Походу ты моя карма

Очередной день на съемках без единой передышки, с идеальной осанкой, улыбкой во все тридцать два, с красивым макияжем и укладкой, от которой несло лаком для волос. Думать о скором возвращении на лёд даже не хотелось, особенно когда ничего не получалось. Это был крах для Вали, которая всегда долбилась в одну дверь, пока у нее все не получится идеально. Хотелось все бросить, учитывая то, вернее того, кто занимал все мысли Валентины в последние несколько дней. Бывший и его новый альбом. Спустя три с половиной года та же самая пластинка. Она даже не понимала, рада этому или нет. По крайней мере, от этого альбома ее глаза не выкатились от слез. Если только от того, в насколько красивых строчках она нашла послания себе же. Её голова разрывалась от тонны мыслей, которые менялись со скоростью света. Что, если сама себе все придумала? На тебе свет клином не сошелся, он секс символ страны, что, не может быть другой дурочки, которой он посвятит песни? С другой, почему она чувствует, что они связаны? Ну точно дура.  После того, как они вновь начали переписываться в Телеграме, а потом он и вовсе поздравил ее с днем рождения раньше всех, сердце Вали опять заныло. Как она только не обзывала себя, не вспоминала эти годы терапии у психолога, не вбивала себе в голову то, что только недавно собрала себя вновь по кусочкам, ее чувства к этому парню были выше облаков. Их диалог пустовал уже больше нескольких дней, оба были заняты по самое не хочу, а после выхода альбома затишье как будто стало совсем напряженным и тревожным. С тяжелым выдохом падая на самый удобный в данный момент диван, впервые за часов десять залезая в телефон, Валя смиренно принимает нахождение в глубокой ночи, а после пролистывает не особо важные уведомления, задерживаясь на одном, от вида которого ей даже пришлось сначала сложить телефон экраном вниз, морально собираясь с духом.

💔

— я в Москве

— увидимся?

Валя бы вскочила с места, экспрессивно жестикулируя, пытаясь собраться, если бы не ее менеджер, которая с подозрительно веселым настроем зашла в гримерку, садясь рядом и передавая ей бутылку воды. — Держи. Мне Аля написала, зовет калик подымить, ты с нами? Или домой поедешь, поспишь? Скоро на каток, — блондинка тепло улыбнулась, списывая состояние Вали на большую усталость от загруженности. Брюнетка кивнула, откидываясь на спинку дивана: — Сори, сегодня без меня. Хочу поваляться в теплой кроватке.

Ага. Если только у бывшего, Карнаухова.

— Как знаешь. Ты заслужила, — Катя кивнула, ожидая такого ответа, и вернулась к телефону, что-то печатая и громко стуча длинными ногтями по экрану. — Кстати, там у Егора альбом вышел. Все говорят про тебя. Слушала?       Валя вздрогнула, почти выдавая весь свой спектр эмоций, сдавая себя со всеми потрохами, но ее последних клеток хватило на то, чтобы изобразить недоумение. Егор давно перестал быть запретной темой в ее жизни. Друзья ходили на его концерты, включали его треки, пока ее красили, но этого вопроса она не ожидала точно. — Не слушала. Вообще времени нет в последнее время. — Я тоже не слушала пока. Ну ладно, я поеду уже, ребята собрались давно, меня только ждут. Доберешься? — Да, Саша приедет, — Валя отмахнулась, наклоняясь, чтобы поцеловать уже собранную подругу в щеку, и натянула на лицо улыбку, когда она помахала ей, выходя в дверь. Девушка вздохнула, вновь переворачивая телефон, в котором была открыта переписка с Егором.  v — я только закончила на съемках — заезжай, но имей в виду что я варёная))

💔

— адрес

Отправив ему адрес, Валя уселась на стул за туалетный столик, смотря на себя в зеркале. Такая идеальная, что аж тошно. Отыскав мицеллярную воду с ватными дисками среди кучи косметики своих визажистов, она стерла с лица весь макияж и слегка растрепала волосы, которые держались мертвой хваткой, заставляя голову болеть.  Сердце трепетало. Она так ждала этой встречи с ним лицом к лицу, но одновременно боялась, зная, что им надо будет поговорить. Открыто и серьезно, не умалчивая ни о чем. А еще хуже было думать о том, к чему они придут в итоге. Все варианты были для нее одинаково больными, ведь она совсем не могла предположить, что ее ждет завтра. Но этот момент когда-то должен был наступить, и, кажется, сейчас то самое время и пришло. Бежать было некуда, а ей и не хотелось. Надо было успокоить душу хотя бы ответами на убивающие ее вопросы. А он ей точно на все ответит.

💔

— я подъезжаю)

— выходи

Решительно выдохнув, Валя кинула последний, уверенный взгляд на себя в зеркало, хватая сумочку с телефоном и шагая к выходу из павильона. Здесь больше никого не было, кроме нескольких человек персонала, которые разбирали аппаратуру. Быстро проскочив через бесчисленные коридоры, Валя толкает железную дверь, оказываясь на тёмной улице, где её в нескольких метрах уже ждал высокий силуэт, который она бы никогда ни с кем не спутала, в полностью черном луке, капюшоном поверх такой же черной шапки и такой же черной маской на лице. Она увидела по его глазам, как он улыбнулся, когда ноги автоматом понесли её к Егору, и улыбнулась тоже, не отрывая глаз от его. — Привет. — Поздно здороваться, — тут же съязвила она, вызывая у него смешок, после которого он обернулся по сторонам, уверенно опуская маску с носа и позволяя ей увидеть его полностью. 

Да уж, в Телеге было куда проще.

— Доедем до меня? Надо кое-что из дома забрать, я только с самолета, ничего еще не успел, — Егор решился, кивая на свой припаркованный урус, и Валя послушно кивнула, шагая в сторону машины. — Я думала, ты давно уже здесь… — невозможно было скрыть ее удивление. Только прилетел и уже к ней. Поразительно. Хоть какой-то прогресс в их мертвых и засохших отношениях. Он открыл ей дверь, дожидаясь, пока она заберется на переднее пассажирское, и привычно хлопнул ею, быстрым шагом переходя на свою сторону. Не оставив без внимания то, пристегнулась ли она, а после пристегнувшись самому, он заводит тачку, только потом позволяя себе повернуться к ней. Валя заметила на задних сидениях большую спортивную сумку, убеждаясь в том, что он говорил правду. — Должен был, но решил задержаться в Дубае, позагорать пару дней… Совсем забегался в последний месяц с работой. — Да, понимаю. Я тоже, — она сомкнула губы, замечая при свете в салоне его нереальные синяки под глазами и уставший вид. Черт подери. Что за придурошные у них сходства в этом всём. Хотя на деле они совсем разные. Но при этом одинаковые. Валя еле сдержалась от того, чтобы цокнуть, подумав об этом, и устало откинулась на спинку комфортного сидения, скрещивая руки на груди. Её бы вырубило прямо сейчас, если бы не адреналин и тревога от такого маленького расстояния с Егором.  — Да ты про себя молчи. Куда не зайду, везде ты, — Егор улыбнулся, выворачивая руль. Глаза Вали тут же распахнулись, незаметно переводя на него взгляд. Мило? Да. Очень. — Стараюсь соответствовать своему бьютифул эксу и мозолить ему глаза, чтобы он никогда обо мне не забывал, — бездумно сострила она, ухмыляясь, после чего бывший рассмеялся в голос. Дороги были совсем пустые, к счастью это или нет, пока было не ясно. — Как была язвой, так и осталась. Я тебя щас вообще к Камню отвезу, посмотрим, как запоёшь, — съязвил он в ответ с такой же ухмылкой. Карнаухова надулась от злости. — Иди к чёрту, Эдвард, — она закатила глаза, выкидывая в воздух буквально панч и радуясь своей ответной победе, когда Егор тоже надулся, но не разозлился, что было удивительно для его высочества. Такой настрой Егора безумно радовал Валю. Он помогал ей хоть и ненадолго, но унимать безумную тревогу внутри. А учитывая то, что обычно после перелетов у него всегда ужасное настроение, ей еще повезло. Не сказать, что Егору было совсем спокойно. Решиться на все это стоило ему огромных усилий, о которых он в моменте не жалел. Тянуть эту резину было уже некуда, особенно в обстоятельствах, в которые они сами же себя загнали. Судьба? Космическая связь? Магнитные бури? Да хер его знает, но назад тянуло пиздецки. Как будто этих трех с половиной лет и вовсе не было. Это поражало и пугало одновременно, но эти двое любят рисковать и шатать нервы что друг другу, что себе, только поэтому они сейчас вообще едут в одной машине. Место, в котором проходили съемки Вали, находилось совсем близко к жилому комплексу Егора. Он все еще жил там. Что-то она вообще об этом не подумала. Остановив машину прямо возле подъезда, Егор ловко расстегнул ремень, собираясь выйти, но в последний момент повернулся к растерявшейся Вале, спрашивая: — Может, со мной поднимешься? В плане… Мало ли, тебе тоже что-то нужно, — он прикусил губу, чувствуя приближающуюся паническую атаку от одной только мысли о том, что они могут снова оказаться вместе в этой квартире.  — Да, я… Если честно, мне бы переодеться и в уборную заскочить, — несмело промолвила Валя, впившись ногтями в кожу от волнения. Егор хмыкнул, заметив её явно тугой корсет под не застёгнутой курткой. — Конечно, пойдём. Если бы эти пару минут, что они шли до лифта, а потом ехали в нем до тринадцатого этажа, доверили как-то назвать подросткам, они бы смело сказали «Кринж». Обоюдное молчание, тяжелое дыхание, которое оба пытались скрыть, волнение, руки в карманах и просто нескончаемый поток самых разных мыслей, присущих тревожникам.  Наконец, когда на табло загорелась нужная им цифра, оповещая о том, что лифт приехал, они вышли, по выученному маршруту направляясь к нужной им квартире. Пока Егор поворачивал ключ в замке, Валя боролась с мыслями о том, не совершила ли она самую огромную ошибку в своей жизни, соглашаясь на эту встречу. Но мозг не успел выдать ей желаемого ответа, потому что она оказалась уже за порогом в пользу его квартиры, которая когда-то была их квартирой.  Егор кинул сумку с чемоданом в прихожей, зашагав вперед, к гардеробу. Валя пошла за ним, стараясь не загонять в себя в отсек воспоминаний, который был плотно заклеен, запечатан и закрыт на все замки в каком-то уголке ее головы. Но проходя мимо кухни, что-то её резко остановило, перекидывая в одно из самых жутких воспоминаний, которое ей бывало даже снилось.

...

Февраль 2021 года, ЖК "Фили Парк"

— Не трогай меня! — крикнула Валя, находясь на грани от очередной истерики, которых у нее в последнее время было много. Она сидела на холодном полу, не так далеко от центра хаоса, который они устроили буквально пять минут назад. Егор вздохнул и уселся рядом с ней, звучно соприкасаясь затылком со стеной, — Если так будет продолжаться, мы просто уничтожим друг друга, неужели ты не понимаешь?  — Тебе ведь это нравится, — Крид усмехнулся, устало кивая на кучу осколков от разбитой посуды, которая летала по всей кухне. Валя дрожала от боли. От того, как ей все надоело. Но каждый раз смотря на Егора, понимая, что ему тоже безумно больно, что он старается всё исправить, какая-то невидимая нить просто тянула ее к нему обратно, — Иначе ты бы уже давно ушла. — Так не должно быть, — она резко встала, начиная наворачивать круги по комнате, будто в бреду. Перебирала пальцы рук от нервов, пыталась прийти к чему-то в своей голове. Егор напрягся, — Должно же быть какое-то решение… Какое-то объяснение… Господи, ну почему… Почему мы такие ненормальные?  — Валь… Валя! Блять, там же осколки, ты сейчас порежешься, — Егор тут же оказался рядом с ней, оттаскивая её к себе в объятия, в которых она уже окончательно разрыдалась. — Я устала… Боже, я так устала, Егор. Почему у нас все так? Я хочу, чтобы все закончилось… Чтобы все было, как раньше… — Всё будет хорошо, Валь, обещаю. Клянусь, мы справимся, надо просто это пережить, — Егор повторял все те же слова, целуя ее в макушку, но оба уже меньше в них верили, если вообще верили.  Они были зависимы. Не могли расстаться. Отпустить друг друга. Они оба выступали против любых наркотиков, но им они и не были нужны, у них была своя личная доза. Валя не могла находиться в Хайп хаусе дольше, чем пару дней, её магнитом тянуло домой. К Егору. В это разрушение, в это болото, в котором она просто не могла оставить его одного. Не могла лишить себя этой дозы эмоций, которыми она питалась. Этого адреналина. Страсти. Адской смеси, которая тянула обоих на дно в самую пропасть. Заставляла их страдать и убиваться, а потом остывать, вспоминая о своей безумной любви, которая кружила им голову почти с первой встречи.  Валя чуть отстранилась, бегая уже давно потухшими глазами по лицу брюнета. Её маленькие, потные ладошки сцепились у него на затылке, а после остановились на его щеках. Егор выглядел совсем обессиленным. Таким чертовски уставшим. Выдохшимся. Как только его глаза нашли её в ответ, а после опустились на сухие, потрескавшиеся от стресса губы, он нежно заправил выпавшие прядки тёмных волос ей за ухо, совсем невинно погладив большим пальцем по щеке. Губы Вали приоткрылись от вновь накрывшей эйфории, которая просыпалась с каждым его касанием, заставляла сотню фейерверков взрываться внутри. Заставляла ее хоть что-то чувствовать. Напоминала ей о том, что она жива. — Что мы друг с другом сделали…  Последнее, что она успела прошептать перед тем, как Егор бешеным ураганом накрыл её губы требовательным поцелуем, подхватывая на руки. Валя не могла не поддаться. Не могла не ответить ни на один его поцелуй, какой бы жесткой не была их ссора до, как бы сильно он не наорал на нее после тяжелого дня, сколько бы ужасных вещей они друг другу не сказали и не разошлись по разным комнатам злиться и плакать. Когда-нибудь она это закончит. Обязательно. Уйдет и не вернется сюда, в эту ловушку, которая их обоих сжирала. Но не сегодня, не сейчас и не в эту секунду, когда любимый человек, от которого она так зависима, сажает ее на кухонный стол, наплевательски игнорируя разбитую посуду и кучу ценных вещей, которые вскоре в очередной раз придет убирать его домработница, и целует, не отрываясь, продолжая дарить ей те ощущения, от которых она была без ума.

Помню твои искусанные губы

Что целовали мне о том, что мы друг друга губим

Я засыпал только с тобой, а не твоей фигурой

Я не хочу тебя терять, прошу не будь дурой

Я не хочу тебя менять, пробуй меня понять

Ты снова хочешь оттолкнуть

Пробуй меня обнять

Ты не умеешь доверять, я не умею умолять

И не могу тебя держать

Вернулась.

Сама.

На своих же ногах, спустя годы.

Поразительно.

Резко выйдя из транса воспоминаний, Валя помотала головой, заметив, что Егор ждёт её в нескольких шагах от гардероба, и быстро добежала дотуда. — Возьми, что хочешь, главное, чтобы тебе было удобно, — он кивнул в сторону открытой гардеробной, подарив ей мягкую улыбку, а сам пошел дальше, до спальни, — Ванная сама знаешь где. Можешь заходить в любую, — кинул он на ходу. Карнаухова зажевала улыбку во весь рот, ограничиваясь сдержанной, лишь бы не то что сойти, а не сбежать с ума. Оказавшись в его гардеробе, в котором явно стало намного больше одежды, она схватила первое попавшееся чёрное худи, наконец освобождая себя от этого душащего, но чертовски красивого корсета. Утонув в огромной толстовке с принтом, ощутив в воздухе шлейф его парфюма, она вновь улыбнулась, почувствовав что-то до чертиков родное, и вышла из гардероба, закрываясь в ванной. — Что тебе в итоге надо было забрать? — крикнула она. — Да зарядку. Мне через несколько часов на встречу, телефон почти сдох, а без навигатора я туда никак не доеду. Моя еще в самолете сломалась, я там зарядил, но он опять садится, еще и ни один магазин техники в четыре утра не работает, — Крид закатил глаза, попутно засовывая провод в карман, когда остановился возле Вали, посмотрев во что она переоделась. Одобрительно кивнув ее выбору, он пошел к выходу, нащупывая телефон в кармане. Валя, заметив кучу огромных коробок в гостиной, вопросительно хмыкнула, обращаясь к Егору, когда они уже шли к лифту: — Ты переезжаешь? — Ага. Квартиру недавно купил, только ремонт осталось закончить, — он пожал плечами, особо не хвастаясь. Это было не в его стиле, хотя зная его, его будущее логово явно стоило не меньше сотни миллионов. — Поздравляю, — она улыбнулась, вспоминая о том, какие нереальные эмоции были у нее внутри, когда она купила дом своей мечты. — Спасибо. Давно пора было, как никак, уже не ребёнок.

И за той закрытой дверью

Я оставлю memories

Подожгу свою квартиру

Чтобы ее не открыть

Прыгну в тачку, в пол под 200

Чтоб не смог затормозить

Я боюсь только того

Что я смогу тебя простить

Валя не догадывалась, куда Егор может её везти, но и спрашивать не хотела. Она просто доверилась моменту, когда ее мозг не был забит и загружен, монотонно наблюдая за тем, как быстро за стеклом меняются виды на пустых дорогах, горящих фонарях и светящих билбордов. Через некоторое количество времени припарковав машину на пустующем месте, чему оба обрадовались, они вышли из машины. Осмотревшись в округе, Валю осенило. Воробьёвы горы. И как она сразу не догадалась о том, что он привезёт её именно сюда. 

Мы летим по трассе ночью мимо наших

Любимых районов и рёва машин

Можешь называть как хочешь, делать всё, что хочешь

Но прошу, останься надолго таким, как раньше

Дойдя до смотровой площадки, они облокотились на перила, наслаждаясь полным одиночеством и освежающим ветерком, который развевал их волосы и одежду. Раньше это было «их» место. Куда они постоянно приезжали, чтобы помолчать, или спокойно погулять, зная, что их никто увидит. Естественно, только ночью. День был совсем не для них. И остался. — Не верю, что это происходит, — Егор усмехнулся, чувствуя их физическую близость с Валей, которую ни один из них не решался ограничить хотя бы небольшим расстоянием.  — Я до сих пор жду, пока меня кто-то ущипнёт.  Секунду спустя она почувствовала колючую боль в районе плеча, и айкнула, хватаясь за место преступления, после чего пихнула смеющегося Крида в бок, надеясь, что ему тоже будет хоть немножечко больно, но он даже на месте не качнулся. Она чувствовала себя совсем малышкой, когда он был рядом, и это чувство совсем не поменялось. — Кстати, у меня через год концерт в Лужниках, приглашаю, послушаешь вживую про себя, — Егор ухмыльнулся, кивая на стадион, на который открывался почти что идеальный вид со смотровой площадки. — Обязательно приду послушать пусси бой, — она закатила глаза, выкидывая такую же язву в ответ. — Ну что же ты так, у меня много песен про тебя… — он наигранно расстроился, по-актерски скрестив руки на груди, и фыркнул. — Аквадискотеку ты не поешь вроде тоже, — она демонстративно пожала плечами, чувствуя, как Егору нравится эта язвительная игра. Что-то давно забытое старое, что они так и не смогли воплотить с кем-то другим, — Но так уж и быть, я подумаю… — Такая красивая, — он улыбнулся, придвинувшись чуть ближе, и заправил прядь ее темных волос за ухо. Валя изумленно охнула, не отрывая от него глаз. Он щелкнул ее по носу, как делал это раньше, и Валя поплыла. Окончательно. Ее выбросило в четыре года назад, прокручивая все воспоминания в голове на скорости 2х. Но резкий прилив холодного разума, который вдруг проснулся, заставил ее отпрянуть от него, как от кипятка: — Нет, — Валя отодвинулась, оставляя его в замешательстве, и сделала глубокий вдох, — Я не буду наступать на эти грабли снова, пока не услышу хоть чего-то от тебя.  — Что ты хочешь услышать? Валя вдруг остановилась, не решаясь заговорить и вывалить на него все свои мысли и переживания, о которых хотелось кричать и рыдать. Она прикусила губу, сдерживаясь от слёз, и сделала тяжелый вдох. Так много хотелось узнать. Спросить. Накричать на него, обвинить в чем-то, высказать ему все, включая обиды, но она молчала, почти беззвучно глотая солёные капли. Она знала, что с его стороны всё было так же, но, почему-то, сейчас ей не хотелось в этом разбираться. — Знаешь… Уже ничего. Кроме одного. Правды, Егор, — ее голос надорвался от подступивших слез, — Просто скажи мне, что ты чувствуешь. Что ты чувствовал… Всё это время Мне будет этого достаточно. — Как будто ты не слушала мой альбом. Как будто не знаешь, что я чувствую. И чувствовал, — Егор горько усмехнулся, нервно поправляя шапку, и стрельнул каким-то нежно-тревожным взглядом прямо в её стеклянные глаза. — Мне просто надо было это услышать, — призналась она на выдохе, который был очень облегченным. — Значит, я правда ничего не придумала. — Валь, послушай… Я знаю, что мы это все уже обсуждали, но мне правда жаль. Я не знаю, что мне ещё сделать. Я чёртов трус, это правда, но мои чувства к тебе, это… Что-то просто невъебенное во всех смыслах, и хуёвых, и самых лучших. Я знаю, как тебе тяжело, мне тоже, безумно, всё это и есть самое настоящее безумие, но я правда больше не могу. Не могу и не хочу, — Егор прикусил губу под конец, отворачиваясь и понимая, что он сейчас полностью голый перед ней. Без душащей гордости, которую они оба столько лет не могли перешагнуть. Только он, его душа и истинные чувства. Сердце отбивало удары с незаконной скоростью, пока он ждал её ответа, страшно переживая насчёт него. — Ты сказал… Что я снова хочу оттолкнуть тебя, попросил попробовать тебя обнять, — у Вали дрожал голос и руки, когда она цитировала эту строчку из его альбома, а внутри творилось что-то невероятное, граничащее одновременно с полным разрушением и реконструкцией. Сердце Егора сжалось, будто сейчас разорвется на куски, а его голубые глаза налились слезами, когда Валя крепко сцепила руки на его спине, прижимаясь щекой к его груди, слушая бешеные стуки его сердца, — Я так по тебе скучала… Пожалуйста, не отпускай меня. Больше никогда. Если только в песне с Максим… Егор хохотнул, шмыгая носом от заполонивших его полностью эмоций, и опустил голову ей на макушку, крепче сжимая руки на ее тонкой талии. — Больше никогда. Обещаю. Церемониться он больше не собирался, поэтому через мгновение Валя уже стояла на цыпочках, держась за его шею и отвечая на чувственный поцелуй, чувствуя его руки на их законном месте ниже талии. — Я извиняюсь за то, что прерываю этот ахуительно романтичный момент, но умоляю, погнали перекусим где-нибудь. Я такой голодный, в самолете как всегда еда дерьмо, за что я переплачиваю, просто хуй знает, — Егор возмутился, улавливая её счастливый смешок после своего ворчания. Валя улыбнулась и взяла его за руку, на которой было набито ее имя, а с недавних пор и значок «<3», носящий название целого альбома, который вновь свел их вместе. Хотелось верить, что уже навсегда.

И дважды пытались мы 

Построить мир из нас двоих

Но ты походу моя карма 

И я заплачу 

До сих пор не понял твоих мувов

Но я все прощу.