Ядовитые Забавы

— Дура ты. Что я ещё могу сказать? Прямо, безжалостно и по существу. Имеется у всех адвокатов свой фирменный стиль общения с постоянными клиентами. Морщусь и согласно киваю, пока Рокер подливает нам ещё вина в кофейные чашки, затем прячет бутылку под стол. Неприлично открыто распивать алкогольные напитки в полдень. Мы всё-таки не праздные олигархи или бандиты. — Нет, надо же было согласиться на эту аферу… да и ещё с минимальнейшей выгодой! Конфетки хоть дадут, мартышка? — продолжал издеваться друг, сделав аккуратный глоток вина и облизнув тотчас губы. — Ну тебя, блин. — Я насупилась, сложив руки на груди. — Анфиса должна за всё заплатить. Рокер со стоном уронил голову на руки. Его темные кудри затряслись от истерического смеха. — Господи боже, за что ты так со мной? Послал в партнеры эту клушу злопамятную, а? — Протерев покрасневшее лицо ладонями, он надел обратно очки. — Давай-ка вместе подумаем и подсчитаем. За три года брака с Домом: сколько мы заработали? — Семь миллионов евро. — Про яхту и цацки не забудь. — Щелкнул пальцами Рокер. — Могли бы ещё получить примерно столько же, не реши ты вдруг порвать с Константином Артюхиным и вернуться в Россию с Вершининым. Хотя, у нас с тобой уговор был, что ты остаешься в Европе до конца этого столетия. Тем не менее эти деньги мы потеряли. — Нам было уже небезопасно оставаться в Монако, — прошипела я. — У нас с тобой вообще небезопасный бизнес, Марина! — гаркает Рокер, поднявшись с кресла и оправив темно-синюю жилетку. — Мы могли бы заработать на партнерах Вершинина и поработать с их женами и любовницами, но ты выбрала месть! Чего же ты теперь удивляешься, что и Пчёлкин захотел тебе такой же монетой? Я тоже вскочила со своего места и встала напротив него, упирая руки в стол. Злость лавиной накрыла меня с головой, требуя защитить себя. — Не смей меня равнять с ним! Ты сам знаешь, что не появись эта тварь в моей жизни, я бы никогда даже не влезла в эти аферы. — И тем не менее ты быстро наловчилась. — Рокер с издёвкой глянул на мои серьги из белого золота с бриллиантами. — А знаешь почему? Тебе нравится быть в эпицентре потоков больших денег! — А кому это не понравится?! — заорала я, швыряя в него папку. Рокер стремительно пригнулся, давая той вмазаться в светло-серую стену. — Я была простой девчонкой и мечтала о своей маленькой кафешке, мать твою. И всё, никаких больше понтов! Конечно, то, что ты мне предложил — вскружило потом голову. И я… боже, да просто надеялась, что в его жизни всё будет, куда лучше. Высказав всё это, рухнула обратно в кресло и махом допила вино из чашки. В уголках глаз появились слёзы, которые быстро сморгнула и шмыгнула носом. Горечь осадком осталась в самой глубине души. Стыдно признаться, но это было правда больно. Увидеть, как твоя самая большая жертва — стала пустой. Все эти годы я так сильно скучала и верила, что у моего лучшего друга всё-всё будет хорошо и складно. Что у человека, которого так сильно любила, найдутся силы выкарабкаться из пут преступного мира и стать кем-то достойным. А сейчас этот отморозок просто выдумал условие, чтобы насолить мне. Показать, где моё место. Рокер со вздохом взял бутылку и посеменил ко мне. Обновив напиток в моей чашке, он подкатил своё кресло и плюхнулся рядом. — Извини, Марин. Со временем просто стирается то, как всё начиналось, — говорит он, ослабевая темно-бордовый галстук на шее, а затем закидывая руку мне за голову. — Сам же тебя, малохольную, прикошмарил к этому миру. — И за это я тебе благодарна. Иначе ходить мне с отрезанными сосками в районе Красных фонарей, — горько хохотнула я. — А вообще да, я молодец. Создал такую конфетку, — тут же важно приосанился Рокер. После подвинул средним пальцем очки и цокнул языком. — Хотя, внутри ты всё та же нахальная девка. — А ты всё та же очкастая дотошная свинья. Мы оба прыснули со смеху и, чокнувшись чашками, выпили ещё вина. За столько лет, как только мы не ругались, не проклинали и не клялись непременно кинуть друг друга. Но, к счастью, остались с носом, пока только наши жертвы. Через пятнадцать минут мы допили вино за воспоминаниями о том, как Рокер пробовал себя в роли жигало для одного старпера. Я тогда была впервые куратором операции, пока Гордеюшка обольщал престарелого британского лорда. Хотя, и немного ущемилась, ибо моё декольте и нежный голосок оказались сокрушены стыдливо алеющим личиком Рокера. — Мила, — проговорил севшим от смеха голосом мужчина в динамик, — принесите нам ещё одну бутылочку вина и сырную тарелку. — Гордей Наумович, тут такое дело… — Меня сегодня ни для кого нет. Я бухаю на Кипре, — быстро отсек он, уже снимая галстук под моим лукавым взглядом. — Что? Я не могу отдохнуть, что ли? Тем более ничего важного сейчас нет. — А я-то думаю, с чего он вдруг тут расщедрился и выделил мне время? — рассмеялась я, принявшись обмахиваться какой-то папкой. — Кстати, скажи честно: тот лорд хорошо целовался? Опыт даёт о себе знать? Трезвый Рокер обиделся бы конкретно, но вот пьяный начал просто бесконтрольно ловить «ха-ха». Из-за моих подколок его бросила девушка, решившая, что мы оба — ассоциальные извращенцы. Ну ее, тоже. Гордей достоен большего все равно, чем пафосная фифа. — Марина, блин! — приглушенно воскликнул он, не поднимая головы от стола. — Меня уже столько лет мучает этот вопрос, Гордей. Так как это было? — шаловливо прищурила глаза я. — Классический трепетный чмок или слюнявое торнадо с применением язы… — Кхе-кхе! Рокер перестал обниматься со столом и поднял голову, а после удивленно моргнул. Н-да. Тайна века — останется навсегда ею для меня. С сердитой физиономией повернулась лицом к двери. Пчёла, Паша и Митя стояли на входе, последние так вообще с восторженным вниманием смотрели на нас. Да нет, глюки какие-то. Мальчики у папы должны быть, а Пчёлкин ну это… летать по своим делам. Зажмурилась и потрясла головой, даже похлопала ладонями по щекам. Чур меня, чур! — Да ничё тебе не кажется, Киса, — уставшим голосом поведал мне Пчёла. — Здесь мы, всей компанией. И эта женщина ещё мне говорила о вреде алкоголя. Перестала хлопать себя по лицу. Секунду другую поразмышляла, как это выглядит со стороны. А следом пришло принятие, что совсем не солидно. — А это… гимнастика для лица, чтобы кровь прилила и морщин не было. Современная косметология, — открыв глаза, заявила я и показательно средним пальцем прошлась по центру лба. Мужчина закатил глаза, но продолжал молчать, давая мне в полной мере выступить. — Вас как сюда надуло? Да ещё и троих сразу. — Нас скрутили и похитили. Выкуп пришел просить, — жалобно выдал Паша, а Митя тяжело вздохнул и качнул мне отрицательно головой. — Ну, удачи тогда похитителю. Обратно примем только за солидное вознаграждение, — спаясничал Рокер, что тоже быстро протрезвел и сразу заслужил два неприязненных взгляда. Друг совершенно детей не любил, да и мальчики отвечали такой же ему взаимностью. Поэтому между ними установились уважительные, но достаточно прохладные узы. У меня приподнялись брови на это. А что ещё я могла сейчас сделать? Мальчикам хотелось дурачиться, Рокеру тоже вылить свой негатив за вмешательство в его кабинет. А вот насчёт Пчёлкина — уже непонятно. Но неспроста сюда приехал с ребятами. А значит что-то случилось. Я поднялась с кресла и пару раз хлопнула в ладони, чтобы мальчики перестали ругаться с другом. Пчёла с небольшой благодарностью посмотрел на меня, когда наступила тишина. — Гордей, мы займем твою переговорую, хорошо? — произношу я, закатывая рукава своей блузки бутылочно-зеленого цвета и кинув просящий взгляд на хозяина офиса. Сложив руки на груди, Рокер кивает. — Подойдёт? — Да. — Пчёла отходит на шаг в коридор. Паша с Митей переглянулись между собой. Чёрт побери… всё-таки опять что-то начудили! — Мы с вами, — заявляет Паша. — Нет! — в один голос воскликнули мы с Пчёлой. — Здесь остаётесь, — строго уже сказала я и направилась к двери. Витя отступил ещё на шаг, пропуская меня в коридор, и закрыл дверь за нами. Обогнув приёмную с секретаршей, поздоровалась со стажирующейся рыженькой студенткой юрфака (кажется ее зовут Лариса) и открыла первую дверь от себя. Мне жутко претила атмосфера офиса Рокера. Здесь было темно (и дело не только в расположении теневой стороны), холодная голубовато-серая расцветка добавляла дискофорта, как бывало, когда попадаешь в больницу. Даже цветов не было, но друг предпочитал, чтобы всё было практично и без излишеств. Оказавшись в переговорной, подождала, пока Пчёла бросит своё пальто на стол, подвинет пепельницу и займёт одно из кресел, обтянутых серой кожей. Я не стала присаживаться, намереваясь отделаться пятиминутным разговором. — Что случилось? — спрашиваю я. — Тебе не кажется, что за детьми надо лучше присматривать? Или это не входит в список твоих обязанностей? — протягивает он, крутясь в кресле. — Предположим задел, предположим мне не пофиг на твои советы. Ответь нормально, иначе спрошу у мальчишек, — сурово сказала я, смерив его раздраженным взглядом. Мне не хотелось выносить личное в дела, задевающие хоть как-то моих детей. Да и сам Витя мог дождаться любого другого дня и там уже всё расписать, но медлить по какой-то причине не стал. Пчёла растянул губы в улыбке, и да… всё-таки рассказал. Не спеша, но с чувством, а также подробно, вплоть до вполне узнаваемых фраз моих детей. А я слушала, не перебивала ничуть даже, а ещё сатанела с каждой секундой. — Нет, я понимаю, что европейское воспитание немного наложило свой след о наивности мира. Только это Россия, и ты сама знаешь, что бывает за такое с детьми, — серьёзно говорит Пчёла, не спуская с меня тяжёлого взгляда исподлобья. — Ладно, если бы стащили, хотя бы, ножик. А это пушка, Кис, причём с патронами. — Обещаю, они тебе всё вернут сейчас, — выпалила я, а после протянула руку в его сторону. — Одолжи ремень на пару минут. Уже настороженно мужчина покосился на мою ладонь и даже потушил быстро сигарету. А я… да предохранители у меня конкретно полетели! Не так их воспитывала, что те и пистолеты воруют, да ещё и ультиматумы ставят взрослым людям! Ну, им сейчас устрою. Подзатыльников было им мало, а их оказывается драть надо, как сидоровых коз. Испорченные мелкие хамы, которые совсем не думают о своей безопасности! О-о-о, так стыдно мне ещё давно не было. В особенности, особую перчинку в этот адский кекс добавляло то, что такую весточку принёс ещё и Пчёлкин. Урою, просто закопаю их. — Кисина, не газуй, — приподнялся с места Витя. — Ты им просто объясни, чё к чем… Марина! Пчёлкин перехватил меня за локоть, но я лишь стряхнула его руку с кличем: — Руку прочь! Отгрызу! Стащив со своих брюк ремень, захлопнула прямо перед носом Пчёлы дверь и побежала обратно в кабинет Рокера. Всё, роль докладчика Витей успешно исполнена, так что в игру вступает палач! Мила со стажёром отпрянули в сторону от моего воинственного вида. Впервые в жизни ощутила себя Тарасом Бульбой в полной мере. Мальчики при моём появлении вдвоём поднялись с дивана и начали отступать. Уже все поняли! — Мам, ты толькой не психу… А-а-а-а! — Вы чё устроили? Это что за позор года?! — орала я, бегая за ними и пытаясь достать ремнем по их мелким подлым задницам! Те ещё специально опрокидывали мне под ноги стулья и кресла. — Почему меня люди по городу ищут, чтобы пожаловаться на вас?! — Он же сам нам скрутил уши! — крикнул Паша, перекувыркнувшись через стол Рокера. Друг же вообще предпочёл молча наблюдать за процессом воспитания, стоя у окна и попивая новую порцию вина. Кажется, я теперь начинаю понимать его позицию «без детей». — Так я вас знаю, было же значит за что! — взвилась я, расхаживая у стола, пока мальчики тоже кружились у него. — Нет, вы хоть соображаете чё вы сделали? — Себя защищали? — А ну идите сюда, защитнички! Естественно, никто ко мне не пошёл. Такой каруселью мы и бегали вокруг стола, пока я, подобно ковбою с плетью у стада, пыталась достать до них. Но и Паша с Митей уже сумели набить опыт в бегах под названием «делай ноги от мамы». Выдохшись под конец, остановилась. Волосы прилипли к лицу, а сердце утробно билось в груди. — Вы же не только себя опозорили и меня заодно, но и подвергли опасности. — Я уперлась одной рукой на стол, а вторую уткнула в талию, пытаясь отдышаться. — Как бы вам человек взрослый не нравился или вы с его действиями не согласны, но это не значит, что его нужно как-то наказать, Паш, Мить. Он — старше вас и за дело уши скрутил, раз уж на то пошло. Надо уважать людей и их имущество. Но люди бывают разные! Ладно, что вы сегодня наткнулись на Виктора Павловича, а не на кого-то другого. Другой человек мог вас куда хуже наказать, убив, избив до полусмерти или похитив. Я думала, что вы это понимаете. Вернув свой ремень на место, упала без сил в кресло. Я не стала делать сильного акцента на пистолете и последствиях, так как моя тирада касалось любых вещей и людей. Конечно, мальчики ничего злого не хотели сделать, но они должны понять, что их поведение было как минимум глупым. Раздался треск молнии на рюкзаке. Паша вопросительно покосился на Митю, но тот только серьезно кивнул. Вскоре в его руках показался пистолет. Оба неспеша поплелись к двери, возле которой уже выросла фигура Пчёла. Даже не хотелось думать, сколько он там стоял, чтобы увидеть, как я истерила с ремнем, а мальчики бегали от меня, как кролики. — Простите, что взяли без спроса… — начал Паша и протянул оружие мужчине. — Украли, — поправил его Митя, а затем достал из кармана брюк обойму. — Вот, и это возьмите. Мы же не совсем дураки, чтобы ходить с пушкой полной патронов. Я издала нервный смешок, уже догадываясь откуда они этой информации понахватались. Мой третий муженёк, чтоб ему пусто было, обожал оружие. Ну, хоть меры предосторожности были соблюдены. — И простите, что сбили и испортили прекрасный торт вашей жены. Мы не хотели, но в угаре нашего максималистского детского веселья не восприняли ситуацию всерьёз, в ходе которой вырос этот конфликт, — продолжил Паша, откидывая чёлку с глаз. Жена? Ах, точно. Пчёла рассказывал, что мальчики влетели в него с девушкой. Просто Паша с Митей на моём примере считают, что с женщиной должен быть её муж только. — Можно было бы и попроще, — усмехается Пчёла и резким движением вставляет обойму обратно, а затем прячет пистолет в кобуру сзади. — Ладно, забыли. Не из обидчивых. Но правда, пацаны, будьте осторожнее. Ваша мама права. — Знаем, — кивает Митя, покосившись виновато на меня. — Обещаем, что такого больше не повторится, — отвечает Паша. Когда обмен мужского и крепкого рукопожатия в честь перемирия закончился, я поднялась с кресла и взяла с дивана сумку с пальто. Рокер же тем временем углубился в какие-то бумаги, что ему принесла пышногрудая Мила. — А теперь марш в машину к дяде Сене. Никакого вам сегодня ресторана. И да, месяц нарядов вне очереди, — все таким же стальным голосом сказала я. — Заслужили, — вздохнули они. Мальчики коротко попрощались с Рокером, Пчёлкиным и секретаршей, а затем побежали прочь. Что ж, справедливость была восстановлена, можно и домой отправляться. Я быстро нацепила пальто на плечи, а затем обмотала шею шарфом. В ближайшие две недели у меня будут образцовые детки. — Что за наряды? — полюбопытствовал Пчёла, следуя за мной. Я с деланным изумлением оглянулась. — Так ты ещё здесь! Какой сюрприз. Думала, что ты с пестиком уже на пути к пацанам. Кстати, смотрел бы лучше за своими вещами. Не пришлось бы разъезжать по городу в поисках справедливости. — А я всё гадал, когда и в меня полетят тумаки? — со смешком протягивает мужчина. Я хмыкнула и пошла быстрее. Но на лестнице Пчёла уже поравнялся со мной. Стук каблуков и ботинков эхом разносился по помещению, отчего становилось ещё неуютнее. Благо, пост охраны виднелся в двадцати метрах от нас. Разговаривать с Витей совсем не хотелось. Слегка ёжусь от его близкого присутствия. Так непривычно находится рядом спустя столько лет и видеть его в таком амплуа. Украдкой из-под ресниц наблюдаю за ним. Несмотря на уставший вид, выражение его лица оставалось уверенным, но пара морщин возле глаз уже появилась. Сейчас Пчёла зачёсывал волосы назад, из-за чего выглядел строго и более представительно. Если раньше я дразнила Витю тем, что ему нужно подстричься, то теперь мне стало грустно, что нет тех больше волнистых чудесных прядей. — Даже ничего не скажешь больше? — нарушил тишину Пчёла, спустя тринадцать ступенек. Да, я считала. — Давай, Кис. У тебя же всегда есть, чё сказать. Пришлось оставить воспоминания и сосредоточиться на реальности. Былого уже не воротить. О нет, милый мой. Прошли уже те времена, сейчас я буду всё показывать делом. И начнётся всё в офисе, а пока — наслаждайся последними спокойными минутами. Но и разочаровывать человека нельзя. Всё же так и ждёт от меня «доброе словцо». — А что ещё сказать? Что ты — мстительный омерзительный скунс? Или что твоя выходка в «Тени Кардинала» — феерия глупости? Выбирай, — снисходительно улыбаюсь я. — Ну, почему же? Вершинин согласился, — ответили мне равноценным оскалом. — Кстати, всё хотел спросить, кто кого бросил? — В смысле? Остановившись на предпоследней ступеньке, уже прямо посмотрела на Пчёлу. Сам он уже спустился с лестницы и тоже остановился напротив меня, пытливым взглядом льдисто-голубых глаз впиваясь в моё лицо. — Ну, ты мужа кинула или он от тебя удрал. Давай по секрету. Едва не ляпнула: «какой именно?» Но полагаю лучше ему не знать о такой части моей жизни, как и мне о его. — Просто не сошлись характерами. Такое бывает, — пропела я, спускаясь вниз. Подумав, добавила: — Не понимаю только одного: зачем тебе, взрослому мужику, издеваться над бедной разведенной женщиной с маленькими детьми? Судя по всему, у тебя и невеста имеется. Где же жалость в этом черством общедоступном сердце? Я упёрла палец в его грудь, поднимая на него весёлый взгляд. Пчёла скинул с себя мою руку и отошёл на пару шагов, бросив: — Какая ещё жалость? Ты работаешь на нашего главного конкурента. Или ты не знала, что твоё начальство занимается ещё теневым бизнесом? — Да ты что? — Округлила глаза я, вот только голос оставался полон сарказма. — Так надо было брать Льва в услужении, а не несчаст… — Заикнёшься ещё раз «про бедную мать» и твоя работа на новом месте станет сразу неприятнее раз в сто, — обрубил он, смыкая грозно брови на переносице. — Хотя, в твоем комфорте смысла нет. Ты и так дорого обойдешься. Сколько раз я слышала эту фразу. Если бы мне за неё ещё и платили, то давно была бы богаче Вершинина. Но нет, мне определенно начинает нравится эта игра «давайте задавим помощницу высокородного гада». Возьми меня Лёва за красивые глаза на должность, то я бы испугалась даже. Да, весельчак и главный бабник нашего района, Витя Пчёлкин изменился. И немудренно с подобным образом жизни, но, как и любой заматеревший мужчина у власти, он не учёл одного — другие тоже склонны мутировать со временем. — Лучше бы вы нашли иного инвестора, чтобы пободаться, — заглянув ему в глаза, честно ответила я. — А тебе я не по зубам, Витюш. Только время и деньги потеряешь. — Не суди по себе, Мариша. Знаю я эти дорожки, уже бывал и всё изучил, — пройдясь по мне насмешливо-оценивающим взглядом, двусмысленно говорит Пчёла и щелчком пальцев отбрасывает мой локон назад. — Ничего особенного. За живое всё ещё пытаемся задеть. Ну-ну. — Так и я тоже бывала. На экскурсию сходила, магнитик купила, а вот разочарование так и осталось. Гид попался фиговый, — ласково отпарировала я. — Да что там говорить? Любитель среди чайников. Один захудалый маршрут для каждого туриста составил, наверняка. И так из года в год по нему, горемычному, тащит всех. — Вот значит как, — с угрозой в хрипловатом голосе выдохнул Пчёла, сжимая рукой гладкую поверхность перилы. — Да, так, — вскинула нагло подбородок я. Если раньше Пчёла смотрел на меня с арктическим холодом в глазах, то сейчас его глаза полыхнули жаром. Губы мужчины подёрнулись в коварной полуулыбке. Не прощаясь, махнула волосами и царской походкой последовала к выходу. Гордость, гордость и ещё раз только она стала падением многих империй и поражений. Кто ею заражён уже на грани. Но, как бы там ни было, ничто мне не помешает поиграть на греховных склонностях друга детства и перевоситать. Зря я, что ли, на протяжении восьми лет исповедовалась каждую неделю в церкви Сент-Трините, постилась и даже помогала святому отцу Иустину кормить бездомных? Мне за это обязаны там наверху хоть в чем-то помочь.

***

Спустя пару дней сделка состоялась. К счастью, на ней мне не довелось побывать, ибо нужно было успеть переделать все свои дела и передать полномочия Юре. Ещё две недели ушло на то, чтобы ещё раз перепроверить смету и посмотреть с архитектором и подрядчиком полученную землю. Также я всё-таки посетила школу мальчиков и родительское собрание. К приятному удивлению, дисциплина кровиночек хоть и хромала, но по предметам они собирали отличные отметки, за что и были прощены. Их классная руководительница, Маргарита Адольфовна, посоветовала записать в школьную секцию по вольной борьбе, чтобы энергия мальчишек шла в полезное русло. Сами Паша с Митей ходили тише травы и ниже воды, стараясь не выводить меня из себя понапрасну. Позже уже я смилостивилась, сказав, что на новогодние каникулы забронируем домик. Я уже присмотрела один с лесочком рядом и полем, полных разной вышины холмов. Как раз подарки опробуют. Зиму синоптики в новостях обещали изначально снежную. А теперь перейдем к минусам: придраться было не к чему. Правда. Участок имел выгодную позицию, земля — чернозём, что уже отлично для посадки газона и голубых елей. Нет, лес рядом тоже добавлял своих плюсов местности. На ближайшие километров сто ни одного завода, да и участок находился недалеко от заповедника. Также в десяти километрах расположилась деревня «Выселки», имеющая конюшню, что тоже хорошо для активного туризма. И самый главный минус: я закончила быстро с делами «СтройАтлант», а земля начала покрываться снегом. Что значило для строительства — застой до весны, а для меня — появление на пороге фирмы «Курс-Инвест». — Здрасьте, — поприветствовал недружелюбно охранник на посту и осмотрел скептичным взглядом дрожащую в белой шубе меня после теплого салона такси. — К кому? — К тебе, родной. Увидела, что такой красавчик скучает и подумала, дай загляну на огонёк, — елейно произнесла я, пытаясь найти в сумочке пропуск, доставленный мне вчера. — А вообще типа на работу. — Типа? — Взгляд мордоворота стал совсем колючим. — Вы чё из этих, да? — А чё, похожа? — весело поинтересовалась я, наконец, найдя пропуск. Он ещё раз меня осмотрел, будто выискивал бирку с ценником или же пытаясь высчитать историю пробега. Не обнаружив искомого, этот шкаф в чёрной куртке покачал головой. — Да нет. — Вот и я о том же. — Показав ему пропуск, прошла на территорию и с улыбкой уже протянула руку: — Будем знакомы, Марина. Я здесь работаю теперь, вроде посмешища народа. Охранник с неким недоверием посмотрел на мою ладошку. В особенности, почему-то досталось парочке платиновых колечек. — Ярослав. — Он пожал мне руку. На удивление бережно, ведь ладонь охранника была размером с толстенную энциклопедию. — Просто охранник. — Очень рада познакомиться. Мамочки… какие у вас сухие руки. Ещё и на холоде! — воскликнула я с беспокойством, заметив глубокие трещины на красноватых шелушащихся ладонях. — Чего же вы так руки не бережете? — Так что, я ба… женщина, чтобы руки беречь? — проговорил Ярослав, поправив рукой серую шапку. Вновь запустив руку в сумку выудила практически новый тюбик крема. Экстра-питательный и с маслом оливы. Близнецы у меня таким же пользовались… ну, под небольшим моим давлением. А то знаю я их, ходят потом, как Фредди-Крюгеры. — Вот, пользуйтесь. — Я вручила вставшему вековым дубом на месте и даже смутившемуся мужчине крем. — А то это же безобразие у вас на руках будет ещё сильнее болеть, зудеть и шелушиться. Вы же как-никак лицо и руки компании здесь. — Спасибо, — растерялся малость Ярослав, сжимая розоватый тюбик. — Вам это… дальше во двор пройти и в правое здание. Я передам охране, чтобы они вам дверь открыли. — Ой, ну это просто замечательно. Вы мне так помогли. Дай бог вам здоровья, — проворковала я, закидывая лямку сумки на плечо. — Хорошего дня, Ярослав! — Вам тоже. Благодаря усилиям Ярослава, в офис меня впустили быстро. Стараясь игнорировать повышенное внимание вышедших мужчин из будки охраны, я гордо прошагала к лестнице. Нашли себе экспонат, ешкин кот. Ужас-то какой. Неужели здесь только одни мужчины? Напоминает это всё одно похабное кино, которое мне когда-то нахал Космос подкинул в коробку от фильма «Назад в будущее». Скривившись от ассоциаций, я решила переключиться на обзор самого офиса. Ею сначала стала лестница. Довольно-таки просторная и из светлого мрамора. Правда, была накрыта красным ковром. В принципе, практично, чтобы грязь не попадала в главный офис. У Вершинина уборщица после каждого посетителя уже бежала со шваброй. А так опять меня порадовало обилие зелени в горшках. Люблю растения в помещении. Это красиво и полезно. Но меня удивляло, что на втором этаже не было такого оживления, да и вообще тихо. — Можно? — спросила я, постучав по стене. Молодая девушка с высоким хвостом пшенично-светлых волос балансировала на одной ноге, стоя на сидушке кресла. В руках девушки находилась небольшая красная лейка для комнатных растений, которой она ловко управляла. На ней были темно-бордовая юбка, бежевая блузка из струящейся ткани и черные сапожки. Секретарша, скорее всего. Какое счастье, что не секретарь. — Подождите, я сейчас, — бросает она через плечо. Я подождала, пока девушка спустится на пол. Повернувшись, она с лёгким удивлением покосилась на улыбающуюся меня. — А Космоса Юрьевича здесь нет ещё, — проговорила девушка. На вид она была моей ровесницей, ну или, может, чуть старше. — О, и эта шаромыга тоже здесь обитает. Логично, — фыркнула я, бросив сумку на диван и принявшись снимать с себя шубку. — Я на работу. Голубые глаза девушки расширились. Правда, в этот раз от моего вида. Я решила не выряжаться так сильно и да, приехала в офис в старых трениках, застиранной папиной клетчатой рубашке, подпоясанной ремнем с пластиковой пряжкой с изображением Арнольда Шварценеггера (у Паши одолжила) и берцах. Да, не особо нарядно, зато комфортно. Первый день обязан быть запоминающимся и уютным, вот! — Вы — Марина? — ошарашилась секретарша. — Ага. — Что ж… Добро пожаловать в дурдом, — невесело хмыкнула девушка, опускаясь в кресло. — Люда. Мне определенно нравится эта милая девушка, что буквально сразу приняла вид, будто так и надо. Но и то, что она не скрыват своего мнения об этом месте — уже говорило о здравомыслии. — Очень приятно, — произнесла я, осматривая с интересом помещение. — Так когда ожидать начальства и что мне делать? — Они в лучшем случае приедут к обеду. — Люда закидывает ногу на ногу и крутится в кресле. — Вам передал Виктор Павлович, что вы сегодня смените уборщицу. Я невольно закатила глаза. Так и думала, что начнет он свою великую месть с мелочного и простого, как заставит меня драить их сортир. Но ничего, я такого удовольствия ему не доставлю. Взял помощницей — так пускай и эксплуатирует по назначению. — Люд, а давай на «ты»? Нам всё-таки работать ещё вместе, — предлагаю я, решив для начала организовать первый женсовет здесь. Да и женщины в таком мужском коллективе обязаны держаться вместе. По отдельности нас мужчины эти, альфа-самцы подлючие, передавят. — Давай, — легко согласилась Люда. — О Господи, какая прелесть! — восторженно вскрикнула я, схватив её чёрную сумочку со стола. — У меня была почти такая же, когда я жила в Париже. Тоже от «Диор»? Если не ошибаюсь, коллекция девяносто пятого? Девушка от удовольствия раскраснелась. На самом деле женщину легко расположить к себе. Достаточно отметить её утонченный вкус в одежде и найти парочку общих тем. А Люда за модой следила. — Да, сестра привозила. Только вот с платьями не срослось, — цокнула языком она. — О чём речь? Приезжай ко мне на выходные. У меня просто тонна неношенных тряпок, — предложила я, пододвигая стул ближе к её столу. — А не жалко? — спросила Люда, покосившись на мою шубу. — Всё-таки вещи импортные и явно дорогие. — Некоторые покупала, когда с загаром ходила, а сейчас примерила и они мне совершенно не идут, понимаешь? Выгляжу в них, да вот честно, как курица синяя! — расхохоталась я. Люда тоже прыснула со смеху. Спустя пару минут беззаботно болтали уже о курортах и не самых удачных нарядах. Как ни странно, мы с девушкой быстро нашли общий язык. Всегда знала, что простые девчонки из народа все равно поймём лучше друг друга. Вскоре девушка поднялась с места, проговорив: — Я чай сейчас принесу. А то сидим как-то нехорошо. — А как же уборщица и всё такое? — Ой, да когда они ещё приедут, — простодушно отмахивается она. — Сегодня, может, только Космос Юрьевич и заедет. У Валеры съёмки, Александр Николаевич из города уехал, только вечером приедет, а у Виктора Павловича с невестой планы. — Понятно, — киваю я, с унынием осознав, что вся банда здесь прижилась. Надо бы у Вершинина досье на них взять и глянуть. Люда делает шаг от стола, но тут же возвращается при зазвонившем телефоне. — Добрый день. Приёмная «Курс-Инвест», слушаю, — учтиво говорит девушка, перебрасывая хвост за спину и открывая блокнот. — Да, хорошо. Я передам. Ещё раз номер продиктуйте. Угу, записала. До свидания. Я вздохнула. Похоже меня ждёт в ближайшие год-полтора не особо насыщенная жизнь офисного планктона. К счастью, мой оклад сохранился в прежнем размере, да и будет уже время составить бизнес-план для комиссии. Всегда мечтала о своём маленьком деле, на которое решила заработать честным трудом уже. Без обмана и денег, которые получила от продажи своих принципов. Через полчаса за кружкой ароматного чая с лимоном Люда поведала о том, что здесь творилось. Как оказалось, она работала ещё при прежнем хозяине — Артуре Лапшине, и воочию наблюдала за захватом бизнеса. — Так, я не понял, это что за чаепитие, Люд? — раздалось сзади ворчливое и чертовски знакомое! Я с широченной улыбкой повернулась лицом к кошмару моей школьной жизни. Снимающий пальто Космос так и замер на месте, во все глаза глядя на меня. — Салю, месье Холмогоров, — ласково прощебетала я, махнув ему пальцами. Затем деловито поднимаюсь со стула, оглядывя его озорным взглядом. — О, годы тебя совсем не пощадили. Ты стал ещё большим слизняком, чем был. — Киса… мать твою! — воскликнул мужчина, распахивая уже объятия для меня. — А-а-а-а! Буквально с разбегу влетела в его объятия с таким же ором. К моему шоку, я и правда была искренне рада видеть этого чёрта шебутного. Неожиданно понять, что детская ненависть оказалась наоборот тонкой привязанностью. Космос оторвал меня от земли, закружил, опустил обратно на землю и смачно расцеловал в обе щёки. Его пальто, что так и повисло на одном могучем плече, пахло влагой после улицы и терпким парфюмом, а также немного спиртом. — Я думал, что это шутки Фильки. Чесслово! О-о-о… Кисик мой милый, вообще не ожидал, — затараторил он, щуря блестящие серые глаза. — Сама до сих в прострации! — хохотнула я. — Но правда дико рада тебя видеть, Кос. — Вы что, знакомы? — спросила с улыбкой Люда, вышедшая из-за стола. — Мы учились вместе, — ответила я. — Так вы друзья? Мы с Космосом переглянулись, а затем также единодушно залились гомерическим и долгим ржачем. Ну да, вспомнить все наши пакости друг другу в постоянной борьбе за время Пчёлы, то почти. — Ага, типа, — прокомментировал Космос, а после снова рассмеялся, узрев мой наряд. — Ты чё на себя нацепила? А говорят ещё, что Париж-Твариж — столица моды. Так и знал, что лгут эти улиточники. — Я же знала, что Витя мне даст самые гаденькие задания. Вот и приоделась. Теперь буду полы мыть у вас, — поябедничала я. Но вместо того, чтобы восхититься проделкой своего друга, Космос помрачнел и выматерился сквозь зубы. Я вопросительно посмотрела на Люду, но та только одними губами сказала: «потом расскажу». — Сука, совсем охренел он. Похоже, со всеми друзьями решил сцепиться, — процедил Космос, вешая пальто на вешалку. — Так, Люда займись звонками и убери уже, ё-моё, эту чайную церемонию. А тебя, Кисина, повышаю. Будешь помогать мне. А вот теперь совсем интересно. С недоумением пошла в кабинет с Космосом. Это же до какой отметки «осторожно, рванет» они разругались? — Может, не надо? — опасливо сказала я, ощущая, что в мой первый день — будет скандал. — Так, ты только не начинай, а? Ты не его личная помощница, как я понял, а сотрудник всей фирмы, — отозвался напряженно Космос, закрывая дверь. — Подгребай давай. Выпьем за встречу и заодно отчётами займемся. Хотя… поехали отсюда и по-людски уже отметим. Столько лет не виделись всё-таки. Так, к чёрту Пчёлкина! Если меня Космос отвоюет буду служить ему верой и правдой. Витя даже не соблаговолил оторваться от своей молодой невесты и явиться, если не ради того, чтобы продемонстрировать фронт работы, так, хотя бы, для того, чтобы поизмываться. Всё такой же лентяй. — В таком виде? — Я со смехом показательно оттянула «козлиные» коленки на трениках. — Знаешь, а поехали! Плевать. Подхватив меня под руку, мы с Космосом обратно вырулили в приемную. Помогая мне надеть шубу, Космос объявил с укоризной поглыдывающей на нас Люде, что мы ненадолго отъедем, а ей велел бдеть и не покидать своего святого поста.

***

— Почему вы постоянно смотрите на время? Вы куда-то спешите, Виктор? Пчёла спокойно взглянул на Олега Андреевича и качнул головой. Сидящая по правую руку от него Ксюша обхватила рукой его запястье и улыбнулась. Сегодня она особенно хорошо выглядела в красном кружевном платье, подчеркивающим золотистую кожу и большие карие глаза. Темные волосы завиты и спускались по плечам россыпью блестящих колец. Он понял сразу, что отец Ксюши — человек строгих правил, когда та заявила за день, что они с их родителями встречаются в десять утра в четверг. Девушка пошла по стопам своего отца, что работал хирургом со стажем в тридцать три года. Серьезный и обязательный человек старой закалки. А вот сидящая с ним миловидная и мягкая Диана Петровна же очень разнилась со своим суровым мужем. Как некстати, в это же время его бывшая подруга должна быть уже в «Курс-Инвест». Взвесив всё, Пчёла не стал откладывать своё будущее, ради эхо прошлого. Но решил, что лучше стоит выбрать ресторан поближе к офису. И все равно за полчаса, что они сидели, он ехидно гадал, как та в своих люксовых шмотках отреагировала на пост уборщицы? Наверняка, взбесилась. Сжав ответно руку Ксюши, мужчина произнес: — Вовсе нет. Просто из-за работы, вошло уже в привычку смотреть на часы. Прошу прощения. — Да, пап, Витя очень много работает. Даже на дом берёт работу, — поддержала его Ксюша, наливая ему воды из графина. — И в чем же заключается суть вашей работы? — продолжал допрос (а это он и был стопудово) Олег Андреевич. Витя отпил из стакана воды, уже мысленно желая, чтобы им принесли быстрее горячее. Понятно, что, как и любой отец, Олег Андреевич желал уберечь свою принцессу от нечестных посягателей. Правда его уже начало раздражать, что отец Ксюши к нему относился с конкретной предвзятостью. — А в чем заключается любой бизнес? — усмехается Пчёла, встречаясь с холодным взглядом темно-карих глаз. — В получении прибыли. Недавно заключили выгодную сделку с корпорацией «СтройАтлант», предоставив им подходящий земельный участок, а те в свою очередь инвестировали в наше предприятие тридцать миллионов для дальнейшего развития. — О, слышала-слышала. У меня племянница работает в их главном офисе в бухгалтерии. Кстати, неплохо получает, — произнесла Диана Петровна. Сзади раздался чей-то весёлый хохот и мужское пафосное «пардон». Диана Петровна перевела взгляд за его спину, а после сама заулыбалась. — Ой, артисты какие. Смотри, Олежек, молодожены кажется тоже, — рассмеялась будущая теща, хлопая маленькой ладошкой по плечу мужа. Тонкие губы мужчины тоже дрогнули в улыбке. Пчёлу моментально перекосило от вида смеющегося Космоса. Но когда друг помог своей спутнице снять шубу, то уже Витя немного растерялся при виде и Кисы. А она что здесь делает? — А с кем это Космос? — шепотом спросила Ксюша, разглядывая девушку рядом с приятелем её жениха. Укладка чёрных волос, макияж и украшения были безупречны, но вот одежда же сущие обноски. Ксюшу ещё больше поразило, что привлекательная незнакомка держалась уверенно и, кажется, её совершенно не заботил свой вид. Только что-то кольнуло внутри девушку, когда она заметила странный и долгий взгляд Вити, направленный на незнакомку. — Я сейчас. — Откинув салфетку на стол, Пчёла говорит уже родителям Ксюши: — Простите. — Я с тобой, — тоже сказала Ксюша и мигом оказалась рядом с ним, обняв его за руку. — Нехорошо получится, если с Космосом не поздороваюсь. Тем временем, парочка уже заняла свободный стол в углу. Космос принялся оживленно перечислять официанту, что им принести, сразу потребовав водку, пока Киса взяла в руки бордовую папку меню. Пчёла фыркнул. Так они ещё и пить собираются! Фиг им с маслом. Не для этого они с Белым перекупили помощницу Вершинина. — Кис, что ты будешь сама? — поинтересовался Космос, расстегивая пуговицы на сером пиджаке. — Дай определиться сначала. Я ещё не решила, чего хочу, — ответила она, перелистывая файл меню. Оба заметили их появление, когда Пчёла с Ксюшей подошли вплотную. — Кос, вы разве не должны быть в офисе? — произносит с нажимом Пчёла, но смотрит на Кису. Холмогоров с шумом выдохнул из себя воздух и возмущённо всплеснул руками. Марина попыталась спрятать улыбку за папкой. — Нет, ну ты видала, Киса, каков жук? Сам тут по ресторанам балдеет, а нас запрягает пахать. — Затем Космос махнул рукой невесте Пчёлы. — Привет, Ксюш. Замечательно выглядишь. — Привет. Спасибо, — улыбнулась она, а после перевела взгляд на Кису, что с любопытством в изумрудных глазах поглядывала на нее. — Подождите… Киса? Вы — бывшая Космоса? Простите, но мне Витя просто рассказал, когда мы встретили ваших ребятишек недавно. Пчёла собрал на себе сразу два ехидных взгляда. Он-то уже и забыл, что говорил пару недель назад Ксюше. Космос показательно отодвинул стул подальше, а Киса поднялась с места и юркнула к нему на колени, обняв за шею. Ну начинается цирк! Пчёла всегда знал, что эти двое никогда не вырастут. — Уже снова нынешняя, — вымолвила нежнейшим голосом Марина, чмокая мужчину в кончик прямого носа. — А вы Ксения? Невеста нашего балбеса Витечки, так? — Да. — Ксюша рассмеялась, прижимаясь щекой к плечу Пчёлы. — Не сочтите за грубость, почему вы в таком виде? — А это мне так теперь зарплату выдают. Пчёла мысленно испепелил взглядом её. Оклад-то у неё как раз был солидный. Вершинин всё сделал, чтобы его человека не обидели материально. Посмотрев на вытянутое лицо девушки, Киса расхохоталась. — Да шучу я. Мы только из постели выползли. Он меня так замучал, что взяла первое попавшееся, — мурлыкнула она, позволяя дрожащему от тихого смеха Космосу поцеловать её в шею. — Как видите, неудачный выбор. Ну хватит уже, малыш. — Ночью ты также говорила, а после просила ещё, — ухмыльнулся Космос, обнимая крепче за талию девушку. — О, — смутилась Ксюша, а затем тоже рассмеялась. — Понятно. Вы, кстати, хорошо смотритесь вместе. — Спасибо. Вы тоже очень красивая пара. — Киса расплылась в счастливой улыбке. — А может присядете к нам и расскаж… — Это сейчас только, Ксюш. Потом снова разбегутся, как тараканы, — грубо перебил её Пчёла, ощущая, как нервозность начала подниматься вверх по позвоночнику к затылку. — По крайней мере, пока у кого-то из них не появится вариант получше. На мгновение Пчёле показалось, что в повлажневших золотисто-зеленых глазах Кисы всколыхнулась глубокая обида. Грудь начала быстро-быстро подниматься и опускаться в вырезе рубашки, а её красивые вишнёвые губы задрожали. Вокруг словно скопился рой вибраций. Он решил, что сейчас девушка разразится жуткой тирадой. Даже Ксюша рядом напряглась. — Вить, ты чего? — прошептала она сердито, толкнув кулачком его в бок. Но всё произошло совсем иначе. Киса не встала и не начала ругаться с ним до потери пульса, как бывало много лет назад. Наоборот девушка обрела неожиданного защитника. Космос пронзил его злым взглядом. — Не слушай его, моё сокровище. Я тебя больше не оставлю. Всё у нас будет в ажуре, — мягко говорит Холмогоров, прежде привлечь за подбородок к себе девушку. Если раньше был только рой вибраций, то сейчас казалось, что Пчёла стоял на взлетной полосе перед берущим старт самолётом. Восемь и даже двадцать лет назад в его списке важных людей были всегда два имени: Космос и Киса. Ему было неприятно ссориться с другом в последние годы, становясь с каждым годом неприятелями, а с Кисой же вообще была кошмарная встреча восемь лет назад. Вот только куда болезненнее оказалось увидеть их обоих вместе в гораздо лучших отношениях. А парочка ни на кого не обращала внимания, целуясь со всей пылкостью, от которой даже у мертвых вскипела бы в жилах кровь. Киса одним глазом взглянула холодно на Витю, а после уже запустила тонкие пальчики в темно-русые волосы Космоса, отвечая чувственно и умело на его ласки. Пчёла даже не заметил, как его Ксюша начала тактично уводить от столика. А он, словно зачарованный, безвольно следовал за ней. В голове всё ещё не укладывалась стоящая перед глазам картина слившихся в поцелуе Космоса и Кисы. Какого вообще хрена они творят?! Хотя… плевать на них. Пускай развлекаются, как хотят. — Видишь, ссориться они не собираются. Пойдем, а то мама с папой жду… Ты куда? — воскликнула Ксюша, когда Пчёла резким движением высвободил свою руку из ее ладоней и рванул к выходу. — Мне надо покурить, — бросает он.