Высшее по бесологии

— Бро, ты несешь бред, — Леша сидел на своей кровати, опираясь на край матраса руками, смотрел в глаза своему соседу по комнате, — если ты завалишь этот экзамен, то я боюсь представить того задрота, который сдаст. — Лех, ты идешь? — послышалось из коридора — видимо, парни уже были в сборе и ждали только его. Юрка крупно вздрогнул, выронил из пальцев резинку, тут же схватил ее с пола, принялся собирать дрожащими руками волосы. — Пойдем, начинаем опаздывать, — бодро бросил Лешка, поднимаясь на ноги, подхватил с пола свою сумку, сумку соседа сунул ему в руки, чуть подтолкнул за плечи, помогая встать. — Что ты все возишься с этим душнилой? — вместо приветствия бросил Тим, одаривая Юрку мрачным взглядом. — Не твое дело, хочу и вожусь, — чуть слишком резко выдал Леха, копаясь ключом в дышащем на ладан замком комнаты сто тридцать два. Юра выглядел чуть живым. Смотрел на мир невидящим взглядом, бледный, с залегшими под глазами черными мешками. Его пришлось похлопать по плечу, чтоб пробудить от оцепенения и заставить шагать по корридору. Это был последний экзамен их первой сессии, и Лехе хватило, чтоб прочухать схему — Юра готовился к каждому экзамену минимум двое суток без перерыва даже на поесть, вечером приходил к выводу, что готов, а на утро приходил в состояние живой статуи, концентрированной паники. За прошедшие три дня он спал часов пять от силы, и это казалось достаточной причиной этого состояния. Юрка плелся за оравой одногруппников, шумно что-то обсуждавших, не поднимал глаз от пола. Наверное, если бы не парни впереди, он бы не добрался до аудитории — заблудился бы где-нибудь по пути. Эти большие аудитории использовали для лекций и семинаров, проводимых для потоков в полном составе… И для экзаменов, потому что на них зачастую собирался даже не один поток. Сдавали какую-то общеобразовательную дисциплину, и только шагнув через порог, Юра оказался в галдящей толпе студентов всех мастей. На миг это взбодрило его, приземлило, больно ударило о реальность. Из виду пропал и Леха, и его компания, и юноша только и смог, что пройти как можно дальше от начала кабинета, упасть на одно из свободных мест. В ушах стоял неясный гул, перед глазами сгущался мрак… Из темноты его выдерную прикосновение — Леха, падая рядом, то ли случайно, то ли нарочно, врезался в его плечо своим. Юра крупно вздрогнул, повернул голову, несколько раз тупо моргнул. — Земля вызывает Коростелева, — негромно рассмеялся Лешка, помахал рукой перед глазами приятеля, — сейчас начнем уже, — он качнул головой в сторону кафедры, за которой уже стоял преподаватель, призывающий к тишине. Гвалт утих только минуты через три, когда все уселись. Преподаватель объявил время для подготовки — пятнадцать минут и ушел за свой стол. Почти судорожно Юрка достал из сумки тетрадь, с щелчком открыл кольца, чтоб достать листы. — Ты гребаный гений, ты знаешь это? — Лешка повторял это уже не в первый раз, так что теперь Юра знал это прекрасно. Но вот за что удостоился высокого статуса, представлял смутно — экзамен прошел как в тумане, на автопилоте. Из белесой мглы бессознательного с трудом пробиралась информация о том, как он спешно писал на листах ответы на билет Лешки и чей-то еще, как чудом успел подготовиться к собственному ответу… — Я спать, — только тихо выдал Юрка в ответ на все продолжавшие литься из одногруппника благодарности и похвалы. — Да ты чо, мы ж сессию закрыли, надо отметить, — почти обиженно выдал Леха, мгновенно мрачнея. — Во сне отмечу, — покачал головой Коростелев и шагнул в общежитие. Еще одной бессонной ночи его тело не выдержало бы. Из объятий Морфея его вырвал настойчивый стук в дверь. С минуту Юрка лежал неподвижно будто надеясь, что ему приснилось. Стук продолжался, и, бормоча что-то недовольное про ключи, которые его сосед задрал забывать, юноша поднялся с постели, щелкнул замком и уже вернулся было под одеяло, когда его схватили за плечи, ладонью зажали рот, еще две руки сцепились на его запястьях не позволяя дернуться. — Тихо, тихо, все нормально, — прозвучал смутно знакомый голос над самым ухом. — Нам Леха сказал, что если бы тебе не было в комнате, мы тусили бы тут. Так что ты просто прогуляешься с нами до другой комнаты, поспишь там. Сон отступил окончательно. Юрка собрал воедино все свое существо, рванулся, подогнул колени… Его удержали, подхватили под ноги, поднимая над полом. — Да не рыпайся ты, — рыкнул другой голос, пахнуло перегаром. — Сказано же, ничего мы тебе не сделаем. Юра извивался как мог — его тащили куда-то по темному коридору, по лестнице — вниз, в промозглую темноту. Опустили на холодный пол, и раньше, чем он успел вскочить, хлопнула, закрываясь, дверь. Сердце зашлось в бешеном ритме, закололо под лопаткой. — Эй! — как-то бессильно выкрикнул Юрка куда-то в потолок, — выпустите меня! — его голос заскакал между стен, оглушая. Никто не отозвался. Юноша глубоко вдохнул, закрыл глаза, медленно выдохнул. — Без паники, — приказал он себе, вытянув руки вперед, двинулся в сторону, где хлопнула дверь, обо что-то споткнулся, с трудом удержался на ногах, наткнулся ладонями на холодный металл, нащупал ручку, нажал… Заперто. — Без паники… — повторил Юра, но руки, ощупывающие стену вокруг двери, предательски дрожали. Выключатель нашелся не сразу, сверкнул искрой, щелкнул — и комнату залил свет. Нестолько секунд Юрка щурился, привыкая, прежде чем оглядеться. Подвал. До этого можно было догадаться и в темноте — единственное помещение в общежитии с металлической дверью, и дверь эта не открывалась изнутри. Захотелось кричать. Юра отпустил себя, со всей силы ударил обоими кулаками по металлу двери, прокричал что-то невнятное, снова ударил, заколотил уже без какой-то цели. * * * В сто тридцать второй смеялись, общались, пили, играла музыка и хрустели, сталкиваясь, пластиковые стаканчики. Даже вечно недовольная комендант закрыла глаза на шум. Леха чувствовал себя здесь, в самой гуще пьющей и гуляющей толпы, на своем месте. Здесь никто и не подумал бы оскорбить или унизить его, каждый был рад его компании. И Леха не отказывал себе в удовольствии — пил, шутил и смеялся, не отставая от остальных. Он схватил первый попавшийся мобильный с тумбочки, чтобы просто посмотреть время, но глаз зацепился за заставку — стоящий посреди поля спиной к камере мужчина со снайперской винтовкой в руках. Эту фотографию Юрка со страшным трудом выпросил у какой-то своей знакомой, работавшей в военном журнале. Пазл в голове перестал складываться — уйти ночевать в другую комнату, оставив телефон тут, Юра точно не мог. Тима он выцепил из толпы быстро, вышел с ним в коридор. — Вопрос на засыпку, — язык плохо слушался, а на лицо все лезла предательская улыбка, но Леха искренне старался придать своему тону серьезности. — Куда Юрец делся? — Я ж сказал, — Тим откинулся спиной на стену, скрестил руки на груди, — в другую комнату спать пошел. — В какую? — Лешка нахмурился. Врал его собеседник наипаршивейше. — Слушай, чо ты прикопался? — вдруг с вызовом бросил Тим, — не станется ничего с твоим дорогим зубрилой. Мы с ним пообщались, и он согласился освободить нам пространство. — В какую комнату он ушел спать? — с нажимом повторил вопрос Леха, делая шаг ближе к приятелю. — Тебе не похуй? — Тимур оттолкнулся от стены, но почти тут же был впечатан в нее обратно — Лешка схватил его за грудки, навалился всем своим небольшим весом. — Куда ты его дел, паскуда? — прорычал юноша сквозь зубы, едва не касаясь чужого носа своим. * * * — Не стучи, здесь тебя не услышат, — прозвучал пугающе спокойный голос откуда-то из недр подвала. Юра судорожно обернулся, вжался лопатками в холодный метам двери, шаря глазами по стеллажам, заваленным всякой всячиной. — Не боись, ничего я тебе не сделаю, — снова заговорил некто, кого все так же не было видно. — Расслабься, выбраться отсюда самостоятельно невозможно. Придется ждать кого-то, кто про тебя вспомнит, — голос звучал насмешливо. — Ты кто? — негромко бросил Юра, бессильно оседая на пол. — Меня Денис зовут. Я тут живу, — чуть снисходительно проговорил его собеседник, и из-за стеллажа вдруг показался юноша, нездорово бледный, очень худой, с вымученной улыбкой на губах. — Будешь моим сожителем? — В смысле?.. — Юрка плотнее прижался к двери спиной. — Ну как… — тоном, будто его спросили, почему дважды два — четыре, протянул Денис, — если тебя к утру не заберут, это место сожрет и тебя. Будем тут жить вместе, не так скучно будет, — он солнечно улыбнулся. — Я так давно ни с кем не общался, ты даже не представляеть, — затараторил вдруг он, — я тебе тут все-все покажу, тебе понравится. Тут раньше были еще двое — парень с девушкой, думали, смогут тут беспалевно потрахаться, а дверь захлопнулась, — юноша заливисто рассмеялся, — ну и застали они тут рассвет. С ними весело было. Они как освоились, мы много развлечений придумали, вот ты обратишься — все тебе расскажу, скучно не будет… — Не надо, — тихо попросил Юра, весь сжался, будто в надежде стать невидимым, — я не хочу тут оставаться… — Да ладно тебе, повеселимся, оставайся, — почти взмолился Денис, — до рассвета еще пара часов, успеешь смириться. — Я не хочу, — в панике зашептал Коростелев, не смея отвести взгляда от приближавшегося собеседника. Над его головой щелкнул замок. Юра вскочил, обернулся на распахнувшуюся дверь и выдохнул с облегчением, когда увидел замершего на пороге Лешку. — Как же ты вовремя… — не в силах сдержать улыбку, Юрка уронил голову на грудь, тихо рассмеялся. — Пойдем, — ничего не значащим тоном позвал Леша, и Юра с трудом сдержался, чтоб не броситься его обнимать. — Пойдем, — только тихо согласился он, чуть заметно улыбнулся, скользнул за дверь подвала в неверный полумрак общажных коридоров. — Ты как? — негромко спросил Лешка, глядя на приятеля как-то задумчиво-тягуче. — Отделался легким испугом, — усмехнулся Юра, оборачиваясь на него, и замер в ступоре, теряя улыбку. У Лешки кровь шла носом и из разбитой губы. В темноте подвала этого видно не было, но тут она отблескивала рубином, пугающе яркая. — Что случилось? — вмиг севшим голосом пробормотал Юрка, подходя к приятелю совсем близко. — Ничего, все в порядке, — покачал головой Леха, хмурясь, — пойдем спать… — он оттолкнулся от стены, на которую опирался плечом, пошатнулся, с трудом удерживая равновесие. Абсолютно рефлекторно Юрка поймал его под локоть, не позволяя упасть, молча придержал, шагая в сторону что тридцать второй комнаты. — Не запрокидывай голову, — только тихо попросил Коростелев, когда Лешка попытался поднять взгляд к потолку. — Отстираем потом твою кофту. — Я испугался… — чуть слышно, очень доверчиво протянул Леха, как только за ними закрылась дверь общажной комнаты. — Мне Соня из журналистов рассказала, что тут в подвале если… до этого… востока… тьфу… — он замолчал, провел ладонью по лицу, запрокинул голову. — Говорю же, не делай так, у тебя кровь носом идет, — очень терпеливо попросил Юрка, — сядь, пожалуйста, и вперед наклонись. Лешка даже не задавал вопросов — в пьяной голове они не формулировались — только послушно повалился на свою кровать, оперся локтями на колени и, взяв из рук друга салфетку, прижал ее к носу. — Я говорю… Из подвала если до этого… ну… До рассвета не выйти, там можно навсегда остаться… — Лешка продолжал бороться с непослушным языком, наклонившись глубоко вперед, глядя куда-то в пространство между своих колен. — Я знаю, — тихо ответил Юра, опустился на пол перед ним, заливая спиртом ватный диск. — Спасибо тебе… — он аккуратно коснулся чужой губы ватой, обеззараживая ранку. А за окном уже вовсю алел рассвет, окрашивая небо рубиновым цветом капавшей на пол крови…