Про ужин и отъезд
23 ноября 2025 г., 10:30
— Как дела? Я могу оформлять твоих студентов или нет? — Ольга Сергеевна пришла на арену, по ее подсчетам, если бы был полный провал, то как раз сейчас тут был бы разгар скандала.
— Можешь, — ответил Казанцев рядом стоящей женщине.
— Все хорошо?! — проректор по учебной деятельности не верила своим глазам и ушам: ни крика, ни скандала, а тишина и благодать.
— Лучше, чем где-либо. Вон стоят двое из ларца, не узнаешь?
— Ой, Вадим Юрьевич, смотрите на свой проигрыш? — Дарья подошла к проректорату.
— Ты как их так переделала? — Казанцев все еще не мог поверить в реальность того, что из Вань получился Цзюньюй и Цзыжуй.
— Грим, театральный грим, — девушка присела рядом.
— А акцент? — Москвиной тоже были интересны перемены.
— Ну, я примерный список вопросов накидала с ответами, по репетировали, а на те, что не знают, говорят: "Я не плохо понимать по-русски". Все легко и просто.
— Не рано? — Казанцев указал взглядом на фужер.
— А это безалкогольный, так скажем, для разогрева ожидания победного ужина.
— Ну просто молодцы, просто молодцы, — ректор был в восторге от финала истории, правда, он не знал всю его глубину. Дарья, Вы просто великолепны! — поцеловал руку девушки, — Вадим Юрьевич, вы тоже молодцы, и я Вам там ранее говорил насчет кое-кого, забудьте, извините. Я пойду.
— Это он о чем? — поинтересовалась Дарья.
— Это... это неважно, — Казанцев решил умолчать о потенциальном женихе, который уже ушел в закат.
— Ну ладно, я Вам счет кодом пришлю, не забудьте оплатить!
— Оплачу, оплачу.
— Тогда в шесть, Ольга Сергеевна, я Вас жду, адрес у Вас уже на телефоне!
— Через три часа? — Москвина обратила внимание на часы.
— Да, а что? Можете с нами сразу же поехать, либо со мной, либо с Вадимом Юрьевичем.
— Да нет, я все-таки домой заеду. До встречи! — Ольга поспешила покинуть ледовую площадку.
Количество мыслей, посещавших Ольгу Сергеевну за время ее сборов на единицу времени составило тысячу в минуту: от наряда до того, что сказать; от того, как себя вести до того, купить ли что-то к столу.
Звук открывающейся двери отвлек Ольгу от своих мыслей.
— Мы Вас уже заждались, Ольга Сергеевна! — хозяин квартиры галантно приглашал гостью внутрь.
— Пробки, — мило улыбнулась женщина.
— Позвольте! — Казанцев аккуратно снял пальто с Москвиной, размещая его на вешалке и оставляя хозяйку в элегантном платье, подчеркивающем её фигуру.
— Ого! — Москвина не смогла скрыть своего удивления: квартира была совершенно иной, чем с утра; как минимум тут было слишком много мебели на квадратный метр — с утра тут был минимальный минимализм.
— Ольга Сергеевна, обратите внимание на количество шкафов, а то говорят, что они жизненно необходимы; одной гардеробной мало, — Вадим Юрьевич целенаправленно подчеркнул это, ведь она сама с утра отказалась из-за них.
— Я вижу, вижу. Стильно все.
— Проходите, Ольга Сергеевна, у нас сегодня итальянский ужин скромный,— «скромный» — если только на словах или для большого банкета, но никак не в реальности для трех персон.
— Вино тысяча девятьсот первого года,— мужчина галантно разливал напиток по фужерам.
— Ну что, за Китай? — Дарья подняла бокал.
— А давай лучше за тебя? — предложил Казанцев.
Секундное замешательство, секундное молчание и ответ:
— Да, давай, мне так нравится даже больше.
Три бокала, наполненные темно-рубиновым напитком, мелодично звякнули друг о друга, словно эхо, напоминавшее все события, которые их объединили.
— Так, я пошла, у меня дела,— поставила Дарья фужер на стол,— Проводишь?
— Да,— Казанцев и Кюри оставили Ольгу в зале одну.
— Ну что пока? — слишком долго стояли друг напротив друга в коридоре и смотрели в глаза.
— Пока-пока. Набери потом,— ответил Казанцев.
— До свидания,— послышался из зала голос Ольги Сергеевны.
— Как-нибудь,— то ли улыбка-разочарование от расставания была на лице у девушки,— Всего хорошего!
— Тебя так идут платья! — проводив девушку, Казанцев всецело переключил взгляд на Москвину. — Может быть, потанцуем? Тем более, я ведь тебе должен танец.
— Не боишься, что сейчас вернётся? — сидя спиной к мужчине, Ольга Сергеевна отчетливо ощущала тепло его улыбки, словно солнечные лучи согревали её изнутри и распаляли желание.
— Она — девочка взрослая, всё поймёт, — прошептал он, нежно поцеловав её на уровне седьмого шейного позвонка.
— Что всё? — слегка отклонила голову в сторону, открывая большее пространство для Казанцева.
— Всё, что надо, — ещё один поцелуй около мочки уха с четким ощущением его дыхания. — Да и к тому же, она ещё месяца два как не приедет минимум, — ещё один поцелуй чуть ниже предыдущего, словно он хотел оставить на её коже невидимую дорожку.
— То есть как? — Москвина обернулась прямо к нему.
— Пойдём, — недовольно выдохнул, отодвинул стул, помогая женщине встать из-за стола. — Первое: это она оплатила всю эту мебель, — начал он, направляясь на кухню. — А второе: её фирменный знак отъезда — письмо.
На полке рядом с виски лежал белый конверт, который он протянул спутнице. Москвина взяла бумагу, ожидая увидеть на ней что-то длинное и трогательное. Вместо этого была лишь одна фраза: «Не привязывайся». Женщина перевела взгляд на Казанцева, а затем вновь на листок. Её пальцы дрожали, когда она повторяла свои действия несколько раз в надежде, что что-то изменится. Но на бумаге так и осталась одна фраза.
— Ну что? — Вадиму явно давалось это всё очень тяжело, как бы он ни пытался скрыть свои чувства. Он забрал листок из рук.
— А если набрать? — единственный вариант, который видела Москвина.
— Не нужно, ничего не поменяется, — сложил листок обратно в конверт. — Завтра уберу к остальным.
— Всё будет хорошо, — слегка прошлась пальчиками по его плечу, словно касаясь самых сокровенных струн его души, оставила легкий поцелуй на щеке.
Перехватив её запястье, он поставил её прямо перед собой:
— Потанцуем?
