Небезопасный мир

Группка детей ехала по улицам Грюнвальда, о чём-то болтая и смеясь. Их тренировка только закончилась и все они направлялись домой. Их выражения лиц наполнены счастьем и ажиотажем пока они разговаривают друг с другом, глаза сияют от радости, а ветер нежно касается их кожи, развивая волосы на ветру. Они предвкушали следующую игру и очень упорно тренировались перед ней. Один за другим, прощаясь со всеми, они начали разъезжаться по домам. Им казалось, что всё было отлично. Солнце сияло в чистом небе, ни одного облачка на горизонте, тёплая атмосфера, улицы наполнены звуками повседневной жизни. Они даже не подозревали, что в городе уже начало назревать что-то зловещее, о чем никто ещё не знал... Джои приехал к своим апартаментам в Замках граффити – кучке многоэтажек. Здания были тёмные и холодные и однозначно не приветливыми. Ровно как и их жители. Джои спрыгнул с велосипеда и подошёл к стойке, где он был припаркован. Он взглянул на многоквартирные здания, смотря на них несколько секунд пока снова не опустил взгляд на подъезд. Джои вошёл через дверь. К счастью, без проблем, ведь апартаменты были весьма сомнительны и наполнены проблематичными людьми. Джои шёл по тускло освещённым, тёмным коридорам, его шаги эхом разносились по коридору. Несмотря на усталость, он решил подняться по лестнице, поскольку не доверял хлипким лифтам. После нескольких шагов Джои добрался до двери своей квартиры и открыл её, войдя внутрь. Его сразу же встретил знакомый запах и теплота его дома. — Мам! Я дома! — сказал он. Знакомая уставшая блондинка вышла из кухни и Джои, радостно подбежав к ней, обнял свою мать. — Привет! Как прошла тренировка? — сказала его мама с тёплой улыбкой, выпуская того из объятий. — О, просто отлично! Мы обсуждали стратегию предстоящей игры и очень усердно тренировались! Видела бы ты Рико! Сегодня он был прост пушка, — Джои широко улыбнулся и хихикнул. Мать ласково погладила его по голове и слегка улыбнулась в ответ. — Отдохни. Я приготовлю что-нибудь, — сказала его мама и вернулась на кухню, послышался звон кастрюль и сковородок. Джои немного растянул руки и пошёл в гостиную. Он присел и вздохнул, прислушиваясь к шуму, доносившимся из кухни. Звук его матери, нежно напевавшей под звуки радио, успокаивал, ведь он не слышал его большую часть своей жизни. Он действительно совсем не скучал по приюту. Джои вздохнул и облокотился на диван, прикрыв глаза. Прошло совсем немного времени, прежде чем его мысли начали отвлекаться на дневную тренировку. Остальные, как обычно, хорошо ладили, но Кевин сегодня был в очень плохом настроении. Мысль о Кевине сделала Джои немного грустным. Сварливость Кевина в этот день была почти невыносимой. Он был очень упрям и агрессивен. Джои знал, что Кевин нервничает из-за предстоящей игры, но это не делало его поведение менее раздражающим. Затем его мысли вернулись к воспоминаниям о том, как Кевин и Рико поссорились из-за пропущенного паса... Опять… К счастью, Лерри остановил ссору прежде чем она успела накалиться. Джои тихо выдохнул и собрался с мыслями. Какое-то время он сидел в тишине, пока мать не позвала его с кухни. — Джои! Ужин готов. Желудок Джои заурчал в ответ, напоминая ему, что он так-то умирает от голода. Он встал и направился на кухню. Пока они сидели за столом, песня с радио внезапно сменилась на белый шум. Вскоре строгий мужской голос заговорил: — Мы прерываем эту программу для прямой трансляции. Это не учения. Повторяю, это не учения. В городе объявлен карантин в связи с распространением неизвестного заболевания. Выполнить: немедленно. Никто не должен покидать свои дома, кроме как в случае крайней необходимости, чтобы гарантировать, что вирус не распространится дальше. Если вы подозреваете, что кто-то заразился: не приближайтесь и немедленно сообщите об этом властям. Избегайте общения за пределами дома. Если вы встретились с агрессивным человеком – НЕ ПРИБЛИЖАЙТЕСЬ. Рекомендуется приобрести предметы жизненной необходимости как можно скорее. Школы придётся закрыть. Не ходите на работу, если это не обговорено заранее. Все, кто не соблюдает режим самоизоляции, будут оштрафованы. Трансляция закончилась так же резко, как и началась, оставив Джои и Конни в недоумении, пока музыка вновь заиграла на радио. В обоих начало нарастать беспокойство после этого невнятного объявления. Он не рассказал ничего о симптомах или хоть о чём-то вообще… Просто сказал оставаться дома и избегать других людей. Джои обменялся растерянным взглядом со своей матерью. — Что это было?... — промямлил Джои, запихивая в рот ложку макарон. — Я… я правда не знаю… Но звучит серьёзно. Нам следует прислушаться к объявлению. Просто… Хотелось бы услышать побольше деталей… — сказала Конни и продолжила есть. Джои лишь хмыкнул в ответ, но одно было ясно: это прямое включение ещё долго не покинет их мысли. Что за болезнь? Как она распространилась? Она опасна? Они оба закончили есть, солнце начало садиться, отбрасывая красивые золотистые тени и свет от окна. Джои помогал матери мыть посуду, пока Конни рылась в шкафчиках. — Хмм… похоже, мне придётся пойти в магазин завтра… У нас заканчивается еда, а карантин затянется надолго, нам нужно больше запасов, — сказала женщина, хотя она скорее разговаривала сама с собой, нежели с кем-то ещё. — Да… У нас не так много еды осталось… — ответил Джои с нотками волнения в его голосе. Он на мгновение задумался, размышляя о том, что было сказано в объявлении, — Можно я пойду с тобой завтра? Я могу помочь донести пакеты… — он всегда волновался за безопасность и здоровье мамы. Конни повернулась, посмотрела на Джои и задумалась. Она понимала его беспокойство, но мысль о том, чтобы Джои выходил на улицу насторожила её. — Давай… Поговорим об этом завтра, хорошо? — сказала Конни, убирая остывшую еду в холодильник, чтобы сохранить её на потом. Расплывчатый ответ не обрадовал Джои. Он кивнул, так как знал, что лучше об этом не спорить, хотя он и волновался. Чем бы ни была эта новая болезнь, он не хотел, чтобы его мать заразилась ею. Как только он закончил с мытьём посуды, он вернулся в свою комнату и плюхнулся на кровать. Его мысли крутились вокруг всего, что произошло в этот день, от футбольной тренировки до невнятного объявления о самоизоляции. Предстоящую игру, скорее всего, отменят... Какая досада. Джои даже не заметил насколько он был вымотан и начал проваливаться в сон… Конни осторожно заглянула в комнату, но, заметив, что Джои спит, издала тихое мычание и мягко улыбнулась. — Хорошо отдохни, мой милый мальчик. Дыхание Джои было медленным и ровным, пока он мирно спал в своей постели, не имея ни малейшего представления о том, что ждало впереди. Конни тихо закрыла дверь и вернулась в свою спальню, надеясь, что Джои спит спокойным и мирным сном. Ночь была тихая, мягкий лунный свет освещал комнату, пока он спал. Всё как будто бы замерло. Медленно, ночь сменилась на утро и начало вставать солнце, тем самым разбудив Джои. Зевая, он проснулся, неуверенно оглядываясь по сторонам, прежде чем наконец подняться. Усталым шагом он вошёл в пустую кухню и взял стакан столь необходимой ему сейчас воды в надежде окончательно проснуться. Выпив стакан воды, он заметил, что его матери нигде не видно. Обычно она уже не спала и была на кухне. Джои поставил стакан и поднял бровь. Он пошёл проверить её комнату, просто чтобы убедиться... — Мам? — спросил Джои аккуратно открывая дверь. В комнате было темно, а кровать заправлена. Конни здесь не было. Заметив это, Джои немного забеспокоился и быстро вернулся на кухню. Ему вспомнилась передача с прошлого вечера и слова матери о том, что надо закупиться едой. И действительно, на холодильнике висела записка от неё. «Я ушла в магазин за запасами. Позавтракай. Постараюсь вернуться поскорее – Люблю, мама ❤️» Джои посмотрел на записку и глубоко вздохнул. — Я тоже хотел пойти… — он что-то пробормотал себе под нос и начал искать что-нибудь поесть. Классика. Его мама даже не обсуждала возможность взять его с собой в магазин. Он не хотел, чтобы она шла одна, но сейчас он ничего не мог с этим поделать и жевал завтрак. Должно быть, он крепко спал, поскольку не проснулся, когда она уходила. Он смотрел на часы, стрелки медленно тикали, пролетали минуты и секунды... Конни проснулась рано… Она встала, оделась, что-то поела и уже собиралась ходить, но решила заглянуть к Джои... Он крепко спал и мирно храпел. Конни не решилась его будить, поэтому оставила записку, чтобы сообщить, что она ушла... Она тихо вышла из квартиры, бесшумно закрыв за собой дверь. Ранним утром воздух был ещё прохладным и влажным, а птицы только начинали просыпаться и встречать новый день. Конни ехала в магазин, но по прибытии в город её замешательство только усилилось. Вокруг было много вооруженных солдат, и все они наблюдали за ней, пока она проезжала мимо. Конни почувствовала, как по спине пробежала дрожь, а солдаты, казалось, глядели на неё с подозрением. В остальном улицы были пусты, что резко контрастировало с обычно оживлённым городом. Атмосфера была жуткой и напряженной, а воздух казался тяжёлым от неизвестной опасности. Магазин был переполнен спешащими куда-то людьми. Внутри царил хаос, люди отчаянно пытались собрать побольше припасов для себя. Полки быстро пустели, люди торопливо расхватывали предметы первой необходимости и всё, что попадалось под руку. Это была безумная спешка: люди толкались и пихались, чтобы получить последние банки супа и бутылки с водой. Конни занималась своими делами настолько спокойно, насколько могла посреди всей этой толпы. Пока Конни собирала всё необходимое, внезапно послышались громкие крики, и люди в панике пытались убежать в одном направлении. Конни застыла в оцепенении. Из пустующей части магазина вышла болезненно выглядящая женщина. Её кожа была очень бледная, глаза провалились и налились кровью, но одновременно с этим они были… Как ни странно… Пустыми. У неё текла слюна, а челюсть была вся в крови. Женщина шла странной походкой, словно была вне себя. Странная женщина подошла поближе, её движения резкие, неуклюжие и неестественные. Создавалось впечатление, что она не знала, как работает её тело, или что она им не управляет. Конни инстинктивно сделала шаг назад, но больная женщина накинулась на неё свалив на пол. Конни издала звук удивления и попыталась скинуть с себя женщину, но безуспешно. При этом женщина укусила её за лодыжку, от чего Конни вскрикнула от боли. Ей удалось ударить женщину так, чтобы та отпустила её, но женщина была неумолима и напала снова, зажав Конни между собой и холодным кафельным полом. Было очевидно, что женщина бы разорвала её в клочья, если бы она не сдерживала её. Конни была обескуражена и напряжена. Что заставило её вести себя так жестоко?? Она отчаянно пыталась укусить и поцарапать её, словно одержимая демонами. Конни вырывалась и боролась с болезненной женщиной, отчаянно пытаясь оттолкнуть её. Её крики эхом разнеслись по магазину, но хаос паникующей толпы заглушил их. Женщина была безжалостна, её атаки становились всё более и более жестокими, она кусала и царапала Конни, её лицо исказилось гримасой безумной, животной ярости. Сила этой женщины превышала её собственную, она прижимала Конни к полу, одолеваемая непостижимым первобытным желанием напасть на неё. Конни услышала тяжёлые шаги сбоку от себя, когда прибежали солдаты, схватили сумасшедшую и удержали её. Конни поднялась в сидячее положение, тяжело дыша от шока, пока двое солдат выводили сумасшедшую женщину, которая дёргалась у них на руках, яростно пытаясь вырваться. Конни сидела, пытаясь отдышаться, её сердце колотилось от травмирующего опыта, который она только что пережила. Солдаты быстро ворвались и взяли ситуацию под контроль, силой обездвиживая чокнутую женщину. Женщина билась и боролась с ними, её сила казалась нечеловеческой, поскольку она продолжала яростно вырываться, даже под их твердой хваткой. Двое солдат утащили всё ещё боровшуюся женщину, её безумные попытки вырваться на свободу только усиливались по мере того, как они вытаскивали её наружу. Люди в магазине постепенно начали успокаиваться, и покупатели медленно пытались переварить то, чему они только что стали свидетелями. — Вы ранены? — спросил Конни один из солдат, холодно и без эмоций, осмотрев её с головы до ног. Конни только помотала головой, потеряв возможность говорить от шока. Краем глаза она заметила, как солдаты выводят раненого мужчину с серьёзным укусом на шее... Судя по всему, на него напала та буйная женщина. Мужчина очевидно паниковал, ведь он кричал не успокаиваясь. Солдаты выглядели недружелюбно и только усилили подозрения Конни. Они даже не пытались помочь напуганному мужчине. Она решила ничего не говорить про рану. — Если вас ранили, вам лучше нам об этом сказать, — солдат посмотрел на неё с подозрением. Конни промолчала, но она выглядела достаточно здоровой для него, поэтому он оставил её в покое. Как только шок прошёл, Конни заговорила: — Что не так с этой женщиной? Она… Она просто- Солдат шикнул на неё и заговорил тем же отстраненным монотонным голосом. — Мы с ней разберёмся. Обычная наркоша. По каким-то причинам Конни знала, что ей что-то недоговаривают. Солдат скрывал что-то и что-то глобальное. Он слишком быстро отмахнулся от действий женщины, как будто это был всего лишь ещё один день на работе. Она определённо была не только под наркотиками. Посетители вокруг начали приглушенным голосом бормотать и перешёптываться, будучи встревоженными происходящим. — Идите домой. Самоизоляция всё ещё актуальна. Вас оштрафуют, если вы будете пойманы за несоблюдением, — строго наказал солдат и оставил Конни одну, растерянную, напуганную... Наркоша… Это не было похоже на поведение обычной наркоманки. Буйство женщины не было подобно безумию, вызванному наркотиками. Она кусала людей, пыталась их укусить так, как будто она была голодна и жаждала крови... Конни никогда не видела ничего подобного... Насколько серьёзной была эта проблема и что скрывали от общественности?? Конни ушла так быстро, как только могла. Она взяла оставшиеся необходимые ей продукты и немедленно поехала домой. Придя обратно, Джои мигом выбежал из гостиной. — Мам! Ты вернулась! — его облегчённое выражение лица быстро исчезло, когда он увидел состояние своей матери. Она выглядела изнуренной и потной, — Всё хорошо? — он, обеспокоенный, подошёл к ней. — Да… Всё хорошо, сынок… Не волнуйся, я просто немного устала от поездки, — сказала Конни и выдавила из себя лёгкую улыбку. Джои видел её сквозь натянутую улыбку и забеспокоился ещё больше. Конни положила продукты на кухонную стойку и начала их выгружать. — Я всё разложу, — ответил Джои и взял у неё пакеты с продуктами, пытаясь помочь. Конни позволила Джои взять у неё пакеты, ценя его помощь. Она откинулась на кухонную стойку, её взгляд был отстранённым и рассеянным, она погрузилась в свои мысли. — Спасибо. Очень мило с твоей стороны. Конни изо всех сил старалась говорить спокойно, но предыдущая встреча с сумасшедшей женщиной отпечаталась в её памяти... Она смотрела, как Джои разгружает сумки и слегка вздрогнула от боли, когда случайно навалилась на укушенную лодыжку и быстро замаскировала это, слегка изменив позу. Она надеялась, что Джои этого не заметил. Мальчик занялся разгрузкой продуктов, не обращая внимания на болезненное выражение лица матери, когда она переместила свой вес. Он тщательно укладывал каждый предмет в отведённое ему место. — Как сходила в магазин? Ты купила всё, что тебе нужно было? — Да, большую часть… Правда это было немного… сумбурно, — ответила Конни, пытаясь скрыть боль в своём голосе. Она снова осторожно прислонилась к стойке, стараясь не нагружать травмированную лодыжку. Мысль о нападении женщины и подозрительной реакции солдат крутилась в её голове. Джои поднял бровь и продолжил раскладывать продукты. — В смысле? Что-то произошло? — Ну… Люди ведут себя очень истерично из-за карантина. Хватали, что только могут, было немного трудно передвигаться, — осторожно сказала Конни, пытаясь не упоминать ничего про произошедший инцидент. Джои понимающе кивнул, принимая объяснения матери и продолжая убирать продукты. — Да, логично. Он сделал паузу, как будто раздумывая, задавать дальнейшие вопросы или нет, прежде чем решил пока оставить эту тему. Конни почувствовала, как у нее закружилась голова и начала нарастать усталость. Она тихо вздохнула и прикоснулась к больной голове. — Я... пойду прилягу ненадолго, — тихо сказала она и быстро ушла в свою комнату, оставив Джои на кухне. Джои с беспокойством наблюдал как она уходит, и закончил раскладывать продукты. Конни лежала на кровати, боль в опухшей лодыжке была невыносимой, но ей приходилось скрывать это ради сына. Она почувствовала, что с каждой минутой её лихорадит всё сильнее, рана от укуса пульсировала, как будто её до сих пор кусали. Встревоженный Джои вошёл в комнату. — Мам?... С тобой ДЕЙСТВИТЕЛЬНО всё хорошо? Ты выглядишь… не очень… Конни посмотрела на сына и слабо улыбнулась. Она жестом пригласила его подойти поближе и, после того как он послушался, нежно погладила его по голове. — Поверь, сынок. Мне просто нужно немного отдохнуть… Поездка в магазин была очень… Выматывающей… — она нагло врала, но не хотела беспокоить Джои. — Как скажешь… — неуверенно ответил Джои, давая погладить себя по волосам, — Тебе что-нибудь нужно? — он спросил осторожно. Конни на секунду задумалась и замотала головой. — Нет… Пока нет. Джои кивнул и покинул комнату. Он хотел, чтобы мать отдохнула. — Я буду в своей комнате, если тебе что-то будет нужно, ладно? Пожалуйста, отдохни… — Хорошо… — промямлила Конни мягко улыбнувшись. Когда дверь закрылась и Конни осталась одна в темноте, она поморщилась и резко зашипела сквозь зубы. Почему ей было так плохо?? Затем её глаза расширились, когда она вспомнила вчерашнюю трансляцию. Дерьмо… Неужели она подхватила ту новую болезнь?! Но... Она отлучилась совсем ненадолго! Её разум начинал метаться, когда она думала о том, что же произошло... Поток мыслей резко прекратился сильной нуждой откашляться. Она продолжала кашлять, и казалось, что это никогда не прекратится. Её легкие горели, а горло болело как никогда раньше. Через некоторое время кашель прекратился, и она встала, чтобы набрать воды и промочить горло. Джои услышал шаги в коридоре и выглянул. Он увидел маму, идущую на кухню. — Мам? Всё хорошо? Конни повернулась на него и ответила хриплым голосом: — Да, да… Просто- Просто хочу попить воды… — Джои вздохнул и посмотрел на неё. — Тебе следовало сказать мне! Я бы тебе принёс… — Конни неловко улыбнулась. — Ах- Прости… Неверное, ты прав, — сказала она, налив себе немного воды и выпив её. Холодная жидкость ощущалась так блаженно в её воспаленном горле, хотя глотать было больно... Выпив, она рухнула на диван в гостиной, так как у неё больше не было сил идти. Джои посмотрел на неё, его глаза были полны беспокойства. Слёзы грозились вырваться из его глаз, но он крепко держался. Он знал, что что-то не так, но не понимал, почему она не хотела ему рассказывать. Джои прикусил губу и взглянул на свою маму. Она выглядела очень, очень больной. Её кожа была не бледной, но в то же время и не совсем здоровой. Она выглядела так, словно была измотана и страдала от боли. Но накануне с ней же всё было в порядке! Что произошло? Джои подошёл к дивану и сел рядом с ней, глядя на неё с огорчённым и обеспокоенным выражением лица. Конни потеряла сознание от изнеможения и теперь спала на диване, оставив неуверенного Джои волноваться в одиночестве... Выражение её лица было спокойным, но в то же время отдавало болью. Она немного кашляла во сне... — Спи спокойно, мам… — сказал он, плача, — Пожалуйста, пусть с тобой всё будет хорошо…

***

Внезапно комната и шум исчезли, её мысли путались пока она оглядывалась. Пространство вокруг неё было поглощено непроглядной тьмой. Её замешательство быстро сменилось сильным голодом. Она почувствовала запах чего-то поблизости. Она сделала шаг ближе... и появился прожектор, освещающий место, где находился грызун. Обычно эта идея вызвала бы у неё отвращение, но голод был невыносим. Она схватила крысу в руки и вонзила зубы, пронзая толстый мех и кожу. Теплая кровь наполнила её рот. Остатки брезгливости покинули её, как только она вкусила кровь и плоть животного, и это наполнило её мгновенным удовлетворением. Крыса издала пронзительный писк от боли, медленно теряя свою жизнь в процессе разрывания её плоти на клочки... «Одна из нас.» Конни закончила пожирать маленького грызуна. Голод не был утолён. С подбородка стекала свежая кровь. Она чуяла кого-то ещё рядом… Человека. Она медленно встала. Её чувства онемели, остался только голод. Её движения были резкими. Она больше не контролировала себя, хотя и пыталась... Она медленно подошла к ничего не подозревающему человеку, её зубы впились ему в шею. Человек закричал, его плоть медленно разрывалась на части, кровь хлестала из шейной артерии. Он умер в считанные секунды. «Одна из нас.» Сладкий вкус железа и тёплая, мягкая плоть стали негой... Но она всё ещё не была удовлетворена. Она переходила от одного человека к другому, пожирая, убивая, разрывая... Её руки впились в кожу. Они разрывали грудные клетки только для того, чтобы добраться до вкусных внутренностей... Самой сердцевины... Крики испуганных людей эхом раздавались в пространстве... Но голод не уходил. Он не заканчивался. Она лихорадочно искала что-нибудь. Она судорожно искала ещё, но рядом уже ничего не было... Чёрная мгла вокруг неё была пуста. Крики прекратились. — Мам? — она услышала позади себя. Её сын. Она обернулась и уставилась на его напуганное лицо… Его невинные глаза… У неё пошла слюна, сладкий запах крови прямо перед ней. Разум кричал остановиться, но голод… Она попыталась остановить себя, но не смогла. Она уже рванула вперёд. «Одна из нас.» Когда её зубы уже почти было впились в шею Джои, она очнулась. Через несколько часов Конни начала шевелиться и проснулась вся в поту. Она быстро открыла глаза и осмотрелась вокруг. На улице стало темнеть, а это значит, что уже наступил вечер. Она медленно села, прежде чем потереть голову. Было всё ещё больно, и её до сих лихорадило. СИЛЬНО лихорадило. Она тяжело дышала от только что увиденного кошмара, очень встревоженная им. Даже мысль о такой жестокости вызывала у нее тошноту, но это был всего лишь сон, верно...? Джои ушел, через некоторое время вернувшись в свою комнату, давая ей возможность отдохнуть. Когда Конни встала и пошла в ванную, она посмотрела в зеркало и увидела усталое, бледное, потное и болезненное лицо, выглядевшее ещё хуже, чем до этого. Голова была тяжёлая, её тошнило. Глаза налились кровью, и она заметила, что её зрение начало размываться. Внезапно её охватила волна сильной тошноты, заставившая её сильно закашляться. Кашель казался более влажным и... странным, а дыхание было затрудненным и хриплым. После небольшой отдышки ей удалось поймать паузу между кашлем и глотнуть воздуха, всё ещё держа руку перед ртом. Её организм был измотан, но во рту она ощущала знакомый металлический привкус... С нарастающим страхом и беспокойством она разжала руку и посмотрела на неё. Кровь. Она кашляла кровью. А в сгустке крови была какая-то чёрная субстанция… И количество откашливаемой крови увеличивалось с каждой секундой. Её разум становился все более и более затуманенным... Глаза расширились, когда её осенило ужасное осознание. Наконец, Конни поняла, что происходит. Её состояние начало ухудшаться с тех пор, как эта женщина напала на неё в магазине. И женщина её укусила. Симптомы и сроки указывали на то, что это новый вирус, тот самый, который был в новостях. И это осознание заставило её затаить дыхание от шока, страха и отрицания... Теперь она будет вести себя также странно как та сумашедшая из магазина, которая напала на неё. Она превращалась во что-то ужасное... Хуже всего было то, что она сейчас находилась в одном доме с её сыном... Он будет в опасности, если она превратится в ту женщину... Конни посмотрела на себя в зеркало. Её дыхание стало неровным. Из носа начала течь кровь… Глаза наполнились слезами. Нет! Она не хотела становиться бешенным жестоким монстром! Она не хотела быть как та женщина! Осознание того, что она собирается превратиться в одного из этих существ и, возможно, при этом напасть на Джои, пугало её. Она рыдала, сгорбившись над раковиной в ванной, пока кровь продолжала капать из её носа, и она закашлялась ещё сильнее. Раковина была испачкана кровью, придавая ей темно-красный цвет. Она вернулась в гостиную... И села на диван. Она всё больше и больше начинала кашлять кровью. Она понимала, что ничего не сможет с этим сделать... Она знала, что умирает. Вирус был новым, и от него ещё не было лекарства... Она согнулась от невыносимой боли. Её легкие горели, а голова болела так сильно, как будто по ней снова и снова стучали молотком. Её разум становился все более и более затуманенным... Единственное, о чём она могла думать, это её милый мальчик... О, её милый мальчик... Как она хотела защитить его от опасностей этого мира, но теперь она рисковала стать одной из них... Она могла только надеяться и молиться, что Джои останется в своей комнате. Она захныкала и слёзы хлынули из её глаз. Она начала терять рассудок и зрение. Её вырвало кровью... Так много... И потом снова... И снова... Её разум больше не работал, глаза больше не видели. Звон в ушах был настолько громок, что она больше ничего не слышала... Слёзы скатывались по щекам, она была в отчаянии. Последнее, о чём она думала... Последнее воспоминание... ведение, которое у неё было... Была невинная улыбка её сына. О, каким счастливым он всегда был. О, как ей всегда нравилось видеть его улыбку... Как он играет в футбол с друзьями... Смех... Улыбку... Его глупые выходки... Но теперь… Она больше никогда не увидит этого... Она никогда не увидит улыбающегося сына... Никогда не услышит его смех... Она никогда больше не сможет с ним поговорить... Услышать его голос... О, как она будет скучать по нему. — Прости… Мой милый мальчик… Мне очень жаль… — шептала она в воздух, пока её рвало кровью… Пока она не потеряла сознание со слезами на глазах… Пока мир не погрузился во тьму… Пока пульс не замедлился… Пока её лёгкие не перестали работать… До тех пор, пока её не стало. Тело обмякло на диване, еле-еле оставаясь на нём, а кровь продолжала капать со рта и носа. Болезнь захватила её тело, переполняя разум мыслями о насилии и тьме… Мыслями, которые она больше не могла контролировать. Джои сидел в комнате, читал комиксы, когда он услышал кашель и звуки рвоты из гостиной. Его разум наполнился волнением. Звучало ещё хуже, чем до этого. Он быстро встал и пошёл проверять свою маму, гадая, что происходит. Войдя в гостиную, перед ним открылась ужасающая картина, и его лицо побледнело, когда он увидел, как его мать рвет кровью. Лицо исказилось гримасой ужаса. — Мам?... МАМ!! — он бросился к ней и увидел, как она перестала отвечать и потеряла сознание. Он схватил её за плечи и быстро затряс её, — Нетнетнетнет- Мам! Пожалуйста! Очнись! Что случилось!? МАМА!? Джои паниковал и волновался, пытаясь разбудить мать, но она не реагировала. Она была совершенно неподвижна, и был слышен только звук крови, капающей с её челюсти и носа. Джои продолжал трясти мать, отчаянно пытаясь заставить её проснуться. Но это не сработало. Её грудная клетка не двигалась. Она не дышала. У неё не было пульса. Он быстро поднялся с пола и отступил на пару шагов назад, с шокированным и напуганным взглядом на лице. Ему поплохело от того, что ему пришлось увидеть. Джои отшатнулся от матери в шоке и отрицании, когда увидел, что она совершенно не отвечает. Его глаза расширились, когда пришло осознание того, что произошло. Его мать только что... скончалась... Его мать... Его собственная мать... Тело затряслось, он начал дрожать. У него сильно закружилась голова, всё казалось таким расплывчатым, а звуки начал приглушаться. Он начал быстро и коротко вздыхал. Ему казалось, что он задыхается. Комната вокруг него закружилась, и его затошнило. Джои стоял, застыв на месте, пытаясь понять, что только что произошло. Его мать... его милая, добрая мать лежала на диване, неподвижная и холодная. Её тело выглядело таким... безжизненным... таким непохожим на её обычное тёплое и успокаивающее присутствие. Сколько времени прошло? Минуты? Часы? Дни? Он не знал. Он сидел там Бог знает сколько времени, пока резкий звук от трупа матери не заставил его вернуться к реальности... Внезапно её тело двинулось, руки дёрнулись – мышечный спазм или рывок... Это случилось так внезапно, что застало Джои врасплох. В его груди вспыхнул огонёк надежды. Может быть, она не умерла... Может быть, ещё не поздно... Он ждал, пока она зашевелится... Подаст признаки жизни. Он сделал неуверенный шаг вперёд, его разум был наполнен странной смесью надежды и ужаса. — М-мама?... Сделав шаг поближе, труп его матери издал странный булькающий звук. Сердце Джои чуть не подпрыгнуло к самому горлу. Медленно её голова поднялась...! Но… В этих глазах не было жизни. Её глаза были глазами мёртвого, бездушными, пустыми, затонувшими, и тем не менее она двигалась. Добрые и любящие глаза, которые он когда-то знал, теперь стали совершенно иными. Её рот двигался странно и как-то неестественно... Изо рта стекала слюна... Кожа была бледная, почти серая... Болезненная. В мгновение ока его мать бросилась на него, издав душераздирающий визг. Джои издал крик ужаса и споткнулся, пытаясь убежать... Его собственная мать напала на него, как какое-то дикое животное. Он действовал слишком медленно и она схватила его за руку. Её хватка была неимоверно сильной и почти болезненной. — Мам!! Очнись!! Это я! Что на тебя нашло?! — Джои вскрикнул, отчаянно удерживая её челюсть от себя. Но она как будто его не узнавала, пытаясь вцепиться в него... Укусить... Разорвать его в клочья. Она как будто стала совсем другим человеком... За её пустыми глазами не было ничего, кроме жажды крови. — Мам, пожалуйста! Остановись! Пожалуйста! Мне больно! — Джои отчаянно пытался вразумить свою мать и молил, но его слова были проигнорированы. Она его больше не слышала... Внезапный прилив сил позволил ему использовать самую сильную часть своего тела – ноги, которыми он пнул мать в челюсть… Ему удалось заставить её ослабить хватку и отпустить его. Джои быстро встал на ноги и рванул к двери, а мать последовала за ним... Как только он добрался до прихожей многоквартирного дома, он захлопнул дверь и рухнул на пол. Он прислонился спиной к двери, всё его тело сильно трясло... Рука была красной и болела от хватки матери. Только сейчас всё произошедшее начало доходить до него... Слёзы наполнили его глаза, постепенно перейдя из хныканья в громкие рыдания. Ему было всё равно, кто и что его слышали, пока его крики наполняли пустые коридоры. Он был в крайнем отчаянии, от которого ему уже никогда не оправиться. Он чувствовал и слышал, как мать царапает дверь, дёргает дверную ручку, издаёт вопли и рычание... Джои понятия не имел, как долго он там просидел. Может быть, часы... Может быть, даже дни. Ему было все равно... Ничего больше не имело значения. Он чувствовал себя беспомощным и безнадежным. Всё это было похоже на жестокую шутку. Он был напуган и растерян. Что происходит? Как это произошло? Что ему теперь делать? Куда ему идти? В одном он был уверен – здесь оставаться нельзя. Ему нужно было уйти в безопасное место, туда, где мать не сможет до него добраться. Мысль об этом уколола печалью в его сердце, но он знал, что у него не было другого выбора... Пока слёзы стекали по его лицу, ему пришла в голову идея... Наконец он решился. Было только одно место, куда он мог пойти в этой ситуации... только одно место... Он собрался с силами, настолько, насколько мог, беззвучные слёзы текли по его щекам. Он поднялся на трясущиеся ноги и оглянулся на дверь квартиры, его мать всё ещё царапала другую сторону. То, что раньше было уголком безопасности и комфорта, теперь стало холодным и неприветливым местом. Джои быстро отвернулся и закусил губу, не в силах больше выдерживать это. Он пошёл к лестнице, и с каждым шагом его сердце разбивалось всё сильнее... Каждый шаг ощущался как нож, вертящийся в его сердце, требуя эмоциональных и физических усилий. Каждый звук, исходящий от его матери, звучал так, словно она умоляла его вернуться. Ему нужно было найти своих друзей. Ему нужно было уйти. Он собирался найти решения. Он собирался всё исправить. Теперь с вновь приобретённой решимостью он сделал первый шаг к новой реальности. Но всё равно было больно…