Отражение

Когда-то давно я услышал или прочитал мысль о том, что всё, что когда-либо создал, придумал или даже вообразил в своей голове человек (от изобретений до картин) состоит целиком из частей и образов того, что он когда-либо видел. То есть нет абсолютно ничего нового в истинном понимании этого слова, невозможно придумать то, что ты никогда не видел. Говорят, что человек не может выдумать того, чего никогда не видел. В основе любого мифа или предания всегда лежит реальный факт. Как его интерпретируют люди, вопрос второй, важно другое — кто-то когда-то видел нечто столь неординарное, что отголоски этого события дошли до наших дней. Вы никогда не задумывались — что такое зеркало? И что находится ТАМ, по ту сторону зыбкой границы? Знаю, знаю — сейчас вы лихорадочно будете вспоминать обрывки из «Алисы в Зазеркалье» Льюиса Кэррола, фильмы и прочее. Всё чушь! Я тоже считал, что ТАМ ничего нет, кроме наших фантазий. Однако древние не просто так считали зеркала магическими артефактами — сукины дети знали кое-что весьма важное. И попытались донести это до нас, далёких и непутёвых потомков. Но мы не поняли. А суть в том, мои дорогие образованные скептики, что зеркала забирают частичку души всякий раз, когда вы в них смотрите. Ничтожно малая часть вашей сущности, вашего Я уходит, едва только вы ловите собственный взгляд. Потому что на вас оттуда взирает не ваше отражение, вернее, не ваше отражение СЕЙЧАС, а то, самое первое, которое попало на ТУ СТОРОНУ, в тот, самый первый раз, когда вас угораздило заглянуть в это дьявольское изобретение. Ха — скажете вы — а почему тогда оно выглядит в точности так же, как я сейчас? А я вам отвечу — а с чего вы взяли, что видите именно себя? Зеркала врут, запомните это. Они показывают не то, что есть на самом деле, а то, что вы хотите видеть, или то, что вам хочет показать ваше Отражение. Не верите, да? Ну-ну, я тоже не верил. Просто, посмотрите на себя на фотографиях, не постановочных, а случайных, там где вы сняты в естественных обстоятельствах. Или, ещё лучше, на изображение через фронтальную камеру на смартфоне. Не находите странным, что тут вы, как бы, «не получились»? У меня для вас плохие новости — это и есть вы в реальности. Именно таким вас видят люди. И таким вас видит ваше Отражение. Зеркала раньше делались вручную, и их стремились сделать хорошо - поэтому они забирают всё хорошее. У тех, кто смотрится в них часами и беспробудно - сразу и всё, у других постепенно и понемногу, раз за разом, порциями, частями и частичками. Откуда я это знаю, и кто я такой, вообще? О, это отдельная история. Когда-то, давным-давно, я был обычным человеком и жил в вашем мире. У меня были свои желания, стремления, амбиции. И я не верил в подобную чушь. Но знаете, как говорят — ищите и обрящете. Я потерял сначала способность хорошо слышать, а затем потерял и зрение. Каждые вспышка боли и болезненное прикосновение боли, болезненное касание, саднящее шелушение и ощущение, любое расстройство и раздражение, едкое касание, любые падение, толчок и полёт отзывались болью в теле и звучали в голове большим, чем для зрячих людей, и болезненным шумом из-за своей неизвестности и непредсказуемости, незнания исхода. Я не мог видеть то, чего не видели другие. Из-за своей слепоты. Мир вокруг меня был завуалирован тьмой и мраком, который скрывал живые краски и звуки, вмещая лишь шёпот воспоминаний. Шаги были осторожны, словно я проходил по стёклам. В этом бескрайнем царстве теней образы сливались в мозаике эмоций и дум. Я не видеть невидимого другими, потому что зависел от зрения других. И я искал. Хотел большего, чем мне положено, хотел добиться расположения того, чего был не достоин. И чем больше на моём пути было преград, тем упорнее становились мои поиски. Я верил, что есть нечто, или некто, в этом мире, кто поможет мне. И нашёл. Правда, «находка» оказалась не тем, чего я добивался, но у потусторонних сил тоже есть чувство юмора. В общем, это была очередной экстрасенс, которая, якобы, могла зарядить меня на удачу в бизнесе. Тогда я был глуп и верил, что за кучу резаной бумаги можно купить всё, что захочешь. Дела у меня шли не очень, а про эту женщину ходили ну очень уж правдивые слухи. И я повёлся, и даже заплатил приличную сумму. Она сказала, что поможет — вот только я видеть, как обычные люди, не смогу, как и видеть всё, а если попытаюсь — то буду слушать невообразимо громкий шум. И вообще что я буду видеть всё по-другому Что произошло потом, я понял не сразу — только что взирал на своё отражение в зеркале, и вот уже смотрю на какого-то неприятного мужика, выпучившего глаза на меня. Осознание происшедшего наступило не сразу. И даже когда мне объяснили популярно, где я и кто я, понадобилось время, чтобы хоть как-то привыкнуть. Со временем тут, кстати, тоже не всё так просто. А, где это «тут»? А вы думали, мир ограничен только одним измерением? Наивные… Мне казалось, я вернул зрение. Мог видеть вновь. Но потом врач сказал, что всё, что я видел - было в моём воображении. Это всё было моей фантазией, далёкими воспоминаниями из тех времён, когда я ещё мог видеть. Я привык видеть свет, и я думал, что вижу его, а я видел его в своём уме, в воображении. На самом деле я был слепой, но я этого не знал. Я не видел, но ещё долго мир был в моём воображении и верил в его действительность. — «Это, говорит, ваше воображение было; может, вы и сейчас воображаете что-нибудь, я не знаю. Есть факты, а не ваше воображение или мнительность. Ваше воображение — было оно или нет — я проверить не могу, оно было лишь у вас в голове; это ваши слова, а ваша слепота — это действие». На самом деле, человек такое существо, что ко всему привыкает. Правда, тут у нас и выбора-то особо нету. Ходит байка, что-то кому-то удалось прыгнуть обратно в нормальный мир. Вот почему мы все постоянно пасёмся у зеркал. И поскольку время здесь понятие довольно многомерное и растяжимое, у нас есть возможность мгновенно там, где находится наш Исходник, тот Я, от которого мы когда-то отделились. Мы тоже растём, взрослеем, и даже можем состариться, вот только умереть не можем. Знаете, почему принято завешивать зеркала, когда человек умер? Объяснения весьма туманны — что-то про испуг или скорую смерть. На самом деле, это у нас есть шанс прыгнуть обратно в тело, пока в нём не начались необратимые изменения. Потому что больше нет препятствий, а связь с Исходником ещё осталась. Древние знали это и принимали меры, а вы сейчас лишь бездумно следуете этой традиции. Или вот: нельзя смотреться в разбитое зеркало, а ещё хуже — в зеркальный тоннель. Ну, знаете, когда одно зеркало напротив другого. Потому что в первом случае вы смотрите разом в несколько зеркал, и за один взгляд ваша душа истончается многократно. Во втором этот эффект усиливается в бесконечной гармонической прогрессии. А я, идиот, любил пялиться в такие тоннели в поездах, раньше часто ездить приходилось. Вообще, те, древние, они были не дураки и верили в нужные вещи. Первыми зеркалами стали лужи, и первые Отражения попадали именно туда. Это были Сырые времена, как здесь говорят, и вспоминают о них с содроганием. Но уже тогда люди знали, что там, по Ту сторону зеркальной глади, обитает нечто опасное. Вот почему человек так любит кидать в воду камни, топать по лужам или разбивать лёд: это говорит древний инстинкт — не дать безликому отражению проникнуть в мир. Потом зеркала долгое время получались мутными или кривыми — полированные металлические предметы не очень подходят для этого. Через такой тоннель души почти не терялись, а кого всё же угораздило попасть таким способом в Зазеркалье, становились легендами. Мол, надо же, он прошёл через бронзовое зеркало, вот «повезло» чуваку. Вообще, странное дело, мы же тут как бы лишены физических тел, и всё, что у нас есть, это отражение вашего мира. Интерьеры, дома, улицы, деревья — всё это у нас существует только как мираж. И сами мы всего лишь призраки, бесплотные духи, запертые в тонкой плоскости между зеркальной поверхностью и изнанкой мироздания. Но при этом у нас остались эмоции. В основном, конечно, тоска. Нас не видно, но мы смотрим, из каждого зеркала, из любой отражающей поверхности. Мы знаем все грязные секретики, все тайны и даже помыслы и желания. И мы ждём. Ждём и наблюдаем. Даже сейчас, в эту самую минуту, я смотрю через экран. И знаю, что наступит день, когда я шагну обратно.