Любовь на льду

Мы познакомились на льду. Она крутилась, выполняла свои трюки и выглядела как прекрасный белый лебедь. Её блондинистые волосы обрамляли лицо и показывали всю его красоту. Вместе с коньками она сплелась в тандеме, и я подумал, что она в них родилась. Серьезно, чтобы так кататься и держаться на коньках, как по мне, нужно с ними родиться.      Я стоял как околдованный. Прижался к борту и не мог оторваться. Она же меня не замечала. Крутила свои аксели с тулупами и ни на что не отвлекалась. Плечо уже начало болеть от тяжеленного баула, но я не уходил. Лишь смотрел на неё.      Закончив свою тренировку, эта красотка пошла к выходу со льда и заметила меня. Остановилась за бортом и не отрывала глаз с моей фигуры, как я пару мгновений назад.          — Привет. – застенчиво поздоровалась со мной фигуристка. И, кажется, вся её уверенность, которую она мне показала, покинула её.          — Привет, я Ярик. – я протянул ей большую ладонь, и она вложила в неё свою, которая была в несколько раз меньше моей.          — Саша. – и она ослепила меня своей улыбкой. – Ты хоккеист?         — Да. – я подтянул лямку баула, что начала слазить с плеча. – А ты фигуристка?         — Какой ты наблюдательный. – смеется. До чего же прекрасна. – Как видишь. Готовлюсь стать олимпийской чемпионкой.         — Уверен, у тебя это получится. Никогда ранее не видел настолько красивых и талантливых фигуристок.         — Смею предположить, что их ты в своей жизни видел мало. Но спасибо. – вновь показывает мне свою улыбку, и я понимаю, что удача на моей стороне.      В тот день я проводил её до дома. Мы много смеялись, дурачились. И как только мы дошли до подъезда, она дала мне свой номер. Взяла мой мобильник и записала себя «Сашенька» с просьбой не менять. Что ж, принято.      Придя домой, мы переписывались всю ночь напролет. Она рассказывала мне про фигурное катание, а я про хоккей. Тогда я чувствовал её улыбку через экран. Я точно знал, что сделаю её своей. Рано или поздно.      Сашенька пришла на мою следующую игру. Мы проиграли, потому что весь матч я смотрел на неё. Команда долго злилась на меня, но, узнав причину, они слегка расслабились и даже начали шутить. А на душе у меня разливалось приятное чувство. Чувство счастья.      Я защищал её от навязчивых парней, провожал до дома каждый вечер и смотрел на неё каждую тренировку. Приходил после своей на лёд, а она всегда была там. Отдельно от всех летала по льду, выполняла трюки. И тогда я уже видел в ней олимпийскую чемпионку.         — Ты достойна всех медалей и наград, Заяц. – это прозвище я придумал ей, узнав, что она Зайцева.      На эти слова она хоть и закатывала глаза, но всегда дарила мне улыбку, а я отвечал ей тем же.      На Олимпиаду она не попала. Заболела и не смогла полететь. Долго плакала и не выходила из дома. Каждый день я приходил под её окна и пел песни. Не рисковал приходить к квартире и точно знал, что мои неуклюжие попытки в пении она слышала в приоткрытую форточку на третьем этаже.       На пятый день она наконец-то вышла ко мне. Забрала горький шоколад из моих рук. Я носил плитки этого лакомства каждый раз и знал, что она его любит. С такой диетой Сашенька не ела сладкое, и выход был только в горьком десерте. Я уж было подумал, что она поблагодарит и уйдет, но вместо этого Саша подошла поближе и, встав на носочки, быстро поцеловала меня в губы. Тогда я растаял.      С того дня мы не расставались. Постоянно были вместе и даже съехались. Когда она приходила с университета, я уходил в Ледовый, а приходя домой вечером, меня встречал вкусный ужин и не менее вкусная Сашенька.      Безусловно, как и в любых отношениях, у нас были ссоры и разногласия. Но все это быстро решалось. Я мог все еще злиться, но когда она приходила ко мне в гостиную и, обнимая за шею, прижималась, раздражение уходило тут же. Злиться на неё долго невозможно.      И вот сейчас, пройдя весь этот путь, мы стоим друг напротив друга перед родственниками и даем клятву. Я на её пальчик кольцо одеваю и вижу, как она плачет. Без раздумий целую в оба глаза, стараясь не смазать красивый макияж, который ей все утро делали визажисты. Смотрит на меня своими красными от слез глазами, и я смеюсь. Знаю, что получу от неё подзатыльник, но это будет потом. А сейчас я прижимаюсь своими губами к её и нежно целую.         — Люблю тебя, Заяц.      И всегда буду любить свою Сашеньку.