Неожиданная встреча

Весна и зима по-прежнему боролись за свои права, и в этой битве никто не хотел уступать. На улицах города стоял один сплошной бесплатный каток, и, как всегда бывает, коммунальных служб не было видно нигде поблизости, кроме как в программе вечерних новостей по телевизору. Ольга Сергеевна шла на работу медленно по центральной парковке; тут было не так скользко, нежели на пешеходной площадке, пока не услышала сигнал машины, заставивший её отойти в сторону. — Ольга Сергеевна, доброе утро! — Вадим Юрьевич, на удивление, прибыл на работу один. — Доброе, а я смотрю, кто-то занял ваше парковочное место, — Москвина показала в правую сторону. — Представляете, у людей ни грамма совести — занять место проректора. — Ой, — Ольга Сергеевна чуть не поскользнулась. — Ольга Сергеевна, придерживайтесь за меня, — галантности ему было не отнять. Ольга Сергеевна признала, что идти с ним было намного легче; в целом вся эта близость придавала спокойствия и уверенности в том, что мужчина рядом, если что, поможет. Но вот только ревность от вчерашнего никуда не делась. — Вадим Юрьевич, как Ваш вечер? — Ольга Сергеевна начала разговор издалека. — Всё как всегда: смотрел варианты нового спонсорства. Грустно и уныло. А Ваш как? Видел Вас вчера всей семьей. — «Неужели ревнует?» — пронеслось в голове у Москвиной. — Странно, я думала, новая коллега разбавит ваш вечерний досуг. Да, Иван пригласил отметить выздоровление. — Вы о ком? А, Дарья Владимировна всего лишь попросила подвезти до квартиры. А Вы ревнуете? — Я? Ни в коем случае! Просто Вы вчера с ней так общались — и не только, — ревность скрыть не удалось; на «не только» был сделан главный акцент. — Поддержал девушку: из Москвы к нам, знаете, не каждый выдержит. Прошу, — Вадим Юрьевич открыл дверь и пропустил женщину. — Благодарю. Дорогой альма-матер всех студентов встретил двух проректоров в новом обличье. Весь холл был украшен в китайской тематике. На входе выдавались знаменитые рисовые шарики, играла музыка, а чуть поодаль висел плакат «Российско-китайская дружба». — Вадим Юрьевич, — Ольга Сергеевна не могла подобрать слов. — Сам удивлен; надо бы узнать, кто устроил сабантуй. — Доброе утро, коллеги! — на встречу вышла основательница мероприятия. — Дарья Владимировна, не подскажите, что происходит? — поинтересовалась Ольга Сергеевна. — Праздник дружбы между двумя странами: Россией и Китаем, которые с давних времён являются друзьями. Прошу заметить: у нас в Политехе учатся трое студентов из Китая, но об этом никто не знает. — У нас не Российский университет дружбы народов, как вы заметили. Тем более такие мероприятия надо согласовать, — Москвина была явно против всего сабантуя. — Когда ректор подписывал документы, он сказал, что я должна вывести Политех на мировой уровень взаимоотношений и могу делать всё что угодно. — Впрочем, не только Москвина не собиралась уходить со своих позиций. Казанцев же выбрал свою тактику: уйти в сторону, чтобы не стать виноватым в ссоре двух коллег-женщин; он спокойно дегустировал предложенные сладости. — Коллеги, доброе утро. Вижу, вижу: Дарья Владимировна, вы активно занялись работой. Молодцы! — в Политех зашёл ректор. — Спасибо, Евгений Валентинович! — Вы же понимаете, что данный шабаш может деструктивно повлиять на наших студентов? — Москвина пыталась найти поддержку у ректора. — Ольга Сергеевна, данный шабаш, как вы выразились, проводится вне учебного времени. Я с уважением отношусь к учёбе, за которую вы так беспокоитесь, — заверила Кюри. Прозвенел звонок, который оповестил о начале нового учебного дня. — Прошу прощения, но мне пора на пару. Всего доброго! — попрощалась Дарья Владимировна. — Да и мне, — следом ушла Москвина. — Вадим Юрьевич, я хотел поинтересоваться: у Дарьи Владимировны есть кто-то? — к Казанцеву, который до сих пор оставался в стороне. — В каком плане? — вопрос значительно удивил проректора. — Молодой человек? Муж? Я понимаю, как это смотрится: седина в броду — бес в ребро. Но согласитесь: как она выглядит! Глаз не отвести. — Я не знаю. А почему вы у меня интересуетесь? — Ну вы же с ней вчера общались. Или Вы сами к ней пытаетесь? — продолжал ректор. — Просто поддержал коллегу, ни в коем случае ничего большего. Рабочий день шёл как обычно: студенты что-то повторяли в коридорах, бегали за преподавателями, чтобы закрыть отработки. — Ольга Сергеевна! — Казанцев появился у аудитории, где вела пару Москвина, ровно к последней паре. — Вадим Юрьевич, гуляете? — поинтересовалась женщина. — Скажу честно: жду Вас, — улыбнулся Казанцев. — По какому поводу? — кокетливо поинтересовалась она. — Обеденный перерыв. Хочу пригласить Вас на обед в ресторан. — Я боюсь, что не выдержу похода; погодные условия сильнее меня. — Я буду рядом, — тонкие нотки флирта витали в воздухе. — Вадим Юрьевич, — громкий хлопок прервал разговор. — Самсонов, ты все выигрышные деньги хочешь потратить на ремонт университета?— сильный хлопок дверью не мог попасть в поле зрения Казанцева. — Извините, просто эта новая преподша по английскому не поставила допуск до защиты. — Не понял, что за новый преподаватель? — Не знаю, молодая такая, на каблуках. Мы сначала подумали, аспирантша; всем поставит, а она половине команды неудовлетворительно. Мы ж все со стипендии слетим, — негодованию Самсонова не было предела. — Дарья Владимировна у них, — пояснила Москвина. — Здесь она? — уточнил Казанцев. — Да. — Ответ Вадим Юрьевич услышал, уже заходя в аудиторию. Ольга Сергеевна решила все-таки составить компанию Казанцеву. — Дарья Владимировна, прошу прощения, а что происходит? — Казанцев явно был на эмоциях. — А что случилось? — девушка была абсолютно спокойна. — Мне говорят, что у половины команды неудовлетворительно за английский. — Да, всё правильно. — Не понял?! — Казанцев явно не ожидал такого. — Ваши хоккеисты пришли абсолютно пустыми; как я им могу поставить? За что? — Они выиграли важный матч, они привезли победу в город! — А какое это отношение имеет к моему предмету? Я права, Ольга Сергеевна? — девушка заметила второго своего визитера. Ольге Сергеевне нужно было выбрать одну из сторон, но как быть? Когда она сама лично Самсонову поставила четвёрку за ответ на еле-еле живую тройку, а с другой стороны девушка была права. — Я согласна, но надо поддержать ребят, сделать поблажку, — Москвина попыталась угодить обоим. — Хорошо, поблажка: они могут прийти ко мне послезавтра дополнительно. Ведомость оформлять не буду, но ответить должны! — Но! — Казанцев хотел что-то возразить. — Вадим Юрьевич, у меня ещё много работы; я пойду. Не забудьте свет выключить и аудиторию закройте; ключики на столе. — Последнее слово осталось за Кюри. Красивой походкой девушка вышла из аудитории. Нужно было отдать должное: выглядела она не только дорого в материальном плане, но и умела подать себя и выйти из диалога красиво! В отношениях Кюри и Казанцева было что-то непонятное: ещё сутки назад они мило разговаривали, а сегодня война, в которую оказались впутаны все — начиная от «Акул» до ректора. Но вот что? Ольге ещё предстояло выяснить.