Бремя бездействия.

После очередной битвы с Белой Звездой Кейл лежал в своей постели в штаб-квартире Альберу. Его тело, покрытое бинтами, горело от боли, а лёгкие тяжело вздымались при каждом вдохе. Хотя раны не были смертельными, они достаточно сильно подорвали его состояние, чтобы заставить всех вокруг потребовать от него отдыха. "Неделя," — строго сказал Чхве Хан, стоя у его кровати с суровым выражением лица. — "Не меньше. Ты должен восстановиться." "Ты уже достаточно сделал, Кейл," — добавила Розалин. — "Эта битва могла закончиться куда хуже, если бы не ты." Даже Альберу, обычно сдержанный, бросил через плечо: "Если ты хоть раз встанешь с постели до конца недели, я лично запру тебя в этой комнате магией." Кейл не возразил. Он просто закрыл глаза и кивнул, будто соглашался. Но внутри него всё кричало. День первый. Тишина. Тишина давила на Кейла. Он лежал в огромной кровати, окружённый подушками и одеялами, которые заботливо уложили дети. Раон периодически проверял его состояние, а Хонг и Он приносили фрукты и свежую воду. Но Кейл не мог расслабиться. "Они работают. Каждый из них," — думал он, слушая, как где-то вдалеке Розалин отдаёт приказы. Он слышал голос Альберу, обсуждающего стратегию. Даже Раон помогал Хонг и Он с мелкими делами. А он... лежал. "Это неправильно," — шептал он себе. — "Я должен быть там. Я должен помогать." Эти мысли росли, постепенно разъедая его изнутри. Он чувствовал себя бесполезным, словно грузом, который пришлось тащить его команде. День третий. Чувство вины. На третий день Кейл не выдержал. Он попытался подняться, игнорируя резкую боль в боку и слабость в ногах. "Человек!" — голос Раона, полный ужаса, заставил его замереть. Дракон быстро подлетел к нему, обхватывая своей магией. — "Ты не должен вставать! Почему ты всегда такой глупый человек?!" Кейл вернулся в постель, но лицо Раона, полное тревоги, преследовало его. "Я не хочу, чтобы они волновались," — думал Кейл. — "Но я не могу просто лежать и ничего не делать." Ему казалось, что он предаёт всех вокруг своим бездействием. День пятый. Скрытая боль. Кейл начал отдаляться. Он молча принимал еду, игнорировал попытки Раона развеселить его, отказывался от любых разговоров. Даже Чхве Хан, который обычно мог проникнуть сквозь эту стену, замер, почувствовав напряжение. "Что с ним происходит?" — шептал Лок, наблюдая за Кейлом. "Он чувствует вину," — тихо ответила Розалин. "А мы что, не можем помочь?" — наивно спросил Раон, в глазах которого плескалась боль. "Иногда помочь — это оставить в покое," — сказал Альберу, проходя мимо с привычно холодным взглядом, хотя внутри он сам не находил себе места. Ночь шестого дня. Разговор с Чхве Ханом. Поздно ночью, когда дом погрузился в тишину, дверь в комнату Кейла приоткрылась. Вошёл Чхве Хан, который, не говоря ни слова, сел на стул у кровати. "Кейл-ним," — начал он мягко. — "Почему вы так упорно не хотите дать себе отдохнуть?" Кейл стиснул зубы, но ничего не ответил. "Вы знаете, что каждый из нас здесь благодаря вам," — продолжал Чхве Хан. — "Вы спасли нас, дали нам дом, смысл. Но разве мы ничего не сделали для вас? Разве мы не заслуживаем того, чтобы однажды позаботиться о вас?" Кейл закрыл глаза, но не смог скрыть эмоций. "Я..." — голос его дрожал. — "Я просто не могу быть бесполезным. Это неправильно. Вы... вы все работаете, а я... я просто лежу!" Чхве Хан улыбнулся, но это была грустная улыбка. "Вы заслуживаете отдыха, Кейл-ним," — сказал он. — "Если кто-то и заслуживает передышки, так это вы. Мы все это знаем. Осталось только, чтобы вы это поняли." Кейл молчал. Он знал, что слова Чхве Хана верны, но чувство вины не исчезало. День седьмой. Путь к принятию. На седьмой день Кейл, наконец, позволил себе расслабиться. Не полностью, не до конца, но он смог принять, что иногда отдых — это не слабость, а необходимость. Команда почувствовала изменения. Раон сиял, глядя на то, как Кейл спокойно слушает его рассказы. Розалин снова занялась тренировками, зная, что Кейл хотя бы временно перестал себя винить. Даже Альберу выглядел более расслабленным, хотя, конечно, виду не подавал. Заключение. Битвы Кейла не закончились, но этот небольшой момент показал ему, что он не один. Что его команда здесь не только ради победы, но и ради него самого. "Я все ещё ненавижу это," — подумал он, глядя в потолок своей комнаты. — "Но, возможно, иногда стоит дать им возможность заботиться обо мне." Это было начало долгого пути. Кейл не мог изменить свою натуру, но, по крайней мере, он решил, что больше не будет делать вид, будто отдых — это слабость.