They always wanted the same

Лёгкий вечерний ветер обволакивал всё тело, укачивая и успокаивая, давая возможность расслабиться и сполна насладиться солёным и пропитанным влагой воздухом, дующим со стороны океана. Он раздувал пряди чёрных как смоль волос, опрокидывая некоторые из них на лицо, черты которого, в свете луны, завораживали и очаровывали. Холодные и голубые глаза уставились на такого же цвета океан, посматривая иногда на небо, на котором уже давно не было видно звёзд. Только луна. Отстраненная и одинокая, без цели висящая на небосводе, притягивающая взгляды отчаянных романтиков и обречённых реалистов. О'Коннелл не могла отнести себя ни к первой, ни ко второй категории. Всю жизнь она металась между высокими чувствами, которые дарили ей вдохновение на пронизывающие и импанирующие многим строки, которые она всегда передавала простыми словами, и нескончаемыми мыслями о бессмысленности и ничтожности всего происходящего. Несмотря на сложность и трудность всего происходящего вокруг, Айлиш, хоть немного, но любила свою жизнь. Даже в самые тёмные времена, даже со всеми мрачными мыслями, даже в моменты невыносимого отчаяния и отзывающейся где-то в груди боли. В своё время она прошла через все эти проблемы, но всего лишь одна заводила её в полный тупик и давала чувство абсолютной безысходности. После того, как О'Коннелл в очередной раз окатило ледяным потоком воздуха, она решила сесть в машину. Но перед этим она подозвала своего пса и открыла ему заднюю дверь. Питбуль резво подбежал к хозяйке, помахивая хвостом и отряхиваясь от тех мелких капель воды, которые попали на его шерсть, пока он бегал вдоль берега. Счастливый и уставший, питомец чуть неаккуратно запрыгнул в автомобиль и улёгся на сидениях, сворачиваясь в комочек. Девушка слегка улыбнулась подобной беззаботности и захлопнула дверцу, направляясь к другой стороне машины. Сев за руль, она прикрыла глаза и задержала дыхание, перед этим сделав глубокий вдох; через пару секунд она выдохнула и посмотрела перед собой. Беспокойные волны, а вместе с ними и ветер, разбушевались в считанные секунды. Точно также и эмоции О'Коннелл, только что они были в относительно уравновешенном состоянии и даже каком-то спокойствии, но вот стоило ей вспомнить об одном лишь человеке и всё умиротворение улетучивается. Она разозлилась на себя за подобную слабость и неумение примириться с действительностью. Крепко сжав руль, она пришла в себя, а после поставила телефон на держатель, включила навигатор, пристегнулась и завела авто.

***

Двадцать девятое августа. До начала моего мирового тура, который будет длиться довольно долго, осталось не так уж и много времени - всего месяц. Многим может показаться, что это большой отрезок времени, за который можно много чего успеть, но чёрт там плавал. Конечно, я могу проводить это время с друзьями на природе и в клубах; могу отдыхать дома, устраивая семейные ужины с самыми близкими; могу без конца тусоваться с Финнеасом и Клау, чем я обычно и занимаюсь в свободное время; но как ни крути, этого мало, чтобы осознать и принять, что скоро я окажусь в постоянной суматохе и хаосе. Вечная подготовка, вечный стресс, вечный страх, что что-то пойдет не так, или я сделаю что-то не так. Конечно, я скучала по своим фанатам, скучала по незабываемым шоу, но от такого бешеного ритма жизни быстро устаёшь и ещё быстрее отвыкаешь. Нет желания отпускать друзей, дом и своего пса, которого безумно любишь, ведь как бы не хотелось, но брать его с собой означало бы его страдания от постоянных перелётов и переездов. Однако, если опустить все эти пункты, ведь их мне переживать не в первый раз, то остаётся ещё один - у меня остались нерешённые и спорные вопросы, которые крутились в голове без остановки. Хотя я бы сказала один, довольно конкретный, не дающий покоя вопрос. И прямо сейчас этот вопрос сидит у себя дома, даже не подозревая, что её ждёт.

***

Двадцать девятое августа. До начала тура у О'Коннелл остался ровно месяц. Последние несколько дней я постоянно думаю о том, что между нами; а точнее о том, что будет с нами. Никаких клятв и обещаний дано не было, так что ждать и надеяться на что-либо просто глупо и по-детски. Но при этом в груди засели чувство страха от возможной потери той, которая дала внимание и любовь, а также эфемерная обида на неё, ведь она проявляла слишком много знаков, но избегала любых гарантий. И если пару месяцев назад это не так уж и напрягало, то сейчас я буквально схожу с ума, ведь игры закончились. Я наконец осознаю, что мне необходима стабильность, я не могу продолжать что-либо без полной ясности того, кто мы друг другу. Когда у тебя ограниченное время, начинаешь его ценить куда больше, чем обычно. Я хотела бы поговорить с Билли обо всём, но, во-первых, - мне страшно; во-вторых, уже одиннадцать вечера. Она либо тусуется со своими друзьями, отрываясь по полной, ведь будет по ним безумно скучать; либо проводит последние спокойные деньки перед туром в одиночестве и отдыхает, не нуждаясь ни в какой компании, а тем более в выяснении отношений. Сейчас я сижу у себя дома, обдумываю всю эту ситуацию и даже не подозреваю, что же нас ждёт...

***

Чем дальше от пляжа был автомобиль, тем спокойнее была погода вокруг. Безудержного ветра, сносящего с ног, почти не было, холод, пробирающий до самой души, становился почти что терпимым, а дождь лишь набирал свои обороты. В целом, если бы О'Коннелл надавила на педаль посильнее, то добралась бы до необходимого дома по ещё сухому асфальту; и ей не пришлось бы бежать от своей машины до двери, чтоб не промокнуть, ведь на ней было одно лишь худи. Однако она настолько боялась предстоящей встречи, что не особо торопилась и до самого конца сомневалась в верности своих действий. Движения руля были немного резки, что не играло на руку девушке, едущей по дороге, которая становилась всё более скользкой. В этот момент Айлиш пожалела о том, что разрешила своим друзьям пару дней назад дрифтовать на своем авто, ведь шины были сильно стёрты. Она попыталась успокоиться, снова задержав воздух в лёгких, и уделив всё свое внимание дороге. В результате, спустя время, она выровняла дыхание и успокоила мысли. Таким образом она добралась до дома; не своего, конечно же. - Соберись, ничего страшного не может случиться, - шептала себе под нос О'Коннелл, когда остановила машину рядом с домом, к которому держала путь, - это просто она, моя Милли, - тут певица на миг замерла и задумалась, - а давно я её начала своей называть? Девушка тряхнула головой, пытаясь избавиться от всех своих навязчивых мыслей. Она вдохнула ещё раз, на секунду прикрыла глаза и услышала тихий скулеж. Взглянув в зеркало заднего вида, она наконец вспомнила про Шарка, который терпеливо сидел и ждал, пока его выпустят. - Черт, черт, черт, я совсем про тебя забыла, - Айлиш снова занервничала, - куда ж мне тебя деть? Ладно, пойду с тобой, дурашка. Девушка быстро вышла из машины и открыла заднюю дверь, пытаясь зацепить его ошейник за поводок. Дождь уже нещадно лил, худи девушки мокло на глазах. Спустя секунд десять она смогла справиться с задачей и потянула пса. Он радостно выскочил, чуть ли не прыгая на хозяйку, которая в этот момент переосмысливала смысл своего существования. - Надо же было так затупить, - бубнила под нос О'Коннелл, пока закрывала машину, - здесь тебя не оставить, вдруг что случиться, брать с собой немного неудобно, хотя вроде как Милли тебя любит...но это уже неважно. Пёс, находясь в состоянии полного непонимания и счастья, пошёл к двери за девушкой.

***

В этот вечер время для Милли Блэк длилось мучительно долго. Секунды превратились в минуты, минуты в часы, часы в сутки. Занять себя и свое время было решительно нечем, ведь дела по дому были уже на несколько раз переделаны, а рабочий план выполнен на очень и очень много дней вперёд. Ехать никуда не хотелось как минимум из-за времени суток, как максимум из-за портящейся погоды. Голод оставил девушку ещё неделю назад, она почти не ела несколько дней, занималась только работой, двадцать четыре на семь. После такого бешеного ритма все задачи быстро закончились, так что Блэк перешла на фильмы и сериалы, которые она когда-то хотела глянуть. Однако в скором времени они тоже исчерпались. Все книги в её доме были давно перечитаны, а новые она ещё не нашла, ведь ничто её не смогло заинтересовать. В таком состоянии проходил её вечер - отсутствие голода, интереса, целей, плана и чего-либо ещё, только страх из-за того, что она потеряет ту, которая дала ей так много - всё, но не точность. - Господи, Блэк, как же ты любишь сама себе жизнь усложнять, - прошептала девушка, пока стояла на кухне и наливала себе самый крепкий чай, который у неё только был, - в любом случае уснуть не получится, хоть снотворное ложками есть буду, хоть кофеин хлебать кружками. Она сделала глоток обжегающего горло напитка и запрокинула голову, снова погружаясь в мысли о своей ненаглядной. В какой-то момент она даже решила, что ей стоит написать О'Коннелл и как-то встретиться, неважно где, главное - как можно скорее. Кто бы мог подумать, что её желание так быстро сбудется?

***

О'Коннелл добралась до двери за несколько секунд, но за эти мгновения в голове пролетели самые различные исходы событий. В самом лучшем случае - она признаётся Милли в своих чистых и искренних чувствах и они живут вместе долго и счастливо; в самом худшем - её возлюбленная разворачивает её прямо сейчас на пороге и говорит, что всё между ними было лишь шуткой и это никак нельзя воспринимать серьёзно. Однако в каждом из них певице светит быть промокшей до нитки, ведь она слегка призадумалась и стоит на улице под дождём уже слишком долго. Осознав, что пути назад нет, она решается постучать несколько неуверенно, но достаточно громко, чтоб быть услышанной. После минуты молчания девушка отчаялась и решила, что она зря всё это задумала и ей стоило бы езжать домой как только эти глупые мысли о разговоре закрались в её разум. Однако мучительное ожидание окупилось сполна, ведь она услышала, как кто-то в спешке открывает дверь. В проёме показались тёмная макушка и карие глаза, полные волнения и недоумения.

***

- Привет? - неуверенно начала Айлиш, быстро пробегая взглядом по девушке напротив и подмечая, что она выглядит всё так же прекрасно, как и всегда, хоть и измучено, - я просто подумала, что нам надо было бы... - договорить ей не удалось, ведь её резко схватили за худи и затянули внутрь. Шарк лишь вилял хвостом и смотрел на обеих девушек, забегая в дом, и беспрепятственно исчезая в гостиной, ведь О'Коннелл отпустила поводок от неожиданности. - Я понять не могу, Билли, ты настолько не хочешь ехать в тур, что решила постоять под дождём часок-другой, чтоб заболеть? - Блэк обеспокоенно смотрела на певицу и была ощутимо взволнованной, ведь не понимала до конца, что же певице требуется, и как решится их судьба - Да, то есть нет, вообще-то это ты мне не открывала дверь, - заметив довольно серьёзный взгляд Милли, О'Коннелл нервно сглотнула и резко замолчала, пытаясь при этом прервать зрительный контакт с ней, - в общем, как я и хотела сказать тебе... Девушка снова умолкла, не в силах найти нужных слов. Она чувствовала, как её щёки начинают гореть от стыда, а руки трястись то ли от холода, то ли от переживаний. Блэк решила этим воспользоваться, взяв инициативу в свои руки, чтоб добиться нужного от О'Коннелл. - Что ты мне хотела сказать? - Милли попыталась заглянуть в глаза девушки напротив, но не в силах поймать её взгляд, решила принять крайние меры. - Ну... - начала Айлиш и почувствовала нежные прикосновения рук на своей щеке и то, как её голову поворачивают; не имея возможности нормально мыслить, она лишь смогла произнести пару слов, - зачем ты это делаешь? - А зачем ты сначала играешь в горячо-холодно, а потом вдруг приезжаешь в двенадцать ночи к моему дому и не можешь промолвить ни слова? - всё, что говорила девушка, звучало уверенно, но очень мягко, без желания задеть или упрекнуть, лишь выяснить правду. О'Коннелл ощущала это невидимое напряжение между ними, но не была в силах признать и принять то, что таяла прямо сейчас в руках брюнетки. - Ты ведь прекрасно знаешь, зачем я здесь, - почти промурчала О'Коннелл, изучая каждую черту лица Блэк, вовсе не скрывая своего интереса, и слегка облизываясь - Нет, ты скажи мне, - Милли провела пальцами по скуле певицы, невзначай задевая её нижнюю губу, а после слегка сжала подбородок, наблюдая за реакцией - Хватит так играться, - прошептала О'Коннелл, рвано вздыхая и пытаясь хотя бы немного отстраниться от Блэк - Скажи, что тебе нужно и я перестану, - ухмыльнулась девушка, наклоняя голову чуть вбок, и вглядываясь в голубые глаза, которые не могли найти, за что зацепиться, кроме карих омутов напротив На несколько мгновений между ними повисла полная тишина, которая всё же могла заглушить даже дождь за окном. Им не требовалось слов, чтобы понять, чего они хотят друг от друга. Обеим требовалось одно и то же, но сомнения, пусть и недолго, также терзали двоих. Взгляд О'Коннелл изучал правильные и и красивые черты лица, которые так и завораживали. Темные карие глаза, в которых так часто загорался огонёк азарта; непослушные, почти чёрные, волосы, несколько прядей которых чуть выпадали из неаккуратного пучка на лицо; такие желанные губы, которые на вкус напоминали то ли карамель, то ли ваниль; и, конечно же, пирсинг на левой брови, каждый раз бросавшийся в глаза. О'Коннелл не успела даже осознать, что произошло, когда послышалась фраза от Блэк: - А знаешь, к чёрту. Неожиданно притянув девушку как можно ближе к себе, Блэк накрыла её губы своими, слегка покусывая их с неприкрытым желанием, и запустила тёплую ладонь под всё ещё мокрое худи, с которого медленно падала капля за каплей. О'Коннелл послушно находилась в полном распоряжении Блэк, которая не могла не съязвить: - И как давно мы поменялись ролями? - быстро и еле слышно прошептала она, при этом чуть ухмыльнувшись - Заткнись, - Билли хотела продолжить поцелуй, но брюнетка остановила её и задала вопрос уже серьёзно: - Мы и до этого не раз проводили время вдвоём, что же значит эта ночь? - она хотела услышать лишь одну фразу, которая наконец-то решила бы всё В этот раз не было ни секунд, ни минут ожидания, почти сразу было сказано всё необходимое: - Я люблю тебя, Милли Блэк, и хочу, чтобы ты была моей девушкой, - Айлиш говорила быстро и чуть неразборчиво; глаза горели желанием продолжить всё, но уже на этаже выше, в спальне Блэк, которая всё понимала и хотела того же, они всегда хотели одного и того же - Я согласна