Хватит войн и разрушений, - он большим пальцем гладил ее скулу. - От тебя ли я это слышу? - она вскинула брови, - Не ты ли мечтал построить империю на осколках? - Видишь как ты на меня влияешь? А ты мне не верила… - Саурон усмехнулся. - Я не верю тебе до сих пор, - Галадриэль опустила глаза, но он поднял ее лицо за подбородок, заставляя смотреть прямо на него, как всегда. - И я это заслужил, - он приподнял брови, - Но я никогда не лгал тебе. Недоговаривал, да. Но не лгал. И докажу тебе, что могу измениться своими действиями и поступками. Он нагнулся чуть ниже и прижался своими губами к ее. Настойчиво, жарко. Галадриэль тут же ответила. И тут же в ней вспыхнул прежний огонь, более яркий и неистовый, кровь кипела в ее жилах, а по спине пробежали мурашки. Она жадно отвечала на его поцелуй, поднялась на ноги и зарылась пальцами в его мокрых длинных светлых волосах. Саурон и сам начал плавится, впился пальцами в ее бедра прижал ее к себе теснее и вжал ее в стол. Она своей грудью чувствовала, как колотится в груди его сердце… Смешно, ведь когда-то она думала, что у него его нет. Поцелуй становился более неистовым и отчаянным. Он оторвался от ее губ только для того, чтобы тут же вжаться в ее шею, впивался в ее кожу, оставляя красные следы. С губ Галадриэль сорвался тягучий стон, что, кажется раззадорило его еще больше. Потому что он подхватил ее под ягодицы, и, будто она весила не больше перышка, поднял ее и бросил на кровать. Саурон стоял там и смотрел на нее сверху вниз, наслаждаясь ее растрепанным видом. Галадриэль же сгорала от нетерпения. Жар внизу ее живота становился почти невыносимым, болезненным, она тянула к нему руки, как бы приглашая его. - Нетерпеливый эльф, - усмехнулся он, скидывая с себя штаны, - как всегда, хочешь все и сразу. А ведь ты даже целовать меня не хотела. Галадриэль и правда хотела всего и сразу. Его поцелуи и прикосновения будили в ней что-то совсем не присущее эльфам. Какие-то животные инстинкты. И сейчас, те несколько секунд, что он не касался ее были ей почти невыносимы. Ее кожа ныла без ощущения его губ. Она даже не подозревал, что может чувствоватьтак. - Заткнись, - проворчала она притягиваю его за руку ближе к себе. Саурон с усмешкой сел на край кровати. Взял в руки ее ступню, его губы плавно скользили вверх, по ее лодыжке, икре, коленям, внутренней части бедра… С губ Галадриэли сорвался тихий стон. Он приподнял лицо и посмотрел на нее с усмешкой, издевается, как всегда. Это разозлило ее, эльфийка схватила его за все еще влажные волосы и притянула к себе, ее мягкие губы нашли его рот. Она целовала его жадно, отчаянно, в то время как ее руки скользили по коже его спины, по бокам, животу, ниже... Теперь и с губ Саурона сорвался тихий стон. И он стал более жадным и настойчивым. Его рука нащупала край ее платья, его пальцы бесцеремонно сминали тонкую ткань, задирая выше и оголяя ее бедра. Он, не отрывая глаз от ее лица, стянул ее белье и скользнул пальцами в ее промежность, пробежался умелыми пальцами по нежным и уже влажным складкам. Галадриэль застонала громче и выгнулась навстречу его руке. Тело эльфа дрожало и горело, желание было невыносимы, она вписалась губами ему в шею, почти умоляя наполнить ее, облегчить ее жажду. Саурон не спешил, все-таки садистские привычки не так легко изжить… Его пальцы скользили нарочито медленно, нарочито обходя ее самую чувствительную точку. - Пожалуйста… -тихо прошептала она. Саурон ухмыльнулся, два его пальца пробрались внутрь нее, выгибаясь так, чтобы достать до самых чувствительных мест. Его большой палец наконец нежно и медленно начал кружить по ее клитору. Галадриэль больше не сдерживалась, бесстыдные стоны рвались с ее губ и тонули в его коже и мокрых волосах. Его собственно возбуждение тоже достигло апогея, Саурон хрипло дышал, его пальцы все быстрее входили и выходили из нее. Его глаза, потемневшие от похоти, неотрывно смотрели на нее. Она обхватила руками его лицо и притянула к себе еще ближе. - Я хочу тебя, - прохрипела она. Саурон шумно выдохнул, ее жаркий шепот и смысл произнесенного лишил его остатков разума. Он вытащил из нее пальцы, притянул ее к себе за ягодицы и пристроился у ее входа, немного нерешительно. Он так давно хотел этого, так давно жаждал ее, а сейчас почему-то робел, как мальчишка. - Галадриэль, я… - начал было он. - Я знаю, потом, - она обхватила его бедра ногами, как бы приглашая его. И он вошел в нее, медленно погружаясь на все свою длину, наслаждаясь тем, как тесно и влажно она его принимает. Галадриэль застонала, выгибаясь в пояснице и впиваясь пальцами в его предплечья. Ее сердце неслось в бешеный галоп, от ощущения его в себе. Они уже были связаны душами и сердцами, а теперь они связаны и телесно. Саурон толкнулся еще раз. Из его груди вырвался хриплый вздох. А потом еще, и еще… Их темп нарастал, их дыхание сбилось и смешалось, их сердца бились в унисон. Ногти Галадриэль впивались в его спину, оставляя на бледной коже полосы, а руки Саурона сминали плоть ее бедер, оставляя синяки. Майа пыталась сдерживаться и не причинять ей вреда. Все же его звериная натура немного брала верх. Он приостановился, шумно дыша, в его Галадриэль увидела тень тех самых вертикальных зрачков, но это не пугало ее. Наоборот… Тем временем Саурон стянул с нее платье, замер на секунду, наслаждаясь видом ее маленьких аккуратных грудей. Не в силах сопротивляться он губами и кончиком языка коснулся нежных розовых сосков. А после снова вошел нее, глубже, яростнее. Они наращивали темп все сильнее и быстрее, по домику разносили всхлипы и стоны, влажные шлепки, его рычание и ее хриплое дыхание. Наконец, с отчаянно громким стоном, Галадриэль достигал вершины, цепляясь за него руками, как за спасительный плот. Волны удовольствия окатили ее тело, а перед ее глазами сияли звезды. Спустя несколько толчков, пика достиг и Саурон, он замер, как всегда смотря на ее лицо и растрепанные волосы и излился прямо в нее, а после устало упал на ее грудь, обхватывая ее руками и прижимая к себе. Какое-то время они лежали молча, пытаясь привести дыхание в норму. Галадриэль бездумно перебирала его волосы, а Саурон лежал на ее груди и рисовал пальцами круги на коже ее плеча. - Я тебя ненавижу, - наконец тихо прошептала она. - И я тебя, - ответил он тихо, немного помолчал, - Я тебя люблю. - И я тебя, - ответила она. А после будет новая жизнь. Они отправятся в Южные Земли. Им предстоит много дел и много трудностей. Их ждет много испытаний и судьбой и друг другом. Конечно будут шумные ссоры и громкие примирения. Конечно будут взлеты и падения. Конечно, он будет тянуть ее во тьму, а она тащить его к свету. Но все это будет потом… А пока они просто устало лежали, полностью умиротворенные и уставшие, полностью поглощенные и не полностью насыщенные друг другом. Попробовав раз, они уже не смогут остановиться. Он жаден до ее света, а она жадна до его тьмы. Этот мир способен существовать только в балансе, и они, кажется, наконец-то имеют шанс его достичь.