Наш друг Мрк'грш'траклар

Предупреждение: События происходят до падения Эшхолда. Стоит непривычная тишина в сонном измерении Ло, но она приятная, спокойная, как и должен чувствоваться хороший сон, но в душах его жителей пустился корень ростка тревоги. Странные послания Начала, странные спланированные нападения на поселения разумных существ. Мрк`грш`траклар задумчиво сидит у скинта, восстанавливая силы, он улавливает тяжесть раздумий в воздухе и вполне его разделяет, он поднимает взгляд на Джона, что сидит напротив и словно таращится на золотистый кристалл, но на самом деле глаз не видно за плотными черными стеклами. Багрянник может считать направление глаз, эмоции у Лололошки, но Харрис для него в этом плане — загадка, хотя ему не интересно знать об этом, общаясь с ним, уж слишком он неприятный, слишком много чести постараться его понять, даже направление, куда он смотрит. Дейви же глядит на друга своего двойника, так погрузившись в стог бесконечных мыслей, что не замечает, как прикусывает нижнюю губу, возвращает его в реальность только то, что он укусил сам себя. Его лицо покрылось легким румянцем, он отворачивает голову вбок, глубоко вздыхая, он слегка стыдится своей мысли. Но лишь слегка.       — Мрк`грш`траклар, не пойми как неуважение. Но я хочу тебе предложить попробовать вместе расслабиться. — он снова смотрит на багрянника, который, услышав намек, поднял бровь и слегка наклонил голову.       — Зачем тебе это? — Марк не был воодушевлен, чувствовал подтекст, хоть это не в культуре его вида. — Мы не друзья, чтоб «веселиться» вместе.       — Ничего нам не мешает стать ими. Но сейчас меня это не очень-то интересует. Просто хочу с кем-то разделить кровать, чтоб расслабиться после беготни. Ну если ты меня понял. — он приспускает очки, подмигивает без капли стеснения на своей наглой морде.       — Ты кажешься достаточно осведомленным о багрянниках, наверное, и о способе половой связи в курсе. Ты хоть понимаешь, что предлагаешь? — он складывает руки на груди, сейчас он чувствует, как его словно куском мяса дразнят, которое он не сможет съесть.       — Вполне. — он усмехается, поняв, что поймал жука на крючок. — Буду снизу, как раз покажу, что и люди могут отличаться по строению от стандартного. Джону удалось заинтересовать собеседника и очень успешно, он прям видит свет в глазах багрянника. Знает ведь, что у них с сексом трудно, больших рас во вселенной мало, а женщин их вида еще меньше. Да и те выбирают только лучших, и то ради потомства, связь же между двумя мужчинами вызывает некоторые трудности, начиная от хрупкого эго до особенности строения. Багрянник не успел подумать, как понял, что заходит в замок Дейви, который вальяжно шагает впереди, показывая, где находится большая кровать, где они вдвоем поместятся.       — Какие у тебя отличия от большего количества людей? — спрашивает жук с интересом, смотря, как Джон садится на кровать и выгибается в спине, опираясь на локти, принимая соблазняющую позу, но это на его партнера не работает.       — Не буду, так уж и быть, занудствовать. — он обиженно закатил глаза и сел нормально, смотря вверх, на Марка, что подошел вплотную. — Два набора половых органов — у меня и мужские, и женские. Интерес загорелся только сильнее, багрянник хочет потрахаться больше из любопытства попробовать что-то диковинное, Джон сейчас для него не предстает как личность или объект морального наслаждения, только тело для удовлетворения не сильной нужды и огромного стремления узнать, как же строится его тело. Дейви это понимает, ведь Марк для него также предстает лишь объектом.

Ничего святого, только научный интерес.

Джон ложится на постель, разводя руки в стороны, понимая желания Марка, отдавая ему удовольствие от самостоятельного познания, да и снять с себя даже такую ответственность очень приятно. Большие ладони сначала осторожно, почти настороженно ощупывают тело сквозь одежду: грудь, талия и наконец бедра — пока ничего женского, только худое сильное мужское тело, хотя ляжки более мясистые, больше похожи на ноги девушки. Ширинка на брюках съезжает вниз, пуговица тоже расстегивается пальцами багрянника. Джон сам снимает халат, пока его брюки стягивают с ног.       — Утягивающие чулки? — Марк бросает штаны на пол, смотря на черные чулки, что прячут пухловатый комплекс междумирца.       — Не снимай их. — Джон снял очки и откинул их к тумбочке, не отвечая на вопрос Мрк`грш`траклара.       — Ладно. — он пожимает плечами на просьбу, ноги как ноги, то, что находится под трусами со странным принтом вызывает желание увидеть что-то новенькое куда большее. Что значит «принглс»?.. На брюки на полу сверху падают трусы, затем Харрис раздвигает ноги и смотрит с каким удовлетворением Марк разглядывает его. На первый взгляд все так же парень, но вот на пятой точке два отверстие, собственно, привычный анус и раскрытый вход во влагалище, без внешних спутников в виде половых губ или клитора. Возбуждение нарастает, пока Марк трогает его снизу, оглаживает его «лишнее» отверстие, что начинает намокать, вторая ладонь оглаживает член, как в благодарность за новый опыт. Пальцы начинают проникать во внутрь, оценивая эластичность. Длинные и широкие, а входят как по маслу, легко и влажно, тепло. Глаза уже журятся от наслаждения, а это только пальцы. Марк доволен, улыбка расплывается на лице очень медленно, он только и думает о том, как войдет в податливое лоно. Думать о том, что Джон будет «нетронутым цветочком», — тот еще бред, и будь это правдой, сейчас бы багрянник не был так воодушевлен. Для подобного соития нужен опыт и хорошая подготовка, которая у Дейви есть. Еще несколько движений на возбужденном члене, и по бедрам уже течет естественная смазка из нутра, обильно. Джон прикусывает губу, горячее дыхание так и вырывается, обжигая собственную кожу, зрачки расширены, ожидая узреть кое-что интересное в штанах его «друга с привилегией». Между ног багрянника тоже становится влажно и тесно, он убирает руки от Харриса, снимая с себя штаны, выпуская тентаклю на свободу. Внимание ученого теперь полностью поглощено изучением новой формы полового члена. Он подползает быстро, берет его в ладонь совершенно нагло, начиная его сжимать и облизывать, пока Марк слегка опешил, смутившись поведения партнера. Мягкий и извивается, его приятного трогать, кожа члена выделяет смазку, о которой Джон наслышан, ее течет то еще изобилие и на вкус неплохая, больше, конечно, безвкусная, но легкий нежный привкус… М…       — Я бы не глотал смазку и не оттягивал…– Марк неловко отводит взгляд — слишком уж похабная картина для него.       — Не боись, и не такое ел. — он подмигивает, намекая. — Я знаю последствия, но ты прав, нужно начать, чтоб ты мог еще войти. Харрис поцеловал кончик тентакли, а после пополз на середину кровати, специально светя задницей, покачивая ей, понимая, что только голое нутро интересует Мрк`грш`траклара, только функция и ожидание тепла от чужого тела. Джон стоит на четвереньках, нагибаясь грудью к подушкам, выпячивая таз, немного вздрогнув, почувствовав, как партнер схватил его за бедра, подтянув к себе. Щупальце быстро проникает во внутрь, став тонким, но как только зашло по основание вновь стало толстым, только сильнее набухая, обильнее намокая, а Джон с удовольствием замычал, чувствуя, как смазка Марка впитывается в плоть, немного щекотно, а после начинается ее действие. Багрянник приобнимает Джона за талию, придерживая, чувствуя, как он расслабляется под действием составляющего его естественного выделения. Он ложится на междумирца, целуя его в макушку, поддавшись нежности. Харрис закатывает глаза, пускает слюни. Натуральный кайф под действием безопасных веществ. Раньше он только слышал об этом и мечтал попробовать хотя бы разочек. И вот сейчас он нашел того, кого может принять и кто готов поделиться этим опытом. Есть несколько этапов, и вот первый уже скоро заканчивается: тревога уходит, тело ощущается невесомым, лень двигаться, ощущается наступление второго, живот немного тянет вниз, боли нет, значит, обезболивающий эффект уже начался. Второй. Шейка матки раскрывается и член входит в нее, расширяя сильнее, заполняя собой полость, растягивая и саму утробу, делая пару толчков и входя вновь, чувствуя, что больше не помещается. Марк сам начинает тяжело вздыхать, обнимая, поглаживая Джона, перевернувшись набок, снова прижав к себе партнера. Он ощущает давление на свой член, который скоро достигнет своего максимума. Узел завязался. Тентакля становится крупной на конце, что не может выйти из полости утробы, и начинает выделять семя. Они вдвоем, мычат от удовольствия, нежатся друг о друга, трутся. Джон кончил даже с очень ленивой дрочкой от Марка. Подобное соитие невероятно эффективно для зачатия багрянников, расы же могут смешиваться между собой, жуки хоть и достаточно далеко эволюционно от других, но также могут произвести зачатие с теми же людьми, но это ни к чему ни разу не приводило, утроба не подходит для развития эмбриона, от того беременность сама по себе прерывается в первые же недели, часто такое не замечается. Это на руку Джону, у соития абсолютно нет последствий, приносит удовольствие не хуже хорошей травки, дает отдохнуть, а еще багрянники очень нежны со своими партнерами, благодаря гормонам. Так сказать «отцовский инстинкт». А тем временем Джон засыпает, он перестает думать, уж очень постарался Марк, а тот еще немного двигает бедрами, двигаясь минимально внутри, он гладит волосы партнера, целует и дает поспать, ведь еще пару часов узел не развяжется. Проходит около часа, Ло обходит острова, не находит Марка, начиная переживать за него, но идет дальше, он считает тишину подозрительной, некомфортной. Привык, что Марк устраивает кипиш каждый раз. Но он рад, что они стали сближаться, уж очень он недоверчив, что свойственно его расе. Сейчас он обходит молча замок двойника и наконец находит спальню, видя через открытую дверь, как его друг обнимает спящего Джона, гладит, нежит и в чем мать родила. Губа дрожит от обиды, щеки сами собой надуваются, в груди становится колко, сердце будто вот-вот разорвется. Что же это с ним? Предательство? Почему он ощущает себя брошенным? Все же нормально?.. Секс нормален, его друзья просто разделили постель. Но ревность просыпается, он становится у входа замка, сбежав, слезы держит в себе из всех сил, хочется вырвать Джону глотку. Что он такого сделал, чтоб гордый багряник, что его ненавидит, сейчас лежит с ним и трахается?! Почему он должен жопу рвать, пока его двойник отбирает у него Марка?!

Разве отбирает?..

Мысли путаются, он не знает, какие причины у этого чувства.