Вопреки всему

Голова ужасно гудела, как будто после знатной попойки. Я с трудом смогла открыть глаза и, лишь проморгавшись, смогла хоть что-то разглядеть. Первое, что я увидела, была лампа, висящая на потолке. Такая странная, похожая на больничную. Не могу вспомнить ни одного места, где я в последний раз видела такую. Я попыталась напрячь мозг и понять, где нахожусь, но это оказалось бесполезно. К горлу подступила тошнота, и голова заболела еще сильнее. Повернув голову на бок, я наконец заметила капельницу, и все стало на свои места. Я в больнице. Но почему? Последнее, что я помню, это моя ссора с Минхо. Потом клуб, какой-то мужик… Я попыталась встать, но резкая боль пронзила живот, и в глазах потемнело. - Позовите врача, она пришла в себя, - отдаленно я услышала знакомый голос. Это была Кэйт. Кэйт. Как же я соскучилась по ней, как будто не видела ее целую вечность. - Эй, дорогая, все хорошо, я рядом. Уже все позади, - ее голос успокаивал. Она легко сжала мою руку, и я почувствовала, как мне стало спокойнее. - Что произошло? - прошептала я с трудом. Горло ужасно болело, а губы потрескались. Видимо, у меня обезвоживание. - Я не знаю. Минхо нашел тебя возле того клуба. Ты была вся в крови. Когда он пришел, ты потеряла сознание, - не успела она договорить, как в палату ворвался врач. Это была женщина средних лет и невысокого роста. Она выглядела весьма спокойно, но все же в ее глазах было некое беспокойство. - Милая, посмотри на меня, - она наклонилась и начала осматривать мои глаза. Вдруг яркий свет ослепил меня, и я зажмурилась. - Реагирует, чудесно. - Доктор, с ней всё хорошо? Она выглядит растерянно. - Сейчас поймем. Лилиана, правильно? - женщина смотрела на меня, не отрываясь, ожидая ответа. Я кивнула, хотя даже это движение далось с трудом. Горло по-прежнему болело, и я чувствовала, как каждая мышца в теле ноет от напряжения. - Можно просто Лили. - Лили, вы перенесли операцию. Вас нашли возле клуба, у вас был сильно порезан живот. Вы потеряли много крови, - врач говорила четко и спокойно, но каждое ее слово отзывалось во мне тревогой. - Мы смогли остановить кровотечение, и сейчас ваше состояние стабильно. Но вам нужно время на восстановление. Я попыталась сглотнуть, но сухость во рту была невыносимой. Кэйт, словно читая мои мысли, поднесла к моим губам стакан воды с трубочкой. Я сделала несколько глотков, и это немного облегчило боль в горле. - Что... что случилось? - снова прошептала я, чувствуя, как голос дрожит. Кэйт обменялась взглядом с врачом, и та кивнула, давая понять, что можно говорить. - Ты не помнишь? - подруга обеспокоенно взглянула на меня. - С трудом. Все смешано. Я помню, как поругалась с Минхо, пошла в клуб немного выпить, - я сделала паузу и прикрыла глаза, чтобы воссоздать тот вечер. - В клубе было шумно, очень много людей. Я выпила один коктейль и заказала еще один. Они были слабоалкогольные, - от воспоминаний мне стало дурно, и я сжала одеяло. - Не спеши, все хорошо. Ты не обязана сейчас все вспоминать, - попыталась успокоить меня врач. - Я не могу. Все смешалось, - я открыла глаза и озадаченно посмотрела сначала на женщину, потом на подругу. - Простите. Женщина понимающе кивнула. - Все нормально, так бывает. Отдыхай, чуть позже придет медсестра и еще раз все проверит. Также завтра придут из полиции. Они хотели сегодня, но уже слишком поздно. И вы, мисс, - она взглянула на Кэйт, - вам тоже скоро пора. Еще раз окинув меня взглядом, она шумно выдохнула и вышла из палаты, оставив меня наедине с подругой. Кэйт сразу села рядом и взяла меня за руку. - Я чуть с ума не сошла. Лил, о боги, - по ее щекам потекли слезы, и это был второй раз, когда я видела, как она плачет. - Прости, прости меня. Я не хотела, чтобы ты волновалась, - я тоже не смогла сдержать слез. - Не извиняйся, глупая, - Кэйт сквозь слезы улыбнулась, сжимая мою руку сильнее. - Ты жива, и это главное. Но я все же не понимаю, какой урод это сделал. Узнаю - сама убью. Я кивнула, чувствуя, как слезы катятся по моим щекам. Голова все еще болела, но теперь это была не только физическая боль. Воспоминания, обрывки того вечера, смешивались в голове, создавая хаос. Я помнила ссору с Минхо, его холодный взгляд и резкие слова. Помнила, как вышла из квартиры, чувствуя, что задыхаюсь от злости и обиды. Клуб, шум, музыка, толпа людей... И потом… какой-то мужчина. Да, кто-то ко мне подошел. Я попыталась вспомнить, но перед глазами было лишь лицо Минхо. - Кэйт, так значит меня нашел Хо? Но как он узнал, где я? - Да. Все было как в кошмарном сне. Ты, видимо, не помнишь, но ты мне позвонила. Я услышала, как твой телефон упал и какой-то шум. Долго не думая, я сразу отследила тебя по геолокации… - Какая ты умничка. - Да, показала это место Чану. Мы были тогда вместе, и он сказал, что там рядом живет Минхо. Он позвонил ему и сказал, где твой телефон. Ну вот, минут через десять-пятнадцать Минхо перезвонил. Он был просто в шоке, кричал что-то невнятное. Я с трудом поняла все, но как он немного успокоился, мы быстро выяснили где ты. Потом мы поехали все в больницу, куда тебя отвезли. Пока мы добрались с Чаном, ты уже была в операционной, а Минхо сидел в зале. Он был весь в твоей крови, а его глаза опухли от слез. К счастью, он был в маске, и никто не видел его, - Кэйт остановилась. Я видела, как ее начало трясти, и мне стало страшно даже представить, что они пережили тогда. - Ты потеряла много крови. Хоть и важные органы не были задеты, он сильно порезал тебе живот. Думаю, шрам будет сильный. Потом приехали копы, они начали что-то спрашивать, но от нервов я забыла корейский. Минхо взял все на себя. Он что-то им объяснил, и они ушли. Потом операция закончилась, нам сказали, что ты стабильна. Минхо остался с тобой, а нас он заставил уехать, чтобы я выспалась. Хотя я смогла поспать всего два часа. Он уехал утром, и то с трудом, я почти вытолкнула его. Когда Кэйт закончила рассказ, повисла тишина. Я не знала, что сказать подруге. С чего начать. Но мне и не пришлось, потому что нашу тишину прервали, когда дверь палаты открылась, и на пороге появился знакомый облик. Он всего за пару шагов дошел до моей кровати. - Ты проснулась? Как ты? - одной рукой он сжал мою руку, а другой стянул маску. - Почему ты не написала мне, что она пришла в себя? - обратился он к Кэйт, не отводя от меня взгляда. - Она пришла в себя только что, когда я могла написать? - Кэйт заерзала на кровати, а после встала и, кинув на меня неоднозначный взгляд, молча вышла из палаты. - Привет, - я протянула, как будто ничего страшного не произошло, и я лежу вовсе не в больнице после операции. - Привет? Ну, привет, - Минхо повторил мое слово, и в его голосе смешались облегчение, злость и что-то еще, что я не могла понять. Он сел на край кровати, не отпуская мою руку, и его глаза, обычно такие уверенные и спокойные, сейчас были полны тревоги. - Ты чуть не умерла, Лили. Чуть не умерла! А ты говоришь мне "привет", как будто мы просто встретились случайно в кафе. Я почувствовала, как слезы снова подступили к глазам. Его голос дрожал, и это было хуже всего. Он всегда был тем, кто держал все под контролем, кто знал, что делать. А сейчас он выглядел так, будто сам едва держался. - Прости, что принесла тебе столько неприятностей. Мне жаль, - прошептала я, чувствуя, как комок в горле мешает говорить. - Я не хотела... Я не думала, что все так закончится. - Проблем? Ты в своем уме? - он резко встал, отпустив мою руку, и начал ходить по палате, словно пытаясь сдержать эмоции. - Я думал, что ты умерла. Ты понимаешь? Когда я нашел тебя, ты была вся в крови. Я никогда не видел так много крови. Я… - его голос снова задрожал, и когда он взглянул на меня, я увидела, как его глаза блеснули от слез. - Как ты можешь сейчас говорить о моих проблемах? Самая большая проблема была бы, если бы с тобой… - Минхо, - я протянула руку к нему, чувствуя, как слезы катятся по моим щекам. - Я не хотела, чтобы ты так переживал. Я просто... Я была зла, я не думала... Он подошел ко мне, снова сел на край кровати и взял мою руку в свои. Его ладони были теплыми, но дрожали. - Прошу, прости меня. Я знаю, что я во всем виноват. Я наговорил много всего, и это все из-за меня. Я сам не знаю, что на меня нашло. - Я сама виновата, надо было просто ехать домой. Я пошла в сомнительное место, выпила… - Ты помнишь, кто это сделал? Как это произошло? Я вновь закрыла глаза, погружаясь в тот вечер. Я хотела вспомнить. Но почему было так тяжело? - Я помню, как сижу там. Пью коктейль. Играет музыка. - Какая песня? Я задумалась. - Что-то на английском. Кажется, какой-то старый трек Леди Гаги. Да, "Bad Romance". - Отлично, что дальше? - он все так же держал меня за руку и слегка поглаживал тыльную сторону большим пальцем. Это очень успокаивало, я чувствовала себя в безопасности. - Кто-то подошел ко мне. Да, мужчина. Я не вижу его лица, но он очень неприятный. По-моему, он хотел познакомиться. Потом попытался коснуться моего колена. Он сказал мне что-то мерзкое. Я... я не знаю, что. Я не помню, но что-то гадкое, - я почувствовала, как Хо сжал мою ладонь, и открыла глаза. Он был зол и даже не скрывал это. - Потом меня отвлекли, и он исчез. Это все. Я допила, и мне резко стало плохо. Больше ничего не помню, - я с грустью посмотрела на парня. - Сука. Вот урод. Должно быть, он что-то тебе подсыпал, - он подорвался и ударил рукой об стену. - Сука!! На его дебош сразу прибежала медсестра. - У вас все хорошо? - девушка была явно обеспокоена и к тому же крайне недовольна, ведь время для посещений уже вышло. - Молодой человек, во-первых, здесь нельзя так шуметь и ругаться, вас слышит вся больница, а во-вторых, вам пора. Пациентке нужен отдых. - Но разве я не могу тут остаться, как вчера? Я не буду шуметь, честно. - Нет, вчера была поблажка, поскольку девушка была после операции. Сейчас она пришла в себя, и я повторюсь, ей нужен отдых. У вас есть две минуты, прощайтесь и уходите. Придете завтра. Девушка сразу закрыла дверь, снова оставив нас наедине. - Эй, ну и чего ты раскричался? - Ты еще спрашиваешь? Этот урод скорее всего… Нет, он точно хотел сделать нечто ужасное, но, видимо, ты сопротивлялась, и все пошло не по его плану. - Минхо, - я прервала его, чувствуя, как страх снова сжимает горло. - Не надо. Я не хочу об этом думать. Он замолчал, сжав кулаки, но его глаза все еще горели яростью. Я видела, как он пытается сдержать себя, но я знала, что внутри он кипит. - Хорошо, - наконец сказал он, садясь рядом со мной. - Хорошо, мы не будем об этом сейчас. Но, Лили, ты должна понимать, что это серьезно. Полиция будет задавать вопросы, и тебе нужно будет вспомнить как можно больше. Я кивнула, чувствуя, как голова снова начинает кружиться. Мысли путались, и я не могла сосредоточиться. - Я постараюсь, - прошептала я. Он взял висящую на кровати карту болезни и окинул ее взглядом, как будто что-то понимал в написанном. - 20 швов. Я просто в шоке, - он закусил губу, вчитываясь в мою карту. - Ну, честно говоря, я не думаю, что я бы умерла. Мне сказали, что органы не задеты. - Ты могла истечь кровью. Тебе делали переливание. - Мм? Не знала. - Хмм, - впервые за вечер он улыбнулся, и мне стало дико интересно, что он там такого прочитал. - Что там? Что там такого, что ты улыбаешься? - Так твое полное имя Лилиана? И тебе 28. Ты и вправду старше меня. А так и не скажешь. - Так всё, уходи. Не надо тебе там ничего читать, иначе мне придётся встать и забрать у тебя эту карту. - Я слегка подалась вперёд, и этой манипуляции хватило, чтобы он положил её на место. - Ты будешь в порядке тут? Правда? - Да, всё нормально. Уходи уже. Он окинул меня взглядом и, наклонившись, слегка поцеловал в щёку. Моё сердце сжалось - то ли от неловкости, то ли ещё от чего-то. - Ладно, ладно, ухожу, - он улыбнулся, но в его глазах всё ещё читалась тревога. - Но если что-то случится, ты сразу звонишь, поняла? - Поняла, мама, - я подняла глаза к потолку, изображая лёгкое раздражение, хотя внутри мне было тепло от его заботы. - Я не шучу. Я не хочу потерять такого друга, когда только нашёл. Он наконец разжал пальцы, но перед тем как уйти, ещё раз окинул меня взглядом, словно проверяя, всё ли в порядке. - Спокойной ночи, - сказал он, уже стоя в дверях. - Спокойной, - ответила я, чувствуя, как усталость снова накрывает меня. Когда дверь закрылась, я закрыла глаза, пытаясь расслабиться. Но мысли не давали покоя. 20 швов... Переливание крови... Всё это звучало так нереально, как будто происходило не со мной. Я осторожно провела рукой по животу, чувствуя под пальцами плотную повязку. Шрам... Он останется навсегда, как напоминание о том вечере. Но что важнее - это напоминание о том, что я выжила. Я глубоко вздохнула, чувствуя, как дыхание становится ровнее. В голове снова всплыли обрывки воспоминаний: клуб, музыка, тот мужчина... Но теперь они казались такими далёкими, как будто это было не со мной. Всё будет хорошо, я справлюсь. И с этой последней мыслью я погрузилась в сон, надеясь, что на этот раз он будет спокойным. Проснулась я совсем рано, когда пришла медсестра. Она приходила пару раз за ночь и сейчас. Постоянно что-то проверяла, что-то колола, а с утра наконец убрала капельницу. - Выглядите вы уже лучше. Думаю, вас поддержат здесь недолго, около недели, и выпишут в понедельник. Вы быстро восстанавливаетесь, несмотря на всю серьёзность. - Я лишь вежливо кивнула, избегая дальнейшего разговора. Как только она закончила и вышла из палаты, сразу вошли двое полицейских - мужчина и женщина. Они представились и начали задавать вопросы. - Вы помните, что произошло в тот вечер? - спросила женщина-офицер. Я рассказала им всё, что смогла вспомнить: клуб, мужчину, который подошёл ко мне, его слова, его прикосновения... - Вы можете описать его? - спросил мужчина-офицер. Я закрыла глаза, пытаясь представить его лицо, но всё было размыто. - Он был невысокого роста, думаю, достаточно взрослый. - Я сказала всё, что могла, но понимала, что этого недостаточно. - Мы запросили запись с камер в клубе, - сказала женщина. - Возможно, он там засветился. - Угу. - Мы брали вашу кровь на анализ, и в ней были обнаружены вещества, которые парализуют тело. Боюсь, что вам что-то подсыпали, отсюда и амнезия, - добавил мужчина. Они задали ещё несколько вопросов, затем ушли, пообещав держать меня в курсе. Когда дверь закрылась, я почувствовала, как напряжение немного спало, но чувство тревоги осталось. Мне было не по себе от мыслей, что всё могло закончиться по-другому. Почти весь день я проваливалась в сон, видимо, организм пытался как можно быстрее восстановиться. А ближе к вечеру пришла Кэйт. Она принесла мой телефон, который ей вернула полиция, и решила поделиться новостями. - Прости, что так внезапно. Я знаю, что я ужасная подруга. - Кэйт, успокойся. Я всё понимаю. Это же работа. - Этот тимбилдинг так некстати, но я спросила. Тебя не должны выписать раньше понедельника, так что к тому моменту я уже вернусь. - Подруга была взволнована из-за того, что ей придётся уехать в Пусан с командой из своего салона на повышение квалификации и тимбилдинг. - Ты уедешь в пятницу, приедешь в понедельник утром. В чём проблема? Я всё равно буду тут. - Я знаю, просто переживаю, что тебе будет тут скучно и грустно одной. Или, может… - она хитро взглянула на меня, явно на что-то намекая. - Когда мы уже поговорим об этом? - Поговорим о чём? - О тебе и Минхо. Вы с ним поругались, ты пошла в клуб. Ты ненавидишь клубы. Но, видимо, ссора была сильной. Рассказывай. - Она сложила руки на груди и надула губы, давая мне понять, что если я сейчас же не начну рассказывать ей всё, она обидится. - Это не то, о чём ты думаешь. Мы просто друзья. - Да? А так и не скажешь. Ты не видела его тогда. Даже Чан был в шоке. - Я думаю, он просто переживал. Если в двух словах, он неудачно пошутил, и я накричала на него из-за этого. Он на меня - и всё. - У меня просто не было сил рассказать всё подруге, как было, и я решила не вдаваться в подробности. - Не верю. Ты мне недоговариваешь. - Ладно, да. Но просто у меня совсем нет сил сейчас всё рассказывать. Прости. Но между нами правда только дружба. Он много раз сам называл меня другом. И к тому же, я точно не в его вкусе, это тоже он дал мне понять. - А что насчёт тебя? - Меня? - Я занервничала, не зная, что мне ответить. Потому что я и сама не понимала, что чувствую к нему. - Ну да, тебя, - Кэйт приподняла бровь, явно ожидая от меня честного ответа. - Ты же не будешь отрицать, что он тебе небезразличен? Я вздохнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Говорить об этом было сложно, особенно сейчас, когда я сама не могла разобраться в своих чувствах. - Кэйт, я... - я замолчала, пытаясь подобрать слова. - Он мне важен. Но я не знаю, что это. Дружба? Привязанность? Что-то большее? Я просто... не хочу всё испортить. Кэйт посмотрела на меня с пониманием, но в её глазах всё ещё читалось любопытство. - Лили, ты не обязана сейчас всё понимать, - сказала она мягко. - Но ты должна быть честной с самой собой. И с ним. Потому что, судя по тому, как он себя вел, когда тебя нашли... - она сделала паузу, как будто взвешивая свои слова. - Он явно очень сильно дорожит тобой. - Не знаю, я не хочу и не могу об этом думать. Прости. - Да, я понимаю. В любом случае, он точно позаботится о тебе, пока меня не будет. Мы сидели в тишине несколько минут, пока Кэйт не посмотрела на часы и не вздохнула. - Мне пора, - сказала она, вставая. - Завтра рано вставать. Но я буду на связи, обещаю. Если что-то случится, звони. - Хорошо, - я кивнула, чувствуя, как накатывает лёгкая грусть. Когда дверь закрылась, я осталась одна, чувствуя, как тишина палаты давит на меня. Мысли снова вернулись к Минхо. К его словам, его поступкам... К тому, как он держал мою руку, как смотрел на меня… Чтобы отвлечься, я решила разгрести всё в телефоне. Разблокировав, я принялась изучать все сообщения за этот период и старалась ответить на все. От Минхо сообщений было больше всего, и все были с того вечера. Он просил прощения и просил поднять трубку. Да, видимо, мне следовало их прочитать тогда сразу, может, этого бы не было. Потом я зашла в переписку с Чон Соком. Он писал о том, что уже знает, что я в больнице, видимо, Кэйт об этом позаботилась, и желает мне скорейшего выздоровления. Ещё пару сообщений от коллег с аналогичным текстом. И Хенджин. Я зашла с ним в переписку и принялась читать все сообщения, ещё с того вечера, как мы разошлись. Диалог с Хенджином: Х.: Ты уже дома? Как добралась? Х.: Ты не отвечаешь, и я начинаю беспокоиться. Х.: Я не хочу быть навязчивым, но я очень нервничаю. Всё в порядке? Х.: О, Боже, Лили. Чан мне сказал, что ты в больнице. Он сказал, что тебя ранили, и чтобы я тебе не звонил, но я очень волнуюсь. Напиши, как сможешь. Х.: Я хотел приехать, но он отказался говорить, где ты лежишь. Ты как? Х.: Поправляйся. Я очень хочу приехать, увидеть тебя и поддержать. Все эти сообщения были до ужаса милыми, но я не знала, что мне ему ответить. Я не знала, что ему рассказал Чанни и что могу сказать ему я. Мне всё ещё, почему-то, не хотелось рассказывать про Минхо. Но и врать такому искреннему человеку тоже было против моих принципов. Диалог с Хенджином: Л.: Привет, со мной всё уже нормально. Прости, телефон мне вернули только что, и вот я сразу пишу. Как только я отправила сообщение, сразу же раздался звонок. — Боже, что произошло? Чанни сказал, что на тебя напали. — И тебе привет, Хван. Успокойся и дыши. Да, но уже всё нормально. Не нужно так переживать. — Как я могу не переживать? — голос Хенджина звучал взволнованно, но в нём также слышались облегчение и забота. — Ты пропала, не отвечала, а потом я узнаю, что тебя ранили... Лили, я был в ужасе. — Я знаю, — тихо ответила я, чувствуя, как на душе становится немного теплее от его беспокойства. — Прости, что заставила тебя волноваться. Просто... всё произошло так быстро. — Ты не должна извиняться, — он сказал это так твёрдо, что я даже немного удивилась. — Главное, что ты в порядке. Но... — он сделал паузу, как будто взвешивая свои слова. — Ты уверена, что всё действительно нормально? Чанни сказал, что это было серьёзно. — Да, — я вздохнула, чувствуя, как шов на животе слегка ноет. — Было страшно, но сейчас я уже на пути к выздоровлению. Меня скоро выпишут. — Это хорошо, — он сказал, и в его голосе снова появилась лёгкость. — Но я всё равно хочу тебя увидеть. Когда ты будешь готова, конечно. Я задумалась на мгновение. Хенджин был таким искренним, таким заботливым… Мне хотелось с ним всем поделиться, но что-то мне мешало. — Конечно, — наконец ответила я. — Как только меня выпишут, я дам тебе знать. — Отлично, — он улыбнулся, и это было слышно даже по телефону. — И, Лили... — Да? — Если тебе что-то понадобится, просто позвони. Я всегда рядом. — Спасибо, — я почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. — Это много для меня значит. Мы поговорили ещё несколько минут, прежде чем я попрощалась и положила телефон. В палате снова стало тихо, но теперь эта тишина была не такой давящей. Я закрыла глаза, чувствуя, как усталость снова накрывает меня. Мысли о Минхо, о Хенджине, о том, что произошло... Всё это смешалось в голове, создавая хаос. Но одно я знала точно: мне нужно время, чтобы разобраться во всём. И, возможно, начать с того, чтобы быть честной с самой собой. Неделя прошла очень быстро. До отъезда Кэйт приходила каждый день и развлекала меня всяческими историями о работе и её отношениях с Бан Чаном. Она говорила, что всё двигалось медленно, и моя ситуация сорвала им свидания, но она ни в коем случае не злилась на меня. Пару раз заглядывал Чон Сок. Он принёс огромную корзину фруктов и цветов, что было очень мило. К счастью, он не стал спрашивать, что именно произошло и что я вообще там делала. Хенджин всё-таки выпытал у меня адрес больницы, но пообещал, что не придёт, лишь прислал огромный букет лилий, шарики и много вкусняшек, которые мне, естественно, пока не разрешили есть. Время прошло очень быстро, и я не заметила, как наступила пятница. Кэйт уехала с самого утра в Пусан, а у Минхо должен был быть загруженный день. Но каково было моё удивление, когда он неожиданно нагрянул в гости. — Что ты тут делаешь? — Как-то не очень дружелюбно. Мне уйти? — Прости, я не хотела, чтобы это прозвучало грубо. Просто я думала, ты занят. — Да, но у меня появился свободный час, и я решил прийти к тебе, узнать, как дела. — Это очень мило с твоей стороны. — А ещё я тайком пронёс сюда кимпаб. Это мой фирменный. Он точно поставит тебя на ноги. — Он похлопал по контейнеру и сел рядом на кровать. — Смотрю, у тебя тут оранжерея просто. Столько цветов. — Эти от Чон Сока, а эти лилии — от Хвана. — Я понимала, что это наша болезненная тема, но надеялась, что он всё понял с прошлого раза. — А я дурак, тебе еду ношу, а оказывается, цветы надо, — я услышала нотки сарказма. — Минхо, — я закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. — Ты знаешь, что это не то же самое. Кимпаб — это намного лучше цветов. — Ну, конечно, — он ухмыльнулся, открывая контейнер и передавая мне один из аккуратно свернутых рулетиков. — Цветы просто стоят и умирают, а мой кимпаб — это настоящее искусство. Я взяла рулетик, чувствуя, как аромат свежего омлета и нори наполняет палату. — Спасибо, — сказала я, прежде чем откусить кусочек. — Это действительно вкусно. — Я знаю, — он улыбнулся, явно довольный собой. Я не успела съесть и половины, как в палату зашла врач. Строго осмотрев нас с Минхо, она громко выдохнула. — Лилиана, я пришла сказать, что ты можешь есть кимпаб уже дома. — В смысле? — мы с Минхо удивлённо взглянули на женщину, не совсем понимая, о чём она. — Я имею в виду, что мы тебя выписываем. Твои анализы в порядке, и нет смысла тебя тут держать. Побудь на выходных дома, а в понедельник приезжай на осмотр. Если всё хорошо, то, думаю, скоро сможем снять тебе швы. О тебе же есть кому позаботиться? — Ну... — я только открыла рот, чтобы сказать, что я и сама справлюсь, как Минхо встал с кровати и подошёл к врачу. — Да, можете не переживать. Что-то определённое нужно будет делать? — Пойдёмте, я вам всё сейчас расскажу, заодно подпишем все документы. Вы же её опекун? Минхо кивнул в знак согласия и последовал за женщиной, оставляя меня в недоумении. Как он собрался обо мне заботиться? Неужели он хочет, чтобы я пожила у него? Через несколько минут он вернулся в палату, держа в руках пачку документов и с лёгким озадаченным выражением на лице. — Ну что, — он улыбнулся, но в его глазах читалась лёгкая неуверенность. — Кажется, ты теперь моя ответственность. — Минхо, — я посмотрела на него, пытаясь понять, что он задумал. — Ты серьёзно? Ты собираешься... что, забрать меня к себе? — Ну, а что ты предлагаешь? — он скрестил руки на груди, явно ожидая моего ответа. — Ты только, что выписалась из больницы после серьёзной операции. Ты думаешь, я позволю тебе одной сидеть дома и пытаться справляться со всем самой? — Я не беспомощная, — я попыталась возразить, но он сразу же прервал меня. — Я знаю, что ты не беспомощная, — он сел на край кровати и посмотрел на меня серьёзно. — Но ты всё ещё слаба, и тебе нужен кто-то, кто будет рядом. Кэйт в Пусане, а я... — он сделал паузу, как будто взвешивая свои слова. — Я думаю, я просто обязан позаботиться о тебе. Я всё ещё чувствую вину, и вообще, мы же друзья. — Ну, ладно, — я кивнула, понимая, что просто подписываю себе смертный приговор. — Тогда собирайся, — он протянул мне руку. — Пора домой. Я взяла его руку и почувствовала, как тепло разлилось по всему телу.