Нас в новой вечности любовь соединит

Евгений сидел на кухне, наблюдая, как Владимир что-то готовит. Мужчине удивительно было наблюдать за этим, он никогда и подумать не мог, что Ленский будет готовить еду самостоятельно. В любом случае это было весьма интересно для мужчины, который предпочитал питаться в кафе, ресторанах или заказывать на дом. Было любопытно наблюдать за его действиями, будто он всегда делал это, даже в прошлой жизни, хотя это было совершенно не так. Евгений выпил бы сейчас что-нибудь покрепче, но у Владимира к большому сожалению не водилось алкогольных напитков. — «Неужели решили не употреблять в этой жизни? Может напоить его? Тогда он станет более сговорчивым…» — думал Евгений, листая свой график. Завтра пара начинается в одиннадцать, можно поспать подольше, в обнимку с Ленским. В паху неприятно заныло. У него уже давно не было близости. Он бросил взгляд на закрытые домашними штанами ягодицы возлюбленного. Он всеми силами старался привлечь внимание, но Владимир словно специально игнорировал все его попытки, превращая более смелые действий Евгения в лёгкие объятия, либо ласки. Знал бы Владимир сколько сил ему приходилось прилагать, чтобы сдерживаться. Он понимал, что для Владимира всё в новинку и близость может совершенно не входить в планы юноши, но Онегин чувствовал потребность в близости и не сомневался, что и Владимир её чувствовал. — Володь, я тебя не привлекаю? — неожиданно спросил Евгений, откладывая телефон и устремляя взгляд на застывшего на месте Ленского. Евгений услышал, как из рук юноши, что-то упало. Владимир медленно повернулся к мужчине, неотрывно глядя в его голубые глаза. Испуг? На лице Владимира отобразился настоящий испуг. — Что? Что я сделал, чтобы ты мог такое подумать? — Владимир в считанные секунды преодолел расстояние между ними и оказался возле стола. Евгений тяжело сглотнул. Он ожидал совершенно не такой реакции. Всегда волнительного Ленского сейчас буквально трясет от переизбытка эмоций. — Когда мы заходим немного дальше поцелуев, ты всегда пресекаешь все мои попытки и отстраняешься, — как можно спокойнее сказал Евгений Владимир смущенно опустил голову. Онегин его прекрасно понимал, как тут можно оставаться спокойным обговаривая столь низкие желания, недостойные высокой любви. Губы Владимира предательски задрожали. — Прости, что заставил тебя сомневаться в силе своих чувств, — обречённо проговорил Владимир, зарываясь пальцами в волосы. — Прости меня. Я не хотел, — юноша обошел стол и присел на корточки перед Евгением. — Я боялся, что, если мы поспешим… Знаю, что ты опытен и даже слишком, но мне всё же страшно, — виноватым голосом тараторил Владимир, обнимая колени Онегина. — Нужно было сразу мне об этом сказать. — Евгений стёр слёзы со щёк Ленского, рукавом свитера, второй рукой зарылся в его мягкие кудри. Юноша покорно подставился под ласки, как домашний кот. Вместо мурлыканья слышалась череда тихих «прости», через десяток секунд слившихся в монотонный бубнеж. Евгений продолжал осторожно поглаживать Владимира по волосам, нежно пропуская пряди меж пальцев. Ленский поднял на него глаза, немного покрасневшие и влажные. Юноша стыдливо отстранился и выпрямился. — Пообещай, что впредь будешь откровенным со мной, — серьезно сказал Евгений, беря Володю за руку. Ленский торопливо закивал, стирая мокрые дорожки с щёк.

✻ ━──── ✻ ────━ ✻

Евгений заглянул в комнату. Владимир сидел на диване, что-то увлеченно читая в телефоне. Онегин тихо зашёл за спинку, заглядывая, что так увлекло его юного возлюбленного. В глаза сразу бросился заголовок «Как доставить удовольствие мужчине». Евгений чуть было не поперхнулся воздухом. Неужели его слово так сильно задели Владимира? Юноша выключил телефон, сопровождая сие действие тяжёлым вздохом. В черном экране отразилось расстроенное личико Ленского, слева отражался и сам Евгений. Владимир взвизгнул, словно девица, резко оборачиваясь к мужчине. — Как долго ты здесь? — испуганно пролепетал Владимир, пряча телефон за спину. Он зарделся, словно занимался столь постыдными вещами, что и срам сказать кому-то, особенно Евгению. — Достаточно, чтобы увидеть, чем ты тут занимаешься, mon cher, — проговорил Онегин, обходя диван и устраиваясь подле Владимира. Юноша стыдливо отстранился, пряча лицо. — Покажешь, что прочел интересного? — Евгений аккуратно повернул голову Ленского, придерживая за подбородок. — Возможно, это будет так же прекрасно, как и твои сладкие речи про чистую и преданную любовь, — почти в самые губы проговорил Евгений. Ресницы Владимира мелко задрожали, с губ сорвался рваный выдох. Евгений медленно прижался к горячим губам Владимира, ощущая как юноша вздрогнул всем телом. Рука медленно легла на алую щёку, поглаживая младую бархатистую кожу. Владимир с отчаянным желанием отвечал на поцелуй, предпринимая попытки перенять инициативу. Совершенно не свойственно юному поэту, но что ж раз он сам просил показать, то можно и поддаться. Язык Ленского медленно протиснулся в рот Евгения, пробежался по ряду зубов, мазнул по нёбу, наткнулся на чужой язык. У Онегина мутился рассудок. Ежели Владимир задумал его только подразнить и, как у него уже вошло в привычку, уйти, будто ничего не произошло, то Евгений этого просто так не оставит. Рука юноши медленно скользнула по груди Онегина, случайно задевая бусинку-сосок. Евгений несдержанно стонет и размыкает поцелуй. Воздух. Ему требуется вдохнуть, найти связь с реальностью, понять, что это всё не сон и он не бредит. Евгений загнано дышит, сжимая на вид хрупкое плечо возлюбленного. Владимир ведёт губами вдоль скулы, спускается на подбородок, целует дрогнувший кадык. Евгений сжимает спинку дивана, запрокидывает голову назад, открывает больше доступа. Владимир решительно переключает своё внимание на открывшуюся шею мужчины, начиная неторопливо ласкать её. Пальцы снова задевают возбужденный сосок, Евгений начинает подозревать, что это не случайные касания. Всё это уже Евгений пробовал, чувствовал, но с Владимиром всё намного ярче, четче, острее. Однако руки юноши по-прежнему не пересекали выстроенную в его головушке черту. Евгений чувствует, как рука поглаживает живот через ткань, но быстро уходит с того места, оставляя после себя неприятную прохладу. Евгений закусывает губу, чтобы не простонать от отчаянья и решает взять всё в свои руки. Быстрым движением он подхватывает возлюбленного под чресла и поднимается на ноги. Владимир испуганно вскрикивает, обвивая ногами стан Онегина и цепляясь за его шею. — Евгений, что же ты… — выдыхает Владимир куда-то в висок, чем ещё сильнее раззадоривает и без того заверенного мужчину. Евгений игнорирует его слова и лишь прикусывает кожу на шее, возле ключицы. Ленский мычит, ощутимо тянет за кудри мужчины. Евгений аккуратно заходит в комнату юноши и опускает его на кровать. Владимир алый, как только что распустившийся бутон розы, покраснели даже плечи с грудью. Юноша прекрасен в своём смятении. Он неразборчиво шепчет что-то на французском, сжимая сильные плечи Онегина. Евгений покусывает его шею, шарит руками по дрожащему телу, пробирается под взмокшую футболку. — Евгений, боже мой, — выдыхает Владимир, когда губы мужчины, накрывают его оголившуюся грудь. Онегин прикусывает кожу, посасывает её, трогает, где ему только заблагорассудится. Его много, он везде. Руки, губы, дыхание и всё это направлено на одного Владимира. Юноша задыхается от переизбытка ощущений, начинает кружиться голова, в горле встаёт комок, который тяжело сглотнуть. — Женя, пожалуйста, — хрипит Владимир, хватаясь за сильные плечи, как за последнюю опору. Евгений отстраняется и нависает над юношей. Сердце моментально сдавливают воспоминания. Он уже видел этот невинный и излишне доверчивый взгляд. — Всё хорошо, — успокаивающе произносит Евгений, накрывая щёку ладонью и аккуратно начиная поглаживать нежную кожу большим пальцем. — Если скажешь, я тут же прекращу. Остановимся? — слова ему даются с трудом. Он не хочет прекращать это. Хочется продлить это ощущение единения, не то чтобы духовного, но не менее прекрасного. Владимир отрицательно покачал головой, ослабляя хватку. Мужчина легко улыбнулся, склонился к манящим, пухлым губам, оставляя на них горячий поцелуй. Нарочито потерся пахом о пах Владимира, вырывая из груди тяжелый вздох. — Я хочу, — чуть слышно произнёс юноша, стыдливо отводя взгляд, однако не предпринимая попыток отстраниться от возлюбленного мужчины. Евгений довольно усмехается, продолжая тереться о чувствительное место. Владимир пропускает момент, когда ловкие руки Онегина лишают его без футболки и продолжают блуждать по голосу торсу. Юноша стонет, когда чувствует как рука мужчины пробирается в штаны, под нижнее белье. Прохладная рука касается горячей плоти, вызывая новую волну удовольствия. Владимир вздрагивает, чувствуя лёгкие касания аристократичных пальцев. — Chaud, charmant, aimé, — самозабвенно шептал Евгений, теряя последнее терпение. — Ты позволишь мне зайти дальше? — горячо прошептал Онегин на ухо юноши. В ответ Владимир лишь громко стонет, когда кулак чуть сильнее сжимается на стволе. Кажется, мужчине и не требуется ответа на заданный вопрос, он и сам прекрасно знает, что отрицательного не последует. Штаны летят на пол, где уже находится футболка. Следом отправляется и свитер. Владимир вздыхает от неожиданности. Тело Евгения идеально. Впервые в жизни он видит обнаженное тело так близко, в общем-то он вообще впервые видит обнаженное тело, да ещё и мужское. Онегин улыбается, красуется перед любовником, трётся жёсткой тканью штанов о тонкую — нижнего белья. Владимир буквально плавиться от действий мужчины. Евгений хватает его за руки и заставляет коснуться себя. — Люблю тебя, — выдохнул Владимир, обнимая горячее тело мужчины за талию и привлекая к себе ближе. Евгений высвобождает орган Ленского из нижнего белья, приспускает свои штаны, сжимая оба члена в одной руке. — Медленней, Жень, — жалобно всхлипывает Владимир. Онегин кивнул, продолжая двигать рукой, растягивая тягучее удовольствие. Он видит как юноша будто растекается под ним. Пользуясь тем, что Ленский потерялся в ощущения, и прибывает мыслями совершенно в другом месте, Евгений раздвигает его ноги, открывая себе больше доступа. Володя вздрагивает, удивлённо и растерянно ловит взгляд мужчины. — Всё хорошо, — мягко произносит Евгений, целует покрасневшее плечо, легко прикусывает кожу, оставляя свою метку. Владимир жалобно стонет, хватаясь за постель, чтобы удержать себя в руках. — Будь спокоен, я сделаю всё нежно, — успокаивает его Онегин, зацеловывая укусы и засосы на шее. Владимир прикусывает губу, когда палец Евгения проходит по чувствительной головке. Мужчина оставляет поцелуй на ключице, опускается ниже, целует живот, лижет гладкий лобок, заставляя юношу дрожать. Евгений берет твёрдый орган в рот, Владимира бросает в дрожь. — Евгений! — вскрикивает юноша, невольно толкаясь в горячие и мокрые недра мужчины. Онегин с пошлым причмоком выпускает член и продолжает работать рукой. — Сделай так ещё раз, — на грани слышимости произнёс Владимир, пряча смущённый взгляд в подушке. Евгений усмехается, обхватывает головку губами, нарочито медленно обводит плоть языком, заставляя юношу плавиться пол ним. Из-под подушки он достал флакон с ароматным маслом. — Ты позволишь мне зайти дальше? — повторяет Евгений, желая на этот раз получит точный ответ на свой вопрос. Владимир рассеянно смотрит на мужчину, пытаясь привести мысли в порядок. Выходит это, откровенно говоря, плохо. Онегин терпеливо ждёт, игнорируя своё собственное болезненное возбуждение. Он обещал себе, что на сей раз всё сделает правильно. — Да, пожалуйста продолжай, — как бы Ленскому не было стыдно произносить это вслух, он хотел познать эту сторону любви. Желание было слишком велико и терпеть его уже не представлялось возможным. Стоило либо оттолкнут, что Владимир делать не желал, либо принять. Юноша вздрогнул, ощутив чужие пальцы, смазанные вязкой субстанцией, касающиеся интимного места. Палец легко проник внутрь, осторожно, на пробу, касаясь нежных стенок. — «Совершенно непостижимое чувство», — думал Евгений, наслаждаясь всем происходящим. Как он мог обидеть такого ангела как Владимир? Совершенно невозможно. Онегин плавно скользнул вверх, целуя тяжело вздымающуюся грудь Ленского. Владимир вздрагивает, когда в него входит второй палец, громко стонет, сжимая заботливо подставленную ладонь Онегина. — Я не отпущу тебя, больше никогда, — шепчет мужчина, оставляя плеяду поцелуев на молочно-белой коже. Владимир мечется под ним, перехватывает губы, настойчиво требует поцелуев. Евгений усмехается, охотно даёт то, в чём нуждается его возлюбленный. — Я уже не могу этого терпеть, — проскулил юноша, отрываясь от горячих губ Онегина. Евгений кивнул, скорее для себя, чем для Володи. Пальцы покинули податливое, но всё же ещё достаточно тугое, отверстие. Ленский недовольно промычал, придерживаясь за сильные плечи мужчины. — Будь осторожен, пожалуйста, — испуганно попросил Владимир, когда головка начала погружаться в его тело, создавая болезненное натяжение. — Конечно, — заверил его Онегин, стараясь удержать себя в руках и не делать резких движений. Он понимал, как это важно для юноши и что его первый раз должен быть незабываемый в плане сладкой истомы, а не болезненных ощущений. Ленский молчал, концентрируя всё своё внимание на проникновении. Евгений остановился на половине, понимая, что, если продолжит, больно будет не только Владимиру. Стоило подождать ещё немного и растянуть юношу как следует. Он подался назад и Ленский под ним задрожал как лист в пору осеннюю на промозглом ветру. Резкий толчок внутрь и Владимир громко вскрикнул, хватаясь за простынь. Постепенно наращивая темп, Евгений силился найти заветный клубок, чтобы доставить ещё больше удовольствия, довести до исступления. Владимир сжимая Евгения бедрами, привлекая к себе как можно ближе, хотя казалось, что это невозможно. Они будто бы сливались воедино, их тела, голоса и дыхание. Беспорядочные поцелуи и касания уже не получалось различить. Евгений поймал нужный угол, выбивая из груди любимого последний воздух. Онегин наваливается, сильнее вжимая юное тело в матрас. Владимир громко стонет под ним, царапая короткими ноготками спину мужчины. Евгений теряет ритм, беспорядочно вбиваясь в податливое тело, шепча неразборчивые обрывки фраз на русском вперемешку с французскими. Оба не вникают в суть сказанного, теряясь между гранями реальности. Владимир задрожал всем телом. Евгений всё понял и впился горячим поцелуем в искусанные губы. Юношу пробила крупная дрожь, между их животами стало липко и влажно. Нескольких движений хватило, чтобы Онегину дойти до пика наслаждения. Мужчина излился на живот Владимира, задыхаясь от переизбытка ощущений. — Люблю тебя, — тяжело произносит Евгений, падая рядом с Владимиром, уложил голову, на грудь юноши и прикрывая глаза. Юноша аккуратно приобнял любимого, так же прикрывая глаза и отдаваясь послеоргазменной неге. — Знаешь, — начал Евгений. — Когда-то я верил, что любовь чёрно-белая, но нет, она золотая, — выдохнул Евгений, зарываясь пальцами в густые волосы юноши. Владимир тихо посмеялся и оставил нежный поцелуй виске мужчины.

Они сошлись.

Волна и камень,

Стихи и проза, лед и пламень…

Александр Пушкин